Книга Хонкая

Виктор и Киана самым мягким образом объяснили Мэй произошедшую ситуацию, опустив факт того, что Суговара — преступник, крадущий учениц из академии. Ребятам не хотелось волновать свою подругу возможной опасностью, которая уже миновала, и в итоге она сдалась под их настойчивостью, несмотря на желание узнать правду. После этого троица разошлась по домам, в первую очередь проводив Райден до дома. Дворецкий встретил свою госпожу и отвёл её в поместье, перед этим поблагодарив ребят за проделанную работу. По всей видимости Рёма оповестил Масуду об инциденте. Оставшись наедине с Волковым, Каслана прижалась к его руке и с любящим взглядом посмотрела ему в глаза. — Домой? — Домой, — нежная улыбка возлюбленной наполняла парня счастьем. Перед тем, как двинуться к апартаментам, Виктор прильнул губами к макушке своей девушки и легонько чмокнул её. Всю дорогу до дома влюблённые провели в приятной тишине. Лишь время от времени они поглядывали друг на друга, любуясь улыбками. Но в какой-то момент Киана заметила, как нахмурился её кавалер. — Что-то не так, Вить? — Каслана остановилась и осторожно потянула его за руку. — А? — с легким удивлением Виктор вышел из раздумий. — Да так, просто подумал, что мы ещё толком не рассказали друг другу, что у нас случилось за последние пять лет. — Точно! Последние несколько лет я… — Подожди! — Волков выставил вперёд ладонь и прервал девушку. — Давай сначала вернёмся домой, поужинаем… Я что-нибудь нам приготовлю. — Ура! Хочу тонкацу с курицей! И бефстроганов! А ещё сашими! — Воу-воу, полегче, Киана! Это же всё приготовить ещё нужно. Да и не то чтобы я умею в японскую кухню… Максимум говядину в соусе пожарю. — Хм-м… — девушка серьёзно задумалась над тем, какой же вердикт вынести своему парню, но через пару секунд смиренно вздохнула. — Ну ладно. Тогда сегодня обойдусь говядиной. Добравшись до своих квартир, влюблённые разделили короткий поцелуй и с обещанием встретиться примерно через полтора часа разошлись по домам. А дома Волкова ждал звук скворчащего масла на сковороде. Сначала он удивился, подумав, что Кэссиус решил взяться за готовку, но на кухне его встретил ещё больший сюрприз. За плитой хозяйничала молодая девушка со светло-серыми волосами и обличии горничной, в то время как напарник Архивариуса внимательно внимал движениям «незнакомки». — Рагна? — необдуманно ляпнул Виктор, чем заставил девушку вздрогнуть, выключить плиту и резко обернуться в его сторону. А вот на лицо это оказалась не мисс Лотброк, хоть горничная так же была в составе валькирий Шиксала. — Прошу прощения? — обычно спокойный тон Риты оказался непривычно взбудораженным, как и её миловидное личико, требовавшее от прибывшего постояльца квартиры объяснений. — А, это вы, Рита Россвайс. Извините, я вас перепутал со своей знакомой. Объяснение Виктора нисколько не ослабило тревогу девушки. — Теперь у меня к тебе ещё больше вопросов, Волков Виктор, — после этих слов все напряжение испарилось, и Россвайс вернулась к своей роли горничной, взяла подолы своего платья и изящной поклонилась. — С возвращением вас, господин Волков. Простите за вторжение, но мне хотелось встретиться с вами как можно раньше. В качестве извинения я готовлю для вас гуляш из говядины и овощей на ужин. — Я не против, — безэмоционально кивнул горничной Виктор и повернулся к парню. — С тобой, Кэс, мы поговорим немного позже, а сейчас сходи прогуляться. Тот не стал задавать лишних вопросов и удалился из квартиры. Стоило входной двери хлопнуть, Виктор устроился за столом, скрестил руки на груди и облокотился на спинку стула. — Можете говорить за плитой или предпочитаете готовить в тишине, Рита Россвайс? — Можно просто Рита, — девушка включила плиту и вернулась к приготовлению гуляша. — Я вас внимательно слушаю, Виктор. — Прежде всего, к чему такая спешка? Мы вроде как договаривались встретиться завтра в торговом центре. — Надо же, как смело! — пускай, горничная была повернута к Волкову спиной, он с лёгкостью мог представить игривую улыбку на её лице. — Так бы и сказали, что сильно жаждите сходить со мной на свидание. — Вы очень прелестная девушка, Рита, но я