Прими мои извинения, Несса.

— Покажи, что там. Несса убрала руку. Острый выступ сильно повредил глаз, отчего девушка почти ничего не видела им. — зачем ты это сделал?… — Извини. Дикшенари смотрел на Нессу с ехидной и наглой улыбкой. Она села на диван. — я..я почти ничего не вижу… — Утром поговорим. Через несколько минут Несса уснула прямо на месте. Он разбавил чай снотворным и успокоительным одновременно, от этого она была спокойной, и конфликт между обджектом и хостом не завязался. — Покойной ночи. Дикшенари вышел из комнаты и пошёл в ту самую пристройку. Нужно было взять пару нужных вещей. Свет в том сарайчике работал довольно сносно, как, в целом, и в доме. Глаза быстро привыкали к темноте. — Сейчас, возьму то, что мне надо. Рука по инерции потянулась к выключателю. Свет включился, хоть и не сразу. В сарае лежали инструменты и всякая прочая дребедень. Запах ржавого металла и машинного масла сразу же ударял в нос всем, кто переступал порог сарая. Но один старый, ржавый ящик привлекал внимание к себе сразу же, когда кто-то заходил в сарай. В этом ящике лежали ножи, пакетики с непонятным содержимым, старые, давно просроченные таблетки и куча бумажек, перепачканных ржавчиной и жирными пятнами. Текст был написан настолько мелко, что его даже с хорошим зрением было очень трудно прочитать, да и Дикшенари не особо заёбывался насчёт этого старья. Ну лежит - и пусть лежит, хрен с ним. — так. Сейчас. Стоп, а где?… Обыскав пол сарая, он так и не нашел то, что искал. А это лежало на самом верху этого треклятого ящика. — как можно быть таким тупым… Наконец-то взяв то, что ему было нужно, он вышел из сарая, прикрыв дверь. Он пришёл в комнату и сел на диван. — подожду, пока ты проснёшься. *** Рыжая девушка очнулась в тёмной комнате. Первое, что она почувствовала - дикий холод и невозможность двигаться. Словно кто-то держал её руки и ноги. Спустя какое-то время она поняла, что это верёвки. Все ещё сонная, она попыталась попробовать поспать ещё чуть-чуть, несмотря на затёкшие конечности и сильное жгучее чувство в желудке. У неё не получилось уснуть, и она просто смирилась с этим, пытаясь ослабить тошноту и боль в неподвижном положении. Палочка Нессы лежала на том столике, но она просто физически не могла до неё дотянуться. — Доброе утро. Как спалось? Несса попыталась что-то сказать, но было чувство, что все слова застряли в горле, затрудняя дыхание и создавая странную пробку во рту. — Почему молчишь? — что ты сделал? - еле как прошептала Несса. — Неважно. Тебе плохо? В ответ девушка замолчала. Да, ей плохо. Сейчас это не имеет значения. — такие твои извинения, да? - простонала она. — Я даже ещё не начал, а ты уже меня торопишь. Сейчас сниму верёвки. Дикшенари разрезал одним из ножей верёвки, сдерживающие руки девушки, и Несса смогла сесть на диван, смотря ему в глаза. — Свободнее? — … — Ну чего же ты… Не молчи. Нессе очень хотелось заговорить. Высказать всё, что она о нем думает. Но это было очень трудно для неё. Дикшенари стоял рядом с ней со стаканом. Он поставил стакан на стол и взял нож. — Не стесняйся, я просто.. Извиняюсь. С этими словами он нанёс несколько порезов на шее и между грудью Нессы, накаляя обстановку. Красные, поверхностные полосы быстро покрыли почти всю эту область. С каждым разом Дикшенари давил на нож все больше, порезы становились ещё глубже. Капли крови, стекающие с них, смешались со слезами, что только подливало масла в огонь. На столе стояло два абсолютно одинаковых стакана. Он взял один из них. В нём был кипяток. В СТЕКЛЯННОМ СТАКАНЕ. Ни секунды ни медля, Дикшенари выплеснул всё содержимое стакана на свежие порезы, наслаждаясь сильными криками Нессы. Кипяток растёкся между грудью, вплоть до таза, отчего пошло сильное покраснение и раздражение. Это было очень, очень больно. Дикшенари взял второй стакан. — Либо выпиваешь, либо я снова вылью это на тебя. Выбирать тебе. Нессе уж точно не хотелось снова ощутить ту боль. Она поняла, что лучше выпить. В стакане был кипяток. Стеклянный стакан, казалось, что вот-вот лопнет. Несса взяла стакан. Боль от горячего, готовившегося лопнуть стакана пронзила руки девушки. — Я жду. Отпив маленький глоток, она вздрогнула. Это был очень, очень солёный кипяток. Понемногу отпивая эту адскую жидкость из стакана, с каждым глотком ей становилось хуже. Решив допить все остальное