and though I write them by the light of day please read them by the light of the moon
3 ноября 2022 г., 16:23
Моросило днями напролёт. Всё небо затянуло серыми тучами. Мелкие и холодные капли неприятно врезались в лицо. Пожелтевшие листья были втоптаны в землю, некоторые опускались на лужи, но сразу же теряли свои краски.
Хенджин любил осень. Время года всех поэтов и художников, романтиков и меланхоликов навевало какое-то особенное настроение. Не похожее на грусть, но отчасти ею и было. Скорее это было смешение из эмоций.
Но Хенджин так легко себя еще не чувствовал.
Длинное чёрное пальто поддевал ветер, стаканчик с кофе остыл и совсем не грел, русые волосы насквозь промокли от долгого нахождения на улице под дождем.
Хенджин, наступая на очередную незамеченную лужу, заходит в его излюбленный книжный. Это место ассоциациировалось у него с самыми приятными воспоминаниями.
Он приходил сюда независимо от настроения, погоды, ноги вели будто сами. И постепенно полки в его квартире заняли книги, а в комнате всегда без приглашения появлялся Сынмин и ругал за этот полисборник и безответственность. В конце концов, Сынмин просто не понимал — среди книг его другу было как никогда спокойно, в комнате присутствовала атмосфера.
Проходя вдоль стелажей, Хенджин пробегается взглядом по книгам, которые через его не очень тщательный отбор отправляются в шоппер.
По итогу он выходит с восьмью книгами. Большое достижение, если он прочитает хотя бы пять из них.
— Привет, Хенджин.
На пути к дому он встретил Минхо.
— Ты опять не застегиваешь пальто, — вздыхает Хо, осматривая его. — Простудиться хочешь?
— Во-первых, привет Минхо, — начинает Хенджин и поправляет лямки шоппера на плече. Почему его все время отчитывают? — Во-вторых, я сам ре-..
— Что у тебя в шоппере? Ты опять книги набрал? — перебивая его, спрашивает, скорее риторически, Минхо и издаёт смешок. — Тебе совсем Сынмина не жалко? Ладно, нам уже пора идти, — подхватывает его под локоть Хо.
— В смысле? Куда мы? — судорожно оглядывается по сторонам Хван будто это не лучший друг тащит его, а какой-то маньяк собирается украсть.
— Мы же в общем чате договорились вместе посидеть. Ты опять телефон забыл?
— Просто не взял, — пожимает плечами Хенджин, устремляя взгляд вперёд.
Они останавливаются у пешеходного перехода. Светофор горел красным, медленно отсчитывал время и казался неестественно ярким на фоне потускневшей природы и затянувшегося неба.
— Хо, будь добр, подержи, — отдавая другу шоппер, бросает Хенджин и параллельно достаёт камеру.
Минхо переводит взгляд с Хвана на светофор, который уже горел зелёным — ему ничего не остаётся кроме как смириться. Хотя за их довольно продолжительное общение подобные привычки начали вызывать улыбку.
— Всем привет, — заходят в заведение взволнованный Минхо и, ничего не подозревающий Хенджин.
— Привет, — нервно улыбается Джисон и хлопает на место рядом с собой. — Как погода? Не замёрзли? Как себя чувствуешь, Джинни?
Сынмин толкает его в бок и, изобразив подобие улыбки, разворачивается к только вошедшим.
Хенджин, сощурив глаза, осматривает друзей слева направо. Что-то здесь нечисто: Сынмин боковым зрением поглядывает на Хана, давая какие-то явные, но не для Джисона, ерзающего на диванчике, знаки.
Минхо хлопает Хвана по плечу и просит сесть. Один Чан выбивался из всей картины. Он не сводил влюблённого взгляда с Сынмина и время от времени поправлял его прямые русые волосы.
Все как обычно впрочем, но не совсем.
Хенджин с невозмутимым видом кладет сначала свой шоппер, наполненный книгами, потом садится сам, непроизвольно представив как это все-таки комично смотрится со стороны. Все его друзья уместились на одном диванчике: Минхо сидел в обнимку с Ханом, Чан забросил одну руку через плечо Сынмина, у которого по щекам разлился заметный румянец — и все это на глазах у Хенджина, сидящего напротив них с книгами у себя под боком.
