Книга Хонкая

В канаве, куда скатился мальчик, было скользко и грязно. Из его подстреленной ноги безостановочно текла кровь, но он не смел шевелиться и даже дышать, потому что от этого зависела его жизнь. Чуть выше разнесся топот. — Где этот пацан?! — бросил раздражённый высокий женский голос, заставивший мальчика съёжиться от страха. — Не знаю, он просто исчез! — обескураженно ответил твёрдый мужской бас. — След обрывается здесь. Мальчик как можно плотнее прижался к земле. Ему не было дела до того, как сильно он испачкается. Лишь бы не попасться к этим людям в белых халатах и странных костюмах. Он продолжил слушать, что происходит выше него, шарахаясь от каждого шума. Судя по растерянным комментариям девушки, его кровавый след затерялся в грязи, из–за чего поиск убежавшего ребёнка усложнился. Пара продолжала искать мальчика в окрестностях, подбираясь к нему всё ближе и ближе, как вдруг раздался искаженный голос из передатчика: — Требуется срочное подкрепление! Мы нашли зашифрованный образец, но ситуация вышла из-под контроля! Повторяю! Требуется срочн… Сообщение прервалось помехами, за которым последовал пронзительный писк. — Проклятие! — прошипел женский голос. — Чёрт с этим пацаном, нам нужно возвращаться! — Нам нельзя оставлять свидетелей, — не согласился мужчина. — Хонкай должен оставаться в секрете. — Ты издеваешься? Звери рвут нашу группу на куски, а ты хочешь искать никому не нужного ребёнка?! Спустя несколько секунд нагнетающей тишины, раздался ответ: — Так и быть, возвращаемся. Шаги постепенно заглохли, и наступила гробовая тишина. Пора действовать. Мальчик начал медленно вылезать из канавы. Кровоточащая рана невыносимо больно обжигала ногу, отчего карабканье на свободу стало настоящей пыткой. Каждый неверный шаг отзывался острой болью и мерзким чувством беспомощности. Со всхлипами и слезами на глазах юнец забрался наверх, едва удерживая свое сознание от падения во тьму. Как никогда мечтая о теплой мягкой постели, он поковылял прочь из переулка. Весь город лежал в руинах, сохраняя холодное безмолвие, и лишь вывески на магазинах напоминали о когда-то чистых и ухоженных улицах. Сердце упивалось скорбью от невосполнимой утраты. Мальчишке хотелось громко кричать, но тело не слушалось его и своевольно волоклось по разбитому тротуару. Он до последнего не понимал куда ему идти, пока не увидел белоснежную лилию, чудом сохранившуюся во всем этом хаосе. Она гордо возвышалась на клумбе среди других сгинувших в разрухе цветов. Мальчик был настолько очарован её красотой и непокорностью, что захотел сорвать цветок и взять с собой. Но не успела рука коснуться стебля, как позади послышался противный скрежет вперемешку с тяжелыми шагами, а затем роботизированный голос: — А я думал, что сегодня уйду с пустыми руками. В шею мальчика был воткнут небольшой шприц с фиолетовой жидкостью. Спустя пару мгновений по всему его телу пошёл сильный жар, который с каждой секундой становился сильнее. — Горячо! Нет! Мне больно! Пожалуйста, хватит! Мальчишка ревел от боли во всё горло. Его тело в агонии барахталось на земле, пока по нему расходились красные линии. Каждая секунда страданий казалась вечностью, и только белые очертания лилии удерживали разум от беспамятного безумия. Вскоре конвульсии ослабли, вместе с этим угасла и жизнь мальчика. Последнее, что он увидел — внешность человека, вколовшего шприц. Лицо было спрятано под маской, телосложение скрывало длинное чёрное пальто, а вместо правой руки у него была большая металлическая лапа с когтями. — Жаль, он не был готов.

