A red-haired stalker in love

Безлюдный по утрам парк привлекал ранних пташек-бегунов со всей округи. Но они начинали заполнять его лишь где-то к шести-семи, не зная, что теряют. В предрассветное время, когда ночь еще полностью не отступила, главными хозяевами этих извилистых заасфальтированных дорожек становятся легкий прохладный ветерок, тишина и уютный туман, с готовностью каждый раз принимающий в половине пятого в свои объятия двух близких друзей. Волка и колдуна, которые становились словно единственными живыми существами во всем этом зеленом оазисе в центре мегаполиса. – Знаешь, я до сих пор не понимаю, почему мы бегаем так рано? – Вот только один из них не осознавал всей красоты их уютного одиночества в центральном городском парке. – Ты, конечно, нелюдимый, но не настолько же. Второй мужчина в ответ только загадочно улыбнулся, ожидая, пока друг перешнурует кроссовки. Он обернулся и окинул задумчивым взглядом только начинающую просыпаться природу и первых уток, выбравшихся из своих укрытий на гладь озера, рядом с которым они остановились. Юнги втянул воздух, утопая в успокаивающем и ставшем родным запахе: туман, слабые отголоски дорожной пыли, тина и нагло вмешивающийся легкий парфюм Нама. Это то, что ему действительно нравилось. Вернув свое внимание к колдуну, что уже выпрямился и наблюдал за ним, блондин кивнул, и они вновь побежали. Проведя некоторое время в уютном для обоих молчании и сделав большой круг вдоль берега озера, Юнги все же решил ответить на вопрос, о котором пепельноволосый маг уже и забыть успел: – Я не нелюдимый. И не уверен, что ты поймешь, Джун, – отозвался мужчина, проверяя показатели фитнес-браслета на запястье. – Все дело в запахе? Он создает для меня такую умиротворяющую атмосферу, которая готовит к очередному выматывающему рабочему дню. Ким ничего не ответил, лишь кивнул в ответ, зная, что для волков запахи – это слишком важно, чтобы не обращать на них внимания. И уж точно особое значение это имеет для его любимого щеночка Мина, обоняние которого развито сильнее, чем у многих других представителей ему подобных. – Кстати, о рабочем дне, – произнес Намджун, первым сворачивая с круговой дорожки у озера вглубь лесопарка. Юнги следовал за ним, позволяя колдуну прокладывать маршрут. Вернее, выбирать один из нескольких, которые они проложили вместе еще несколько месяцев назад, когда только начали бегать тут вместе. – Мне тут птичка нашептала, что страшный и ужасный господин Мин собирается с землей смешать своих секретарей, которые немного напутали с расписанием… – Если ты хочешь замолвить словечко за свою подружку, то даже не пытайся, – строго и безапелляционно отрезал мужчина, сверкнув недовольным взглядом в сторону друга. О чем, о чем, но точно не работу он хотел обсуждать сейчас. Такое место нельзя осквернять подобными разговорами, оно слишком чистое и спокойное для этого. – Они сбили мне весь график, из-за чего сорвалось несколько соглашений. И нет бы, напутать не с таким важным днем. Они запороли встречи с гребаными консерваторами, Нам. Попробуй опоздать к ним на минуту, сразу все повернут в любую сторону, но не в твою. А я не опоздал. Нет. Я не пришел. Ты не представляешь, каких денег мне стоило то, что эти две…ведьмы перепутали июнь и июль. Ким сразу сдался, решив, что сделал для Юны все, бывшее в его силах. Он пожал плечами, принимая поражение. Дальше они вновь бежали в молчании, разбавляемое шумом их шагов и щебетанием первых птиц. Минут через пятнадцать они добрались до развилки, на подходе к которой Мин почувствовал изменение в полюбившихся за месяцы запахах. Добавился едва ощутимый новый. Он замер, недоуменно уставившись на необорудованную для безопасного бега тонкую тропинку, покрытую множеством