A red-haired stalker in love

Через десять минут администрация галереи притихла. Юну заперли в пустом кабинете, Виен вернулась к общению с потенциальными коллегами, Юнги печатал что-то в своем ноутбуке, сверяясь с документами, а Чимин уснул на кожаном длинном диване, иногда нервно подергивая то лапой, то ушами, то хвостом. Поэтому, когда в дверь глухо постучали вздрогнули оба оборотня. Подняв взгляд от монитора, Мин встретился взглядами с совсем юным на вид парнишкой. Следом за ним в офис зашла Виен. Гость уважительно поклонился директору галереи, а брюнетка представила его: — Господин Мин, знакомьтесь, это Син Тэджун. Художник с ником JooSi2n. Услышав имя, Юнги сильнее, чем прежде заинтересовался, ведь именно оно возглавляло его список. Это был именно тот художник, в некоторые работы которого блондин бесповоротно влюбился. Он был нужен Мину. — Для меня честь быть тут, господин! Юнги улыбнулся парню, ладонью показывая, куда тот может сесть. Во взгляде Тэджуна светилось возбуждение и искренняя радость. То, что нахождение здесь вызывало у юноши такие эмоции, успокаивало Мина: он думал, что его предложение никого из молодежи не заинтересует. Предложив гостю кофе или чай и получив «Просто воды, если можно» в ответ, блондин попросил Виен принести кофе и стакан воды. — Итак, господин Син, — откладывая бумаги, с которыми работал ранее, произнес Юнги, складывая руки в замок и опуская на них подбородок. Он с интересом рассматривал волнующегося парня и улыбался. — Для начала, сколько Вам лет? — Я бы хотел, чтобы Вы обращались ко мне на «ты», — попросил Тэджун, смутившись. — И просто по имени… «Господин Син» звучит так странно… — Любой каприз, Тэджун, — хмыкнув, отозвался мужчина. — Тогда давай просто уйдем от официоза. Зови меня Юнги-хен. Своим предложением Мин еще сильнее смутил парня. Тот тут же начал отнекиваться, боясь поднять взгляд на, как он думал, альфу. Своим поведением Син очень веселил Юнги. И, в целом, парнишка был полностью в его вкусе: миловидный, с копной ярких волос, примерно одного с ним роста и спортивного телосложения. А самое главное, он делал то, что ему нравилось — рисовал. Люди, отдающие себя своим хобби, восхищали блондина. И запах у Тэджуна был очень нежный, хоть и слегка сладковатый для Юнги. Но они почти коллеги. А отношения с сотрудниками, по мнению Мина, являются самым жалким, на что может пойти начальство, ведь зачастую им просто боятся отказать. Да и маловат он для Юнги. — Мне 19, — ответил все-таки на вопрос блондина Тэджун. Мужчина кивнул. «Да…маловат мягко сказано», — подумал он, продолжая улыбаться художнику. — Итак, Виен объяснила тебе, что именно я хочу предложить? — делая глоток обжигающего напитка, который пару минут назад принесла помощница, уточнил Юнги. — Она сказала, что Вас заинтересовали некоторые мои работы, хен, — теребя край рукава рубахи, ответил Син. — Да, это так, — Мин наблюдал за действиями своего гостя, полностью понимая его волнение и поддерживая мягкой улыбкой. — Именно поэтому я хочу предложить тебе сотрудничество с галереей. Если правильно понял, ты пишешь как в классическом, так и в электронном виде? Я подумываю открыть несколько выставок в ближайший год, одну из них думал посвятить именно диджитал-рисованию. Ты мог бы стать одним из ее участников. Да и парочка твоих классических работ привлекли мое внимание. Что скажешь? Тебе интересно мое предложение, Тэджун? Парень, смущенный потоком комплиментов в адрес его творчества, удивленно взглянул на Юнги. Тот хотел…что? — Вы сейчас шутите? — напряженно протянул художник. — Ни капли. — Хотите забрать права на мои работы? Юношеский голос на мгновение дрогнул, заставив Юнги нахмуриться. Да и сам вопрос его удивил. Галерея никогда не забирает прав на те работы, что у себя