прекрасно понимаю, что у вас другие мотивы. — Так и есть. Ещё со дня нашей встречи в Северске я почуяла энергию Хонкая, которую вы из себя излучаете, Виктор. Острый словесный укол пронзил Волкова и едва не привёл к панике. Архивариус прекрасно понимал, что прямо сейчас валькирия S-ранга буквально назвала его угрозой общества. Ей не составит труда расправиться с ним. — Что ж, скрывать это бессмысленно, — Виктор пораженчески поднял руки вверх. — Я владею некоторыми навыками в управлении энергией Хонкая. Я использую её для того, чтобы спрятать один свой дефект. Внезапно, прямо возле левого уха со свистом пролетел нож, который с лязгом врезался в стену и упал на пол. — Я бы посоветовала отказаться от применения своих способностей, — Рита застыла на пару секунд в позе после метания лезвия. — С нашей последней встречи ваша аура стала хуже. И если раньше, такой фон можно было бы назвать безвредным, то сейчас его уже невозможно игнорировать. Агрессивные действия Риты ещё раз дали понять Волкову, что лучше ей не перечить. Парень смиренно поднял руки, дал приказ на подсознании отрезать приток энергии в левую руку, и уже через секунду длинный рукав рубашки на левой стороне свободно повис вниз. — Теперь довольны? — Архивариус с выжиданием посмотрел в удивленные глаза девушки. Она наверняка ожидала, что за иллюзией беспризорного школьника будет скрываться какая-нибудь тварь, возможно даже Судья, а на деле сын главного инженера в экспедиции оказался одноруким калекой. — Как необычно, — задумчиво насупила бровки Рита, в то время как её глаза слегка проникли от досады и сопереживания. — Вся энергия Хонкая как будто испарилась! Впервые такое вижу… Но для чего вам это? — Как для чего? Вы хоть знаете, Рита, как тяжело жить с одной рукой? На работу никто берёт, еду себе не приготовишь. Я уже молчу про то, что сражаться со зверями Хонкая невыносимо трудно! Каждая минута общения с Виктором все больше и больше изумляла Россвайс. Ещё пару дней назад она едва ли могла подумать, кем окажется сын инженера. Единственной зацепкой был след энергии Хонкая. Теперь же она знала, что перед ней парень, способный управлять Хонкаем и сражаться одной рукой со зверями Хонкая! Это было ничем иным, как большим открытием. И верховный смотритель однозначно бы захотел завладеть таким редким экземпляром. Тем не менее горничная пока отложила идею захвата Виктора. У неё всё ещё оставалось несколько вопросов к калеке под маскировкой. Рита выключила плиту, так как гуляш был готов, села напротив Архивариуса и заглянула в его суровые янтарные глаза. Находясь всего в нескольких метров от его лица, Россвайс не составило труда заметить неестественный блеск в белке левого глаза. — Левый глаз — тоже часть иллюзии? — огласила своё наблюдение девушка. — Можно и так сказать, — Волков надавил на нижнее веко, чтобы выдавить из глазницы протез. — Только с Хонкаем это никак не связано. За несколько лет службы в Шиксале Рита уже успела навидаться убийств и истерзанных тел. Но хладнокровный вид парня, который без лишних колебаний убрал свою левую руку, а затем ещё и достал глазной протез, пустил мурашки по её спине. Тяжело описать трепет, который испытала валькирия. То ли он пришёл от осознания груза тяжелой жизни, то ли от уважения к стойкости парня, которого не сломила утрата частей тела. — Досталось же вам, Виктор. — Такое может случиться с каждым из нас. Остаётся только идти дальше и надеяться на лучшее. К тому же у меня получилось неплохо адаптироваться, — Архивариус дернул плечом, и пустой рукав качнулся следом. — Осталось только решить проблему с рукой. — У меня есть решение. Подождите минутку, — Россвайс удалилась с кухни, только чтобы вернуться через минуту с небольшим кейсом, который она положила на стол перед Волковым. — Господин Волков попросил передать вам это. Виктор расстегнул защёлки чемоданчика, и внутри его встретили аккуратно сложенные детали механической руки в белых цветах. Механик из Шиксала позаботился, чтобы каждая запчасть была выполнена на совершенном уровне, а внешний вид протеза не был отпугивающим и как можно лучше соответствовал виду оригинальной руки. Натягивать