учитель

***

У Му Цина паника. Да, именно она. Потому что у учителей не должен быть краш на других учителей. А Му Цин ловит жуткий и сильный краш на одного учителя, который совсем недавно пришел работать в их школу. Му Цин появление нового учителя по истории не застал, так как, взяв больничный на две недели, провалялся с температурой под сорок в своей кровати. Мужчина буквально не мог говорить, что уж говорить о поднимании себя в вертикальное положение. Его спасал Фэн Синь, который, после окончания уроков, приезжал к нему в квартиру. Тот пичкал его всеми возможными таблетками и чуть ли не с ложечки заставлял есть, потому что… — Я что, блять, зря это готовил? — возмущался Фэн Синь, когда Му Цин в очередной раз заявил, что не голоден и начал воротить нос от еды. — Давай ешь и не выебывайся. И Му Цину приходилось есть. Он съедал ложек семь супа, который приготовил Фэн Синь по какому-то своему рецепту, и на большее его не хватало. Мужчина, проделав все свои обязанности, уходил, говоря, что придет завтра. Му Цин лишь на это что-то мычал, потому что сил совершенно никаких не было разговаривать после еды и впихнутых таблеток. И вот, спустя две недели, Му Цин вернулся на работу. И в этот же день влюбился настолько сильно, что ему хотелось провалиться сквозь землю от неловкости и всего прочего, когда он видел его. Он столкнулся с новым учителем истории неожиданно. Му Цин влетел в молодого человека на всей скорости, когда бежал по лестнице. Он должен был провести замену (ну как провести, просто посидеть с детьми, чтобы они не разнесли класс), пока Се Лянь — их учитель литературы — уехал на курсы. А так совпало, что у Му Цина в этот момент не было урока, и именно его назначили на замену. Но ему сообщили об этом поздно: прошло уже десять минут с начала урока. И вот поэтому мужчина бежал по лестнице, пока не столкнулся с незнакомцем. Они вдвоём чуть не упали, врезавшись друг в друга. Му Цин ненароком заехал лбом в подбородок мужчины, из-за этого они оба болезненно зашипели. Каким-то образом им удалось устоять на ногах и не покатиться вниз по лестнице, грозясь тем самым переломать себе что-нибудь. — Прошу прощения, — быстро проговаривает Му Цин, когда поднимает голову, гладя болящий лоб. И зависает. Потому что перед ним стоит уж слишком красивый молодой человек. — Ничего страшного, — отвечают ему глубоким голосом. — Хуа Чэн, — протягивают ему руку, — новый учитель истории. — Му Цин, — отвечает на рукопожатие он, а внутри себя старается не умереть от голоса Хуа Чэна. Тот слишком идеальный. — Учитель химии. — Так вот, как Вы выглядите, — говорит ему мужчина и улыбается. — Приятно познакомится, — а немного погодя, добавляет: — И с выздоровлением. — Спасибо, — немного запинаясь, отвечает он. — Мне тоже приятно познакомиться, — Му Цин к своему ужасу начинает ощущать, как кончики его ушей начинают пылать. Потому что улыбка мужчины, которую тот ему дарит, сражает его наповал. И именно в тот момент, когда они расходятся, Му Цин понимает одно: он вкрашился в нового учителя. Очень сильно. Потому что, сидя на замене, он буквально не мог выкинуть из своей головы образ мужчины. Его улыбку, теплые и сильные ладони, темно-карие глаза, которые смотрели на него... с интересом? Му Цин не может понять, что это было. Он даже до сих пор чувствует еле заметный запах одеколона Хуа Чэна. Теперь Му Цин понял разговоры своего класса (в частности, женской половины), что их новый учитель краш. Потому что его дети, до начала уроков, сидели в кабинете и обсуждали Хуа Чэна, когда в этот момент Му Цин старательно делал вид, что совершенно их не слушает. Му Цин старался контролировать свои эмоции, когда он находился рядом с Хуа Чэном. Он старался не зависать, откровенно пялясь на учителя истории. Не нервничать при каждой встрече, будто он юный парень, который впервые в жизни очень сильно влюбился. Но ничего, конечно же, не выходило. Старался не расплываться в лужу, когда Хуа Чэн ему улыбался своей неповторимой улыбкой, когда они разговаривали о чем-то своем, что не касалось школьной деятельности. Му Цин был так благодарен своим волосам, которые закрывали его почему-то все время пылающие уши. На самом деле, мужчина тот еще актер в том, чтобы скрывать свои чувства. И у него с завидным успехом получалось делать это всегда, но… этого оказалось мало. Для людей, с которыми он общается за пределами стен школы, этого оказалось недостаточно. Один раз в его кабинет заваливается Фэн Синь. Хорошо, что у него окно, а у его детей сейчас урок физры на улице, так что никто из его учеников неожиданно к нему не заявится, как обычно это бывало. Потому что этот придурок, закрывая за собой дверь, заявляет с порога: — Ты влюбился что ли? Му