      * * *

Мальчик подскочил в постели и пронзительно закричал от ужаса. Сердце тревожно пульсировало, все ещё чувствуя опасность, но никакого шума или боли не было. — Неужели просто сон… Мальчик медленно оглядывал комнату. Это была небольшая спальня, освещаемая лишь багровым заревом восходящего солнца. Кроме небольшой кровати, письменного стола возле двери, платяного шкафа и ритмично тикающих настенных часов в комнате ничего не было. Мальчик судорожно ощупал своё тело, однако признаков смертоносной инъекции не было, а на месте раны была гладкая детская кожа. В коридоре послышался лёгкий топот, и дверь в комнату мальчика широко распахнулась. За ней показалась испуганная девочка в простой белой пижаме и с длинными, всклокоченными чёрными волосами. Она тут же обнаружила сидящего на краю кровати мальчика. — Витя! — девочка вбежала в комнату и аккуратно схватила брата за плечи. — Я слышала, как ты кричал. Что случилось? — Просто приснился кошмар, — попытался заверить дрожащим голосом и со слезами на глазах Витя. Девочка обхватила руками голову мальчика и нежно прижала к себе. — Мама всегда так делала, когда мне снились плохие сны. Всё хорошо, я рядом. Мальчишка был тронут заботой своей сестры. Её характер во многом напоминал маму, которая всегда оберегала его. Так и Лена опекала брата согревающей родственной любовью. — Лена, а где мама? — жалобно обратился мальчик, всё ещё прижимаясь к сестре. — Она уехала на показы. Ты уже забыл? — ответила девочка, пройдясь ладонью по густым чёрным волосам брата. Мальчик не стал ничего отвечать. Его мать — признанная модель, которая была известна даже за рубежом. Но это никак не мешало ей быть самой любящей мамой в мире, по не скромному мнению Вити. Всё, чего он хотел — поскорее обнять её. Лена выпустила брата из объятий и с теплом взглянула на него: — Полегчало? — Угу. Спасибо, — поблагодарил Витя и соскочил с кровати. — Тогда иди умывайся, чисти зубы и потом завтракать! — наказала сестра и скрылась за дверью. Мальчик смиренно побрёл в ванную комнату, вяло перебирая ногами. Ему претили любые водные процедуры, так как они казались пустой тратой времени. Уж лучше ещё несколько минут поиграть или просто подремать. Однако он покладисто пошёл умываться, но не потому, что того требует правила гигиены, а просто из-за того, что любимая матушка наказала умываться каждый день. Освежившись ледяной водой, Витя зашагал на кухню. — Доброе утро, Наташа! — жизнерадостно воскликнул Витя старшей сестре, которая стояла в домашней одежде и фартуке у плиты. — Доброе… — монотонно ответила девушка, переворачивая оладьи на сковороде. — Садись за стол, я почти закончила. Мальчик шустро поскакал к своему месту за столом, пока Лена пошла набирать воду в чайнике. На кухне было как всегда светло и уютно: у стены стоял большой угловой диван с придвинутым обеденным столом, за которым могло поместиться восемь человек; напротив находился выход на узенькую веранду, где всё было усыпано цветами; посреди мириады красочных соцветий стоял маленький кофейный столик, где можно было провести за чашечкой чая тёплый майский вечер под щебетание синичек; возле веранды брал свое начало длинный ряд кухонной гарнитуры со множеством различных ящиков под посуду и кухонные принадлежности; посередине была закреплена плита, за которой под звуки шкварчания раскаленного масла прямо сейчас хозяйничала девушка с серебристыми волосами, собранными в пучок; на другом краю находился большой, грозно гудящий холодильник. Через несколько минут закипела вода в чайнике, и Наташа выключила плиту. Пока она несла свежеиспечённые оладьи к столу, Лена разложила тарелки, а также разлила чай по чашкам. — Приятного аппетита! — после сказанной фразы Витя набросился на мучное. Дети приступили к трапезе. Обмакнутые в сгущенном молоке оладушки улетали за один подход, оставляя во рту приятное сладкое послевкусие. — Наташа, твои оладьи просто божественны! — в эйфории воскликнула Лена. — Что ты такого добавляешь в них? В чём секрет? — Опыт, — коротко, но гордо ответила старшая сестра. Сёстры непринуждённо беседовали друг с другом о последних новостях, пока Витя уплетал завтрак за обе щёки, слушая разговор. — Витя, сегодня ты дома будешь один. Никуда не уходи, — строго наказала сереброволосая девушка, блеснув такими же серебристыми глазами мальчику. — Будет сделано! — ответил мальчик наигранно суровым тоном и отдал честь. Наташа, закатив глаза, недовольно покачала головой, пока Лена наблюдала за разыгравшейся сценой и хихикала, прикрывая рот ладошкой. Вскоре все мучные лепёшки закончились. — Спасибо большое, Наташа! — юнец поблагодарил девушку за сытный завтрак и убежал к себе в комнату.

