Луч Солнца под холодным дождём

Был поздний летний вечер. Мы с отцом уже подъезжали к нашему новому дому. Раньше мы жили в городе, но после смерти моей матери нам пришлось отказаться от такой привилегии. Моя мама была прекрасным человеком. Её звали Александра. Она всегда старалась всем помочь, поддержать. У неё были красивые карие глаза, в которых можно было случайно утонуть и забыться навсегда. Длинные реснички, из-под которых она по-детски смотрела на папу, когда хотела чего-то, что не разрешал отец. И ведь это работало! Мы всегда покупали то, что мама хотела. Тонкий нос, с чуть видной горбинкой. Он всегда морщился, когда она была чем-то недовольна. Аккуратные губы, что были всегда намазаны персиковым бальзамом. Из-за этого наши с отцом щёки и лбы постоянно пахли персиком. От неё всегда пахло пихтой. Наверное, именно поэтому наш выбор пал на тайгу. Носила она в основном платья. Только в холодную погоду её можно было увидеть в штанах. Рост у матери был 167 с хвостиком. Работала она врачом — детским педиатром. По выходным, если мы не проводили их всей семьёй где-нибудь в парке или на свежем воздухе, она ходила и помогала волонтёрам. Редко, но я тоже присоединялась к ней. Так о чём это я? Почему нам пришлось переехать? Мама умерла. 16 мая. От рака. Деньги мы потратили на лечение и похороны. После этого решили с отцом переехать за город, чтобы накопить денег. Мой отец, его зовут Алексей, очень любил маму, и эта трагедия сильно повлияла на него. Думаю, если бы не я, то он бы спился. Но он понимает, что нельзя оставлять меня совсем одну, поэтому наша семья сплотилась ещё больше после принятия решения о переезде. Кстати, ещё не рассказала как выглядит мой папа. Это высокий, 190+ см, сильный мужчина с тёмными карими глазами, что могут залезть тебе в душу, перевернуть там всё и достать то, что им нужно. Большой нос с горбинкой. Волосы у него были «шоколадные», как называла их мама. Это был человек серьёзный, с тяжелым характером, местами даже суровый, но в семье он был совершенно другим. 5 минут назад он был готов убить взглядом работника за не правильную работу, а сейчас он идёт и покупает много плюшевых игрушек ведь «Они такие милые! Как можно их не забрать?!». Вот такой разный у меня отец. Совсем забыла про себя. У меня короткие, под мальчика, «шоколадные» папины волосы. Очень тёмные, почти чёрные, глаза. Иногда в них не было видно зрачка. Когда я злилась, они становились ещё темнее. Нос у меня был мамин, узкие губы. Выглядела я, как мальчик, но это происходило только по двум причинам. Первое: я одевалась в оверсайз одежду, просто потому, что мне не нравились взгляды парней, мужиков, когда я надевала что-то обтягивающее или же платья. Мы живём в ужасном мире, где некоторые люди воспринимают женщин и их тело как мясо: — Идёшь в шортах? Это знак, что ты не против переспать! — Надела платье? Ты меня спровоцировала! Именно поэтому я ношу обтягивающие короткие вещи только дома, а на улицу стараюсь выходить как пацан, ведь тогда ты не станешь жертвой. Вы спросите: «Почему же ты так говоришь? Не всегда мужчины представляют угрозу!» Вы как никогда правы! Я и не говорю, что весь мужской пол такой, просто я не один раз сталкивалась с насилием на улице, из-за этого пострадала моя близкая подруга. Её изнасиловали и убили прямо на месте. Хотя она была одета в длинные штаны и кофту. После этого я перестала носить женские вещи. А вторая причина: я некоторое время занималась боями без правил. Туда меня отправил папа, чтобы пока его нет, я смогла сдержать удар. Туда я ходила около 9 лет, поэтому руки у меня были достаточно накаченные для девочки. Да и ростом я была 170 см, поэтому довольно легко перепутать меня с мальчиком. Я, бывало, часто дралась с гопниками в городе. Когда-то мне папа рассказывал про их кодекс, поэтому я почти всегда отделывалась только ссадинами и синяками. Даже если я была для прохожих мальчиком –всё равно носила с собой перцовку, потому что кто знает, что может произойти? Совсем забыла представиться! Ярослава, 14 лет! Приятно познакомиться! С этого и