размещает. Она лишь показывает большой массе людей творчество художника и иногда, если занимается торгами, помогает выгодно его продать. По взгляду и тону парня, Мин понял, что однажды он попался на чей-то крючок и потерял ценную частичку себя — свои работы. — Конечно же, нет, Тэджун, — тут же решил успокоить Юнги. — Я не получаю никаких прав на твои картины. Лишь предоставляю тебе площадку, чтобы их могли увидеть другие. Я не хочу украсть у тебя такую важную часть жизни. От слов мужчины Син слегка расслабился, но все еще был напряжен. Чимин вполуха следил за чужой беседой, иногда зевая, каждый раз привлекая этим к себе внимание Юнги. Волку нравилось ощущать на себе теплый взгляд гаммы, и он, не стесняясь, нежился под ним, с каждой минутой все чаще издавая какие-то нарушающие беседу звуки, лишь бы блондин смотрел на него подольше. Юнги немного смешило такое поведение альфы. Но каждый раз он оборачивался на него, что не укрылось от взгляда художника. Тэджун лишь понимающе улыбнулся, с нежностью проводя пальцами по тонкому браслету, который Мин раньше не замечал. Он усмехнулся, поняв, что парень принял их с волком за пару, но развеивать эту иллюзию в юношеской голове не стал. И это отдалось каким-то теплом сразу в двух оборотнях, но один не обратил никакого внимания на легкое изменение, а второй довольно заурчал, представляя, что, возможно, когда-то мысли художника станут явью. Спустя минут десять неспешных обсуждений работы в офис приехали родители Тэджуна. Чимин решил незаметно скрыться с дивана, чтобы пришедшим было, куда сесть. Он скрылся за столом Юнги, вновь положив морду на его ногу. Блондин почти сразу зарылся пальцами в мягкую шерсть, приветливо улыбаясь семейной паре. Милейшая невысокая женщина быстренько утащила сына на диван, а статный и серьезно настроенный мужчина сел напротив директора галереи, явно готовый во всю отстаивать права своего ребенка. — Господин Син, госпожа, для меня честь познакомиться с родителями такого одаренного юноши, как Тэджун. Разрешите рассказать о моем предложении? — Юнги держался по-деловому отстраненно, но в то же время он мягко улыбался. Старший альфа молча кивнул, продолжая с недоверием поглядывать на мужчину перед собой. Он явно был не из разговорчивых, но этот его тяжелый взгляд мог сказать о многом. А именно, о явной неприязни к Юнги, которую тот совсем не понимал. Какие выводы о нем перед приездом сюда сделал этот человек, что сейчас на него смотрели так. — Итак, — прокашлявшись, начал Юнги. Чимин чувствовал в запахе гаммы легкое волнение от встречи с отцом художника. Решив попробовать его успокоить, он осторожно потерся о ногу Мина мордой и усилил собственный аромат, который, как заметил альфа, действительно помогал блондину каждый раз прийти в себя. — Я хочу, чтобы Ваш сын стал одним из первых диджитал-художников, которых я выставлю в своей галерее. Также меня заинтересовали некоторые его классические работы. Скажу сразу, никаких прав на владение картинами я не получу, только на размещение. Это может стать весомым толчком в развитии карьеры художника для Тэджуна. Лицо мужчины смягчилось, как только он услышал о достижениях сына сразу было видно, что он гордился им, и это радовало Юнги. Когда родители поддерживают начинания ребенка — это просто прекрасно. За это он искренне благодарен собственным матери и отцу, и сейчас, видя, что и Тэджуна поддерживают, он понял: его точно ждет великое будущее. Возможно, не в его галерее, но это и не так важно. Госпожа Син нежно заулыбалась, глядя на сына, и потрепала его по голове, что-то нашептывая тому на ухо. От слов матери парень засмущался и покраснел, но все же его губы растянулись точно такой же улыбке, как у женщины. Спустя минут двадцать переговоров старший Син все же