Первое правило

Тэхён сидит в своем кабинете в самом большом из своих салонов. У него их три, но есть главный и самый первый, который находится почти в центре города. Здесь, можно сказать, его офис. Тот салон, в котором он встретил Чонгука, находится дальше и он поменьше, Тэхён реже там бывает, предпочитая вести дела в более удобном и просторном кабинете. Альфа крутит в длинных пальцах перстень с топазом, голубой камень красиво сверкает в свете специальной лампы, которая делает блеск драгоценностей более притягательным. У него новое поступление колец и перстней, ему нужно проверить товар и распределить его по магазинам. Его главный помощник уже забрал свою часть и ушел в свой кабинет, а Тэхён все никак не может сосредоточиться. Альфа вздыхает и сжимает в кулаке перстень, смотрит на стол и вспоминает вчерашний разговор с Чонгуком. Он рад. Рад, что они поговорили и все выяснили. От воспоминаний об их разговоре внутри что-то приятно тянет и давит, будто от желания снова увидеть, от предвкушения. И Тэхён прекрасно помнит последние слова Чонгука, которые он сказал. После них альфа действительно встал и проводил усмехающегося Тэхёна до двери. Там Ким сам не выдержал и прижал к стене, целуя податливые губы, забирая с собой вкус муската и доводя Чона до сбитого дыхания, как и себя. Сложно оторваться, вот точное определение. Им обоим, он уверен. Когда все раскрыто, маски сброшены и вот остались они — настоящие люди в реальной жизни, которые все прямо сказали и признали, что нравятся друг другу. А что дальше? Если честно, Тэхён не был удивлен тому, что услышал от Чонгука. Когда он все эти дни думал о нем, думал о них, как не о сексуальных партнерах, а о паре, то понимал, что так и будет. Чонгук — доминант, он альфа. Сильный, молодой, с отлично развитыми инстинктами и желаниями подавлять, как и Тэхён. Это нормально. Есть кто-то послабее, такие были у Кима в те пару раз, сами сдавались, там особо и подавлять не нужно было, их природа сама по себе была мягче, чем у Тэхёна. Но не Чонгук. Он так же силен, поэтому Тэхён с одной стороны был удивлен, когда Чон согласился быть нижним, с другой стороны, его восторгу не было предела. Потому что он по праву может сказать, что это был самый ахуенный секс в его жизни, когда ты чувствуешь себя настолько сильным, что другой доминант тебе подчиняется, подавляет себя, дарит удовольствие и получает его в ответ. Тэхён судорожно выдыхает и облизывает бегло губы, дрожь от воспоминаний пробегает по плечам. И вот когда он думает о Чонгуке, как об альфе для себя, для отношений и жизни, то понимает, что в одни ворота игра идти не может. Он на месте Чона сказал бы то же самое. Но Тэхён не представляет себя в роли принимающего, такого желания у него никогда не возникало. Сразу внутри альфа начинает бушевать, скалясь и рыча, что никто его подавлять не будет. Но тут уже начинаешь думать не только инстинктами, но и полагаться на свои чувства, ощущения и желания. Тэхён помнит их первый раз с тем омегой. Он закрывает глаза и откидывается на спинку кресла, та ночь снова перед глазами. Когда он впервые увидел полностью обнаженного Чонгука, еще не зная о нем ничего, кроме псевдонима. Как рассматривал это шикарное тело, лаская стонущего омегу, как заводился от муската в воздухе и крепких мышц, которые перекатывались под идеальной кожей, когда альфа не спеша лег на кровать и поманил омегу к себе. Тэхён ясно помнит, как подошел к кровати и смотрел на них. Как Чонгук сжимал в пальцах талию омеги, смотрел на него сверкающими глазами и скалился от удовольствия. Как двигал бедрами навстречу, вбиваясь сильнее, пока Тэхён стоял перед ним и наблюдал, смотря сверху вниз. Чонгук сорвался и заставил кончить омегу, который задыхался от них, от бешеного секса, их ароматов и феромонов, которые полностью его удовлетворяли в течку. И вот сейчас, думая об этом, Тэхёна разрывает от противоречий. С одной стороны, он помнит, да и сейчас ощущает агрессию в тот момент, потому что другой доминант рядом показывал свою силу. С другой стороны… Он может быть на месте этого омеги, и Тэхён уверен на все сто, что с ним Чонгук будет другим. Более страстным, внимательным, он сделает все, чтобы ему было хорошо. Тэхён так и сделал в тот раз, когда они занимались сексом. А сейчас тем более многое изменилось. И Тэхён может сделать так, что из-за него Чонгук будет закатывать глаза и рычать от удовольствия, ощущая его целиком и полностью. Альфа сглатывает, в горле пересохло. У Чонгука в прошлый раз было четыре дня, чтобы подумать, у него сутки. Но и тогда они были друг другу никто, просто анонимные секс-партнеры в клубе, сейчас уже все по-другому. Но Чон согласился и смог, потому что сам захотел. Да, чуть не сорвался, но в этом виноват уже сам Тэхён, это он не смог себя сдержать, потому что хотелось сильнее, хотелось ещё и ещё, полностью подчинить. И вот Ким не уверен, как он себя поведет в подобной ситуации. Возможно, Чонгук вначале и будет нежен и ласков, но потом… Они, сука, сдерживать себя не могут, да и по большому счету не хотят, получая особый кайф от того, как искрит между ними все, когда они просто касаются друг друга. Как загораются оба, когда целуются. И как взрываются к чертовой матери, когда переходят все границы. Вот в чем кайф, вот что тянет. С ним не так, как с другими, лучше, ярче, слаще, сильнее все. И их сорвет, Тэхён уверен. На часах одиннадцать дня и пора бы заняться работой. Чонгук позвонит и будет ждать ответа после обеда, а Тэхён наклоняется над разложенными драгоценностями на столе и смотрит на них. Сможет ли он? Сможет ли он привыкнуть к таким отношениям? Ведь это может быть не на один раз. Если они станут парой, если придут к такому решению, они оба смогут существовать вместе, доминировать и подчиняться, найти баланс? Это сложнее, чем с омегой, там баланс природой создан. Да и был бы кто-то из них послабее, было бы легче. Тэхён усмехается и кладет перстень в коробочку из черного бархата. Был бы кто-то из них послабее, свидание не было бы сегодня назначено, потому что интереса бы не возникло. И вот они здесь, осталось решить, что с этим делать. ________________ — Всё? — Да, это всё. Чонгук кивает и чуть отклоняется от стола, чтобы Акио мог собрать документы, которые он только что подписал. Омега, словно случайно, задевает пальцами пальцы Чона, альфа поджимает губы, чтобы скрыть усмешку, и откидывает ручку на стол. Отодвигается