залпом, Несса совершила самую большую ошибку. Невыносимо горячая вода очень сильно и резко обожгла горло. От количества соли стало ещё хуже, чем было. Жжение в животе усилилось в разы. Если бы это был просто кипяток, но с солью… — Как ты? И снова молчание. Она ничего не могла ответить. — Сейчас ты ничего не можешь. Зато я могу. Несса догадалась, что он собирается сделать. К обожженному горлу подступили сильные рвотные позывы. В конце концов, не имея сил больше терпеть, она поддалась им. Перевесив голову, её вырвало на диван. Было бесполезно что-то сдерживать. Оставалось ещё немного. Мерзкое послевкусие рвоты переполняло всё. Снова новый порыв, на этот раз с явной кровью. Отвратительный запах заполнил всю комнату. Кровь перемешалась с рвотой, создавая не слишком приятную картину. — Оу, видимо, я переборщил с разбавлением чая. - сказал ей Дикшенари. Нессе было очень мерзко и непонятно. Что он творит? Как у него хватило смелости сделать это вообще, но самое главное, с кем?! С кем?? С хостом, который может за одну секунду лишить его жизни. Он - обычный, смертный обджект. Не каждый решится на подобное. На жестокие издёвки над своим хостом. А уж о том, насколько практически все обджекты - жалкое ссыкло - и говорить нечего. Им всем достаточно ползать на коленях перед хостом, так как он может в любую секунду прибить их на месте. Но один всё-таки нашёлся. Несса попыталась дотянуться до палочки. Увидев это, Дикшенари спокойно взял её палочку со стола и демонстративно переломил об колено. Палочка разбилась на две части. — Теперь нечем мне угрожать, да? В мыслях было только одно: это всё. Это всё. — Почему ты стесняешься? Только сейчас Несса осознала, что все это время она была в одном нижнем белье. Поэтому и было холодно. — Ну так вот… Продолжим. Теперь Дикшенари читал свой монолог в пустоту, так как Несса не могла говорить. — Видимо, кипяток с солью и кое-чем ещё действительно помогает. Сейчас я лягу рядом с тобой. Без какой-либо брезгливости Дикшенари лёг почти в ту самую лужу рвоты, держа Нессу за талию и с усмешкой царапая её спину ногтями, как маленький котёнок, играющий с матерью. В скором времени вся спина девушки покрылась царапинами и розовыми полосками. Несса терпела, но порой всё-таки вскрикивала от резкой боли в спине. Затем в ход пошёл нож. Он спокойно наносил ей порезы, глубокие и сильные. Затем его взгляд упал на солонку, стоящую на столе. Взяв эту солонку, он начал сыпать соль на свежие, глубокие порезы, наслаждаясь слезами и криками девушки. Несса поняла, что ему нравится это, и пыталась терпеть, но это было бесполезно, ибо боль была настолько сильной, что её было нереально вытерпеть, так что она просто всхлипывала и зажималась в подушку. — в чем дело? Несса промолчала. — Ладно, раз молчишь. Дикшенари достал из-под кровати банку машинного масла. Открыв её, он на секунду вдохнул этот запах, который многим кажется отвратительным, но не ему. Нессе становилось плохо от одного запаха, а ему было нормально. Нор-маль-но. Он начал заливать эту жирную, отвратительную и вонючую жидкость в рот девушки, доводя её до припадков. Вкус машинного масла стоял во рту, заставляя Нессу чуть ли не плакать. К этому всему добавлялся ещё и ужасный, технический запах, который добавлял эффектности картине. Немного масла пролилось на диван. Дикшенари взял девушку за волосы и уронил лицом в лужу своей блевоты и масла. Он прижимал её лицо к дивану, бил по голове, издеваясь над ней таким способом. Нессе стало ещё хуже, от этого всего. Ну это естественно. — я бы хотел… хотел… Сейчас светловолосый понял, что он может сделать это. Осмелел, так сказать. В конце концов Дикшенари сидел на диване, и наблюдал за Нессой. Он словно почувствовал, что с ней снова что-то не так. Что-то не так? Он издевался над ней ровным счётом час, и сейчас продолжит. Лицо было уже не бледным, а каким-то даже зеленоватым. Практически все тело Нессы было перепачкано в крови и рвотных массах. Она смотрела ему в глаза, своим одним, не повреждённым от шахматного коня глазом. — Вставай и иди в ванную, на это у тебя должны остаться силы. Он разрезал оставшиеся верёвки. — И если ты попробуешь сбежать, у тебя не по-лу-чи-тся! Девушка встала, шатаясь. Ванная находилась относительно недалеко. Большое зеркало в ванной открыло ей весь вид на ужасную себя. Она стояла в одном нижнем