согласился, что предложение Юнги неплохое, заставив того облегченно вздохнуть, а Тэджуна радостно воскликнуть. Но он тут же засмущался своей реакции и извинился, вызывая тихие смешки у взрослых. Как только семья покинула его офис, Юнги устало откинулся в кресло, чуть отъезжая на нем от стола. Взглянув в яркие золотые глаза, он хмыкнул, почесав волка за ушком. Чимин довольно зажмурился и заурчал от полученной ласки. — Ну что, и не скучно тебе тут сидеть? — усмехнувшись, спросил Мин, понимая. Что ответа по сути и не будет. Только в глазах появился слабый блеск, словно говорящий, что волку все нравится и никуда уходить он не собирается. — Ладно, — потрепав того по загривку, отозвался Юнги, — раз тебе весело, то отдыхай, пока я работаю. Фыркнув, Чимин вдруг замер. А может… После того. Что задумал альфа, его вполне могут выставить вон, но почему бы не попробовать? Вдруг и не выгонят… Поняв, что сильно задумываться не стоит, Пак просто запрыгнул передними лапами на чужие колени, заставляя блондина вздрогнуть от удивления. «Ну все, начинаем активные действия по захвату чувств этого милашки», — пронеслась в голове рыжего волка мысль, после чего он просто лизнул бледную щеку. Юнги ошалело глядел на альфу, все вокруг окутал его приятный цитрусовый запах, путающий сознание гаммы. Он чуть склонил голову влево, как делают собаки, когда чего-то не понимают, и продолжал молча наблюдать за Чимином. Ему даже почему-то было интересно, что тот сделает дальше. А Пак просто прильнул к светлой шее с подрагивающим кадыком и втянул нежный запах. Юнги удивился подобному поведению, ведь зачастую для всех его аромат совершенно не ощущался. Сколько раз Хан жаловался, что мечтает ощутить именно его, а не какой-то шампунь или гель для душа. А по Чимину блондин понимал, что тот действительно чувствует то, чего некоторое так желали. — Юнги, что произошло, что ты сорвал меня с операции? — недовольно пробубнил Намджун, без стука влетая в офис. Его взгляд был опущен в смартфон, что сразу давало понять, что тот торопиться вернуться в больницу. В цело, он и сюда летел на всех парах, даже халат не снял, белые полы которого торчали из-под его пальто. Посмотрев на друга, тот увидел очень занимательную картину с тем самым волком, которому они помогли сутра. Хмыкнув, Джун вновь вернул внимание телефону, ожидая ответ на свой вопрос. Чимин спрыгнул с Юнги, недовольно поглядывая на колдуна, и вновь устроился на диване, пристально наблюдая за блондином. Прокашлявшись, Мин попытался быстро привести себя в порядок. Позвав Виен, он попросил принести ему записи с камер. Так, на всякий случай. Юнги знал, что Намджун ему поверит и на слово, но все же переживал, ведь Юна его девушка. Хотя, возможно, у этих двоих немного разное отношение к понятию «встречаться» Мин вкладывал в него слишком много, а Ким слишком мало. Для второго это всегда было просто чем-то, что давало постоянный доступ к определенному телу, что интересовало его в определенный момент. Ничего серьезного. Никогда. Юнги жил почти также, но именно в отношения не вступал, не переводил обычное секс-партнерство в что-то большее. — Нам, я это… — блондин замялся, понимая, что все-таки говорить другу о том, что его девушка пыталась соблазнить тебя, да еще и воспользовалась магией для этого, немного слишком. Собравшись с мыслями, он все же заговорил, со всей серьезностью глядя на Кима: — Юна перешла границы. Все, какие только могла. — Что ты имеешь ввиду? — непонимающе спросил мужчина, все же убирая телефон в карман пальто, продолжая иногда кидать взгляды на рыжего волка. — Что Ваша девушка, господин Ким, — войдя в кабинет и скрестив руки на груди, произнесла Виен, — пыталась околдовать господина Мина. А если быть точнее приворожить и соблазнить его. Если Вам