надо было начинать, но у меня как всегда всё наоборот. Пока я всё это вам рассказывала, машина начала плавно тормозить. — Приехали, пошли выгружать вещи и ложиться спать. Завтра разберём всё и уберёмся! Уже поздно. — Хорошо. Я открыла дверь и вышла. Посмотрев вперёд, я увидела двухэтажный потрёпанный дом. — Чего застряла-то? — Иду я, иду! Я обошла машину, взяла несколько коробок, свой рюкзак и отправилась к дому. Отец к тому времени уже открыл входную дверь и занёс партию коробок внутрь, я поспешила за ним. — Ставь пока что сюда, потом разберём. Иди выбирай комнату, я схожу остатки вещей принесу. — Хорошо. Я оставила вещи в гостиной и отправилась наверх. Там было несколько комнат и ещё какое-то кольцо на потолке. Дотянувшись до него, резким движением я открыла, как мне показалось, проход на чердак. На меня выпала лестница. Почему бы не подняться? Несколько ступенек — и я уже наверху. Там оказалось большое пространство с окошком, выходящим во двор, и тёмный лес. Было очень пыльно, кое-где была паутина (к слову, пауков я боюсь до чёртиков, как и почти всех насекомых). Я решила подойти к окну и посмотреть туда. В это время на улице уже садилось солнце, из-за чего небо, покрытое кучевыми облаками, окрасилось в багровый цвет. Чуть дальше от солнца краски переходили из красного в оранжевый, а там уже в жёлтый. Слева стоял чёрный мрачный лес, там еле-еле можно было понять очертания деревьев. На мгновение мне показалось, что между стволами что-то шевельнулось, но, попытавшись что-то снова разглядеть, я ничего не заметила. Странно. Но, может, просто устала. В это время папа уже принёс все вещи и начал искать меня. — Слава! Ты где? Выбрала уже себе комнату? — услышала я голос отца. Славой меня могут называть только самые близкие люди, для других я или Ярослава, или любое другое сокращение этого имени. — Я здесь! Я быстро начала спускаться по лестнице. Прямо передо мной появился отец. — Ну что? — Можно я на чердаке спать буду? Там удобно, только убраться надо и кровать поставить. Даже шкаф есть. И ванная близко! Остальное я сама оформлю. Пожалуйста! — Что ж, конечно можно. Только я сначала посмотрю какая крыша, чтобы не протекала. И холодно чтобы не было. — Хорошо! Спасибо большое! Люблю тебя! — я накинулась на него с объятиями, в них я как будто утопаю каждый раз. — Не за что! Я тоже тебя люблю, дочурка. Но уже пора спать, поэтому пошли расправлять кровати. — Конечно. Я быстрым шагом отправилась на первый этаж, чтобы взять рюкзак и постельное бельё. После этого папа отвёл меня в комнату, в которой мне предстояло провести ночь. Расправив кровать, я отыскала ванную. Я почти не крашусь, поэтому только умываю лицо пенкой, после скрабом и протираю тоником. Мне хватает. Переоделась в домашнюю одежду, пожелала папе спокойной ночи и легла в кровать. Как только моя голова коснулась подушки, я погрузилась в царство Морфея. Дала о себе знать несколько часовая дорога в машине почти без остановок. Ночь. Тьма. Только свет луны освещает слабым светом комнату и чуть попадает на кровать, на которой спит девушка. В доме очень тихо. Чей-то силуэт только что прошёлся около окна и остановился напротив. Девушка на кровати нахмурилась, как будто ей приснилось что-то нехорошее. Силуэт долго стоял неподвижно, будто наблюдая за Ярославой. Он ушёл только с рассветом. Утро. 9:30. Комнату уже озаряли солнечные тёплые лучи. По той же комнате начала разноситься дрель будильника, девушка медленно открыла глаза, что казались чугунными, и выключила источник шума. Полежав ещё минут 15, я встала и потянулась. Кости, уставшие быть в одном положении, начали хрустеть. Это не больно, даже приятно. Я отправилась в ванную, чтобы привести себя в порядок и разбудить организм. Умывшись, я побежала на кухню, одновременно думая чем мне позавтракать. В холодильнике оказались масло и сыр. Хлеб лежал на полке. Почему бы не сделать бутерброды? Всё равно кашу я ем почти каждый день на завтрак, так хоть разнообразие будет, заодно чай сделаю. Пока я химичила на кухне, проснулся папа. — Доброе утро! Как спалось на новом