Хван, делая вид, что ничего странного не происходит отпивает какао, заботливо заказанное кем-то из друзей.
Сынмин прочищает горло и еле слышно, обращаясь явно не к Джину, произносит:
— Говорить буду я.
И разворачивается к Хенджину.
— Хенджин мы... ты опять книг накупил? Зачем так много? — меняется он тут же в настроении и чуть ли не через стол заглядывает в шоппер. — Ты знал, что можно скачивать их онлайн? Покупать б/у? Зачем ты..
Чан, обнимая его за плечи, усаживает обратно и приглаживает русые волосы.
—Сынмин-и, вдох-выдох.
— Да он скоро погрязнет в... — бубнит Ким, но получая поцелуй в висок, тут же замолкает, потупив взгляд.
Хенджин, сдерживая улыбку, переводит взгляд в окно. Некоторые вещи не меняются. Эти двое встречаются уже второй год, но Сынмина до сих пор было очень просто смутить.
— Окей придётся мне, — просверлив давно в стаканчике дыру, решается Минхо. — Как... как ты относишься к переменам, Джинни?
Хенджин хотел было что-нибудь ответить, но его перебивает Хан:
— Мы с Хо на Рождество уезжаем в Инчхон к его родителям, а Сынмин и Чан в Австралию.
У Джина от удивления расширяются глаза, а брови взлетают к потолку. Такого он, пожалуй, ожидал услышать меньше всего. Их традиции проводить вместе Рождество было уже очень много лет. Она ещё с тех времен, когда Джисон боялся и слова в сторону Минхо сказать, а Чан, умиляясь с Сынмина, был уверен что они лучшие друзья. Не то что бы Хенджин ощущал предательство, он скорее был потрясен. Неожиданно как-то это всё. «Как я отношусь к переменам? Да вроде пока держусь»
Пребывая в собственных размышлениях, он и не заметил как перед ним начался хаос: Сынмин с кулаками замахивался на Хана, который поджав губы, качался вперед-назад, ругая себя за собственную несдержанность. Минхо гладил Хана по спине, повторяя, что все хорошо.
«Я же говорил, что этих двоих надо оставить» — доносится от Чана.
— Да все в порядке, — старается их успокоить Хенджин, и для большей достоверности улыбается.
— Правда? — поднимает на него удивленный взгляд Хан.
— Конечно. Я рад за вас, ребята. Тем более ты Чан так давно не видел свою семью. Это отличный повод, как по мне, ещё и вместе с Сынмином.
Чан на это только кивает. Он был уверен в том что Хенджин отреагирует не так плохо, как это утверждали Сынмин с Джисоном. Ведь не смотря на чувствительность их друга он был вполне зрелым и проницательным.
— Мы так переживали, Джинни, — облегчённо выдыхает Хан, — ты ведь остаёшься совершенно о...
— Сони хотел сказать, — перебивает его Минхо, — мы боялись, что ты заскучаешь без нас.
— Да все порядке, правда. Я понимаю, - крутит в руках стаканчик Хенджин. —Придумаю что-нибудь.. но в любом случае буду скучать по вам, ребята.
— Джиннии, — тянет, расчувствовашийся Хан, и подбегает к нему с выставленными вперёд руками.
— Хан-и, — обнимает его в ответ Хван.
— Да ладно вам. Мы же не завтра и даже не через неделю уезжаем, — бубнит Сынмин, оказываясь в общих объятиях.
