Первое правило

Чонгук ленивым взглядом обводит большой зал клуба, стоя возле стены и опираясь на нее плечом. На нем черная матовая маска, которая закрывает немного лоб, глаза, нос и доходит до середины щек. Ноги обтянуты черными джинсами, черная майка заправлена за пояс, открывает широкие плечи и крепкие руки с тату. На шее толстая цепочка из серебра, а черные волосы собраны в хвост, несколько прядей по бокам обрамляют лоб. Серьги в ушах и пирсинг в губе ловят блики от медленно плывущих по стенам, потолку и полу белых огней. Музыка, как обычно, играет довольно громко, немного тяжелая и глубокая мелодия заводит, отдаваясь где-то внутри тянущим чувством словно от предвкушения. Сегодня среда, народа в клубе не так много, как в выходные дни, но Чонгуку точно необходимо расслабиться, а секс с незнакомцем это то, что сейчас нужно. Клуб «In the Mask» работает уже полтора года, по словам друга Чона, который и привел его сюда. Это закрытый секс-клуб, в котором вы можете заняться анонимным сексом либо с такими же членами клуба, либо с кем-то из эскорта, смотря, кого вы захотите трахнуть в этот раз. Или вас, любые ваши желания. Альф и омег из эскорта можно было легко узнать, они не носили маски, остальные члены клуба обязаны были приходить в масках, их выдавали после вступления в клуб. Альфам — матовые черные, омегам — золотистые. Вступить в клуб можно только по приглашению другого члена клуба, он закрытый и даже количество мест ограничено. Насколько Чонгук знает, не больше двухсот человек. Если место освобождается, ты можешь пригласить кого-либо, обратившись к хозяину этого заведения, и тот рассматривает кандидатуру. Самое важное правило — это анонимность. Тут бывают многие по слухам, от чиновников и политиков до айдолов и актеров. Тебе должно быть все равно, с кем ты трахаешься, если тебе нравится тело и запах партнера, имя и статус здесь не имеют значения. Это забывается, когда ты переступаешь порог этого заведения. Ты приходишь сюда расслабиться, насладиться сексом без обязательств, а флёр таинственности заводит и будоражит не меньше, чем сам процесс. Когда ты вступаешь в клуб, то есть несколько требований и правил. Ты приносишь справку о том, что ты здоров и подтверждаешь это каждые два месяца. Придумываешь себе псевдоним, не пользуешься настоящим именем. Так Чонгук стал ДжейКеем, хотя за почти пять месяцев он свое имя говорил раз шесть-семь, если спрашивал омега, сам никогда не интересовался, ему это не нужно. «Милый», «дорогой» и «омега» ему вполне достаточно. Также ты подписываешь договор о неразглашении. Первое правило клуба — если ты где-то встречаешь одного из членов «In the mask» и узнаешь его, допустим, он был твоим любовником, то должен просто пройти мимо, никак не показав этого. Все хотят сохранить свою анонимность и в реальной жизни за этими стенами не горят желанием как-то пересекаться со своими ночными увлечениями. Хотя, друг рассказывал, что кто-то влюблялся и становился парой. Это не исключено, Чонгук понимает, чувствам не прикажешь, но естественно, те альфа и омега переставали быть членами клуба. Также несмотря на то, что ты проверяешь здоровье, презервативы обязательны даже для обычного минета. Это тоже понятно, ведь неизвестно кто с кем трахается вне клуба. В общем и целом, все легко и просто. Плати довольно солидный взнос, сохраняй анонимность, не трепись о клубе направо и налево и береги здоровье, свое и чужое, и будет тебе счастье. Счастье, секс, игры, шлюхи, если хочешь, и омеги, которые сами приходят сюда с желанием, чтобы их подмял под себя какой-нибудь альфа. Так намного удобнее, чем ходить в клубы, искать кого-то и не факт, что найдешь. Сюда приходят все с одной-единственной целью — провести