Небрежный порыв нежности

Он же родная плоть и кровь. Душа его ей ведома Как он Считает, Только как тирана. Но только смысл невловимый в том, Что то вина Запретного желанья. И слёзы на глазах тех карых, Они впервые появились за года. Мурад, Что смел бывал годами, Стал Дервиша порой напоминать. А тайна его, Тайна мирозданья его души В таком же трепете любви. Но только он любил не тайно. Пусть тайно и горел внутри. Он написал, Не подписавшись именем, Но всё храня надежду ту одну Оставил М В конце послания... И засмотрелся на луну. - О Валиде... Моя же луноликая... - Вновь слёзы по щеках И пониманье, Что Так забирало жизнь Неугомонно и безустанно. - Ты вновь позвал меня. Ты думаешь, что я сдалась? - Издёвка, В ней же скрыт сарказм. А он и глаз не поднимает. - О знала б ты, Как я тебя желаю. - Всё в мыслях крутится одно. Но трепет нежности небрежной Не позволяет силой взять, Не хочет он впервые быть невеждой, Не глядя что в гареме говорят. Рука его коснулась платья Прекрасной матери И платит Биением, Что ускорялось всё. - Хотел спросить я Ваше мнение... Насчёт великой уж империи... - Тебе помочь, мой лев? - С каким-то трепетом, Как будто отвечала И взаимной нежностью. Их отношения теплы. Так что же странного внутри? Но взор спустился Ниже, но не слишком. - Мурад... - в глазах тревога и украдкой посмотрела на уста. - Меня ждёт долгая дорога... Поход начну... Так лучше будет нам... - Казна полна. Почти. И есть ли смысл? - казалось, Валиде готова зарыдать. - Кесем Султан, Мне стоит мысли выкинуть... А бой лекарством От всех ран. - Уж не любовь искоренить пытаешься? - Впервые подозреньем прямо, Как будто упрекнула мама. - Простите... Но волненья Ваши ни к чему... И не даёт плоды Ваша любовь... Не стоит ссориться с пашами... - Ты снова Кеманкеша защищаешь? Да чем же тебе платит этот змей? - И вспыхнула, Сама не понимая Как раньше всё в руках себя держала. - Он ведь паша. И верность всё, что может дать. - оправдывался? - Быть не может. Совсем теряю сам себя При виде матушки одном лишь. - подумал про себя И чмокнул в лоб. - Небрежный нежности порыв? Ты растрепал мне всю причёску. - Ну значит Вам в копилку ту ещё один приказ. Вы любите их раздавать же. Всё в шутку перевёл, а сам... Всё от неведенья сгорал. - Мурад, нашла на днях одно письмо я... И буква М к тебе лишь подошла... - Вы правы. - сердце в пляс. - А я... сгорю сейчас... Пред мамой от стыда... Признаться ей в любви греховной. - Подумывал, Всё перстень на руке крутя. - Какого ты ответа ожидаешь? Могу обнять, поцеловать... Потом же сделать вид, что всё случайно. Не более, запомни, сын. - С какой-то нежностью и лаской, Но строгость есть, Пусть и украдкой. Вот мысль как подозренье пробралась. - Так всё взаимно? - Прошептал так тихо, Что лишь казалось ангел слышать мог. - Я не отвечу, Пусть услышу. За правду благодарность... Вот, Мурад... ответ... - добавила чуть тише, Приникла к его сердцу Позже чуть. Он был как Дервиш... Вот сейчас Момент лишь. Он был родней ей всяких "мать и сын". Хотелось так сидеть им вечно, Дышать друг другом И молить Аллаха, Чтобы сгинули все чувства, Что как-то хоть могли вредить. Законы не годами, а веками формировались. И небрежный нежности порыв Не мог их с лёгкостью сменить. - Красавица... Всех в мире идеальней... - Шептал Мурад, не отдавая в тех словах себе отчёт. - Спасибо... Но ты помнишь кто мы? Пускай и даже... Верность мне упрёк. То мне приказ Как будто свыше. А стоит ли против Аллах нам идти? - В глазах растерянность со страхом. И до безумия приятно От "нетакой" его любви. Пусть сразу и ошибкой назовёт, Внутри.... Такое же бушует море С любви к Мураду, но не той уж. А нежностью сполна Его ведь даже не окутала. Вот сблизились их розовы' уста. - Вот не смотри так, Умоляю лишь. - О... Быть не может... Да не в Вашем же характере... - Ты прав, Я тронута словами И всего. - отдёрнула запьястье от его Руки, что нежно так её сжимала. - Уверены, Что Вы спешите? - с какой-то жалостью спросил он. - Ты можешь приказать, Чтоб я осталась тут. - Но как обычно не получится. - Ты прав... Без этой обойдусь... Любви, что так граничит уж с предательством... - А не предательством ли был Момент, когда чуть Кеманкешу Вы не отдались? - Спросил, смотря в глаза. Уже не было расстояния. - Ты мог бы взять меня. - С презреньем, В точку попадаючи. - Но если б только не любил. И запульсировали губы. Она ведь валиде его. Как лишь могла подобное подумать? Да, был жесток. С гаремом. Но они не те. Весь мир не тот В сравненьи с этою богиней. И щёки вмиг несчастно загорелись. - Смущенье странно на тебе... Всё это так... Как будто ты впервые... Но всё сказать ей было не судьба. - Кесем... - чарующе он пропел, Совсем немного прикоснулись тёмные уста К прекрастному И маленькому носику. И это было всё признанье, всё, что смог. Ведь ноги сразу стали ватными. В глазах незримая вина. - Твои глаза... Как будто шоколадные... Прости меня За столь большой соблазн. - Прости меня, Моя услада. - Плени меня Иль отпусти. Прошло буквально минут двадцать, а мать в обьятиях лежит, что и потянут к пропасти обоих. Иль может просто Веру им дадут. Любовь всего ведь в этом мире стоит. Неважно Кого сердце выберет любить.