ты, с тобой
⍣⍣⍣
На обратном пути Хенджин думал только о том, что уже через месяц Рождество. Все друзья разбредутся по парочкам, а Хенджину остаётся романтизировать свое одиночество больше, чем обычно. Или нет? С одной стороны он любил временами побыть одному. Порой это было необходимо. Но одиночество и время наедине с собой совершенно разные вещи. И если время за которое можно: почитать незамысловатый роман, посмотреть в окно и понаблюдать за падающими листьями, заварить улун и включить на фон что-нибудь наподобие «Гордость и предубеждение» — исцеление, то одиночество как раз-таки наоборот — утомляло. В один из дождиливых вечеров Хенджин, в десятый раз пропитавшись атмосферой Англии 19 века, берет листочек крафтовой бумаги и детские наклейки с зимней тематикой (второе просто под руку попалось).⍣⍣⍣
На улице, как это обычно для осени, моросило. Оранжевые листья уже не казались такими яркими. Чонин ставил эту погоду в сравнении с куполом. Небо затянуло серыми тучами, за которыми практически ничего не было видно. Они казались бескрайними, обволокли всё небо точно купол. Чонин, снимая капюшон худи, заходит в книжный. — Привет, Бэй, — подпирая один из стеллажей, говорит он. — Разве так поступают друзья, Ян Чонин? — не отрываясь от компьютера, спрашивает Джинсоль. — О чем ты? — Ты не пришёл вчера. — Аа, да прости. Скучно без меня было? — садясь напротив девушки и склонив голову набок, спрашивает Чонин. И за это получает лёгкий удар папкой в плечо. — Балда! Надо выполнять свои обещания. — Ай, — уворачивается Чонин. — Свою Кюджин тогда бы и звала. — Нин, ты там по дороге не поскользнулся случаем? — шипит девушка. — Ты ведь ради неё на подработку и устроилась. — Да, но ты же знаешь, что я не могу, — встаёт с рабочего места Бэй. — Чаю? — Давай. Я на самом деле уверен, что ты ей тоже нравишься. Джинсоль заметно краснеет и ставит перед ним чашку. — Как что скажешь, — отпивает она чай и чересчур резко ставит кружку обратно на стол, — о, чуть не забыла рассказать! Вчера посетителей вообще мало было, но где-то в обед пришел тот странный парень и купил аж восемь книг. — Ого.. А про что? — Разные. Были и про искусство и про растения. Да и не в этом дело, — отмахивается Бэй и подает чуть вперёд корпус, — я то все это время думала, что он книги ворует. Чонин смеётся и откидывается на спинку стула. — Он просто так часто ходит сюда, — в свое оправдание говорит Джинсоль и толкает парня в плечо, не сдерживая улыбки. — Перестань уже. Он просто такой подозрительный. В длинном пальто, с камерой. — Да уж, Бэ Джинсоль. Сюда ходит так мало людей, что тебе уже воры мерещутся. Бэй только пожимает плечами и, заметив кого-то возле кассы, встаёт с места. Пока подруга возилась с покупателями Чонин осматривал стеллажи. На полках стояло так много книг: старые, потрепанные и на контрасте с ними совсем новые, очень яркие, без единой складочки переплеты. Из всей этой умиротворенной картины выбивался свёрток, выглядывающий из страниц одной книги. Чонин, предварительно оглянувшись по сторонам, будто собираясь сделать что-то незаконнoe, подходит к полке и наклоняется к книге. Он тянет за край и свертком оказывается письмо из крафтовой бумаги. Ян разворачивает его и первое, что замечает это детские, забавные наклейки в форме снежинок вокруг текста. ·. ⊹.«Проведём вместе Рождество?» ˖ ⁺ ◌ •
•* .・
«Мы должны быть довольно близки для этого, тебе так не кажется?»