шикарную ночь в объятьях незнакомца и разойтись каждый в свою сторону. Когда друг предложил вступить сюда, заранее спросив у хозяина клуба, то Чонгук удивился. Конечно, он понятия не имел, чем занимается его коллега по ночам, с кем и где. Сначала Чон хотел отказаться, но друг его переубедил. До этого Чонгук расстался со своим омегой, пару месяцев ходил, как в прострации, не особо реагируя на предложения сходить в бар или клуб. Просто резко закончились отношения, которые длились два с половиной года. Оказывается, его уже бывший омега устал от «пресных» отношений, «понимаешь, мы словно чужие, нет в наших отношениях вкуса и любви…» и бла-бла-бла. А Чонгук не понимал, потому что уже начал задумываться о свадьбе. Но, оказывается, у них нет «вкуса». Потом стало ясно, где было «вкусно», когда через месяц Чонгук своего бывшего увидел с другим. Навряд ли омега так быстро обзавелся партнером, скорее всего, этот альфа уже был тогда, вкусный и любимый. Нахуй было врать и всякую хрень нести, Чон не понимал, но и разбираться не стал. Забил на это и попытался жить дальше. И тут этот клуб. Чонгук подумал и согласился. Ему двадцать семь лет, он здоровый и красивый альфа, который не собирается в ближайшее время строить отношения, а секс — это прекрасно, тем более такой, легкий и без имен. Первое время присматривался, а потом понял, как тут все работает, и втянулся. Делая ежемесячный взнос, ты можешь ходить сюда хоть каждую ночь, хоть раз в неделю, как хочешь. Чонгук ходил по средам и субботам, но если приспичит, то мог и пойти, когда захочется. Тут он себе и омегу для гона нашел, заплатил эскорту и провел три шикарных дня у себя дома. Очень удобно, Чону понравилось. Омега был хорош, опытный и страстный, сумел удивить и удовлетворить. Потом, уже здесь, в клубе, сам подходил и предлагал себя, но Чонгук отказался. Во-первых, он здесь не берет эскортников, «маски» намного интереснее. Во-вторых, зачем брать то, что уже попробовал, когда есть так много тех, кто еще не побывал под ним? Друг пару месяцев назад ушел из клуба, встретив омегу и начав отношения, а Чонгук втянулся. Это было интересно, какой-то свой темный мир, где все без проблем и обязательств. Клуб состоял из двух больших залов. В первом, где сейчас и находился Чон, был бар и вдоль стен стояли кожаные диваны, на которых уже начинали появляться парочки, которые определились на эту ночь. Омеги сидели на альфах, целовали и гладили руками, начиная прелюдию. Потом, когда станет уже невтерпеж, они уйдут в отдельную комнату или в одну из кабинок, как называл их Чонгук. Небольшие помещения, которые закрываются лишь толстой портьерой, и если ты проходишь мимо них, то можешь услышать громкие стоны и рычание, все звуки секса или минета. А если хочется полного уединения, то выбирай комнату и иди. Сексом в самих залах не занимаются, только поцелуи, прелюдия, поглаживания. Второй зал также большой, с шестами для стриптиза, где танцует эскорт. Там тоже есть бар, диваны и музыка, более эротичная атмосфера. Все отделано в темных тонах, серебристо-сиреневые узоры на стенах переливаются в бликах огней, свет приглушенный и создает интимную атмосферу. Все в распоряжении клиентов клуба: флиртуй, соблазняй и трахайся. ________________________ Чонгук вздохнул, ощущая смесь ароматов альф и омег, терпких от возбуждения. Это тоже заводило. Альфа внутри отзывался на феромоны альф легкой агрессивностью и возбуждался от сладких запахов омег. Чон смотрел на парочку, которая целовалась на диване неподалеку, наблюдал, как омега гладит через ткань член альфы. Пора бы тоже найти себе партнера на ночь. Он осматривается по сторонам, отмечая омег, которые пока одни. Кто-то сидит на диване, кто-то за барной стойкой и