Нарко-трип инсектофилов в А.Н.А.Л.

      Где-то среди коричневых ушей фараона, грифов оснащения НЛО с подоплёкой зрелости, и точно совсем рядом с метеоритами, излучающих призмы хип-хопа располагалось село Нижние Залупки. Поселение было не самым большим, и не самым маленьким, обычный провинциальный городок центральной России, не считая то, что внешне он напоминал работу обкуренного архитектора без образования, что раскуривая жирный блант и попивая Ягуар, купленный в ближайшем киоске в котором заряжают карты дифиченты какие-то, сидел и водил хуем, измазанным в краске по листу А2, пытаясь вырисовать что-то похожее дом, но больше получалось похоже на облевавшуюся корову в поле гашиша, пока отсылкой на Евангелион на фоне сиял лик какой-то зеленоглазой бабищи с бантиком, которую автор этой ебанины боготворил и частенько дёргал свой помазанный масляной краской член на неё.             В любом случае, Нижние Залупки по ошибке человечества, насекомых, фурри, потребителей сигарет Пётр I и прочей разумной швали всё таки существовали, развивались как отдельное от всего мира за медным занавесом (На железный не хватило, всё железо потратили на самодельные кальяны инженеры-сварщики и на памятник Ленина, у которого вместо тела была самокрутка) и красовались на лике плоской Земли, держащийся на четырёх голых мужиках из камня, чьи разговоры о длине членов, заварном креме и методиках секса с арбузом слышались и на пластине Земли. А стояли эти мужики на Архангельске, и порой один из них уходил за пивом остальным, и потому раз в семь лет какая нибудь Австралия падала нахуй, и подобное распиздяйство колоссов довело до того, что от мира остался маленький кусок в виде жопы с ручкой, центром которого стал А.Н.А.Л..       Автономный Народный Арктический Ледник, если полностью. В этом месте собиралась вся золотая верхушка, проводились гей-парады с нескончаемым оргиями среди огромных голов фараонов, вулканов со спермой и фурри-лис, поясняющих что они вам блять сука не спотифай, и не ласт фм блять. И этом место привлекало и наших утырков.              В девятиэтажной панельке с выделяющимся экстерьером в виде огромного фиолетового ананаса от третьего до пятого этажа, плаката с неизвестным политиком в броне Бога-Императора на всю стену и статуи с Мику Хатсуне в спортивках на крыше, чьи хвосты использовали как антены проживали два друга, что вместе жили, но пока не встречались.       Одного звали Степан Большая Шишка, а второго Евгений Газонокосилка. Вообще, особенностью каждого жителя Нижних Залупок было тупорылое прозвище, выражающее какую-либо черту настолько же тупорылого хозяина, так что покупать водяру у Анастасии Уёбищный Зуб было нормой.       Эти два обкурка сидели в однокомнатной квартире с ремонтом времён Российской Империи с дырой в стене размером с анус Владислава Большое Очко, из которой ежедневно доносились стоны, шлепки, вылетала сперма, пот, запах дезодорантов и младенцы. Помимо дыры в комнате была потрёпанный диван, на котором спала эта парочка. Диван содержал в себе истории больше, чем вся Римская Империя, ведь в ней успела произойди эволюция, социализация, цивилизация, революция, аналолизация, мастурбация и полураспад Урана 235. Дважды. А так же несколько тысяч пьяных драк, тридцать четыре свадьбы, ровно один половой акт, умерло три цыганских табора, колония муравьёв, здравый смысл, четвёртый и шестой рейх, Стас, и вся съемочная группа пятьдесят восьмой части Джона Уика.       Так же не стоит забывать о компьютере года рождения вашей пра-пра-прабабушки, за которым они сычевали на дваче, пересматривали Наруто в три тысячи восемнадцатый раз и превращали третий Варкрафт в ГТА 8, внутри которого цивилизация технарей-чилипиздриков за крошки, трупы своих сородичей и пот, стекающий с пользователей этой шайтан-машины, что запускалась только после молитвы шумерам и обряду волшебных пиздюлин (Обычно с восьмого раза) трудились на благо существование этого артефакта времён палеолита.       Из этой комнаты выходил балкон, вымазанный барсучим жиром, на котором хранилась различная ебанина, начиная от противогазов ГП и заканчивая семейством инцестников-писателей, что зарывшись в солениях, пустых банках пива и норковой шубе для восьмерых Стасов Барецких трахались и писали о том, как кто в их семействе трахал. Их игрища не редко становились темой обсуждения во время пьянок, и потому с балкона частенько слышались стоны и рассказы о том, как сынишка старшей сестры отца трахал бабку по материнской линии.       