месте? Что готовишь? — Доброе! Неплохо, только пол ночи кошмар снился, как будто под расстрелом стояла. Готовлю чай с бутербродами, будешь? — Под расстрелом говоришь.? Это был лишь кошмар, так что не зацикливайся на этом. Если что, ты всегда можешь прийти ко мне, если будет очень страшно. А от бутербродов не откажусь, пока схожу в ванную. — Хорошо, буду иметь в виду. Мой папа воевал в Афгане в 1049-м зенитном артиллерийском полку. Он много рассказывал нам с мамой историй с войны. Пока я об этом думала, папа успел прийти и сесть за стол. Я поставила тарелки с бутербродами и кружки с чёрным чаем перед ним и сама заняла место за столом. Завтракали мы не торопясь. — Ты снова в этой бандане? Так отец называл мою повязку на голове. Я нередко забывала её снять после ванной, поэтому привыкла ходить в ней дома. — Это не бандана, а повязка, чтобы волосы не лезли. И умываться в ней удобно. — Ну, как знаешь. План на день таков: сейчас доедаем и отправляемся отдраивать весь дом, потом ты начинаешь разбирать вещи, а я иду в школу, чтобы отдать документы и взять для тебя учебники. А дальше я тебе помогу, если не успеем сегодня — закончим завтра. На первое сентября нужно будет тебя ещё подготовить. — Хорошо, а какое сегодня число? — Если не ошибаюсь, то 27, поэтому времени у нас не шибко много. — Тогда я поспешу и пойду мыть посуду. Через время. Я уже взяла ведро со шваброй и вымыла пол на втором этаже. Папа за это время осмотрел крышу и перенёс кровать. Решив отдохнуть, я приземлилась на диван. — Фух… Ты закончил?! — Да! Сейчас поеду до школы! — Хорошо! Тогда я продолжу! Прихватив с собой ведро, я закончила убирать на первом этаже и пошла на чердак. — Я ушёл!!! — громко крикнул отец, открывая входную дверь. — Хорошо!!! Я решила включить по радио музыку. Там играл Цой. Мне он очень нравился как исполнитель. Также я любила группы Nirvana, Мираж, Мумий Тролль, КиШ, Комсомольск. Иногда слушала «Иванушек» или Би-2, бывало Григория Лепса. Я снова задумалась и не заметила как закончила мыть пол. Нужно вылить грязную воду и идти протереть пыль, а также убрать паутину. На сколько я поняла со слов папы — тут уже не осталось пауков, так что бояться нечего. К вечеру наш дом блистал, учебники были в шкафу. Мы съездили в ближайший магазин и купили мне рабочий стол. Поужинав только что сваренным борщом, мы разошлись по своим комнатам. То есть папа пошёл в свою комнату, а я на чердак. Самое время начать разбирать свои вещи и приукрасить серую комнату. Из рюкзака я достала зарядку для телефона и поставила его заряжаться. Ещё там была моя тетрадка с красками и кисточками. Да, мне нравиться рисовать, и у меня неплохо получается, к слову. Я снова включила радио, там играла песня КиШа «Король и Шут». Я начала подпевать, петь у меня тоже получалось хорошо. — Много дней грустил король Не знал народ, что за дела! И кто-то во дворец привёл Смешного карлика-шута… Параллельно с этим, я доставала из коробок вещи и складывала их в шкаф. Начались постеры с разными группами. Хорошо, что у меня с собой оказались кнопки. Подпевая, я начала приделывать плакаты к стенам. Вот уже закончилось несколько песен КиШа и начали играть другие исполнители, которых я не знала. Нужно позвать папу. Только подумав об этом, раздался стук в люк. — Да? — Я войду? — Конечно. Через мгновение из люка показалась голова, а потом и всё тело отца. — Смотри, как красиво! — с этими словами я одной рукой махнула на стены моей новоиспечённой «берлоги», а другой убавила громкость на радио. — И правда, очень красиво! Молодец, Слава. — Тебе не очень громко было, когда радио играло? — Нет, на удивление я ничего не слышал. — Тогда хорошо. А в каком я классе буду учиться? — Если не ошибаюсь, то в 7 «В». Классную руководительницу зовут Лилия Павловна. Кабинет то ли 204, то ли 205. Но, думаю, разберёшься на месте. — Да, конечно. — Уже 10 часов вечера, пора ложиться спать, завтра нас ждёт такой же сложный день. — Спокойной ночи! — Сладких снов. Я обняла папу, а он поцеловал меня в макушку. Отец ушёл, а я выключила свет и легла в кровать.