также сканируют зал в поисках. Но тут его взгляд падает на альфу, который вышел из зала со стриптизом, Чонгук облизал губы. Он помнит этого альфу, почему-то тот отпечатался в памяти. Чонгук однажды, примерно пару месяцев назад, искал с омегой свободную кабинку и наткнулся на парочку, отодвинув тяжелую портьеру. Этот альфа сидел на кожаном диване, положив руки вдоль спинки и смотрел вниз. Омега стоял перед ним на коленях и отсасывал, белая макушка быстро двигалась вверх-вниз. Альфа поднял взгляд, в прорезях маски сверкнули карие глаза. Соблазнительные губы изогнулись в лукавой усмешке, и томный вздох сорвался с них, когда омега взял глубже. Обычно Чонгук никогда не наблюдает за такими откровенными сценами, хотя знает, что многие это любят, и если пара не против, то могут понаблюдать. У каждого свои фетиши. Но тут он не мог оторвать взгляда, и не с омеги, а от альфы. Такая же маска на лице, темные волосы зачесаны назад, черная рубашка расстегнута, открывает грудь, темные соски и плоский живот. Широкие плечи и крепкая шея, а запах сандала стал интенсивным и смешивается с цветочным запахом омеги. Чонгук смотрел на него всего несколько секунд, а кажется, что прошли минуты. Незнакомец облизал губы, глянул вниз на старающегося омегу и снова посмотрел на Чона. — Я не против, красавчик, — голос глубокий и хриплый, с придыханием, — можешь и посмотреть. Омега замычал с членом во рту и хотел поднять голову, но широкая ладонь легла на затылок и нажала, не давая отстраниться. — Тише, детка, продолжай. Альфа с усмешкой посмотрел на Чонгука, тот усмехнулся в ответ и закрыл портьеру. Но образ альфы, который развалился на черном кожаном диване и наслаждался минетом, не выходил из головы. Эта сцена, а точнее, сам альфа в этот момент, казался таким горячим, таким эстетически красивым, что Чон не мог прогнать из головы эти картинки, они мелькали перед глазами. И вот сейчас он смотрит на этого незнакомца, который плавной походкой пересекает зал, бегло осматриваясь по сторонам, будто пока не заинтересован. Чонгук наблюдает за ним, стоя у стены и сложив руки на груди, впитывает образ в черных кожаных штанах и расстегнутой на все пуговицы черной шелковой рубашке. Длинные пряди затянуты на затылке в хвост, пряди покороче обрамляют лицо. Чонгук не знает, как это лицо полностью выглядит, но ему кажется, что альфа очень красив. Либо его образ наводит на такие мысли. Незнакомец подходит к барной стойке, садится на высокий стул и стучит длинным пальцем по лакированному дереву. Бармен кивает и выполняет заказ, поставив перед ним широкий стакан с виски на два пальца. Альфа делает глоток, разворачивается, не обращая внимания на омегу, который не сводит с него взгляда, сидя рядом, и продолжает осматривать зал. Он останавливает свой взгляд на Чонгуке, который стоит у дальней стены, и застывает. И снова усмешка скользит по губам, от нее сразу воспоминания в голове, Чонгук языком облизывает пирсинг в губе. Они часто переглядываются, альфа, видимо, тоже его помнит, а потом расходятся в разные стороны с омегами. Чонгук никогда не занимался сексом с альфой, даже в мыслях такого не было, как и желания, они его не возбуждают. Ему нравятся омеги со своими приятными ароматами, телами более гибкими и стонами высокими, но не альфы. Даже когда в его жизни случился однажды тройничок на третьем курсе, точно не альфа был причиной его твердого члена. Хотя он здесь видел и омег с омегами, и альф с альфами, очень редко, но замечал. Каждый берет то и того, кого хочет, Чонгуку же это неинтересно. Было. Но вот он… Он интересует, завораживает, притягивает взгляд. Будоражит в том смысле, в котором ни один альфа до него. Нет, Чон не может сказать, что он хочет секса с ним. Но