в кресле, чтобы Акио было удобней сложить бумаги в папку. Он стоит слишком близко, это понятно им обоим, ну а Чонгуку понятно, что он, видимо, своим хорошим отношением и согласиями пообедать или поужинать дал повод думать, что их рабочее общение перейдет во что-то большее. Омега изящными пальцами перебирает листки, не особо торопится, встав спиной к Чонгуку. Альфа рассматривает его спину и тонкую талию, выделенную черным ремнем, округлые ягодицы, которые обтянуты светло-голубыми брюками. Возможно, у них что-то и вышло бы, хотя Чонгук против каких-либо отношений на рабочем месте, но всякое бывает. Этот японец красив, а цветочный аромат легкими волнами накрывает, когда он находится рядом. Но не теперь. Теперь у Чона мысли совершенно о другом человеке. Поэтому он чуть морщится, когда омега стоит к нему спиной и начинает говорить: — Чонгук, скоро обед, — Акио прижимает папку к животу и оборачивается. — Может, сходим куда-нибудь, перекусим? Омега мило улыбается и смотрит в упор прямо в глаза. Чонгук улыбается в ответ, думая, на самом ли деле он такой милый и не будет ли проблем, если он откажет ему? В принципе, Акио не начальник этого проекта, ими являются альфы, он просто один из консультантов по финансам, а вот личные обиды пусть оставит при себе. — Извини, Акио, — спокойно отвечает Чон, — но я скоро уезжаю. У меня назначена встреча. — Встреча? Разве у нас что-то в планах? Чонгук тихо смеется и двигается ближе к столу, намекая омеге, чтобы тот отошел, а лучше обошел стол и встал напротив, что японец и делает, поджав губы. — Вы же не единственные мои партнеры, Акио, — с усмешкой отвечает Чонгук. — Да, на данный момент самые крупные и важные, но точно не единственные. А я хочу решить все дела, чтобы полностью освободить выходные. "Потому что велика вероятность того, что я буду очень занят", - пролетает мысль в голове, и перед глазами сразу образ альфы с темными волосами и зацелованными губами. Таким от него вчера уходил Тэхён… — Тогда может вечером опять поужинаем? — снова с улыбкой спрашивает Акио и облизывает губы. — Мне понравился тот ресторан. Или лучше в бар сходим, хочется отдохнуть в пятницу, расслабиться. Чонгук смотрит в упор, не моргая. Более прямо намекать невозможно, только если сразу в кровать звать. Захотелось дать адрес «In the Mask», но клуб приватный, его не пустят. Может, омеге просто секса хочется? Чон бы раньше не отказал, но сейчас еле сдерживает себя, чтобы тяжко не вздохнуть. — Извини, но у меня уже есть планы на этот вечер, — спокойно отвечает Чон. — Какие? Резкий вопрос заставляет Чонгука удивленно дернуть бровью, а сам омега будто смутился и опустил взгляд. — А это мое личное дело, Акио, — более твердо говорит Чонгук, уже не улыбаясь. — Ты же не будешь спорить с тем, что я имею право на личную жизнь? Омега нервно облизывает губы, смотря в недовольные черные глаза. — Да, конечно, извини, — тихо говорит Акио, прижимая папку к животу, пальцами сжимая тонкий пластик. — Я просто… — Ага, я понял, — перебивает его Чонгук. — Если мы закончили, то можешь идти, у меня еще есть дела. Омега кивает, разворачивается и выходит из кабинета. Чонгук раздраженно выдыхает и проводит рукой по темным волосам. Да, ситуация не особо приятная, но он никому ничего не обещал. Возможно, сам на что-то рассчитывал, он с этим не спорит, ведь видел, как омега смотрит на него, улыбается и оказывает знаки внимания. Но тогда были другие обстоятельства, он и не рассчитывал, что все выйдет именно так. Ведь на данный момент его уже не привлекает этот чуть сладкий аромат цветов, не привлекает по-омежьи гибкое, стройное тело, потому что хочется совершенно другого. Чонгук откидывается на спинку кресла, смотрит в потолок. На губах появляется легкая улыбка, когда он вспоминает Тэхёна. Его сильное крепкое тело, рельеф груди и рук, широкие плечи и такая аппетитная задница… Неподходящие мысли, когда у тебя дел по горло, но альфа ничего не может с собой поделать. Как же он рад, что вчера вечером они все расставили по своим местам. Не ходили вокруг да около, а прямо высказали то, что думают и чувствуют. Так проще, так легче, ведь невозможно отрицать то, с какой силой их тянет друг к другу. Просто непреодолимо, Чонгук ни разу такого не испытывал, а ведь он был в отношениях, долгих и серьезных. У него было много любовников-омег, но этот альфа переплюнул их всех. Чонгук прикрывает глаза, вспоминая его запах. Сандал. Такой яркий от возбуждения, тяжелый и терпкий на языке. И как было приятно прижимать Тэхёна к дивану, собой накрыть и целовать, возбуждать. Это ему нужно, необходимо просто. Поэтому он и поставил то условие, врать не имеет смысла. Он не сможет сдерживать себя, он хочет этого альфу во всех смыслах, хочет сделать своим, как Тэхён сделал это на той постели в клубе. После того, как вчера Тэхён ушел, Чонгук думал о том, что у них может получиться. Как вообще могут складываться отношения альфы и альфы? Он таких пар не знает, он и любовников-то таких увидел только в клубе, но это не значит, что их нет. Они же не первые с Тэхёном альфы, которые поняли, что их тянет друг другу больше, чем просто для секса. Но есть ли смысл об этом задумываться? Думать о возможных проблемах с темпераментами, характерами, феромонами и доминантностью? А гон? Как быть и что делать? Чонгук хотел все это обдумать, чтобы понять, а стоит ли вообще что-то начинать? Но потом отбросил эти мысли и решил плыть по течению. Им сначала нужно хотя бы пообщаться, узнать друг друга. Просто в процессе притирки это может оказаться не такими уж и проблемами, они же не знают, как и что будет. А накручивая себя заранее можно сделать только хуже. Но вот условие выставить было необходимо. Если в перспективе рассматривать их отношения, то без равенства как в постели, так и в жизни, все полетит к чертовой матери. В обычных парах омега всегда слабее, более или менее, но альфа для них — это опора, поддержка. А если двое альф? Без равных условий во всем будут только проблемы, это понятно. Если Чонгук мог оставить их секс с Тэхёном в клубе, как просто отличный опыт, и жить дальше, то теперь этого не получится сделать. Они бы остались просто анонимными любовниками, а Ви — тем, кто показал другую сторону удовольствия, никаких проблем. Но теперь это не Ви, а Тэхён, и они сближаются, а значит, Чонгук хочет всего с этим альфой. Да и он уверен, что Тэхён это прекрасно понимает. Как ни