Чонин, подобрав со стола Бэй ручку, написал ответ и вложил конверт в ту же книгу. Все это казалось очень киношным и сказочным, окутанным дымкой тайны. Чонин все задавался вопросом: «Будет ли у этого продолжение?» Ведь с одной стороны это могло быть и чей-то шуткой. Чонин не исключал и этого варианта. Но улыбка с лица все никак не сходила.⍣⍣⍣
Хенджин просыпается позже обычного. Повалявшись на полчаса больше обычного, он лениво поплелся на кухню. Хван не был жаворонком, но и просыпаться очень поздно его не радовало. Ощущение разбитости остаётся на весь день. Кажется, пора ставить будильник? Нет, просто раньше ложиться. Но Хенджин и ни это и ни то не сделает. Заварив себе кофе, он осматривает гостиную с каким то ощущением потерянности, будто видит её впервые. Пора заканчивать так много спать. Подвиснув в который раз на деталях кухни, Хенджин забывает про ободряющий утренний напиток и плетется в комнату. На столе лежали оставленная в три часа ночи акварель, стакан с водой, кисти, а ещё... кусочки крафтовой бумаги. Хенджин внезапно вспоминает. Письмо. Книжный. И как это вообще у него могло вылететь из головы? Хотя, многие вещи, сделанные в порыве чувств почему-то на следующий день забываются. Хенджин так однажды, (но не единожды) вспомнил о том что заказывал одежду только когда ему пришло извещение о доставке. Так вот, письмо. Опасения по этому поводу посетили его только сегодня. Письмо могли выкинуть, просто не заметить, пройдя мимо и.. Да собственно и всё. Хенджин решает подождать вечера. Прямо перед закрытием, когда улицы освещают фонари, он вбегает в книжный, напугав бедную сотрудницу. Хенджин осматривает стеллажи и находит взглядом то за чем и пришёл. В груди зарождается трепет. Хенджин кивает письму, а в голове мелькает мысль: «У нас целый месяц впереди»⍣⍣⍣
«Тогда, стоит узнать друг друга получше?
✧’｡⋆ ⊹.°୭
Начнём с самого простого: любимый жанр в музыке. ˖ ⁺ ◌ •
Я люблю инди-рок. Скорее не классический, а какой он есть на сегодняшний день:
мягкий, ретроспективный.
Он помогает зарядиться энергий и немного •*
встрястись.
Что насчёт тебя?» ·. ⊹.
«Я не очень понимаю, что происходит» — думает Чонин и пишет ответ:«Я предпочитаю дрим-поп. Что-то ненавязчивое, создающее определённую атмосферу.
Он также помогает мне уснуть.
P.S. Определенно стоит»
Чонин, перечитав ещё раз свой ответ, складывает письмо пополам и, приблизившись к стеллажу, решает оставить в другой книге.⍣⍣⍣
Редкие лучи солнца пробивались через шторы. Хенджин пил третью за утро кружку чая. Непривычно было видеть людей без зонтиков и так не спеша идущих. Солнечная погода осенью была сродни чуду. Хван надевает свитер, выходит из дома и включает осенний плейлист, в который прошлой ночью добавил все песни известных дрим-поп исполнителей. Спокойные мелодии и неторопливый вокал и правда успокаивали. Хенджин любил подобные моменты, когда новый человек что-то приносил с собой в его жизнь, делился этим. Будь то музыка, привычки, какие-то фразы. Чувствуется участие, близость. О нем нетерпелось узнать ещё больше деталей. Хенджин, гуляя вдоль аллеи, видит как навстречу ему идут Минхо и Джисон. Хван останавливается и наводит на них объектив фотоаппарата. Хан, не замечая буквально никого и ничего кроме своего парня, размахивает руками и что-то рассказывает, Минхо смеётся и толкает его в плечо, Джисон же на это разворачивает его на себя. Затворка фотоаппарата щёлкает. Их зрительный контакт и запечатляет Хенджин, сразу же применив черно-белый фильтр. Фото на секунду представилось ему в каком-то журнале в милой, некричащей рубрике под заголовоком «Любовь сквозь года. Секреты Ли Минхо и неугасающая страсть Хан Джисона» Вот и подарок им на Рождество. — Хенджин-ии! Хван отрывается от фотоаппарата и лица друзей оказываются прямо перед ним. — Ты как? — спрашивает Джисон. — Все хорошо, вроде. Такая погода хорошая, да? Небо конечно не изменилось такое же серое, но вместо дождя солнце. — Это да, — вздыхает Минхо. — А, стоп. Почему «вроде»? Кажется Хо был единственным человеком, который вслушивается в ответ на вопрос «как ты». — Я просто пока ещё не определился. Кажется грядёт что-то. — Что ты задумал, Хенджин? — приподнимая уголки губ, интересуется Хан. Хван только пожимает плечами и разворачивается к ним в профиль, чтобы сфотографировать пейзаж. Минхо обменивается обеспокоеным взглядом с Ханом. Конечно, гораздо удивительнее было бы если бы Хенджин говорил без загадочности в голосе и не переводил бы темы. Такой обычный Хенджин, сколько бы они с ним не общались, легко вводил в тупик. — Я вам расскажу как придёт время.⍣⍣⍣
Должно быть, он выглядел как последний дурачок всякий раз как открывал письмо и видел знакомые стикеры и почерк. Но это совсем не волновало. Волновало немного другое: Чонин и не заметил как вскоре начал искать в этих письмах какую-то свою новогоднюю сказку и чудо. Под запал он клеил такие же странные стикеры, которые нашел в ящечках у Бэй. И как-то раз случайно пририсовывал сердечко:«Ладно, это самое банальное, но почему-то кажущееся мне необходимым.