хочет прикоснуться, увидеть снова тот сверкающий от возбуждения взгляд, почувствовать тяжелый сандал, который окутывает, как паутиной, заводит. Это странно, обычно альфа агрессирует на феромоны других альф, но не в этом случае. И этот интерес в ответ, усмешка и взгляды только подстегивают, заставляют думать, что незнакомец тоже думает о чем-то подобном. Чонгук толкает язык за щеку и переводит взгляд. Пора найти планы на эту ночь, внутри уже тянет от напряжения, которое разливается по телу от атмосферы секса, томных вздохов в чужие губы и запахов возбужденных альф и омег. Он опять осматривается и решает пойти во второй зал, возможно там будет кто-то, кто привлечет его взгляд. Чон застывает и принюхивается, резко поворачивает голову и видит омегу, который приближается к нему. Альфы, которые находятся неподалеку, начинают крутить головами, даже те, которые уже нашли себе омег. Омега невысокого роста со светлыми, пшеничного оттенка, волосами. На нем белые свободные брюки из легкой ткани и белая рубашка, расстегнутая сверху на три пуговицы. Шею оплетает толстый чокер, усыпанный камнями, золотая маска на лице открывает только пухлые губы и точеный подбородок. Чонгук облизывается и вдыхает поглубже, аромат цветов стекает по глотке, а перед ним останавливается омега, у которого началась течка. — Привет, — выдыхает омега. — Ты не против провести со мной время? Чонгук улыбается, блеснув белыми зубами, и рассматривает тонкую шею и острые ключицы, омега слегка дрожит, видимо, только-только входя в период течки. Альфа внутри напрягается и начинает заинтересованно реагировать. — А тебе не кажется, что это не то место, где нужно проводить течку? — тихо спросил Чон. — Ты думаешь? — омега улыбнулся и поднял руку, положил ладонь на грудь альфы, слегка погладил черную ткань майки. — А разве не для этого мы сюда приходим? Где, если не здесь, удовлетворять то, чего так сильно хочется? Вот и я хочу… Давно хочу, чтобы двое альф трахнули меня в течку, представляешь? — омега тихо рассмеялся, пальцами нащупал сосок под тканью и начал гладить. — Хочу, чтобы двое альф брали меня, целовали и ласкали, сходя с ума от моей течки. Вот чего я хочу, красавчик. — Отличное желание, — усмехнулся Чонгук. — Ты не против? — омега подошел вплотную и заглянул в глаза. — Я давно на тебя смотрю и хочу. Что скажешь? Чонгук рассматривает омегу, потом медленно наклоняется и утыкается носом в шею, делает глубокий вдох. Омега дрожит и тихо выдыхает, пальцами цепляется за майку на груди альфы. — И кто же будет третьим? — шепчет на ухо Чонгук, затем слегка кусает за мочку. — Он… Он там, — омега показывает рукой вбок, сам жмется всем телом. Чонгук поворачивает голову и видит неподалеку альфу, который смотрит на них, засунув руки в карманы черных брюк, а серая рубашка из шелка практически расстегнута. Чон облизывает губы и переводит взгляд на того незнакомца за барной стойкой. Тот уже разговаривает с каким-то омегой, который присел рядом на соседний стул. — А как тебе вон тот альфа? — Чонгук кивает подбородком и омега поворачивает голову. — Спроси его и я соглашусь. — А если он откажется? Омега поворачивает голову, дышит часто, его глаза блестят, как в лихорадке, в прорезях маски, запах стал еще более тяжелым, а гладкая светлая кожа блестит от испарины. — Не откажется, — с усмешкой ответил Чонгук и подтолкнул омегу. Тот облизывает пересохшие губы и идет в сторону барной стойки. Чонгук стоит и наблюдает, как он подходит к незнакомцу, наклоняется и начинает шептать на ухо. Видит, как губы растягивает усмешка, когда омега пальцем указывает на Чона. Чонгук усмехается в ответ и ждет, что же ответит этот альфа. Почему-то он уверен, что тот не откажется. Хочет этого, сам