искусственную кожу он не стал, но получилось поистине искусная работа. — Сначала я не поняла, к чему господин Волков попросил меня передать вам этот протез, но после общения с вами всё встало на свои места. Надеюсь, вам больше не придётся прибегать к использованию энергии Хонкая. — Я как раз сегодня думал о том, чтобы попросить отца о механической руке, а он сам догадался и всё уже сделал, — налюбовавшись деталями конечности, Вестник сложил всё обратно в кейс и спрятал его под стол. — Спасибо за доставку, Рита. И за милосердие. Я ваш должник. — Рада была помочь, Виктор, — Россвайс вежливо поклонилась, приблизилась к лицу парня, нажала ему на нос указательным пальцем и дразнящим голосом прошептала. — А про ваш долг я не забуду и ещё непременно воспользуюсь им. — Давайте только без криминала, — заигрывание Риты едва ли оказало влияние на Волкова. Вместо этого он с легким смешком перешёл на шёпот, пытаясь отыграть гангстера с низким голосом. — Знаете, я уже завязал с этим и собирался уходить на покой. Поселился вот в городке, собирался голубей разводить, все дела. — А я не знала, что вы шутник, — отыгрыш Виктора выбил горничную из собранного образа на смех, хотя о манерах она не забыла, прикрывая губы ладошкой. — Видимо, у вас с господином Волковым это семейное. — Есть такое… А вот вы мне очень напоминаете Рагну. — Потому что Рагна была моей наставницей, — теперь же реакция девушки была не такой резкой, но улыбка исчезла с её лица. Мимо пристального взгляда Виктора не прошла печаль, которую прятала в себе горничная. — Несмотря на некоторые мои претензии, я всё ещё считаю её доброй девушкой. — Претензии? — …Ничего особенного, — Волков решил не делиться с Ритой тем, что Рагна была причастна к похищению его отца. Когда Андрей приоткрыл завесу тайны за его исчезновением, Вестник сначала испытал разочарование по отношению к Лотброк и её отряду, ведь из-за неё вся его семья начала рушиться. Но было ли это её личным решением? Сопоставив алчность верховного смотрителя вместе с утешением валькирий, он больше не мог слепо обвинять девушек в произошедшем. Ему нужно услышать их версию. — Разрешите поинтересоваться, Виктор. Как долго посторонние будут подслушивать наш разговор? — с укором бросила Россвайс, посмотрев в прихожую. — Особенно такие опасные. В то время как горничная ориентировалось на своё чутьё Хонкая, Виктор догадался о незваных гостях с помощью слуха — после строгого замечания валькирии за дверью послышался затихающий стук шагов. Их было двое. — Я же сказал ему пойти прогуляться! — от досады прошипел сквозь стиснутые зубы Архивариус. — Должна сказать, вы водитесь с опасными ребятами, — теперь пронзительный взгляд Риты устремился к Волкову. — Как валькирия Шиксала я не могу закрыть на это глаза. Острый ум и прозорливость Россвайс едва ли не доводил парня до ужаса. От неё вообще можно хоть что-то спрятать? Недаром ей причислили ранг S. — Ну-у… На мои же способности вы закрыли глаза, Рита. Тут тоже ничего такого примечательного. — Ты водишься с кем-то равным по силе Судье, — точные заявления горничной всё больше и больше давали понять Вестнику, в какую глубокую яму он угодил. — Шиксалу известно всего несколько человек с такой силой. — Можешь не продолжать уже, — угрюмо сдался Виктор и опустил голову вниз. — Чего ты хочешь? — Передайте мне своих сообщников, и я забуду о нашем небольшом конфликте. Шиксал вас пальцем не тронет, а может даже и вручит вознаграждение за содействие в ловле особо опасных индивидов. От озвученного предложения Волков ощутил, как закипает кровь в его жилах. Ещё сегодня парень признался в глубоких чувствах Киане, а Рита хочет, чтобы он сдал её и в придачу ни в чём не виноватого юношу, которому не посчастливилось оказаться в рабстве? — Я не могу на такое согласиться, — с открытой неприязнью огрызнулся Архивариус. — Это не какие-то «сообщники», а важные для меня люди. Не для того они терпели невзгоды в жизни, чтобы потом отхватить по инерции. Как бы твёрд ни был в своих убеждениях Волков, его ответ не устроил валькирию. В её руках появилась длинная и изящная коса, лезвие которой оказалось перед шеей