Contra spem spero

– Гуки, я немного занят, – Джина было едва слышно из-за играющей на фоне музыки и шума пылесоса. – Прости, хён, – Чон нервно барабанит по рулю пальцами, собираясь с мыслями, – мне перезвонить? – У тебя что-то срочное? – Нет, – парень закусил губу, – просто хотел предложить встретиться сегодня. – Хорошо, – быстро отозвался старший, – я напишу тебе, как освобожусь. – Угу. Оставаться здесь не было никакого смысла, поэтому брюнет завершил вызов и, кинув телефон на пассажирское сиденье, поехал домой. Он не успел открыть пересланный с почты Чимина файл, поддавшись эмоциям и сразу набирая номер Кима, но не обратить внимание на то, что его объем явно не соответствовал тем двум страницам, что были месяц назад, было просто невозможно. Всю дорогу Чонгук пытался представить, что именно может хранить в себе этот ящик Пандоры, вызвавший в нём столько всего одним лишь названием. – Ждать и надеяться — верный способ скоропостижно рехнуться, – он вновь прочитал это вслух, разворачивая документ на весь экран ноутбука и не решаясь пролистать вниз. Ему потребовалось около получаса, чтобы всё же сделать это, и ещё несколько минут, чтобы открыть глаза. Начало всё то же, всё тот же одинокий главный герой, ничего не ищущий и не ждущий, наблюдающий за жизнью других людей, но все меняется, стоит дойти до того места, где раньше стояло обрывающее повествование троеточие. Гук читает и искренне пытается не перестать дышать, когда через пару глав узнаёт в одном из персонажей себя. Он лишь песчинка, подброшенная автором, кажется, просто так, но даже эти жалкие две строчки заставляют его сердце пропустить удар. Ещё страница и его ритм сбивается окончательно. «– Так ты предпочитаешь планам глупости? – У меня всё хорошо…» Здесь нет Оскара и Вольтера, только Чонгук и Юнги. Он знает, что будет дальше, но всё равно продолжает бежать глазами по тексту, не останавливаясь ни на секунду. – Всё было совсем не так, – одними губами. Внутри что-то сжимается. – Нет, – Чон сам не замечает, как начинает отвечать на вопросы, мелькающие в диалогах. До конца остаётся совсем немного, когда лежащий на столе телефон начинает вибрировать. Джин-хён: «Предложение ещё в силе? Я собираюсь в клуб.» Гуки: «Да. Скинь адрес.» Он возвращается к истории, мысленно соглашаясь с Чимином и добавляя несколько слов от себя. Только последняя сволочь может так поступить с человеком, который с самого начала говорил, что это эгоистично и жестоко. Последние строчки добивают окончательно, но брюнет не позволяет себе закрыть файл и остановиться. Слишком мало, слишком непонятно. Собственный внутренний голос упорно твердит о чём-то, желая, наверное, разрешить этот внутренний конфликт, вот только злость на самого себя заглушает всё. Такси приезжает как раз в тот момент, когда Сокджин пишет, что уже ждёт его на месте, явно намекая на то, что стоит поторопиться. Отвечать не хочется, но Чонгук всё равно набирает короткое сообщение. Адрес, который отправил старший, кажется смутно знакомым, но он списывает это на совпадение и называет его, прикрывая глаза. Влечение? Слово само по себе всплывает в голове. Шуга бесспорно был привлекательным во всех аспектах, даже его характер не вызывал отвращения, хотя в самом начале парень и показался ему легкомысленной колючкой, сейчас брюнет так не считал. Раздражение вновь накатывает с новой силой. – Остановите здесь, пожалуйста, – сдерживаясь, просит Гук. – Конечно, – мужчина за рулём не спорит, сворачивая к ближайшей парковке. Не дожидаясь, пока ему озвучат стоимость поездки, парень выуживает из бумажника купюру в 10 000 вон и отдаёт её водителю. – Сдачи не нужно. Идти недалеко, но это именно то, что нужно, чтобы остудиться и не показываться перед старшим в таком состоянии. Он останавливается перед входом и сверяется с навигатором. Ким