понимает. И не ошибается. Альфа что-то говорит омеге, с которым до этого разговаривал, и встает со стула. Они идут в сторону Чонгука, а у него внутри нездоровый интерес смешивается с возбуждением и предвкушением. Яркий запах цветов вперемешку с сандалом забивает ноздри, свой собственный аромат реагирует, становится терпким. — Доброй ночи, — голос хриплый и тихий, альфа подходит ближе и смотрит на Чона. — Доброй, — отвечает Чонгук. Омега рукой скользит под расстегнутую рубашку альфы, тот смотрит на него сверху вниз и прижимает к себе. — Детка, ты весь горишь, — Чонгук наблюдает за ними, смотрит, как омега льнет к альфе. — Думаю, нет смысла тянуть. — Да. Мне уже больно, — омега носом утыкается в шею альфы, цепляется за рубашку. — Тогда пойдем. Они выходят из зала под недовольным взглядом альфы, которого обменяли на другого, и идут к коридору, где расположены комнаты для уединения. Работник клуба протягивает Чонгуку ключ, они идут мимо закрытых дверей, а омега продолжает прижиматься к альфе, трется об него. — Быстрее, — с придыханием шепчет омега, когда Чонгук вставляет ключ в замок и открывает дверь. Они заходят в комнату, щелкает выключатель, свет приглушен, оставляет помещение в интимном полумраке. Ключ летит на небольшой столик, а Тэхён уже через голову снимает с омеги рубашку и кидает на пол. Целует в губы, крепко и глубоко, омега стонет в поцелуй, а Чонгук подходит сзади и обнимает его за талию, начинает целовать шею и плечи. Они разрывают поцелуй, омега прижимается спиной к Чонгуку и откидывает голову ему на плечо, часто и громко дышит. — Как… Как вас зовут? — спрашивает омега. Чонгук усмехается ему в шею и говорит: — ДжейКей. Он исподлобья смотрит на другого альфу, который встречает его взгляд, улыбается и отвечает: — Ви. Можешь именно так и стонать. — Меня зовут Сони, — выдыхает омега. Чонгук смеется тихо, разворачивает омегу к себе лицом, наклоняется и губами посасывает сосок, того выгибает в его руках, пока Тэхён гладит его тело и шепчет в ухо: — Что ты хочешь, милый? Чтобы мы вдвоем трахнули тебя? — Даааа, да, я хочу, — Чонгук пальцами цепляет резинку штанов и белья, тянет вниз. — Мне больно. — А мы можем быть немного грубыми, м? — Чонгук поднимает голову и смотрит на альфу, тот продолжает: — Потому что ты заводишь меня, сладкий. — Да, я хочу, да, Ви… Омега целует Чонгука, обнимая за шею, пока Тэхён стягивает с него остатки одежды и откидывает в сторону. Снимает с себя рубашку и расстегивает кожаные штаны, наблюдая за парочкой, которая целуется быстро и страстно. Смесь их ароматов дурманит разум, омега в течке вызывает желание трахать и брать, а альфа рядом с таким ярким ароматом муската будоражит инстинкты, делает более агрессивным, но при этом заводит еще сильнее. Он прижимается грудью к спине омеги, гладит ягодицы, переходит на пах и обхватывает твердый член, начинает водить по нему сжатыми пальцами. Омега стонет, но Чонгук не выпускает его, продолжает целовать, сжимая пальцы в волосах на затылке. — Тебе понравится, детка, — шепчет Тэхён на ухо. — Мы постараемся, поверь. Да, ДжейКей? Чонгук резко обрывает поцелуй, омега задыхается в их руках от ласк, окруженный полностью их запахами и сильными телами. Он губами утыкается в плечо Чону и стонет, двигается навстречу руке, которая ласкает его член. — Ты прав, Ви, — Чонгук облизывает губы, смотря в карие глаза в вырезах маски. — Ему очень понравится. Чон стягивает с себя майку и расстегивает джинсы, убирает руку Тэхёна и сам начинает надрачивать омеге. Тэхён, закусив губу и ухмыляясь, смотрит на него и двумя пальцами скользит между ягодиц, ощущая липкость и влажность от смазки. Пальцы скользят внутрь, омега стонет в голос и выгибается, хнычет тихо, когда Тэхён