белье, насквозь вымокшим в крови и блевоте, а рыжие волосы превратились в непонятно что. Лицо было в масле, а из носа пошла кровь. Глубокие порезы, засыпанные солью и чём-то ещё. Сильно поврежденный глаз придавал эффектности картине. Снова, рвотные позывы подступили к горлу. Несса сглотнула и отвернулась. Теперь она, которая могла спокойно руководить обджектами, сама стала повреждённой, изуродованной куклой для одного из них. Время 4 утра. За окнами уже виднелся слабый-слабый рассвет. Несса приставила руку ко рту. Её рефлективно вырвало на пол. Рвота растеклась по всему полу в ванной, и этот отвратительный, громкий плеск не услышал бы только глухой. Девушка подняла голову, ей было все больше и больше противнее от своей рвоты. Как вообще такое случается? Когда она вернулась в комнату, Дикшенари уже ждал её на краю дивана. — Ложись, продолжим. Несса молчала. Но ложиться не собиралась. — Ты меня слышишь? — Слышу. - слабо ответила Несса. — Сейчас проверим. Дикшенари подошёл к ней и пнул в спину. Девушка упала на колени, и светловолосый поднял её, прижимая ногой её лицо к стене, иногда он бил её ногами, снова впечатывая в стену. — Теперь, я надеюсь, ты ляжешь и не будешь меня доёбывать. — Знаешь ли ты, кто я такая? Знаешь, кто? Девушка словно смогла заговорить от часового молчания. Дикшенари продолжал прижимать её к стене ногой. — Сейчас ты никто. — Никто?) Если бы не я, вас и вашего подвального шоу бы не существовало, и всех остальных хостов тоже. И тебя тоже, ТЕБЯ в первую очередь. По лицу девушки потекли слёзы. Она раскрыла свой секрет, да ещё и тому, кого ненавидела всей душой. — Извини, но сейчас ты никто и ничего не сможешь со мной сделать. Нессу всю трясло. Она говорила тихо, дрожащим голосом. Сейчас она уже не знала, что ей делать. Холодок пробежал по её телу, заставляя девушку чуть ли не стонать. — Ложись. Она уже не легла, а упала, приходя в себя от этого. Дикшенари разделся до пояса. Сидя рядом с ней, он снова наблюдал за действиями Нессы. Одной рукой он погладил её по голове и избитому лицу, а другой потихоньку надрачивал уже вставший член. Несса повернулась к нему. — я добивался этого, мм. Видишь, он уже стоит, и все благодаря тебе, моё рыжее солнце. Сейчас до Нессы дошло всё. Таким странным образом, он собирался её возбудить?.. Никто в жизни бы не додумался до этого. Но знала бы она, для чего это возбуждение… Снова замолчав, она просто, по мере сил, смотрела на него. Дикшенари надел перчатки, лежавшие на столе. Он провёл рукой по рвотным массам, отчего они немного остались на перчатке, после чего аккуратно намазал этим головку своего члена. — я смогу использовать это вместо смазки? Он задавал лишь риторические вопросы рыжей, даже не ждав ответа. Дикшенари знал и понимал, что он делает и что будет потом, если его кто-то спалит, но сейчас ни о чем не думал. Он любовался изрезанным, изуродованным им же телом, все ещё живым. Какое-то приятное чувство мести, чувство удовольствия и ещё чего-то. Чего-то странного. Было трудно дышать от волнения и всех этих чувств. — а ты живучая сука. Вытерпеть всё это и не откинуться. Ахуеваю. Во рту Нессы все ещё стоял привкус этого ебучего машинного масла. Его и вправду было много. Через парочку подобных вопросов и колебаний Дикшенари все же начал, а вернее, продолжил издеваться над ней. Несса лежала на животе, отчего Дикшенари было прекрасно видно её изрезанную спину. Понемногу он начал снимать с неё нижнее бельё, причиняя девушке дикую, острую боль, царапая все те больные места. В данный момент Несс ощущала себя сломанной куклой, с которой можно делать всё, что угодно. И ничего ему за это не будет. Они оба не замечали мерзкого запаха, переполняющего комнату, так как давно к нему привыкли. Всё-таки, даже среди обджектов есть те, кто выскажет протест хостам. Кто вообще осмелится сделать подобное. Она почувствовала легкие поглаживания по спине и голове. Её просто сломали, морально и физически. По телу девушки пробежал разряд тока от возбуждения. Даже в таком состоянии. Спустя несколько секунд Дикшенари все же осмелился войти в неё. Несса громко застонала, но поняла, что именно этого он и хочет: чтобы она мучилась, чтобы ей было больно. Она сдерживала стоны, и косо смотрела на светлого, стараясь не заплакать. Он начал ей мастурбировать, наблюдая за этим. Честно говоря, Нессе было даже приятно. Она удивлялась от самой себя и хотела всё прекратить, но что-то её сдерживало. Несса смущалась до слёз, что вскоре заметил Дикшенари. — Тебе приятно? М? — Н..