странно, они отлично чувствуют друг друга. Может, потому что очень похожи? То, что Тэхён все понимает, сомнений не вызывает. А вот то, согласится ли он, очень даже. Да, он сам пришел, сам тянется и хочет, но подавит ли себя, позволит доминировать над собой? Чонгук согласился, потому что сам захотел, хотя да, было сложно в некоторые моменты, Тэхён очень сильный. Но как же было приятно, Чонгук медленно облизывает губы, вспоминая ту ночь. Он хочет Тэхёна в любом смысле, а вот чего хочет сам Тэхён, предстоит выяснить. Есть мысли о том, что он не возьмет трубку и на этом, в принципе, все закончится. Этого не хочется, Чонгук понимает, что хочет его увидеть, поговорить, обнять и поцеловать. Этот альфа как-то быстро внутрь пробрался, завладел мыслями. Но если он откажется, Чон не будет настаивать, а тем более прогибаться. Так у них ничего не выйдет. Чонгук вспоминает, как Тэхён в ту ночь сидел на нем, целовал, а он гладил его задницу, сминал с силой. Такая округлая и упругая, пальцы сами скользили между ними, на что Тэхён фыркал и говорил, что этого не будет. Вот сегодня Чонгук и узнает, поменял ли альфа свое мнение. ___________________ Встреча затянулась, Чонгук рассчитывал освободиться пораньше. Но вот уже почти три часа дня, а он только выходит из офиса партнеров и быстро пересекает стоянку. Садится в машину и сразу достает телефон. Волнуется ли он? Да, наверное, немного. Хотя и понимает, что если сейчас Тэхён не возьмет трубку, они, возможно, больше не увидятся. Мысль неприятная, но больше тянуть он не может. Альфа планировал позвонить еще час назад. Чонгук слушает гудки и после третьего не может сдержать улыбки, когда слышит чуть хриплое: — Да. — Привет. — Привет, Чонгук. Я уже думал, ты не позвонишь. Сомневался? — Работа задержала, — отвечает Чон. — Хотел позвонить раньше, но не вышло. А ты взял трубку… Тишина, а потом насмешливое: — И-и-и-и… — И это значит, что мы идем на свидание, — с улыбкой говорит Чонгук, одной рукой поглаживая кожу на руле. — Сомневался? — Не буду врать — да. Но недолго. — Даже так? — ухмыляется Чонгук, а сам губы облизывает, понимая, что конец пока не наступил. — Меня это радует. — Что конкретно? — фыркает Тэхён. — То, что я сегодня увижу тебя, — более тихо и хрипло отвечает Чонгук. — А потом… Доберусь до твоей задницы. В трубке тишина, а потом вздох и глухое рычание. Чонгук специально почву проверяет, он должен понять, точно ли Тэхён обдумал все и понимает, какими именно могут быть их отношения. — Ты этого так сильно хочешь? — шепот ласкает слух, Чонгук прикрывает глаза. — Ты не представляешь как, — так же тихо отвечает Чонгук. — Разве тебя это удивляет? Ты все сам прекрасно понимаешь. — Понимаю. И не могу сказать, что… — недолгая пауза, а потом альфа продолжает: — что тоже этого не хочу, Чонгук. Ты слишком… — Да, ты тоже. В машине будто печку включили, Чонгук включает зажигание и открывает окно, впуская в салон свежий воздух. Просто разговоры, просто предвкушение, а он уже распаляется и тянет ворот рубашки, потому что тот начинает липнуть к шее. — Но сначала мы поужинаем, — с усмешкой говорит Тэхён, разряжая обстановку. — Я тут… — Я заказал столик в одном ресторане на семь часов. — Да неужели? — фыркает Тэхён. — Я тоже. — Я первый сказал. — Ты перебил меня. Вообще-то вчера я тебя пригласил. — Так и будем мериться членами или уже согласишься? — усмехается Чонгук. — Мы обязательно поговорим о наших членах, Гук-и, и не только, — соблазнительно тянет Тэхён, на что Чон смеется. — Хотя знаешь, все логично. Ты же меня собираешься трахать, поэтому тебе меня в ресторан и вести. — Блять, Тэхён… — Я только надеюсь, что это не тот ресторан, куда ты таскал своего японского омегу. Чон прикрывает глаза, не переставая улыбаться. Этот альфа… Это пиздец какой-то. И как же ему это нравится. — Нет, милый, это другой ресторан, — с усмешкой отвечает Чонгук. — Туда я даже не таскал своего бывшего. И японец не мой. — Это очень радует, — фыркает Ким. — Скажи, ты всегда такой ревнивый? — Я без понятия, никогда не ревновал, — спокойно отвечает Тэхён, на что Чон хлопает глазами. — А ты вообще не ревнивый? Разве альфа может не ревновать? — Скажем так, — Чон цокает языком, — дай мне повод и узнаешь. А без повода нет смысла ревновать. — Блять, ты такой мудрый, Чон Чонгук, — усмехается Тэхён. — Заткнись, — фыркает в ответ Чонгук. — Я скину тебе адрес, там и встретимся. — А разве ты не должен за мной заехать? — продолжает усмехаться Тэхён. — А потом проводить до дома? — Я, конечно, провожу тебя, Тэ, — тихо говорит Чонгук. — К себе домой. А потом трахну. Так устроит? Тишина в трубке длится недолго, потом Ким говорит: — До встречи, Гук. — До встречи. _____________________ — Ты где? Чонгук стоит возле ресторана и осматривается. — Уже подъезжаю. Заждался, милый? — Нет, сам только приехал, — отвечает с улыбкой Чонгук. — Я жду возле входа. — Отлично. Чонгук скидывает вызов и прячет телефон в карман брюк. Он не успел съездить домой и переодеться, поэтому как был в офисе, так и приехал. На нем черные брюки и ботинки, сверху рубашка из темно-синего шелка, которая заправлена в брюки, рукава закатаны до локтей. Но после разговора с Тэхёном альфа успел заехать в салон, где подстригся и чуть убрал длину, волосы стали мешать, если их не затягивать в хвост. Он снова сканирует улицу взглядом, ждет такси Тэхёна, уже начинает темнеть. И вот он видит, как справа на стоянку заезжает желтое такси и останавливается возле него. Меньше, чем через минуту, выходит Тэхён, захлопывает дверь и поворачивается, с улыбкой подходит ближе. — Извини, немного опоздал, — говорит Ким, рассматривая Чонгука. — Дела. — Переживу, — отвечает Чон, а сам взглядом скользит по альфе перед собой. На нем тоже брюки темно-серого цвета, которые обтягивают длинные крепкие ноги, и черные ботинки. Рубашка светло-кораллового цвета заправлена за пояс и закреплена черным ремнем, волосы спадают челкой на лоб. — Прекрасно выглядишь, Тэ. — Ты тоже, — отвечает Тэхён, а потом щурит глаза и подходит ближе. — Но что-то не так… Чонгук с усмешкой наблюдает за ним. Ким поднимает руку и пальцем цепляет несколько прядей волос, которые падают на лоб, остальные зачесаны назад. — Ты подстригся, — Тэхён смотрит в глаза. — Тебе не нравится? Тэхён закусывает губу, ухмыляясь, встает вплотную и запускает пальцы в волосы на затылке. Они густые и мягкие, их можно сжать в кулаке, хотя пряди стали короче. — Мне