начинает двигать пальцами внутри. — Ах, боже, Ви… — Мокрый, — ухмыляется Тэхён, смотря на альфу над плечом омеги. — Он уже очень мокрый, ДжейКей. Кого ты хочешь первым, сладкий? Член упирается в резинку боксеров, Чонгук часто дышит, наблюдая, как омега спиной опирается на другого альфу, стонет и глаза закатывает от их рук, которые на его теле и внутри него. И он сам понять не может, что его больше возбуждает: течный омега, который так сладко стонет и просит, или этот альфа, который мурашки пускает по спине своим голосом и запахом сандала? — Я… Я не знаю, — омега облизывает пересохшие губы. Он быстро стягивает с Чонгука одежду, тянет джинсы вместе с бельем и смотрит вниз. Рвано дышит и ладонью обхватывает полностью возбуждённый член, водит по всей длине и тихо мычит, когда пальцы внутри него резко входят внутрь. — Хочешь его? — тихо спрашивает Чонгук, выпуская член омеги из руки, и пальцами цепляет подбородок, поднимает раскрасневшееся от возбуждения лицо. — Да, — шепчет омега, бегло облизав губы. Чонгук усмехается, поглаживая пальцами влажные от слюны губы, и переводит взгляд на Тэхёна, который говорит: — Вот и прекрасно, дорогой, — омега дрожит от хриплого шепота на ухо и вскрикивает, когда пальцы задевают простату. — Сейчас ты сядешь на этого красавчика и его член, а мой возьмешь в свой чудесный ротик. Омега скулит, когда Тэхён поворачивает его лицо к себе и целует, глубоко пихая язык в рот. Чонгук облизывает свои губы и глаза прикрывает, наблюдая за ними и ощущая, как тонкие пальцы омеги сильнее сжимают его член. И смотрит он не на омегу, а на Ви, который открывает глаза, каряя радужка сверкает от возбуждения в прорезях маски, и смотрит прямо в глаза Чонгуку, не разрывая поцелуй. От этого томного и властного взгляда будто разряд прошелся по позвоночнику, а пах сжало еще сильнее. Инстинкты внутри горели от доминирования другого альфы и течного омеги рядом, которого уже хотелось трахнуть, но взгляда было не оторвать от темных волос, широких плеч и сильных рук альфы, которыми он сейчас обнимает омегу за талию, прижимая к себе и продолжая целовать. — Я не могу, боже! Омега отклоняется, разрывая поцелуй, дышит сбито и смотрит на Чонгука, который теперь стоит вплотную и глядит в глаза. — Сожми его крепче, детка, — Чон облизывает пирсинг в губе и усмехается. — Не останавливайся. — Я не могу, мне больно… — Тогда мы больше не должны мучить его, ДжейКей, — Чонгук кидает взгляд на Ви, только омега сейчас между ними, а лица довольно близко. — Ты прав, Ви. Чонгук лениво целует омегу, ощущая на его губах вкус сандала, и не сдерживает тихого мычания. Сука, как это приятно и дико странно, но так вкусно. Этот Ви заводит не меньше омеги между ними. Чонгук отходит от них, облизывая губы, подходит к большой кровати, которая покрыта шелковыми простынями серебристого цвета, и снимает полностью джинсы с бельем. На тумбочке несколько пачек презервативов, он берет один и поворачивает голову, смотрит на пару, которая наблюдает за ним. Тэхён с усмешкой, а омега дрожит и губы кусает, рассматривая его. — Горячий, правда? — Чонгук слышит хриплый шепот Ви, омега стонет в ответ, когда Чон ложится на кровать и поворачивает голову в их сторону. — Уверен, он отлично трахается. — Пожалуйста… Омега сводит бедра, которые блестят от смазки, и чувствует, как Ви его подталкивает в спину, когда альфа на кровати манит его пальцем и хрипло шепчет: — Иди ко мне. Он подходит к кровати, берет из татуированных пальцев презерватив и смотрит на твердый толстый член альфы, когда тот кивает на него подбородком и шепчет: — Надень и садись на него, спиной ко мне. Омега забирается на кровать, часто дышит и разрывает упаковку. Латекс обтягивает твердую плоть, Чонгук