      * * *

Майское солнце окутывало город тёплыми лучами, согревая тело и душу. Люди, одухотворенные прекрасной погодой, энергично шагали по улицам, разбредаясь по своим делам. А где–то вдалеке были слышны заглушенные сигналы поезда, который ритмично стучал по рельсам. — И почему я должен в такой хороший день сидеть дома? — задался закономерным вопросом Витя, мечтательно глядя в окно. В самый разгар весны, когда всё вокруг зеленеет, а воздух чист и свеж как никогда, будет грехом вот так отсиживаться взаперти. — Ничего ведь страшного не будет, если я немного погуляю… Витя поддался искушению уличного пейзажа и бросился к шкафу. Нацепив на себя просторные чёрные шорты и любимую желтую рубашку в клетку, он уверенно вышел из дома. Пожалуй, лучшее место для отдыха в городе — природный парк. Впервые оказавшись здесь, Витя был очарован пестрящими и насыщенными красками. Даже обычная трава казалась намного ярче, чем где-либо ещё. Но помимо живописных пейзажей парк имеет аттракционы, кафе, кинотеатр и даже зоопарк. Бывают встречи с некоторыми людьми, иногда даже с незнакомцами, когда мы начинаем интересоваться ими с первого взгляда. Под таким впечатлением оказался Витя, когда увидел растерянную девочку, бродившую по аллее. Первое, что бросилось ему в глаза — намотанные на голову бинты, закрывающие часть лба и правый глаз. На вид ей было лет десять, столько же, сколько и ему; была она низкой и худощавой, её белые волосы были заплетены в две косички, а кожа была бледной, как выпавший снег, что выглядело нездорово, хоть и завораживающе. Одета девочка была в короткое тёмно-бежевое платье без рукавов, обтянутое коричневым манжетом на поясе, красный шерстяной шарф, закрывающий шею, и кожаные сапоги, надетые поверх светло-бежевых гольф. С лица девочки не сходили страх и растерянность, пока она, оглядываясь по сторонам единственным светло-синим глазиком, пыталась понять, куда её занесло. Вите знаком этот беспомощный взгляд, с которым девчушка плелась по аллее. Он сам раньше терялся и с точно таким же лицом бродил по городу. Воспитание не позволяло бросить девочку в беде, и Витя решил подойти к ней. — Привет. У тебя все хорошо? — Я… Просто гуляю, — неуверенно промычала девочка, отведя взгляд в сторону. — Да кто в такое поверит! По тебе же видно, что ты потерялась! Девочка испуганно пискнула. — Я не хочу доставлять кому–то проблем… — тихо промямлила она, уткнувшись взглядом под ноги. — Не переживай. Просить о помощи нормально. Меня зовут Витя. А тебя как? — Я не знаю… Витя на секунду растерялся: не каждый день встретишь безымянного человека, однако он продолжил действовать по зову сердца. — Тебе не за что переживать. Я помогу тебе! — отважно бравировал Витя, ударив кулаком в грудь, пока в глазах девочки загорался лучик надежды. — П–Правда? — Я зуб даю, что этот город вдоль и поперёк знаю! Скажи, как выглядит твой дом и что есть рядом с ним. — Я живу в хижине в лесу. На лице Вити застыла удивленная и несколько шокированная физиономия. Он знал город в общих чертах, но про лес и речи идти не может. — Значит в лесу… — задумчиво пробубнил Витя, поглаживая свой подбородок. — Ты не знаешь где это? — жалобно простонала девочка. — Ну… Знаю. Вроде. — Врёшь ты. — И это я слышу от потерявшейся девочки, которая «гуляет» с паникой на лице. Она уязвленно ахнула и, надув щёчки, отвернулась от Вити, недовольно хмыкнув. Наступило неловкое молчание, и никто не решался прервать его. Витя сдался первым. — Ладно. Иди за мной, на главной улице карта города, а там подумаем, куда можно пойти, — Витя зашагал в сторону главной улицы. Пока девочка продолжала дуться, он успел достаточно далеко уйти от неё. — Подожди! Цокая своими ботинками, она добежала до Вити, после чего тихонько шла позади него. Ребята понемногу двигалась вглубь города по чистым ухоженным улицам. По дороге Витя расспрашивал спутницу о её доме и родителях. Из семьи у неё остался только отец, который совсем не уделял ей внимания. Витю взбесило такое отношение к дочери, что он не постеснялся выразить, но девочка встала на защиту папы, оправдывая всё трудной жизнью. В итоге каждый остался при своём, и дальше дети шли в тишине. Вскоре они добрались до центра города, где как всегда кипела жизнь: на дорогах безостановочно гудели автомобили, прохожие люди собирались в группы и увлечённо