хватит, — выдыхает Тэхён и прижимается губами к губам альфы. Сжимает пальцы сильнее и целует глубже, прикрывая глаза и наслаждаясь ответной реакцией, вкусом муската на своем языке. Он уже соскучился, не может и не хочет терпеть, берет и целует, не обращая внимания на то, что охрана ресторана, которая стоит сбоку от них, пялится, не стараясь скрыть этого. Похуй совершенно и, видимо, им обоим, потому что Чонгук обнимает его за талию и прижимает вплотную к себе, продолжая целовать. — Гук… Тэхён останавливает его, когда влажные губы скользят уже по щеке, и отклоняется. — Ты это начал, — с улыбкой говорит Чонгук и смотрит в карие глаза. — Но я не против. — Кто бы сомневался. Пойдем, я в этом ресторане ни разу не был. Они заходят в фойе, администратор встречает их, Чонгук говорит свое имя и их провожают к столику, а затем официант приносит меню и уходит. Чонгук сидит напротив Тэхёна и смотрит на него исподлобья, тот изучает меню, медленно переворачивая блестящие страницы. Народа в ресторане не так много, занята только половина зала и не очень шумно, приятная атмосфера. А то, что у них с Тэхёном сейчас свидание, первое свидание, немного вводит в ступор. Чонгук вроде и понимает это, сам хотел и хочет, но так странно смотреть на альфу перед собой, спокойного и сосредоточенного. Блять, обычный вечер и вот они не трахаются в клубе, не цепляют омег или не идут в спальню вдвоем, а как пара сидят здесь. — Ты чего пялишься на меня? — спрашивает Тэхён и смотрит на Чона, пальцами убрав челку, которая лезет в глаза. — Соскучился? — Вообще да, отрицать не буду, — отвечает Чонгук. — Просто мне кажется это странным, наше свидание. Тебе нет? — Что конкретно странно, Чонгук? — Тэхён закрывает меню и внимательно смотрит на альфу, поставив локти на стол и переплетя пальцы перед собой. — То, что это мы? Или то, что мы оба альфы? Чон смотрит на него, раздумывая, а затем отвечает: — Первый вариант. Мне до сих пор странно, что мы вот так сидим в обычной жизни. Чонгук машет рукой, указывая на зал ресторана. Тэхён растягивает губы в усмешке и вздыхает. — А мне-то как странно, я на свиданиях не был хрен знает сколько лет. Тем более, с альфой. — Расскажешь? — дергает бровью Чон. Подходит официант и прерывает их. Они делают заказ и смотрят друг на друга. Оба откинулись на спинки стульев, а Тэхён вздыхает и начинает говорить: — Мне в своей жизни про отношения рассказывать нечего. Были первые омеги в школе, а потом универ. В двадцать лет у меня были отношения с омегой и продержался я четыре месяца, больше не смог и послал его. Потому что меня буквально душили и была бы его воля, он привязал бы меня к своей кровати, лишь бы контролировать. — Ревнивый? — дернув бровью, спрашивает Чонгук. — И тупой в том числе, — усмехается Тэхён. — И вот мне двадцать восемь, а это были мои последние отношения. Мне дорога моя свобода, мои решения, ненавижу давление. Да, я сознательно избегал отношений, потому что просто не хочу ни перед кем отчитываться, меня все устраивает. Чонгук кивает, серьезно смотря на Тэхёна. Он это понимает и уважает выбор других, и теперь Тэхён стал для него более понятен, а именно некоторые слова и поступки. — Именно поэтому ты так отреагировал, когда я узнал тебя? — Да, — кивает Тэхён, рассматривая альфу перед собой. — Ты просто не знаешь… — Ким смеется тихо. — Все эти правила клуба… Их придумал я. Владелец «In the Mask» — мой родной брат, а идея целиком и полностью моя, я просто не хотел быть владельцем. Чонгук приоткрывает рот, пока Тэхён с усмешкой смотрит на него. — Нихрена себе, — тихо смеется Чонгук. — Вот это было неожиданно. Хотя, теперь понятно, откуда у тебя мои данные. — Все правильно, Гук-и, ты бы от меня не спрятался. Они смотрят друг другу в глаза, каряя радужка сверкает в приглушенном свете, а губы растянуты в лукавой усмешке. Как же он хорош, пролетает мысль в голове, а Чонгук облизывает пирсинг в губе, не сводя взгляда с альфы. — Было бы желание… — тихо отвечает Чон. — Но его у меня нет. Хотя теперь мне непонятно, зачем все это, если ты дорожишь свободой? Эксперимент? Тэхён щурит глаза, становится более серьезным. Ему есть, что на это ответить, но сейчас пока он не хочет этого говорить. Поэтому снова улыбается и переводит тему. — Теперь твоя очередь, Чонгук, — тихо говорит Тэхён. — Что с отношениями? Чон усмехается над переводом темы и отвечает: — У меня были отношения. Какие-то более серьезные, какие-то менее. Последние закончились восемь месяцев назад и длились они два с половиной года. Я уже хотел кольцо покупать, а он меня бросил. — Воу, — Ким удивленно моргает. — И почему же? — Он сказал, что у нас с ним все стало не ярко и не вкусно, что-то такое, — Чонгук чуть кривит губы. — А через месяц я увидел его с другим, довольного и счастливого. Тэхён подается вперед и смотрит пристально в черные глаза. — Ты хочешь сказать, что он тебе изменял и решил свалить? — Не знаю, — Чон равнодушно пожимает плечами, — я не выяснял. Зачем? Или так, или очень быстро нашел мне замену. Я немного похандрил, а потом друг пригласил меня в клуб. Секс без обязательств — то, что мне нужно было. Тэхён внимательно смотрит на Чонгука, обдумывая услышанное. Он очень легко говорит об этом, видимо, уже переболел, хотя ситуация довольно мерзкая. — Что сказать? — Тэхён чуть усмехается. — Во-первых, твой бывший — редкостный дебил, если бросил такого альфу, как ты. Во-вторых, спасибо ему за это. Ведь если бы он не ушел, мы бы не познакомились в том клубе. Чонгук улыбается, смотря на альфу, такого уже привычного и красивого. Они общаются, просто разговаривают, и от этого тоже хорошо. Хочется что-то еще узнать, чтобы снова не свести все тупо к сексу, хотя не зависать на длинных пальцах, сильной шее и губах очень сложно. Чон замечает, как Тэхён тоже задерживает взгляд на его ключицах, губах, рассматривает руки. Они правда стараются, и нет сильного сексуального напряжения, но ничего не могут с собой поделать. Когда приносят заказ, альфы продолжают общаться, рассказывая что-то о себе. Где учились, как начали бизнес, где путешествовали. За вином разговор идет хорошо, они не замолкают ни на минуту, не замечая, как проходит время. Смеются и шутят, не обошлось и без флирта, когда оба зависают друг на друге, закусив губу, и прожигают немигающим взглядом. Потом стараются снова сбросить напряжение, потому что понимают, что сейчас не время и не место, они пытаются