цепляет пальцами смазку между ягодиц омеги и размазывает ее по своему члену. Тэхён наблюдает со стороны, закусив губу, как омега поворачивается к нему лицом и опускается, стонет в голос и выгибается, когда член входит в него полностью. Он ерзает ягодицами, вцепившись в накачанные бедра альфы. Чонгук сжимает его талию в ладонях и начинает подгонять, шипит и двигается вверх, загоняя глубже. — Господи, ДжейКей! — Двигайся, милый, давай, — сквозь зубы шипит Чон. — Ты же этого хотел. Омега ускоряется, а Тэхён стягивает с себя полностью одежду, оставляя черную кожу и белье на полу. Медленно подходит к кровати, ладонью ласкает свой член, наблюдая за парой, которая уже потерялась в стонах и глухом мычании. Омега, стройный и желающий, который выгибается и с влажными шлепками скачет на сильном теле альфы — невероятно возбуждающая картина. И заводит именно альфа, который стиснул зубы и смотрит на раздвинутые ягодицы, туда, где его член входит в податливое тело. Тэхён не будет сам с собой спорить, что этот альфа чертовски хорош и горяч, на него смотреть приятно, а в сексе еще лучше. Если бы омега принадлежал кому-то из них, то они порвали бы друг другу глотки в его течку, но здесь, в этом клубе, в этой атмосфере, когда ты даже не знаешь, кого сейчас будешь трахать и кто скачет на тебе, совершенно все равно. Тэхёна интересует больше альфа, который двигает бедрами навстречу, мышцы на его крепких бедрах напрягаются, он рычит приглушенно, пока омега на нем стонет в голос. Прекрасная картина, это сильное тело тоже хочется сжать в руках. Тэхён берет с тумбочки презерватив, встает на кровати в полный рост напротив омеги, который продолжает двигаться и громко стонать. Ким раскатывает латекс по своему члену и смотрит на альфу сверху вниз. Его тоже дрожь пробивает от смеси феромонов и ароматов, течка омеги подгоняет в спину, хочется освобождения. Их взгляды встречаются, сверкающие и возбужденные общей атмосферой секса, течки и смешанных ароматов. Тэхён не сводит с него взгляда, когда цепляет подбородок омеги, нажимает на него пальцем, чтобы тот открыл рот, и шепчет глухо: — Открой ротик, сладкий, — головка скользит по пухлым губам, рот приоткрывается и член входит внутрь. — Вот так, умничка. Омега мычит с членом во рту, обхватывает рукой его у основания и начинает двигать головой. Тэхён одной рукой вцепился в пшеничные волосы и нажимает на затылок, шипит и прикрывает глаза, смотря на другого альфу сверху вниз. — Возьми глубже, — рыкнул Тэхён и сильнее нажал. — Мне так нравится. Он нажимает сильнее и член входит полностью, толкается в стенку горла. Чонгук стискивает зубы, рычит глухо, слыша такое же рычание в ответ от Тэхёна, омега стонет и урчит, реагирует на них. Чон сжимает с силой бедра омеги и нажимает, не дает подняться, оставаясь полностью внутри него. Начинает управлять, подгоняя движения, шею выгибает от жара и желания, кажется, с ума сходит. — Блять, быстрее, омега! Тот скользит на нем быстрее, теряется от доминирования, от властных рук и сильных пальцев, которые управляют им и его телом, подавляют, удовлетворяют. Слезы текут по щекам, омега вскрикивает и отклоняется, выпуская член изо рта, когда оргазм пробивает все тело, выгибает и, кажется, полностью забирает все силы. Тэхён небрежно поглаживает его по волосам и ждет, так же, как и Чонгук, который перестал двигаться и смотрит на него черными глазами. — Мы не кончили, милый, — Тэхён поднимает лицо омеги, которое блестит от слез, а подбородок от слюны, — поэтому сейчас я хочу твою задницу. Омега медленно моргает и слабо улыбается, он в окружении двух возбужденных альф и под воздействием течки отдается полностью всем инстинктам и поддается доминирующим феромонам. Он сам этого