Если я был твоим морем

Следующие пару недель Артем ездил в клинику каждый день и проводил там в среднем около трех-четырех часов. Но кроме агрессии никакие другие эмоции Рин не показывала. Он уже было подумал, что зря радовался и считал это прорывом. Слишком самоуверенно было думать, что если команда спецов не справилась, то он нравится непременно. В этот вечер Ден решил устроить ему вылазку из дома. Они приехали в какой-то ресторан, друг оживленно рассказывал о том, как наконец-то у него все удачно складывается и благодарил Артема за все, что он сделал. Стрелецкий слушал, но часть речи тонула в глубинах его собственных размышлений. Он не понимал за что ему цепляться. Обычно все просто, человек пришел, описал проблему и ты ее решаешь, а тут нет даже части информации от самого пациента. На следующее утро, уже по обыкновению он зашел в Кофейню у дома, захватив с собой пару стаканчиков кофе и направился по привычному, за это время, маршруту. Четвертый этаж. Палата 404. Все следующие действия были уже четко отработаны, кофе на стол, стул к вызоду. Но сегодня он успел войти и только поставить кофе на стол. Стул, его не было на привычном месте. Артем повернулся к Рин, та уже сидела у окна развалившись на двух стульях в позе ожидания. - Не поделишься? - Зачем? - У тебя не на столько большая задница, чтоб занимать ею два стула. - А твоя тощая может уместиться на твоем блокноте. Подстели, один черт зря носишь. Артем ухмыльнулся и просто сел на пол возле двери в палату, напротив девушки. Прошло минут пять, как вдруг Рин встала и начала расстегивать пуговицы на своей больничной пижаме. - Эй эй эй, полегче, ты чего это делаешь? - Стрелецкий резво зажестикулировал руками и довольно быстро встал с пол на ноги. - Раздеввюсь. Ты же зачем-то сюда таскаешься каждый день. Молчишь сидишь. Или ты псих, или извращенец. Если второе, то проще дать тебе то, что ты хочешь, чтоб ты съебал отсюда. А вот если первое, то ты возможно испугаешься напора и поймешь, что мы психи по разному. Девушка медленно дошла до последней пуговицы на кофте и теперь узкая полоса огодяда очертания ее груди и тела. Взгляд сам упал на кожу под одеждой и Артем резко отвернулся театрально прикрыв лицо рукой. - Пожалуйста прикройся - Значит все таки псих. - Да не псих я, не псих, я психолог, забыла? - Можно подумать психологи не могут быть психами. Работая с чокнутыми и самому не долго поехать кукухой. - Спорное утверждение. Но в целом ты права. Себя тоже лечить и чинить приходилось. Рин смотрела на его затылок и спину, он не внушал раздражения как другие врачи, рядом с ним проводить часы было легко, не испытывая чувства тревоги при том. Но что-то в нем ее задевало и каждый раз заставляло говорить или делать ему гадости. Она стояла и слушала его рассуждения по поводу адекватности восприятия и думала, а вдруг он сможет помочь. Череда врачей сменяющих друг друга утомила ее на столько, что она не верила, что кто-то поможет вывести ее из состояния анабиоза. - Ладно псих. Звать то тебя как? - Артем, Артем Александрович Стрелецкий - он медленно повернулся, но не ожидал увидеть обнаженную спину перед собой. Рин натянула на себя майку и повернувшись внутренне гоготнула от выражения лица психолога. - Ладно, Артем Александрович, не псих, а психолог. Подбери челюсти, а то чувство будто ты живую женщину в жизни не видел. - Шутка не удалась мадам. Меня в целом крайне сложно задеть. Так что, все твои удары мимо ворот. - Психолог, не советую шатать и без того мое редкое хорошее расположение духа. - Ладно-ладно, тогда может приступим к разговору по душам? - Артем демонстративно поднял руки, будто совсем не при делах. - Ну совсем по душам выйдет врядли, но поговорить можно. Это мне? -Рин указала на стаканчик кофе стоящий на столе. - Да, я уже пару недель тебе из таскаю. - И сам же выпиваешь? Я думала ты просто любитель кофеина. - Ты обычно в образе принцессы недотроги и молчишь, а чего пропадать отличному Кофе? - Мда, ну и тараканы у тебя Артем Александрович. Но спасибо, люблю хороший кофе. Она взяла стаканчик со стола и уселась на пол. Стрелецкий последовал ее примеру. Это был первый раз когда у них произошел диалог на совершенно отстраненные темы.