узнать друг друга, но каждый думает о том, чем закончится эта ночь. Они выходят из ресторана в одиннадцатом часу, Тэхён обнимает Чона за талию, тот смеется над шуткой, которую только что выдал Ким. Не замечает, как Тэхён заводит его за угол здания и сразу прижимает к стене. — Не могу больше… Хриплый шепот теряется в поцелуе, Чонгук одной рукой обнимает его за шею, прижимая к себе и впуская требовательный язык в рот. Он тоже не может, ему хотя бы на минуту нужна эта близость. Они, словно голодные, целуются быстро и глубоко, Тэхён сжимает талию Чона пальцами и бедрами вжимается в него, прижимая к стене за его спиной. Чонгук разрывает поцелуй, пальцами сжимает густые волосы на затылке и отклоняет голову альфы. Губами посасывает кожу и широким мазком влажного языка лижет пахучую железу, чуть порыкивая. Выпитое вино чуть срывает тормоза, но больше всего их срывает Тэхён, который гладит его грудь и плечи, шипит, когда Чон затягивает тонкую кожу в рот, оставляя яркую метку. — Поехали, Тэ, — Чонгук поднимает голову и нетерпеливо губы облизывает, его глаза уже сверкают желанием. — Я хочу тебя… — Поехали в клуб. Чон чуть подается назад и удивленно моргает, совершенно не ожидая такого предложения. — Что? — Да нет, я не про тот клуб, — усмехается Тэхён и снова губами по губам мажет, языком лижет, ощущая такой необходимый вкус. — Просто в ночной клуб. Здесь недалеко один из клубов моего брата, я давно там не отдыхал. Чонгук облизывает губы и смотрит ему в глаза. Большой палец очерчивает скулу, он шепчет хрипло: — Ты оттягиваешь время, Тэ? Я пока не услышал от тебя, что ты хочешь быть со мной, — Чон наклоняется и шепчет в ухо: — Хочешь быть подо мной. Тэхён стискивает зубы и прикрывает глаза, стараясь себя контролировать. А Чонгук уже намеренно начинает легко подавлять, запах муската тяжелеет, оседает на легких при дыхании. — Я должен это озвучить? — тихо спрашивает Тэхён. Чонгук отклоняется и с усмешкой смотрит ему в лицо. Вновь целует, но более сдержанно, плавно скользит языком по языку. Он подождет еще немного. Ему так нравится то, что он сейчас испытывает. Нравится то, что сейчас происходит. Чем больше он узнает Тэхёна, тем сильнее хочет. Во всех смыслах. Дерзкого, сильного, соблазнительного и до умопомрачения сексуального. — Поехали в клуб, — отвечает Чонгук и отодвигает от себя альфу. — Я тоже давно не отдыхал. ___________________ Оглушительная музыка бьет по ушам, отдается где-то в груди мощными битами. В пятницу весь зал забит, сотни альф и омег отдыхают в конце недели, заливая в себя алкоголь и отрываясь на танцполе. Тэхён за руку тянет Чонгука ко второй барной стойке, где есть свободные места, и делает заказ, бармен приветствует его кивком головы. — Я здесь три месяца не был, — громко говорит Тэхён в самое ухо Чону, они сидят рядом на высоких барных стульях. — Когда появился «In the Mask» искать здесь секс больше не нужно было. — Понимаю, — фыркает Чонгук. — Я здесь был еще со своим бывшим на дне рождения друга, отличный клуб. — Я знаю, — белоснежные зубы блестнули в бликах стробоскопов. — Мой любимый. Они делают по глотку виски и облизывают горькие губы, оборачиваются и рассматривают заполненный людьми зал. Качают головами в такт музыке, тело реагирует на мощный ритм, алкоголь требует двигаться, отдаться этим битам. Тэхён допивает одним глотком виски, встает со стула и тянет за собой Чонгука в толпу людей, тот успевает только стакан поставить на стойку. В зале не продохнуть от смеси ароматов, чуть возбужденных и ярких. Они танцуют лицом друг к другу на небольшом расстоянии, следят взглядом за движениями тела, бедер, рук. За лицом напротив, смотрят в глаза и улыбаются, понимая, что заводятся все больше и больше. Чонгук не знает, к чему эта игра, но она ему нравится. Если в конце нее они окажутся в его постели. Он на Тэхёна смотрит, как хищник, уже в голове представляя, как будет прижимать это тело к себе, а Тэхён навстречу будет двигать бедрами, как сейчас в танце. Ким на него в ответ глядит с неменьшим голодом и уже делает шаг навстречу, как перед ним появляется омега и смотрит снизу вверх, продолжая танцевать. Тэхён удивленно смотрит на него, тот пытается перекричать музыку, слышится «Привет… Потанцуем? Как тебя зовут?» Тэхён над его плечом переводит взгляд на Чонгука, который прожигает его взглядом и делает тот шаг, который не успел сделать Тэхён. Он тянет омегу за плечо именно в тот момент, когда тот положил ладонь на грудь Тэхёну, омега от неожиданности дергается и отходит. Чонгук усмешку Тэхёна стирает поцелуем, глубоким и медленным, не обращая внимания на удивленные взгляды некоторых людей вокруг. Ким обнимает его за талию, продолжая улыбаться в поцелуй, не может сдержаться. И идет за Чоном, теперь он тянет его в сторону туалетов. Его резко толкают к тонкой стене одной из кабинок в туалете, Чонгук прижимается и целует шею, ему кажется, что он больше не может сдерживаться. Слишком много Тэхёна весь вечер, такого желанного и соблазнительного. — Собственничаешь? — с усмешкой спрашивает Тэхён, отклоняя голову. Чонгук смотрит на него и отвечает, тяжело дыша: — Мне стоило не мешать вам? — Если бы я этого хотел, нас бы тут не было. Чонгук улыбается и целует, рукой быстро расстегивая брюки Тэхёна, ладонь скользит под резинку боксеров и обхватывает пока полувозбужденный член. Его срывает от предвкушения, от неопределенности, ему кажется, что Тэхён в любой момент может сказать, что он не будет нижним, и уйдет. А Чонгук хочет его до безумия, водит рукой по всей длине, горячая плоть тяжелеет в его ладони, а Тэхён мычит ему в губы. — Тэ, хватит играть, — выдыхает Чонгук, второй рукой расстегивая рубашку и смотря прямо в глаза. — Я так сильно хочу тебя. А ты? Ты хочешь меня так же, как я тебя? Тэхён часто дышит и сжимает пальцами плечи Чона, обтянутые синим шелком. Прикрывает глаза, когда Чонгук наклоняется и лижет твердый сосок, один, два, три раза, а затем посасывает его. Ким пытается понять свои ощущения, свою реакцию на доминирование, ведь это явное поведение альфы при прелюдии. Ласкать, заводить. И трахнуть. И вот он жмурится и стискивает зубы, когда ладонь сжимает его ягодицу, мнет с силой, а Чонгук ему дышит в губы. — Не молчи, Тэхён… Чонгук сплевывает на ладонь и начинает быстрее водить рукой по твердому члену, глухой хрип срывается с губ, а в голове все плывет от алкоголя и желания. Много Чонгука, он везде, Ким задыхается