хотел. — Да, Ви… — Тогда переворачивайся. Тэхён входит сзади, тянет омегу на себя и шипит, когда заполняет полностью. Тот опустил голову и стонет в голос, альфа сразу переходит на быстрый жесткий темп, впечатывается пахом в его ягодицы. Нет больше сил играть и терпеть, Ким исподлобья наблюдает, как Чонгук пальцами сжимает пшеничные волосы и задирает голову омеги. — Давай, детка, возьми его. Омега измученно стонет от быстрых толчков в свое тело, но открывает рот и чувствует свой вкус на латексе, облизывает смазку и берет глубже. Чонгук шипит и двигает бедрами навстречу горячему рту, Тэхён пробивает своими быстрыми толчками все тело омеги, тот резко каждый раз подается вперед. — Отлично, да, — Чон нетерпеливо облизывает губы, когда омега может только мычать с его членом во рту. Тэхён переводит дыхание и замедляется, двигается плавно и взгляда не сводит с губ, где сверкает колечко пирсинга. Ему хочется эти губы, причем хочется их везде, от желания и возбуждения разум как в тумане, он прожигает альфу взглядом и снова наращивает темп. Омега выпускает член изо рта и в голос стонет, продолжая рукой водить по твердой плоти. Чонгук переводит взгляд на альфу, начинает дышать глубже, уже не контролирует своих мыслей и желаний. Они оба двигают бедрами навстречу горячему телу, но глаз не сводят друг с друга, дышат часто и рычат приглушенно, не обращая внимания на скулеж и то, как дрожит тело в их руках. Тэхён делает несколько резких толчков и шипит, его сжимают тугие стенки, а омега вновь кончает, распаленный течкой. Чон закатывает глаза, ощущая приближающийся оргазм, когда длинные пальцы зарываются в его волосы на затылке, тянут вперед. Тэхён наклоняется к нему, Чонгук успевает только выдохнуть, а альфа уже целует его, быстро и грубо сминает губы своими губами. Поцелуй жадный, они рычат в губы друг друга, пальцы до боли сжимают волосы. Чонгук отвечает. Так сильно хочет этого, кусает за язык и шипит, когда его кусают за губу. Этот вкус стекает по языку, сандал, кажется, пробирается внутрь, пока Ви вылизывает жадно его рот и кончает, не выходя из омеги. Когда его мычание в губы вибрацией проходит будто по всему телу, Чонгук идет следом за ним и разрывает поцелуй. Тэхён быстро выходит до сцепки, омега падает обессилено на кровать, а альфы сверлят друг друга взглядом, и дышат в губы друг другу. — Отлично целуешься, — с придыханием шепчет Тэхён. — Ты тоже, — отвечает Чон, облизывая губы. Они одновременно отклоняются и смотрят на омегу, который лежит с закрытыми глазами и пытается привести дыхание в порядок. Он не двигается, только сытая и довольная улыбка растягивает покрасневшие губы. — Ты как, милый? — с усмешкой спрашивает Тэхён. Сейчас, когда уже отпускает, а их феромоны и инстинкты успокаиваются, можно мыслить немного яснее. — Замечательно, — глухо шепчет омега. — Я… Я просто замечательно. — Отлично, — фыркнул Тэхён. — Но советую найти себе альфу, течка скоро снова накроет. — Может… — омега открывает глаза и смотрит на них. — Извини, но я нет, — Чонгук погладил его по щеке пальцем и встал с кровати, начал собирать вещи по комнате. — Ты же знал, что так будет, — тихо сказал Тэхён, смотря на омегу. Тот усмехнулся и кивнул, снова закрывая глаза и расслабляясь всем телом, которое после двух оргазмов и такого бешеного секса будто не свое. Альфы молча одеваются и даже не смотрят друг на друга, Чонгук старательно избегает взгляда карих глаз в прорезях маски. А когда едет домой, ведя машину по полупустым ночным улицам Сеула, то усмехается и качает головой, потому что из всего секса втроем он думает не о прекрасном омеге в течку, сладком и отзывчивом, а об альфе с темными волосами и такими мягкими губами. Именно об этом поцелуе он вспоминает.