Цин давится воздухом от неожиданности, что начинает аж кашлять. Какого хера? — С чего ты это вообще взял? — удивлённо спрашивает он, когда откашливается. Его коллега, и по совместимости друг, подходит к нему и смотрит подозрительно. Очень подозрительно. — Я в тебя повторно не влюбился, сразу говорю, — и теперь он наблюдает, как Фэн Синь замирает от неожиданной атаки. А что? Му Цин тоже может отвечать на вот такие неожиданные вопросы в собственной манере. Да, было время, когда они с Фэн Синем состояли в отношениях. Но это было давно. Еще на первых курсах университета. Сейчас у них друг к другу нет совершенно никаких чувств, и они расстались, приняв решение остаться друзьями. Хотя половина школы считает по-другому и, как говорится, шипперят их. И Му Цин с Фэн Синем это прекрасно знают, но, честно говоря, им нет до этого никакого дела. Пусть развлекаются. — Да я, блять, не про это, — отмахивается от него учитель физики. Тот не может привыкнуть к тому, что Му Цин всегда отвечает вот так, если тема заходит про отношения. Иногда за это хотелось его треснуть, но мужчина держался с завидным успехом. — Я по твоим глазам вижу, что ты в кого-то по уши втрескался, — Фэн Синь облокачивается руками на его стол и наклоняется к нему. — Я помню этот взгляд. Блять. Именно это думает Му Цин, смотря в глаза Фэн Синя. Даже если этот идиот заметил (а тот всегда в рядах самых последних замечает все), то кто еще мог заметить это… — Я ни в кого не влюблён, — уверено говорит Му Цин. Хотя на самом деле все совсем не так. И, наверно, что-то в его голосе заставляет Фэн Синя нахмуриться, когда он, не обращая внимания на мужчину, возвращается к проверке тетради с контрольной работой. Но не проходит даже и десяти секунд, когда Фэн Синь удивлённо начинает говорить: — Погоди, ты же сейчас не серьезно… У Му Цина начинают явно гореть щеки вместе с кончиками ушей, потому что его так по-тупому раскрыли. И не кто-нибудь, а сам Фэн Синь. Мужчина не даёт договорить учителю физики. Му Цин берет ту самую тетрадь, которую пытался проверять секунду назад, и заезжает ей по лицу Фэн Синя. — Если кто-нибудь узнает об этом, я тебя прибью, — Му Цин хочет еще раз заехать тому тетрадью, но мужчина успевает увернуться и отойти на безопасное расстояние. И Фэн Синь держит свое слово, потому что знает: с Му Цином шутки плохи. Тот не первый год с ним знаком, да и плюс был с ним в отношениях. Так что, можно с уверенностью сказать, что он знает все о злости и гневе мужчины. А Му Цин на протяжении этого полугода старается еще больше контролировать свое поведение рядом с Хуа Чэном. Делает все так, чтобы никто ничего не заметил. Но Фэн Синь, как бы Му Цин не старался, все равно все прекрасно видит. Ведь когда-то давно Му Цин вел себя так же и с ним, пока один из их общих друзей не столкнул их лбами, заставив наконец-таки нормально поговорить. И это в конечном итоге вылилось в их отношения. Хотя Фэн Синь держит свое обещание, но это не отменяет того, что мужчина не находит возможности каждый раз подстебнуть своего друга, когда они остаются наедине. Му Цину кажется, что он уже превысил весь лимит по закатыванию глаз в течение этого полугода так точно. У Му Цина выходит перестать чувствовать в присутствии Хуа Чэна своего рода смущение. Удается контролировать свои горящие уши, когда учитель истории ему улыбался, благодаря за что-то. Ему даже удается перестать пялиться втихаря на профиль мужчины, что уже можно считать победой. Му Цин взрослый мужчина, но он чувствует себя очень юным и зеленым пареньком, который впервые узнал, что вот такое чувство влюбленности вообще существует. Что такие чувства могут переполнять грудную клетку. Что такое мягкое и горячее тепло может разливаться внутри, теча по венам и сосудам, проникая в каждую клеточку тела. Му Цин таких сильных чувств не ощущал даже тогда, когда любил Фэн Синя и был с ним в отношениях. Чем больше он узнавал Хуа Чэна, тем больше тонул в этих чувствах. Му Цин выучил некоторые привычки учителя истории. Когда Хуа Чэн о чем-то думал, то непроизвольно начинал теребить мочку уха или, когда тот был чем-то обеспокоен, - стучал себя по коленке. Даже по улыбкам, которые дарил мужчина окружающим, можно было понять какое у того настроение. Или кому посылал обычную дежурную улыбку, а кому улыбался по-настоящему. А потом в какой-то момент Му Цин заметил, что настоящие и яркие улыбки Хуа Чэн дарит ему. И его это удивило. Конечно, это его радовало и где-то в глубине души вспыхивала надежда, что вдруг его чувства взаимны, но Му Цин сразу же тушил ее. Они с Хуа Чэном общаются лишь в школе и иногда могли списаться, но ничего за рамки не выходило. Даже никаких намеков и двусмысленностей между ними не