и заводится от его аромата, его силы и рук, которые соблазняют, показывают, как будет хорошо. Чонгук дрожит всем телом от желания, прижимается плотнее и покусывает нижнюю губу Тэхёна. — Или нам лучше закончить все это, Тэ? — хриплый шепот заставляет открыть глаза, зрачок, кажется, сделал глаза напротив полностью черными. — Тогда какого хрена я весь вечер хожу с этой гребаной пробкой в заднице? — хрипло шепчет Тэхён, а Чонгук застывает. Он начинает ухмыляться и целует снова, резко, грубо. Невероятное ощущение предвкушения перед тем моментом, когда он получит его полностью в свои руки, подчинит, возьмет, такого сильного и никому не уступающего. — Тебе нравится, малыш? — с усмешкой спрашивает Чонгук, гладит пальцем головку. — Приятно? — Она меня изрядно заебала. А еще раз назовешь меня «малыш»… — И что же будет, Тэ? — Чонгук нагло усмехается. — Мне было хорошо быть твоим малышом, уверен, тебе тоже будет… Тэхён сглатывает и сжимает кулаки под плавящим взглядом Чонгука, который уже подавляет. Он только открывает рот, чтобы что-то ответить, как дверь в кабинку сотрясают мощные удары. — Свалили нахрен из клуба, — слышится громкий голос охранника. — Заебали. Будто мест других нет. Альфы усмехаются и приводят себя в порядок, Тэхён шипит, когда приходится полностью возбужденный член скрывать под одеждой. Чонгук с улыбкой смотрит на внушительный бугорок и говорит: — Я потом продолжу, не переживай. — Куда ж ты денешься, — фыркает Тэхён и открывает дверцу кабинки. Охранник удивленно моргает, когда видит его, и отходит на шаг назад. — Господин… Ким? — Привет, — ухмыляется Тэхён и выходит. — Я… Я не… Он переводит взгляд за его спину и видит не омегу, а высокого альфу с такими же красными зацелованными губами, как и у брата хозяина клуба. Чонгук выходит за Кимом и подмигивает охраннику. — Извини, мы увлеклись немного. Тэхён громко смеется, откинув голову, и выходит в зал. _________________________ Чонгук сидит на кровати в своей спальне и смотрит в коридор, дверь приоткрыта, пропускает полоску света в темную комнату, которая освещена лишь небольшим ночником на столе. Альфа крутит в пальцах тюбик со смазкой и тяжело дышит, не слыша шум воды из ванной комнаты. Тэхён, как только они приехали, ушел в душ и это самые долгие десять минут в жизни Чонгука. Он больше не может терпеть, от желания чуть дрожат пальцы, когда он представляет обнаженного Тэхёна под струями воды и как блестит его карамельная кожа. Как перекатываются мышцы на широкой спине, а от воспоминаний об округлой сочной заднице Чонгук облизывает губы. Он резко встает с кровати и выходит в коридор, дергает дверь ванной комнаты и заходит внутрь. Душевая кабинка запотела от горячей воды, он видит лишь расплывчатый силуэт, пока снимает с себя боксеры, оставляя их валяться на полу. В два шага приближается и открывает резко дверь, запуская прохладный воздух, его самого омывает влажностью и теплом. — Почему я не удивлен? — с усмешкой говорит Тэхён, смотря на него из-за плеча. Его мокрые волосы сверкают и зачесаны назад, все тело покрыто мелкими капельками воды, их хочется слизать с этой кожи. Чонгук ухмыляется в ответ и подходит ближе, осторожно прижимает Тэхёна к плитке грудью, гладит одной ладонью спину, сжимает изгиб талии, скользит по плоскому животу. — Потому что я хочу тебя, Тэ, — отвечает Чонгук, губами мажет по плечу. — И ждать больше не буду. Тэхён ладонями упирается в кафель, стараясь дышать спокойнее, когда слышит, как щелкает тюбик. Чонгук кидает его на пол, ладонью гладит ягодицу, а ступней подталкивает ноги Тэхёна, чтобы тот их расставил шире. Ким стискивает зубы, когда два пальца скользят в промежность, Чонгук второй рукой сжимает его ягодицу, давая себе больше доступа. Он лижет его плечо и загривок, от чего Тэхён тихо рычит, уже еле сдерживая себя. — Тише, Тэ, — хрипло шепчет Чонгук, пальцами размазывая смазку по сфинктеру. — Ты же этого хочешь, иначе бы тебя здесь не было. Ты хочешь меня в себе… — Перестань… Один палец легко скользит внутрь, Тэхён дергается, но его к стене прижимают сильным телом. — Черт, — выдыхает Ким, ощущая внутри легкие движения пальца. — Почему тебе так сложно признать это? — с усмешкой спрашивает Чонгук, гладит мокрое тело, внутри которого так туго и жарко, от этого разум плавится еще больше. — Это же я, и ты хочешь… Он вводит два пальца, Тэхён шипит, когда они входят по костяшки, гладят и массируют. Он снова хочет дернуться, но не может, сам не понимая, что чувствует. Его член наливается кровью, он возбуждается от Чонгука, который рядом, от его губ на шее, от шепота хриплого. Но альфа напряжен и раздражен, слишком Чон давит на него. — Чонгук… — Да? — Чон сгибает пальцы и водит с нажимом, чуть прикусывая кожу на плече. — Что, Тэ? Тэхён вздрагивает и не сдерживает стона, голову откидывает ему на плечо, на что альфа довольно улыбается и продолжает массировать простату. — Хорошо… — Да, это хорошо, я согласен. Чонгук начинает быстрее двигать пальцами, расслабляет тугие мышцы, заводит еще больше, пробивая тело разрядами удовольствия. Чон не сдерживает ответного рыка, когда Тэхён рычит сквозь зубы от быстрой стимуляции, он словами не может описать эти вспышки удовольствия, которые коротят все тело, взрываясь острыми ощущениями и вырывая с губ каждый раз глухое мычание со стоном. — Сладко стонешь, милый. — Заткнись и не останавливайся. Тэхён поворачивает голову и целует, кусает за губу, хочет в ответ показать свою силу, потому что другой альфа слишком сейчас владеет его телом. А хочется ещё. — Быстрее, Гук, ммм… Чонгук улыбается ему в губы и обхватывает твердый член второй ладонью, продолжая двигать двумя пальцами внутри. Тэхён до боли вцепился в его волосы, заведя руки за голову, и уже сам двигает задницей навстречу, ищет проникновения. Его аромат стал таким тяжелым, что кажется можно задохнуться. Чонгук вылизывает его шею и прикусывает железу, Тэхён резко дергается, пальцы выскальзывают из него, он разворачивается и смотрит на ухмыляющегося Чона сверкающими глазами. — Клыки свои убери, — Тэхён чуть скалится и зверем смотрит. — Извини, но ты слишком хорош, — Чонгук снова прижимает его к стене, Ким дышит часто и скрипит зубами. — И ты хочешь, поэтому, пойдем в спальню. — Клыки убрал! — рявкает Тэхён, ощущая, как сам начинает злиться, а альфа внутри агрессивно рычит. — Не беспокойся, не помечу, — усмехается Чонгук и целует плавно, успокаивает. Да, он