•* .・
Любимый цвет? •* .・
Мой фиолетовый.
А потом по сценарию идёт фраза: давай дружить?
˖ ⁺ ◌ •
Мой любимый цвет — серый.
Я за классику, поэтому давай.
♡»
Вроде бы и ничего в этом подобии на сердце не было, но Чонин буквально сверлил его взглядом и думал зачеркнуть. Такой неожиданный порыв чувств завёл Чонина в лабиринт из мыслей. Внезапно эти письма стали слишком ценными для него.«Спасибо, мне стало легче жить… > <
Что насчёт фильмов? ·. ⊹.
Я люблю всё, кроме ужасов. ⋆⊹.°
｡⋆⊹.°
Не в восторге от них тоже»
⍣⍣⍣
«Мне нравится…
...запах книг и газет. Это напоминает мне детство, когда мы с мамой, выбирая папе подарок на день рождения, обходили все книжные и библиотеки в округе. Папа очень любил читать, поэтому ценнее стареньких переплетов и выгравированных фамилий авторов ничего не было.
…запах свежей выпечки. Запах корицы и ванили напоминает мне дом.
Дом, в котором мама готовила имбирные пряники, а брат засыпал в заварник листья смородины и мелиссу.
♡»
⍣⍣⍣
— Я так и знала! — Выбегает буквально из ниоткуда Бэй. — Молодой человек, что это вы делаете? — Ничего, — улыбается Хенджин и просовывает письмо между двумя книгами на самые верхние полки. Учитывая невысокий рост сотрудницы, это было наилучшим решением. — Да как вы... — Прошу вас! — Перебивая девушку и выставляя руки вперёд, воскликнул Хенджин. После недолгой паузы он делает шаг назад к выходу, произнося по слогам: — Поймите же. Творится величайшая история любви. Дверь закрывается. Джинсоль, находясь в абсолютном возмущении, переводит взгляд с верхних полок на закрытую дверь. — Он с воровства книг перешёл на кое-что посерьёзнее, я смотрю, — наблюдая за тем как усердно Чонин что-то там выводил, вздыхает Бэй. — О чем ты? — О твоём сердце, балда. — Бэй, я не понимаю. Давай сначала, — отрываясь от своего занятия, Чонин переводит взгляд на Джинсоль, которая на это показательно вздохнула. — Помнишь я рассказывала про того странного парня с восьмью книгами? Чонин кивает. — Так вот. Этот же парень оказывается тебе письма пишет. — Что? Как ты.. — Незадолго до твоего прихода спалила его. Ян выглядел несколько шокированно. «Если бы я пришёл чуть раньше встретил бы его..?» — Длинное пальто, камера на шее, так? — мечтательно произнес Чонин. — Всё так, — кивает Бэй. — А ты оказывается внимательно меня слушаешь. Чонин самодовольно задирает к потолку подбородок и возвращается к письму. — Ты всегда такую лыбу давишь, пока ответ пишешь. Не болит ещё ничего? Чонин, поднимая на подругу взгляд хотел было как-нибудь возразить, но его опередили: — Ах, почему тебе всегда так везёт на романтиков. — Всегда? — Чонин собирает брови к переносице, но решает оставить это. — Кюджин так и не писала? Джинсоль, сразу же меняясь в настроении, опускает взгляд в пол. — С чего бы ей..? И не смотри на меня так. На вечеринке все точно измениться. Я верю в это.⍣⍣⍣
«Воспоминание из детства?