проскальзывало, но... Но в один день все меняется. Это случается под конец декабря, когда все оценки уже выставлены, и практически все дети довольны своими отметками. Это случается на школьной дискотеке для ребят с девятого по одиннадцатый классы. Его и еще пару учителей, в рядах которых находился Хуа Чэн, выбрали для присмотра за учениками, чтобы те не напились в каких-нибудь кустах. И это не шутка. Потому что был один такой случай, когда ученика пришлось ему, Му Цину, и Фэн Синю доставать из школьных кустов. Но это уже отдельная история. Му Цин прекрасно знает, что если подростки захотят напиться — они напьются. Сам был таким же. С Фэн Синем на пару в старших классах (да-да, они учились вместе с десятого класса, а потом в одном университете) они вытворяли и не такое. Но и они знали меру того, что было можно делать, а где надо было вовремя остановиться. Но сейчас это все в прошлом. В этой ситуации теперь Му Цин следит за детьми, чтобы те вели себя нормально и в рамках приличного. Потому что они находятся на территории школы, где нужно соблюдать порядок. Ну и после, если (не дай бог, конечно) что-нибудь да случится, ни ему, ни другим учителям не хотелось бы иметь конфликты с родителями. И не только с родителями. Это случается на улице, когда Му Цин выходит подышать свежим воздухом. Ну это был предлог выйти на улицу, но на самом деле группка старшеклассников вышла куда-то, и вот уже минут десять от них было ни слуху ни духу. Му Цин просто надеется, что они ушли по домам, а не помчались в ближайший магазинчик за алкоголем, который они, вероятнее всего, притащат в школу. Выйдя на крыльцо, Му Цин передергивает плечами из-за холодка, который проникает прямо под его толстовку. Вокруг растаявшие лужи снега, которые превратились в грязное месиво. Он замечает недалеко от входа Хуа Чэна, который стоит и курит. Му Цин внутренне съеживается от холода сильнее, смотря на мужчину. Хуа Чэн без куртки, в тонкой рубашке и в легких туфлях. И как тому не холодно? Только это успевает подумать Му Цин, прежде чем Хуа Чэн, поднимая голову, замечает его. Мужчина улыбается ему и машет рукой. Му Цин, даже не задумываясь, машет в ответ. Внутри себя он старается не растаять и не превратиться в лужу, как снег под ногами. При виде, как ему улыбается Хуа Чэн, сердце немного сбивается с ритма. Ведь потому что он влюбленный дурак. Не успевает Му Цин угомонить свое сердце, как слышит: — Эй, Му Цин, — зовет его учитель истории. — Иди сюда. Му Цин незаметно сглатывает. Что хочет Хуа Чэн? За полгода совместной работы, мужчина прекрасно понял, что Хуа Чэн просто так не подзовет к себе. Да, конечно, тот может позвать и просто так, но это случалось, если тому скучно или тому хочется с кем-нибудь поговорить. Но сейчас Му Цин чувствует, что его позвали не просто так. И из-за этого волнение сковывает грудную клетку. Он так не волновался уже очень и очень давно. Му Цин старается обойти эту мешанину из снега и грязи, чтобы меньше заляпать ботинки, но ничего не выходит. Поэтому мужчина вздыхает и плюет на это бесполезное занятие. Он начинает идти по этой каше, недовольно кривя губы. — Ты о чем-то хотел поговорить? — спрашивает Му Цин, когда подходит к Хуа Чэну. Тот кивает головой, докуривая сигарету и выбрасывая ее в сторону. Мужчина неодобрительно смотрит на окурок, но ничего не говорит. — Да, — отвечают ему. — На самом деле еще давно хотел это сделать, вот только никак смелости не мог набраться, — искренне говорит Хуа Чэн, смотря прямо ему в глаза. Из-за этого прямого зрительного контакта, Му Цину становится неловко. — О чем хотел пого... Но ему не дают договорить. Му Цин удивленно выдыхает прямо в рот мужчины. Потому что Хуа Чэн берет и целует его в губы и так же быстро отстраняется. У Му Цина разом заходится вновь сердце. Горят губы, и ему вмиг становится жарко, хотя на улице довольно холодно. — Это, — немного запинаясь начинает говорить Му Цин, — что-то мало похоже на разговор, — кашлянув, отворачивает голову в сторону, но все равно замечает, как ему улыбается Хуа Чэн. — Ну, — начинает говорить мужчина. В голосе того слышно легкое смущение. — Это тоже входило в мой разговор, но я решил действовать сразу, — Хуа Чэн дарит ему мягкую улыбку, когда Му Цин поворачивает голову и смотрит на него. — А-а, — удивленно и даже как-то пораженно тянет Му Цин. — Так что, — вновь начинает говорить Хуа Чэн, когда подходит к нему и кладет свою ладонь на его плечо. Заставляя тем самым Му Цину поднять голову и посмотреть в темно-карие глаза мужчины. — Хочешь провести этот Новый Год в моей компании? — и вновь улыбается. — Хочу, — без раздумий отвечает Му Цин. И это еще будет далеко не единственный праздник, который они отметят вместе.

***