специально это сделал, будто границы прощупывает, чтобы знать, чего ожидать. Тэхён хоть и просит, но сам же отталкивает. Хочет, но в ответ рычит. Но сейчас он отвечает на поцелуй, прижимается всем телом и выходит из кабинки с Чонгуком, который поднял с пола смазку и идет в спальню. Он ложится на кровать и тянет Тэхёна на себя, тот дышит часто, а потом кривит губы в усмешке, когда его усаживают сверху на бедра. — Серьезно? — Я же тебе говорил, что ты шикарно смотришься сверху, Тэхён. Чонгук хищно улыбается, и от этих ухмылок Ким сразу зубы сжимает, чтобы не сорваться. Он хочет, дико хочет этого альфу, но, блять, как себя подавить, пока до конца не понимает. — Приподнимись. Тэхён дергает бровью, смотря на Чона сверху вниз, и поднимает бедра. Чонгук двигается ниже и его голова оказывается почти между его ног. Теплые мягкие губы накрывают головку и посасывают, альфа смотрит на него снизу вверх, а Тэхён не сдерживает судорожного вздоха. Пальцами цепляется за чуть влажные черные волосы на затылке, двигает бедрами не спеша навстречу горячему рту. — Да, Гук, блять! Чонгук начинает быстрее двигать головой, пальцами сжимая задницу Тэхёна, раздвигает ягодицы и скользит в промежность. Ким чуть сжимается, когда они нажимают на сфинктер, Чонгук отклоняет голову и облизывает губы. — Расслабься, Тэ. — Я пытаюсь, — шипит Тэхён, когда один палец снова оказывается в нем, это уже не такое непривычное ощущение. — Нужно лучше стараться, малыш, — с усмешкой говорит Чонгук. Он снова берет член в рот, прерывая раздраженное рычание альфы, и тот тихо стонет от двойной стимуляции. Принимает второй палец и сам себя ловит на том, что хочет одновременно и член в рот загнать поглубже, и на пальцы в нем насадиться до упора. Потому что они приятно скользят от обилия смазки, гладят и начинают быстрее входить, Тэхён сжимает волосы в своих руках и откидывает голову, Чонгук недовольно мычит от боли. Он выпускает член изо рта и дышит сбито, смотрит вверх на альфу, у которого взгляд уже плывет от желания, и говорит: — Я задолжал тебе после клуба. Отдам сейчас этот долг. Он дергает Кима за бедра и его лицо оказывается между разведенных ног. Тэхён громко выдыхает, когда чувствует влажный язык в своей промежности, который кружит по сфинктеру и толкается внутрь. — Какого… черта?! Он хочет подняться, но сильные руки обвили его бедра, прижимая его задницу к лицу альфы. А Тэхён задыхается, откинув голову, шипит, стиснув зубы от такой быстрой влажной ласки. Он ощущает язык внутри себя, мягкий и теплый, который настойчиво проникает внутрь. Чонгук лижет снова одним слитным мазком и присасывается губами к сфинктеру, выбивая задушенный вздох. Альфа теряется, не зная, как реагировать. Принимает такие непривычные для него ласки, сдается этим сильным рукам и языку, который так искусно трахает его, быстро и без остановки. — Да, Чонгук, да! Блять… Тэхён сам двигается, сидя на его лице, не может это контролировать, не хочет остановить. И снова пальцы в нем, а Чон чуть поднимается и принимает член в рот. Тэхён срывается, приподнимает бедра и двигается, член быстрее скользит между влажных губ. Он принимает три пальца с громким стоном и шипением, кажется, полностью отключаясь от ощущений заполненности и жара на своем члене. Толкается в самое горло, заставляя Чона подавиться, когда пальцы без остановки гладят простату. Из горла вырывается грудной рокот, он, задыхаясь от желания кончить, рычит громко и выходит резко изо рта Чонгука. Тот отклоняется и вытаскивает пальцы, пока Тэхён дрожит от оргазма, кончая на простыню. Чон наблюдает за ним, видит, как напрягаются вены на шее, как закатываются от удовольствия глаза и больше не хочет себя сдерживать. Хватает презервативы и поднимается выше, пока Тэхён стоит на коленях и смотрит на него прикрытыми глазами. Латекс быстро раскатывается по члену, а Чонгук тянет на себя Кима, чтобы тот лег на него, пальцы снова скользят в промежность, размазывают смазку. — Хочу тебя, Тэхён. Голос дрожит, как и альфа под ним, Тэхён медленно облизывает губы и целует лениво, до конца не отойдя от оргазма. Он ощущает, как скользкая головка давит на его сфинктер, и напрягается всем телом. — Поздно, малыш, — с ухмылкой, похожей на оскал, говорит Чонгук. — Ты хочешь этого не меньше. Тэхён ухмыляется и шепчет в ухо, чуть наклонившись вперед: — Трахни меня, Чонгук-а. Головка входит сразу, а Тэхён шипит и дергается, но не может двинуться, его рукой за талию прижимает к себе Чонгук, второй придерживая член. Чон двигает вверх бедрами, входит все глубже, а Тэхён на нем дышит громко от растяжения и чуть неприятных ощущений давления. — Твою мать, — рычит Чонгук, не сдержавшись, на что Тэхён моментально реагирует, дернувшись. — Не дергайся! — Заткнись, Чонгук. — Блять… Чонгук целует его, жестко сминая губы, глубоко пихая язык, уже двумя руками прижимая к себе, чтобы альфа не дергался. Он резко двигает бедрами вверх и входит полностью, Тэхён до боли кусает его за губу и разрывает поцелуй. — Тише, милый… Их глаза сверкают, чуть переливаясь красным, они оба на взводе и еле сдерживают себя. Чонгук чтобы во всю силу не подчинить, Тэхён чтобы не ответить, вцепившись в альфу, который сейчас доминирует, подавляет. Их яркие ароматы накрывают сверху, стекают в горло, заводят и раздражают одновременно. Тэхён старается расслабиться, когда Чонгук начинает лизать его шею и двигаться внутри, плавно и медленно растягивая тугие стенки. Чонгука так сильно сжимают, от жара и плотности весь пах будто огнем горит, хочется резче, хочется во всю силу. Но он ощущает напряжение Тэхёна, поэтому держится из последних сил. — Блять, как же хорошо, — выдыхает Чонгук и снова целует Тэхёна, сжимая его волосы на затылке. Ким принимает в себя легкие толчки, отпускает себя и старается сосредоточиться на ощущениях. Уже более привычных и приятных, плотное трение внутри заставляет мышцы внизу живота сладко сжиматься, а член становиться все тверже. — Быстрее, Гук, — хрипло выдыхает Тэхён, хочет больше, он помнит, что от быстрых движений пальцев внутри было приятно. Вскрикивает от резкого толчка, а затем выпрямляется в спине, садится, ощущая Чонгука глубоко внутри себя. Он, блять, понятия не имеет, как двигаться, сидя сверху, поэтому чуть ведет бедрами, ощущая сильные руки у себя на талии. Тэхён видит, как Чонгук закатывает глаза, он двигается навстречу, и как же Чон горяч в этот момент, с испариной