Думаю, походы в театр оставили во мне самый большой отпечаток и были сродни волшебству в то время.
Мы с родителями ходили туда не так часто, может три раза в год, но в каждой постановке я находил что-то для себя. Не так были важны сюжетные повороты и логика, меня больше завораживала сама атмосфера: зал, софиты, декорации, костюмы.
Только представь: актеры на сцене и, к примеру, их окружают черно-белые стулья, находящиеся в небольшом беспорядке. Подобные кадры похожи на картину.
Мюзиклы ставят настоящие художники, тебе так не кажется?
Для меня, 8-летнего мальчишки, каждый поход в театр был праздником.
В детстве в конце каждого месяца мы с родителями и моими братьями ходили в ресторан с кухнями разных стран. Вспоминая сейчас об этом, я понимаю, что это наверное самые тёплые и весёлые ужины в моей жизни.
P.S. Я был в театре пару раз и то с классом. Соглашусь с тобой, что это настоящее шоу и в первую очередь искусство.»
⍣⍣⍣
В этот раз вопрос был написан на бумажном скотче.________________________________________________
Что бы сделало твой день «идеальным» и
как бы ты провел его?
________________________________________________
«Для меня нет чего-то определённого. Просто день полный неожиданностей. Обычно то, что ты не ждёшь в итоге и сделает тебя счастливым и сделает день «идеальным».
Идеальный день для меня это интересная дорама или книга и прогулка вечером с кем-нибудь.
♡»
Чонин все больше чувствовал как с каждым письмом ему хочется прорасти в свой любимый белый свитер. Накрывали и переполняли самые разные чувства. Хотелось после каждого предложения отложить ручку, убраться в доме. Но вместо этого он продолжает рисовать кривые сердечки в уголочках.⍣⍣⍣
Ноябрь приближался к своему завершению. Близилась зима, а за ней вязанные свитера, тлеющие дровишки в камине и тёплые одеяла шли шлейфом за совсем не согревающим пальто Хенджина. Дописав очередное письмо, он отбрасывает ручку в угл стола. С каждым предложением он чувствовал как внутри что-то росло. Прорастало словно росточек, который подпитывали не вода и солнечный свет, а тёплые слова незнакомца с кривыми сердечками в уголке. Как такое могло произойти? Хенджин не имел ни малейшего понятия. Поздними вечерами, когда даже включать что-то на фон было слишком, он задумывался о том, что его подтолкнуло на это и чего он ждал. Очевидно, толкнула новость от друзей. А ждал он... уюта и человека, который был бы его воплощением. Всё, кажется, на своих местах. Хенджин просто терялся в чувствах. Плутал среди букв и предложений, которых ждал в ответ на письме из крафтовой бумаги.« / / / / / / / / / /
Когда хочется тепла внутри:
/ / / / / / / / / /
нам понадобится:
• какао с молоком
• плед
• романтическая комедия
• дождливый день»
Чонин прячет очередную и слишком явную улыбку в растянутом воротнике от водолазки. «Когда хочется тепла внутри? Хм...» Чонин, вглядываясь в крафтовую бумагу больше чем обычно, пришёл к выводу, что опробует этот 'рецепт' и обязательно поделится своим теплом с отправителем писем. Ян складывает письмо пополам и прячет в карман куртки.⍣⍣⍣