парня. — Вы хороший парень, Виктор. Но в моей работе порой приходиться пачкать руки. Даже кровью порядочных людей. — А в моей работе частенько приходится рисковать жизнью, — храбро ответил парень, безрассудно сжал лезвие косы правой и единственной на тот момент руки и медленно стал отодвигать от себя оружие валькирии. В грубой силе Вестнику даже удавалось посоревноваться с горничной, но оттеснить её совсем навряд ли получится. Выходило только сопротивляться, пока кровь ручейками стекала по его кисти. Это нисколько не пошатывало смелость Волкова, но он отчётливо понимал, что ему нужно немедленно найти вариант, который устроит Россвайс. Вариант с предательством своей возлюбленной и напарника по несчастью сразу же отпал. Уж лучше помереть от рук Риты, чем предать их доверие. Вот только это никак их не спасёт, а валькирия наверняка не постесняется задержать их. Оставалось только продавать себя. Может быть, если рассказать горничной о Вестниках, его навыках как Архивариуса и эксперименте Коколии, парню удастся «выторговать» её молчание. «О самопожертвовании помышляют только эгоисты» — внезапно в поток мыслей Волкова вклинился твердый голос Найткроу. «Бертрам? Я думал, ты уже оставил меня» — хоть Виктор и держал небольшую обиду на аристократа за язвительный последний разговор, было приятно услышать его в такой напряженный момент. «Идиот, даже если бы я поливал тебя матами с ног до головы, это бы никак не вырвало меня из Апокрифа. Тем более, эта ситуация касается и меня» «Мне стыдно просить тебя об этом, но мне нужна твоя помощь. Что мне сделать, чтобы спасти Киану?» «Минне’Сэтаре. Отдай его горничной» «Что?! То есть ты меня несколько лет наставлял во что бы то ни стало отыскать твой кинжал, а теперь хочешь чтобы я отдал его?» «Ты сам хочешь защитить свою возлюбленную. Никого из вас отдавать на расправу смысла нет, а вот Пожирателя воспоминаний хватит, чтобы купить тишину горничной. К тому же он всё равно поврежден, а без твоей силы и моего руководства его не восстановить» «А связь с тобой я не потеряю, так как ты находишься в Апокрифе» «Верно мыслишь. Хоть мне и не хочется замедлять твою реабилитацию как Вестника, другого выхода у нас нет» Благодаря консультации с Бертрамом, Волков укрепил свою уверенность в стычке с Ритой. Теперь он знал, что ему нужно сделать. — Я сдаюсь, — Виктор медленно ослабил сопротивление чтобы Рита ненароком не надавила косой на его горло. К счастью, девушка прислушалась к словам Архивариуса и отодвинула косу в сторону. — Вы сдадите мне своих друзей? — Нет. Но я предложу нечто иное, — Вестник достал из-за пояса Пожиратель воспоминаний и положил его на стол. — Я отыскал это на раскопках в Северске. Этот кинжал по силе равен Божественным Ключам, хоть к таковым не относится. — Это частично объясняет резкий скачок Хонкая в руинах. Но почему я должна в это поверить? — Поставив под сомнение предложение Виктора, девушка взяла Пожиратель воспоминаний в руки. — Я не чувствую в кинжале энергии. — Потому что за пятьдесят тысяч лет он повредился. Но Шиксалу ничего ведь не мешает починить его? Средства наверняка для этого есть. — Это не очень красиво торговаться на краденом, но из солидарности к вам я готова согласиться. — Не украл, а нашёл раньше. К тому же, я согласовал находку с моим отцом, который руководил экспедицией. Так что по факту этот кинжал мой. Если будет интересно, можешь спросить об этом отца, передашь ему, что я дал на это согласие. — Что же, мне больше ничего не мешает согласиться на сделку. Я передам верховному смотрителю вашу находку, взамен же я ничего не скажу о ваших друзьях. Но если с починкой кинжала возникнут проблемы… — Тогда просто вызовите меня, — закончил за валькирией предложение Вестник. — Я рада, что мы смогли прийти к взаимопониманию, — Россвайс отозвала свою косу, поклонилась перед Виктором и направилась к выходу. На прощание она решила бросить одну затейливую фразу. — Мне было бы жалко убивать сводного брата моей лучшей подруги. — О чём это вы? — растерялся парень. — Рита, постойте! Архивариус бросился следом за валькирией, но догнать её так и не сумел. Горничная исчезла без следа.