Облёживая засранный диван и поглядывая на арт-объект в виде ебанутого свитера с тремя чёрными коровами и тремя чёрными рабами на фоне инопланетного вареника с лицом Сергея Зверева Степан потирал свою большую шишку. И член. Да, прозвище Большая шишка Стёпка получил за то, что носил поверх своего кафтана с розоволосой лолькой и Марком Цукенбергом крупную сосновую шишку, покрашенную в цвет ядерного сеновала под упавшей по распиздяйству Архангелького колосса Розы-хутор. Эта самая шишка не раз спасала в те моменты, когда желание заиметь в своём анале поистине ебливую вещицу превышало желание обсуждать на имиджбордах фута-лоли-фурри-некро-трапов.       Евгений Газонокосилка, между тем. занимался своими обычными делами, которые заключались в трехтысячеразовом перечитывании книги "Капитал" Карла Маркса, пятикратном насасывании большого красно-рыже-розоватого цукини со вкусом клубничного коктейля Чудо и утомляющем натирании отрубленной головы лысого стриптизера из гей-клуба "Самара", который находился в соседней квартире.             – Я ебал Дио! - громогласно, словно пердёж твоего бати произнёс Атлант, державший плоскую землю. Это было сравнимо с криком коммуниста-петуха под утро, и сигналом что сейчас будет пиздец и три его сынка.       Зазвучал гимн Украины, в дверь древнейших старожил двача постучали и достучались до оргазма, ибо дверь была живой и звали её Надя Глазунова, и выбив шлюху нахуй и посадив туда же, с ящиком радиоактивного пепла и пива ворвался Игорь, по прозвищу Игги, так же известный как псина ебанная.       – Пизда на Небесах! Ебануться в кочерыжку твоей мертвой спидозной матери! Охуеть и вставить свой большой тлеющий нефритовый жезл!       Заорал во всю свою глотку, наполненную спермой, охуевший Евгений, да так, словно выкрикивая заклинания из банального раздроченного Гарика Потного, или как там эта книга называлась.       Степан со страху обосрался в штанишки как Эд Ширан, чьё измазанное говном ебало красовалось на плакате, закрывавшим дырку в dungeon. Он резко, словно понос после вокзальной шаурмы вскочил и подбежал к Игорю, разливая кал по полам.       – Игорёчек, дай заебинить! - агрессивно орал тот махая руками и метая кал. – Ну дай заебенить!       Игорь кинул ящик пива в угол и наебенил на лицо обосрышу пива Охота крепкое и мочи, что в принципе одно и тоже. Степан упал нахуй, поглотив своим очком Надю.       Конченно уебавшись лицом в обосранную стену, Евгений, совсем свихнувшись, схватил свою любимую обконченную книгу "Капитал" и откусил от нее смачный кусочек и настолько сильно отрыгнул, что статуэтка Гитлера в БДСМ-костюме пошатнулась, упала и взорвалась нахуй, расплескав по всему помещению смердящую жижу с ароматом хамона, ген-материала фиолетовокровного тролля и фреш-бара.       Внезапно как первый секс в 8 лет с каким-то дядей все умолкли, ибо по старому как Сидорович радиоприёмнику, что валялся где-то среди просроченный гондонов, башки стриптизёра, килограмма некачественного героина и мешке с говном прямо с концерта Эда Ширана передали как закладку:       "...Фестиваль инсектофилов в А.Н.А.Л-е, приглашаем всех долбоёбов, будут жаркие насеко..." - и после он тоже взорвался нахуй.       Все трое завопили в одно раздроченное горло "ГО-О-ОЙДА!!!". Что Стёпка со своей большой шишкой, что Женька со своей газонокосилкой и потрёпанной как пизда портовой шлюхи книжкой Капитала, что Игорёк, чья кровь была пивом,у них была мечта как у Жорика Жованны, они хотели ебаться и ебать насекомых, а потому мигом побежали собираться.       Для такого мероприятия был нужен особый наряд, потому каждый из трио хуесосов подобрал себе одежду на свой вкус. Быстрее всех оделся Женька: сандали египетского фараона, черные носки с базара за 50 копеек, фем-бойская юбочка в цвет флага Болгарии и укороченная футболка с яркой надписью "Звездочка, солнышко, ну напиши мне, ну поговори со мной". И все его одеяния сияли так, будто были намазаны соплями.       Степан хоть и был тем ещё ебланом, но чувство стиля у него было, он разделся, скинув с себя обосранные семейники с Май Литл Пони и майку в цвет подливы, и накинул на себя розовый смокинг в узор с лицом Эда Ширана, Срако Малафьи и геем-гусаром из Army of Lovers, а так же шляпу Зубенько Михаила Петровича - его крёстного отца по гей-порно линии. И этот образ докрасили очки 🤓, после чего он сказал:       – Эхм, мистер, не называйте меня НГЫЫЫЫЫХ, ведь я ТУУУ ТУ ТУТУ ТУУДУУУ.       Сексапильная мантия гейского священника была основной частью наряда Игорька, однако его дополняли некоторые интересные детали: Латексные перчатки и чулки, чепчик горничной, и конечно же отсутствие трусов, отчего его хуёк иногда выглядывал.       Троица была готова к отъезду в А.Н.А.Л, где их ждало блядство, разврат, наркотики, Стас, и пиздец.