сидит у бара и что-то бурно обсуждает с Минхо, но стоит ему заметить своего тонсена, его внимание мгновенно переключается. – Я уже успел подумать, что ты решил меня кинуть, – наигранно обиженным голосом. – Пробки, хён, – младший кивает бармену, – что-нибудь, чтобы перестать думать. – Виски? – Нет, нужно что-то… – А ты намешай по ощущениям, – подсказывает Джин, усмехаясь, когда получает в ответ быстрый кивок, – тоже неважный день? – Нет, просто решил последовать твоему совету, – пожал плечами Чон, – что-то случилось? – Переживаю за друга, – выдохнули в ответ, – вчера приехал к нам, а утром свалил в родной город, объясняя это тем, что ему нужно отвлечься. – Понимаю его, – перед темноволосым появился бокал с чем-то голубовато-мутным, – что в нём? – Veritaserum, – легко произносит парень за стойкой, – думаю, это лучше подойдёт. К чёрту. Возможно, эта сыворотка правды действительно будет эффективнее какого-нибудь взрывного коктейля, от которого завтра он даже не вспомнит, к каким выводам пришёл, будучи под его влиянием. Напиток не обжигает горло и не прокатывается теплом, отчего на лице появляется недоумевающее выражение. – Ты поймёшь, – подмигивает Минхо, – повторить? – Угу, – одного Чонгуку явно мало. Язык развязывается на третьем, когда он осознаёт, что сейчас сидит на том же месте, что и в первую встречу с Юнги. – Хён, – Ким, до этого сохранявший стратегическое молчание, переводит взгляд на тонсена, – я правда уебок? – Ты имеешь ввиду вообще? – Я имею ввиду то, о чём мы с тобой тогда говорили, – младший качает головой, – так что? – Ну, со стороны того парня ты и правда выглядишь так, – честно ответил Сокджин, – ты ведь использовал его, чтобы разобраться в себе, даже не подумав, что можешь причинить ему боль. – А что, – Чон запнулся, – что, если всё это было просто предлогом? – Что ты имеешь ввиду? – В первую нашу встречу, – подходящие слова сами рождались в голове, – я списал всё на интерес и алкоголь, он был таким прямолинейным, таким интригующим. На утро я запаниковал и сказал ему, что ничего не обещал, думал, что он предложит хотя бы завтрак, но он просто выставил меня, даже не так, он сказал мне самому выставить себя, – в глазах напротив мелькнуло что-то, отчего по спине пробежали мурашки, но останавливаться было поздно, – А потом мы встретились снова. Я тогда решил, что это шанс отыграться, но с ним это кажется невозможным, – губ коснулась улыбка, – Когда я узнал, что один из моих подчинённых приставал к нему, то просто сорвался с цепи. Тэ тогда назвал это ревностью, но… – Гуки, подожди, – голос Кима звучал словно сквозь купол. – Нет, хён, – брюнет умоляюще уставился на собеседника, хватаясь за его руку, словно та была спасательным кругом, – я обидел его, понимаешь? Хотел просто поговорить, но предложил ему быть вместе, даже провёл с ним выходные, чтобы узнать его! Мы даже не спали ни разу после того случая, просто разговаривали или лежали вместе! Иногда мне так хотелось сделать что-нибудь необдуманное и странное, прикоснуться, но я просто… Я не предполагал, что он может услышать тот чёртов разговор, побежал за ним, но не нашёл! А потом эта книга, и… – Чонгук, – резко остановил его Джин, поднимаясь, – книга? Пожалуйста, пусть он ошибается. – Наверное, он отправил не тот файл, потому что… – Как его звали? – холодно проговорил старший. – Я… – Имя, Чонгук, – бармен, кажется, действовал на чистом автопилоте, убирая со стойки пустые бокалы. Время словно остановилось, когда в ответ еле слышно прошептали слишком знакомый псевдоним. Первый удар пришёлся на левую скулу, отрезвляя, второй – точно в челюсть. Минхо остановил всё это, стоило Киму занести руку для ещё одного. – Отпусти, – пытаясь освободить руку из захвата, огрызнулся Сокджин, – этот ублюдок разбил сердце моему другу, а сейчас пытается убедить меня, что