на шее и напряженными плечами, горящими черными глазами и приоткрытыми губами. Он взгляда не сводит с Тэхёна, который плавно двигается на нем. — Какой же ты красивый, Тэ, — выдыхает Чонгук. — Как ты, сука, хорош… Ким ухмыляется и ладонями опирается на широкую грудь, приподнимает бедра и сразу же получает серию жестких толчков в свое тело. Он вздрагивает от каждого из них и мычит громко, а твердый член внутри приносит уже удовольствие, двигается так быстро, что глаза закатываются. — Не могу, — рычит Чонгук и поднимает Тэхёна с себя, толкает на кровать. — Блять, даже не думай об этом! Чонгук резко встает и прижимает Тэхёна грудью к кровати, тянет за бедра, заставляя встать в коленно-локтевую. — Я был очень терпелив, Тэ, но я больше не могу. — Обещаю, ты пожалеешь, — рычит Тэхён, прогибаясь под тяжелой ладонью и замирает, когда член снова плавно входит в него до упора. — Это мы еще посмотрим, — ухмыляется Чонгук. Он прикрывает глаза, сжимая в ладонях округлые бедра, и начинает двигаться. Вот так он хотел, полностью и с силой, когда звонкие шлепки разбивают тишину спальни и смешиваются с их громким дыханием и мычанием. Он отпускает себя и вбивается в Тэхёна резко и быстро, заставляя того двигаться его члену навстречу. Тэхён вцепился пальцами в простыню и не может сдержать хриплых стонов, запрокидывает голову, когда член скользит по простате. Это слишком, очень жарко, вся атмосфера их секса давит феромонами и диким удовольствием от страсти, желания и удовольствия. Тэхён наслаждается четким резким ритмом, отдается и подчиняется в этот момент, потому что до пелены перед глазами хорошо, до разъезжающихся в сторону коленей приятно то, с какой силой его берет Чонгук, глухо порыкивая за спиной. — Тэ, господи… Чонгук замедляется и переводит дыхание, гладит руками широкую спину, скользит внутри плавно и выходит. Наклоняется и лижет разработанный сфинктер, после секса язык полностью входит внутрь. — Чонгук! Ты… ах… Чонгук усмехается, замечая, как дрожат бедра альфы, он вылизывает несколькими мазками промежность, ощущая привкус смазки, и снова входит одним толчком. Ложится на спину Тэхёна, одной рукой опираясь на постель, второй обнимая за талию, ощущает, как их кожа липнет от пота. — Тебе хорошо, Тэ? — Да, — Тэхён кивает и плавно двигается навстречу члену. — Мне очень хорошо. — Так вот что ты ощущал, когда трахал меня, — шепчет в плечо Чонгук. — Такую сильную власть. Ты с ума сводишь, подчиняясь мне. — Не надо, — напряженно говорит Тэхён. Чонгук усмехается и губами прижимается к загривку, носом водит между длинных, чуть влажных волос. Тэхён снова напрягается и сжимает его внутри, на что Чонгук тихо мычит. — Тебе понравится, милый. Насмешливый шепот дразнит, Тэхён сжимает кулаки и стискивает зубы, когда его кусают за загривок, Чонгук сильнее сжимает зубы и рычит громко в ответ на рычание Тэхёна. — Чонгук, блять! Но Чон его не слушает, только ускоряется и снова толчок за толчком выбивает из Тэхёна мычание и глухие стоны. Подчиняющаяся позиция настолько напрягает, что кажется, все тело готово взорваться от желания ударить, подчинить в ответ, но Тэхён только зубы сжимает, ощущая крепкую хватку на загривке и быстрые толчки в свое тело. Он подавляет себя и оставляет только наслаждение, расслабляется полностью и первый громкий протяжный стон срывается с его губ, когда член задевает простату. Чонгук отклоняется, облизывает зубы и запускает пальцы в волосы на затылке альфы. Нажимает и впечатывает его лицом в подушку, доминируя над его телом. И как же, сука, ему нравится, что Тэхён подчиняется, он стонет задушено от бешеного темпа. Пот стекает по щеке от виска, но Чонгук не может остановиться, глаз не сводит от яркого следа зубов на загривке альфы. — Пиздец, Тэ, ты с ума сводишь… — Быстрее, Чонгук! — задушенная хриплая просьба доносится из подушки, Чонгук довольно ухмыляется, сжимая пальцы. — Ещё, ещё, я хочу… — Да, я тоже, милый… Он выпускает волосы Тэхёна и до боли сжимает тонкую талию. Двигается резко, впечатывая свой пах в раздвинутые ягодицы альфы, и смотрит вниз, туда, где его член входит в сильное, но сейчас такое податливое тело, которое просит и подается навстречу жестким толчкам. Их громкое рычание и рваное дыхание заполняют спальню, они с каждым мелким вздохом забивают легкие смесью своих ароматов, а их тела горят и дрожат от наслаждения и желания кончить. — Ещё, боже… Чонгук! Ткань трещит под пальцами, когда Тэхён сжимает ее в кулаках, с силой стиснув зубы так, что заныли челюсти. Он поверить не может, что ему настолько хорошо, что в уголках глаз скапливаются слезы от глубоких толчков, от быстрой стимуляции и такого бешеного давления Чонгука, а перед глазами все плывет. Тэхён напрягается всем телом, ощущая близкую разрядку, которая тянет внизу живота, скручивает в узел пах и точным ударом наслаждения взрывает внутри все к чертовой матери. Тэхён протяжно мычит в подушку, крупно дрожит от оргазма, Чонгуку становится сложнее двигаться от плотного давления. Он резко входит до упора, тянет Тэхёна на себя, вжимаясь в него с силой, и кончает в презерватив, откинув голову назад и шипя сквозь зубы. Чонгуку кажется, что он сейчас упадет, поэтому он плавно выходит и валится на кровать, Тэхён падает набок, стараясь отдышаться. Они мелко дрожат и теперь только их частое дыхание нарушает тишину спальни, в которой нечем дышать от смеси сандала и муската. Тэхён облизывает сухим языком губы, во рту пересохло, а горло дерет от рычания и стонов. Он не может разлепить веки и не ощущает никакого движения на кровати, будто плывет в наслаждении, и вновь постепенно возвращается в свое тело. Альфа, как ни странно, спокоен, сознание еще будто в дымке, вялое и мыслей нет вообще. — Тэ, ты… Ты как? — голос Чона слышится со стороны, хриплый и тихий. — Ты в норме? Тэхён открывает рот, но только мычит, пытаясь сделать интонацию утвердительной. Впервые в жизни он испытал что-то подобное, полностью отдался и доверился другому человеку. Другому альфе. Который взял, подчинил и доставил такое наслаждение. Тэхён медленно открывает глаза и смотрит на Чонгука, который лежит у него в ногах на спине. Его глаза закрыты, губы приоткрыты, а грудная клетка двигается в такт быстрого дыхания. Его мысли о том, что Чонгук не такой, как все, что для него он особенный, подтвердились этой ночью. Потому что никому до этого альфа не отдал бы власть над собой и своей сущностью.