обсуждали какие–то темы, но в ушах отдавался лишь неразборчивый гомон. У одной из автобусных остановок стоял стенд с картой города. — А вот и карта, — сказал на выдохе Витя и начал осматривать окраины города на стенде, чтобы найти выходы в лес. — Я удивлен, как вы умудрились поселиться в лесу рядом с городом, при том, что везде стоят пропускные пункты… — Это неважно, — девочка прервала размышления и указала место на карте. — Вот здесь. — Заброшенный КПП… ну конечно, откуда же ещё без проблем можно войти в город! Но как ты поняла, что это именно этот пункт, если на карте он не указан как рабочий? Да и тем более, разве он не огорожен? — Не-важ-но! — раздраженно процедила спутница. — Если ты так легко ориентируешься на карте… То как вышло, что ты потерялась? — Ну… Просто я запаниковала, ясно? Вите осталось лишь протяжно вздохнуть. — Давай я тебя отведу до дома. А то вдруг опять потеряешься… — Этого больше не повторится! — уязвлённо ответила девочка, после чего развернулась и, злобно топая ножками, пошла прочь. Витя с хохотом последовал за ней, после чего извинился за небольшую издевку, и они вместе пошли к заброшенному КПП. — Кстати, а почему ты живёшь в лесу? Девочка начала осторожно оглядываться вокруг. Убедившись, что никого рядом нет, она зашептала: — Папа говорит, что мы должны прятаться там от плохих людей. Только никому не говори об этом, пожалуйста. Что это за плохие люди, от которых прячется семья девочки? Почему они прячутся? Эти вопросы до жути разогревали любопытство. Но красиво ли вот так выведывать тайны у человека, которого ты повстречал только сегодня? Витя так не думал, поэтому он насильно подавил интерес к этой теме и попытался её сменить: — А я живу недалеко от вокзала. Приходи в гости! — А можно?! — Конечно! Мы же друзья! Витя рискнул, сделав такое нескромное заявление. Девочка сначала отказалась верить в услышанное, что можно было прочитать по её растерянному взгляду, но вскоре она засверкала от счастья. На её лице расцвела тёплая и сияющая улыбка, способная растопить даже самое хладнокровное сердце. Витя не стал исключением, и его лицо блаженно смягчилось, глядя на искреннее счастье новой подруги. Идти им оставалось немного; девочка, узнав знакомые дебри, повернулась к Вите. — Дальше я пойду сама. Спасибо, что проводил! — с яркой улыбкой она поблагодарила Витю за помощь и компанию. — Обращайся! — подмигнул мальчишка в ответ. — Я тогда пойду домой. — Витя! Постой! — Что такое? — А как я найду тебя в следующий раз? Ты же не оставишь меня? У меня ведь даже имени нет… — жалобно протянула девчушка. — Не переживай. Просто приходи завтра на аллею. А насчёт имени… Может у тебя хотя бы фамилия есть? — У папы фамилия Каслана… — Ну вот. Буду пока звать тебя по фамилии. Может, даже имя придумаю. Но всё-таки было бы лучше, если имя тебе дал твой папа. Девочке только и оставалась, что с грустью согласиться. Если раньше отсутствие имени казалось ей нелепой случайностью, то теперь это было до того обидным, что хотелось расплакаться. Витя заметил слёзы на единственном глазе безымянной подруги и, руководствуясь тем, как поступила бы мама: если кому-то грустно, лучшее, что можно сделать, — обнять. — Почему ты меня обнимаешь, Витя? — Я просто хочу, чтобы ты знала, что мы — друзья. Глаза девочки широко распахнулись от услышанных слов. Она, сама того не осознавая, встретила объятия Вити, плотно прижавшись к нему. — Ты ведь правда меня не оставишь? — Конечно нет. — Витя хотел порадовать чем-то подругу, на что она спрятала своё лицо, уткнувшись ему в грудь. Так они простояли пару минут, после чего Витя медленно вылез из цепких лап Касланы. — Надеюсь, тебе полегчало. Я бы с радостью погулял ещё, но мне уже пора идти. — Жаль… Тогда пока! Девочка энергично помахала рукой на прощание и скрылась в лесных зарослях. Витя долго смотрел ей вслед, после чего пошёл прочь. Положив руку на грудь, он почувствовал, как рубашка пропиталась влагой. Не успел Витя пройти и десяти шагов, как вдруг резко остановился и посмотрел на небо. Солнце уже прошло зенит и медленно клонилось к линии горизонта. — Я совсем забыл! Чуть ли не ужасе он схватился за голову. — Я же дома должен сидеть! После этих слов Витя на полной скорости побежал домой, по дороге пытаясь придумать достойное оправдание для своей незапланированной прогулки.