Первый снег, остывший горячий шоколад, незаправленная и мятая белоснежная постель. Хенджин сидел на подоконнике, смотря вдаль, отвлекшись от книги, которая под властью открытого окна перелестнулась на середину. Хенджин терялся в своих мыслях всякий раз как садился что-то делать. Мысли занимали письма, человек, который на них отвечает, в особенности. Джин был уверен, что встречал его. И не раз и не два. Может каждый день они ходят по одним и тем же улочкам, слушая одни те же мелодии, которые раздаются из каждого второго закаулка. Читают одни и те же книги. Может быть. Хотя, Хенджин всё больше убеждал себя, что так оно и было. Возможно ли влюбиться по переписке? Хван в который раз отвечает себе, что возможно. Влюбиться в мысли, влюбиться в душу. Хенджин чувствовал себя романтичнее Парижа. Улыбка не сходила с лица каждый раз как он читал ответы и видел корявые, нарисованные в порыве, сердечки в уголке. Приближалось Рождество. Хенджин чувствовал облегчение от того как все удачно и в их пользу складывалось. Они, как и хотел незнакомец, полюбивший таинство переписки с наклейками в форме снежинок, постепенно, с вопросом за вопросом узнали друг друга.⍣⍣⍣
— Я влюбился в его мысли, Бэй, — рисуя на окне очертания снежинок, произносит Чонин. — Это здорово, конечно, но тебе не кажется, что внешность тоже играет немаловажную роль? — спрашивает Джинсоль, ставя перед ним горячий шоколад. — Да, но... Не знаю, разве у человека с красивой душой не такая же и внешность? — Чонин отрываясь от своего занятия и устремляет взгляд вдаль. Будто пытаясь найти незнакомца с книжного. — О боже, Чонин-а, — восклицает Бэй и морщит нос. — А ведь моя мама всегда говорила, что ты первым женишься. — Чего? — смеётся Ян, уже развернувшись к Джинсоль. — Ничего. Шоколад остынет, если хохотать продолжешь. — Ладно-ладно, — Чонин немного отпивает согревающий напиток. — Мм.. Бэй, это так вкусно. Ты делаешь просто лучший горячий шоколад. Кюджин такое упускает. — Правда? Может мне сделать его на Рождество? — Чтоо неет, я же не смогу попробовать, — протестует, больше для вида, Чонин, но заметив волнение на лице девушки говорит: — Когда она его попробует — считай вы уже встречаетесь. — Ага, конечно, — улыбается Бэй. — Ты кстати на Рождество будешь с книжным вором? — Что? Почему ты его так называешь? — А как мне по-твоему его называть? Имена то вы почему-то до сих пор у друг друга не узнали. Так что? — Да. Думаю, да, — рисуя на столе какие-то свои узоры отвечает Чонин. — Так мило. Я очень рада за тебя, Нин, — говорит Бэй, дотрагиваясь до его руки. Чонин поднимает со стола взгляд и улыбается ей. — Не хочется портить такой момент, но я могу попросить тебя кое о чем? Джинсоль кивает.⍣⍣⍣
До Рождества оставалась неделя. На днях Хенджин получил письмо от парня, поселившегося в его голове. Они должны были встретиться вечером. Хван, отсчитывая весь день время, собирается с мыслями и выходит на улицу, где совсем недавно начал идти снегопад. Снежинки в свете фонаря медленно опускались на землю. Все машины, встретившиеся на его пути покрылись тонким слоем снега. Хенджин тем ближе был к книжному тем отчетливее видел светодиондную надпись: «Счастливого Рождества» Внутри гирлянды красных, белых и жёлтых лампочек светились над полками с книгами. На столике стояла мини ёлка. Окна украшали гирлянды в форме звезд. Хенджин оглядывается по сторонам, удивляясь как поменялась обстановке здесь. Зимняя атмосфера заполнила его любимый книжный. — Ваау, это так.. празднично. Как такое прекрасное место, могло стать ещё невероятнее.. — Рад, что тебе нравится, — раздается со спины голос. Хенджин оборачивается, встречаясь с лисьими глазами. И вряд ли с этого момента чей-то взгляд его вот так вот тронет. И вряд ли этой зимой он будет мёрзнуть. Улыбка незнакомца была слишком яркой. Этой зимой впервые по утрам не будет темно. Ясное лицо с румянец июльских яблок обрамляли тёмные кудри. Сердце Хенджина учащенно билось и тонуло в трепете. — Могу я узнать твоё имя? — Чонин. — Я Хенджин, — касаясь протянутой руки произносит Хван. — Чонин. я — М? тебя — Проведем вместе Рождество? люблю — Да. и я тебя.