влюблён в него! – Да, я тоже слышал это, – вкрадчиво отозвался парень, – но здесь не лучшее место для разборок. Чон только сейчас пришёл в себя. – Разбил сердце? – отрицать что-либо не было никакого смысла. – А я ещё понять не мог, почему это он решил сбежать, – игнорируя младшего, продолжил Ким, – но теперь всё встало на свои места! В клуб вошёл Намджун, сразу кидаясь к мужу. – Что здесь происходит? – он обращался ко всем, но взглядом прожигал только человека, который всё ещё крепко держал его дорогого супруга. – Это он! Из-за него улетел Юнги! – Я знаю. Всё стихло. Шокированный заявлением Джин перестал сопротивляться, поэтому бармен отпустил его, позволяя сесть на место. – Я не добавлю, но это не значит, что я не жду от тебя объяснений, – Нам перевёз взгляд на побитого Гука, – поэтому сейчас мы все едем к нам. Тишина в машине угнетала, но никто не собирался разряжать атмосферу, сохраняя молчание, которое оглушало похлеще громких битов. Алкоголь выветрился, словно его и не было вовсе. – Почему ты не сказал? – когда за тонсеном закрылась дверца, подал голос старший. – Потому что Юнги меня попросил, – Джун выглядел уставшим. – Тогда почему… – Сначала я хочу послушать, что об этом думает Чонгук, – у него ещё нет ответа на вопрос, который ему сейчас собирались задать. Выворачивать душу наизнанку во второй раз не хотелось, но и сбегать не было смысла. Так или иначе, от этого не спрятаться, поэтому, когда они оказались на кухне, младший набрал в лёгкие побольше воздуха. – Стой, – заметив это, поднял руку Намджун, – мы поступим иначе. Я буду задавать тебе вопросы, на которые ты можешь ответить только «да» или «нет», а потом дам возможность высказаться, – он дождался короткого кивка, – хорошо. Ты переспал с ним, потому что тебе было его жаль? – Нет, – не раздумывая ни секунды. – Когда ты увидел его в издательстве, просто решил отомстить? – Да, – Джин дернулся, но на его колено легла горячая ладонь мужа. – Ты начал эти отношения из благодарности за то, что он помог тебе с Киён? – Нет. – Это было желание убедиться в том, что ты натурал? – Я так думал, но… – тяжелый взгляд заставил Чона вспомнить о том, что это является нарушением условий, – нет. – Ладно, – выдохнул Нам, – ты предполагал, что всё может зайти так далеко? – Нет, – голос стал тише. – А для тебя это зашло также далеко, как для него? – Да, – ответ прозвучал так, словно даже сам парень только сейчас признался себе в этом. – Если я скажу тебе, что знаю, где он сейчас… Гук только сейчас понял, что всё это время смотрел в пол. Он резко поднял голову, встречаясь с тёмными глазами так и не закончившего свой вопрос старшего. – Он в Тэгу, – внезапно выдал Сокджин, удивляя всех за столом, – но я не хочу, чтобы ты просто заявился к нему, если не уверен в том, что в этот раз всё будет по-настоящему, у тебя не будет шанса провернуть подобное ещё раз. – Ещё раз? – Юнги нам очень дорог, – вклинился Джун, – в отличие от тебя, мы знаем его уже очень давно и были рядом, когда заканчивались все его предыдущие отношения, которые для него ничего не значили, но сейчас всё иначе. Поэтому, – он выдержал небольшую паузу, – если ты просто чувствуешь вину, то не стоит ранить его ещё больше. Домой Чонгук шёл пешком, сжимая в кулаке адрес и делая то, о чём его напоследок попросили оба Кима. Думал. Он думал о том, сколько времени потребуется на то, чтобы найти билет на ближайший рейс, как быстрее добраться до аэропорта, что скажет в первую очередь и сможет ли вообще что-либо сказать, но ни одна из его мыслей не была с связана с тем, что именно он чувствует. Впервые в жизни он, кажется, точно знал ответ. JK: «Тэ, передай Лин, что меня не будет несколько дней.» Чертов волшебник: «Удачи.»

Безнадёжно — это когда на крышку гроба падает земля. Остальное можно исправить. Джейсон Стэтхэм