Contra spem spero

Когда ещё в средней Чон Чонгука посетила мысль открыть собственное издательское агентство, никто его не поддержал. Когда эта идея вернулась спустя пару лет, у него в друзьях уже был Ким Тэхён, который был старше на 2 года, а потому любезно накопал кучу информации, составил совершенно идиотский план и начал усердно копить. На первом курсе Чонгука они уже начали частично функционировать, потому что «Никаких завтра! Это одно из самых опасных слов на свете. Оно парализует волю похлеще иного заклинания, склоняет к бездействию, в зародыше уничтожает планы и идеи, как сказал Макс Фрай!». К тому моменту, как младшему стукнуло 23 года, они стали достаточно популярны, а также заимели иностранных партнёров и здание практически в центре Сеула. – Бро, тут снова Киён стоит внизу, я сказал, что ты прыгаешь с парашютом в Пусане, – высокий, красивый парень с русыми волосами и бархатным голосом влетел в кабинет Чона, едва не вынося дверь с ноги, – она поднимется минут через 10, когда поймёт, что твоя машина стоит на стоянке, советую бежать. Сидящий за столом брюнет, до этого разбирающийся в каких-то документах, резко поднялся и ошарашенно посмотрел на друга, который предусмотрительно отошёл с прохода, предоставляя возможность выполнить данные им ранее указания. Сон Киён – бывшая жена Чонгука, с которой они развелись ещё 3 месяца назад, но которую, по каким-то немыслимым причинам, не покидают надежды оттяпать половину бизнеса экс-супруга. Юристов, которые уже 1000 и 1 раз объясняли ей, что у неё ничего не получится, она слушать отказывалась, а потому оставалось только одно – прятаться и надеяться, что буря минует сама по себе. – Ну не тормози же ты, беги ко мне в кабинет, в шкафу столько вещей, что можно спрятать целый отдел, – замахал руками Тэхён, – Я напишу, когда она уйдёт. На ходу кинув секретарю о том, что его какое-то время не будет на месте, парень покинул помещение со скоростью света, оказываясь в нужном месте уже через минуту и искренне удивляясь правдивости слов Кима. Помимо него здесь действительно могли поместиться ещё пара человек, совершенно не мешая друг другу при этом. Чертов волшебник: «В сотый раз спрашиваю, как ты умудрился повестись на эту хуйню с беременностью, Гук?» Уведомление пришло как раз в тот момент, когда Чон удобно улёгся между кипой бумаги для принтера, какими-то папками и брошенной комом одеждой. Если быть до конца честным, то он сам не знает ответа на этот вопрос. Глуп был? Недоразвит? Недалёк? Всё сразу? Они встречались около двух месяцев, когда Киён пришла к нему с ошарашивающей новостью, сразу намекая на свадьбу, а он был настолько сконфужен, что сделал предложение уже на следующий день. Спустя некоторое время стало понятно, что никакого ребёнка нет, а он просто идиот с балластом в виде одной расчётливой стервы и её матери, которая почему-то поселилась у них. Спасителем выступил Тэхён, который нашёл хорошего адвоката и помог с вытравлением из его жизни паразитов. В общем, полгода совместной жизни и адская головная боль до сих пор. Он вообще рассудительный человек, довольно прямолинейный и крайне спокойный, но тут просто в шоке был, да и воспитание свою роль сыграло. «Она наверху.» Прилетело следом. – Чтоб я ещё раз женился, – прошипел брюнет в темноту. Спасительное сообщение почему-то задерживалось на целый час, за который у него затекло всё что можно и нельзя, а телефон разрывался от сообщений секретаря, послушно отправляющего ему информацию о тех, кто его искал. Пак Чимин: «Чонгук-ши, ваша бывшая жена устроила забастовку около вашего кабинета, думаю, вам ещё некоторое время придётся побыть в вашем укрытии, потому что уходить она не собирается.» «Сокджин-ши звонил, просил передать, чтобы вы не забыли, что он возвращается завтра и планирует лично побеседовать с вами насчёт ситуации с Киён.» «Я сделал вам кофе, Намджун-ши принесёт его вам, трижды постучит по шкафу.» Через пару минут действительно пришёл вышеупомянутый с чашкой ароматного напитка, круассаном и ноутбуком. – Я взял вам перекусить, потому что там происходит оккупация, – кивая на выпечку, объяснил Ким, – а это, – передавая компьютер, добавил он, – если телефон сядет, пароля нет. – Ты мой спаситель, – тихо проговорил Чон, – она не заметила? Джуну было непривычно видеть начальника таким, потому что обычно он выглядел как уверенный в себе директор компании, а сейчас больше напоминал подростка, который прячется от застукавшим его за курением родителей. – Не думаю, Тэхён-ши, кажется, пытался танцевать балет с вашим секретарём, когда я уходил, так что обзор был закрыт, – сдерживая смех, ответил старший, – вам что-то ещё нужно? – Нет, спасибо, – вежливо улыбнулся Чонгук, – и давай на «ты», если мы наедине или не на работе, я слишком часто бываю у вас, и ты уже видел меня сидящим в шкафу, так что… Хён? – А, да, хорошо, – слегка замедленно ответил Нам, – удачи тебе! – Она пригодится мне завтра, когда вернётся твой муж, – хмыкнул Чон. В ответ послышался хриплый смех, с которым Намджун покинул кабинет. Странно, почему они раньше не опустили все эти формальности, учитывая тот факт, что младший действительно является частым гостем у Кимов, а с Джином они вообще знакомы ещё со времён старшей школы, когда он проводил у них занятия по психологии для какой-то работы в университете. Ноутбук действительно оказался без пароля, а ещё на нём было открыто окно браузера с каким-то сайтом, в шапке которого было написано, что это платформа для писателей, которые пока не готовы показать свои работы всему миру. Телефон оказался в руке раньше, чем он успел подумать. JK: «Джун-хён, прости, если нарушаю личное пространство, но я включил твой ноутбук, и тут был открыт сайт для писателей, я могу почитать что-нибудь?» Ким-лучший в мире переводчик-Намджун: «Да, конечно, он в общем доступе, так что в этом нет ничего криминального, не беспокойся.» Получив разрешение, Чон вновь вернулся к экрану и обратил внимание, что открыта была страница определенного автора, работами которого он и решил скоротать своё время. Первые две короткие зарисовки были проглочены также быстро, как круассан, который принёс ему подчинённый, поэтому парень решил поискать что-нибудь, что заняло бы у него больше времени. – Suum cuique*, – прочитал он название последней истории, главы которой ещё продолжают выходить, – звучит красиво. На самом деле, Чонгук не очень любил романтику, но работы этого автора цепляли, словно были написаны так, чтобы их каждый мог трактовать по-своему. Не было классических пар, где персонажи бы просто влюблялись друг в друга, не было молний по телу, которые пробирали бы до дрожи при прикосновении предмета воздыхания, зато была правда, умело преподнесённая правильными словами, которые отражали действительно настоящие чувства. Когда Тэхён наконец написал, что горизонт чист, брюнет успел добраться только до середины, поэтому, найдя нужный сайт со своего смартфона, пообещал себе дочитать ночью.

Способность видеть чудесное в обыкновенном — неизменный признак мудрости. Ральф Уолдо Эмерсон