не..знаю…~ Оставалось ещё немного. Совсем чуть-чуть. — и так и так, все это будет у тебя во рту либо внутри, выбирать тебе. Дикшенари взял пустую кружку, с остатками «чая». Собрав туда блевоту и кровь, он поставил кружку обратно на стол. Вновь намазав этим член, он вошёл обратно, целиком. — И… я сейчас… Он кончил внутрь неё. Это были мерзкие, мерзкие ощущения. Несса не могла сказать ни слова. — ну что, как тебе? Он хотел секса, чтобы расслабиться и расслабить её, натренировать. Было ещё интереснее делать это теперь. Спустя несколько секунд он поцеловал Нессу в засос. Не стоило ему этого делать прямо сейчас. Pov: Несса — *черт, я сейчас прямо тут блевану от этого* — *сука, знал бы он, насколько сильно меня сейчас тошнит и что я могу сделать* — *хотя… для меня это будет единственный способ.* Конец Pov-a Во время этого поцелуя, Несса всё же решила поддаться организму и не сдерживать рвоту. Её снова вырвало, в шестой раз за эту ночь, прямо в рот Дикшенари. Капли рвоты брызнули на диван. Поцелуй прервался, и им обоим необходимо было отойти. Светловолосый просто отвернулся и плюнул вниз. Теперь его самого затошнило не хуже партнёрши. Несса откашливалась, сидя на диване. — Ты хотела таким образом отомстить мне? — Извиниться. - слабо прошептала рыжая. И снова Дикшенари не мог найти ответа на это. Он понял, что она бьет его его же оружием. — секунду, секууунду… Дикшенари гладил Нессу по голове и улыбался. Второй рукой он продолжал дрочить. Снова, наступило состояние «вот-вот получится». Да, именно так. Именно. — сейчас… сейчас… снова…. Он кончил на диван и на Нессу одновременно, обрызгав её до пояса. Сперма, кровь и рвота смешались в ней. Нижняя часть тела болела просто ужасно. Теперь дикое месиво на диване стало ещё жеще. Она сама лежала в настолько диком ахуе, что не могла сказать ни слова, ни слова своему насильнику. — Как ты… Как ты посмел? - прохрипела Несса, поднимая голову. — Как я посмел? Я решил поставить тебя на место. Им всем нужно лишь лизать твою жопу, пойми это, Несса. Даже Юни и всем остальным сладким и милым хостам. Ты - их создатель. Ты можешь их уебать. Изменить внешность и характер. Правда, теперь ты уже ничего не можешь. — То есть. Ты понял, что я не простой хост. И продолжил издеваться? — Именно. И теперь я надеюсь, что ты уже достаточно натренирована для этого. — Для чего? Для чего, для этого? — Сейчас сама всё увидишь. На столе лежали два ножа. Один из них Дикшенари взял в руки. — теперь будет больно. Терпи. Он приблизил нож к области таза Нессы. Затем спустил ниже. И ещё ниже, пока не приблизил его к аналу. — что ты делаешь? — Глазастая какая. Всё сразу увидела. Понемногу Дикшенари начал вводить нож внутрь. Несса тяжело дышала, закрывая глаза. Было отвратительно ощущать внутри себя инородный металлический предмет, которым ещё и двигали. Кровь потекла в эту же секунду. Дикшенари ковырял ножом внутри неё. На секунду достав нож, он посмотрел. Весь нож был в крови и остатках какого-то месива. Кровь вытекала все больше и больше, со сгустками, тёмная и жуткая. Спустя какое-то время на диване образовалось огромное кровавое пятно. Дикшенари вырвал этот нож из ее тела резко и неожиданно. Кровь растеклась по всему дивану. — снова? Мне некуда деть этот нож. С этими словами Дикшенари воткнул его в живот девушки. Несса пыталась сдержать слёзы и крики. Снова. Далее светловолосый спокойно взял второй нож и засунул его туда же. Резко и без предупреждений. С этим ножом было более жестоко. Он был длиннее, острее и его протолкнули более глубоко, чуть ли не до печени. Дикшенари двигал им быстрее, разрезая всё внутри неё. Видимо, тот нож был пробным вариантом. А Нессе уже хотелось, чтобы это всё скорее кончилось. Он завёл нож куда-то далеко. — как ты, как? — … Дикшенари быстро вытащил нож, зацепив его за кишки. Всё, всё внутри Нессы намоталось на этот гребаный нож. Новый поток крови вылился вместе с разорванными и вынутыми наружу внутренними органами. Такой сильной боли девушка ещё никогда не испытывала, никогда. Внутри неё всё разорвалось и растянулось. От болевого шока девушка не могла ничего ответить. Он провёл рукой по лезвию ножа и улыбнулся, созерцая это тело.