торчащих корней, веток и камней. – Юнги? – заметив пропажу блондина, обернулся Намджун. Он вернулся назад, принявшись тоже разглядывать дорожку, на которую раньше ни один из них и внимания то не обращал. – Ну нет. Туда мы не побежим. Ты ноги переломать хочешь? Поняв, что его совершенно не слушают, Ким тяжело вздохнул. – Ну серьезно, на кой черт нам сворачивать с хорошей дороги на…это? – Ответ «жажда чего-то неизведанного» тебя устроит? – ухмыльнувшись, протянул мужчина, обращая свой лисий прищур на хена. Ему действительно было любопытно. Все-таки он впервые ощутил эту смену запаха, хотя они с Намом бегают тут практически каждое утро: выбранный магом маршрут был их самым любимым и самым протяженным. По сути Юнги даже не предлагал бежать здесь. Дураком он не был, да и ноги ломать о коряги не собирался. Как минимум пока. Он просто хотел посмотреть, в чем причина, от чего исходит манящий запах. Блондин даже не мог точно сказать, на что тот был похож. Эта неизвестность тянула его в свои сети, а Мин почему-то не мог ему сопротивляться. Да и не хотел он этого делать. – Нет, не устроит, – упрямо ответил Джун, проверяя время. Они собирались сделать последний круг по маршруту и расходиться, ведь перед работой нужно было еще до квартир добраться и привести себя в порядок. Вот только Юнги это, казалось, совсем не заботило. Он уже взобрался на неровную тропинку, начинающуюся с резкого подъема и шел вперед. – Да чтоб тебя, Мин Юнги! Обреченно возведя взгляд к занесенному облаками небу, Ким бурчал проклятия в адрес неуемного волчары, отправляясь за ним следом. Силу он, разумеется, не использовал, только ворчал. Хотя хотелось использовать немного, чтобы заставить друга навернуться где-нибудь, сказать, что это все из-за ужасной дороги, и вернуться победителем на любименький маршрут. Вот только он знал, что это не сработает. Вот вроде волк, а ведет себя иногда, как баран… Веселясь с недовольства колдуна, Юнги продолжал осторожно идти по направлению, которое указывал инородный запах, что становился с каждым шагом более отчетливым. Теперь мужчина уже улавливал в нем слабые цитрусовые нотки, но до конца в этом все же был не уверен. Вот только с каждым преодоленным метром, с каждой перешагнутой корягой, запах еще и проникал в мозг. Мин уже осознавал, что, возможно, зря решил поддаться порыву. Он чувствовал угрозу. Но не мог понять, от чего она исходит: от запаха, того, кто или что его распространяет, или от чего-то совершенно иного. Практически добравшись до цели, они наткнулись на преграду в виде огромных колючих кустов. На одной из веток колыхался на слабом ветру клочок светлой ткани. Взяв ее и поднеся к носу, Юнги тут же учуял яркий и пряный цитрусовый аромат. Вот только явно не эта тряпка стала кляксой в его отработанном ритуале налаживания душевного спокойствия. – Джун, можешь раздвинуть ветки куста? – повернувшись к все еще недовольному, но уже немного сдавшемуся любопытству магу. – Не вопрос, – отозвался тот, щелкая пальцами. Тут же по велению сил Кима в их преграде начал проявляться узкий коридорчик. Иногда Юнги даже слегка завидовал другу, что тот родился именно колдуном. По его мнению, у подобных Джуну сосредотачивалась практически вся власть этого мира. Магия мужчины не сломала ни одной ветки, бережно окутывая их слабым темным сиянием, практически незаметным. А вот подрагивающий и промокший светло-рыжий волк, вокруг которого витала аура мощного колдовства, просто не мог остаться незамеченным. Он казался мужчинам таким беззащитным. Обернувшись, Намджун недоуменно уставился на Юнги. Тот же в свою очередь не сводил глаз с сородича, от которого и исходил терпкий запах. Вот только важным сейчас казалось уже не это. Важнее был факт того, что волка ранил маг.