нужно подтверждение, есть записи с камер, — девушка приподняла руку, которой держала тонкий планшет с поставленным на паузу видео. Но в нем не был нужды. Юнги был прав: Намджун и без доказательств верил лучшему другу. Даже в подобных вещах, как эта. Извинившись, он попросил Виен отвести его к Юне. В темных глазах плескалась злость и негодование. Мин не стал вмешиваться, знал, что вечером их ждет поход в бар: один будет искать замену бывшей девушке, а второй — отходить от ужина с бывшей женой. Даже опыт с Соен говорил о том, что Юнги не создан для серьезных отношений… Да и отношений в целом, в общем-то. На пару минут кабинет погрузился в полное молчание, сопровождаемое размышлениями хозяина помещения. Чимин наблюдал за напряженным мужчиной, желая вновь подойти к нему, защитить и успокоить. Вернувшись, Намджун недолго поболтал с другом, показывая тому, что он в полном порядке, после чего ушел, распрощавшись. — Виен, — позвал помощницу Юнги. Девушка даже не пыталась скрыть с лица облегченной улыбки. Она избавилась вовсе не от соперницы на работе, а от балласта, что тянул ее продуктивность на дно, вечно отвлекая и портя все, что та делала. Ведь именно Юна внесла зачем-то ошибки в расписание начальника. — Подготовь документы для увольнения. Несмотря на то, что сделала Юна, уволить ее надо по всем правилам, а то проблем еще не оберемся… — Конечно, господин Мин. Спустя минут пять на столе уже лежали подписанные увольнительные, а Юнги расслабленно откинулся в кресле, проверяя время и вспоминая свое сегодняшнее расписание. Часовая стрелка приближалась к двенадцати. Мин всегда отмечал, как же медленно здесь тянулось время. Скоро должен был приехать глава ковена, после встречи с которым можно будет нагло сбежать на обед. Незаметно для блондина, Чимин ловко юркнул под его стол, ластясь к его ногам. Он так хотел вновь ощутить касания гаммы, что еле дождался, когда все оставят их вдвоем. Пак всегда был очень любвеобильным и ласковым со своими партнерами, но именно Юнги он хотел утопить в своей нежности. Он даже сам слегка удивлялся, почему так хочет получить ласки конкретно от этого человека с полюбившимся в считанные мгновения запахом лаванды. Дождавшись, когда в его шерсть запустят тонкие длинные пальцы, Чимин довольно заурчал, потираясь боком о темно-зеленые брюки. В этот момент в дверь глухо постучали. Вошла Виен в сопровождении сразу четырех человек. — Господин Мин, прибыл господин Чон со своим сопровождением, — безэмоционально объявила помощница, представляя улыбающегося во все идеально белые тридцать два мужчину, который, казалось, стал темным пятном в светлом миновом офисе. Полностью черный костюм тройка с надетым поверх таким же черным пальто, практически достающим до щиколоток гостя. Эскорт главы ковена полностью соответствовал: монохромный тотал-блек во всем. Легким взмахом руки, затянутой в кожаную перчатку, Хосок отправил одного из своих охранников за пределы офиса, а второй остался стоять рядом с дверью. Поблагодарив Виен, Юнги предложил гостю сесть в кресло перед столом, что тот и сделал, попутно скинув верхнюю одежду на диванчик. Помощница и охранник остались в своих полных образах. Молодая на вид девушка встала за спиной босса, прижимая к груди планшет, в котором изредка что-то делала и проверяла. — Итак, господин Мин, — протянул своим чарующим голосом маг, стягивая перчатки, — по какому поводу Вы просили о встрече со мной? Ощутив в ранее приятном запахе альфы резкие и горькие нотки, Юнги осторожно глянул под стол, замечая, что волк с молчаливым оскалом и злость в глазах смотрит на носки начищенных туфель Чона. Подобное напрягло мужчину, и он вспомнил, как в том проснулась похожая агрессия, стоило лицу Хосока появиться на экране телевизора. Мин почуял неладное, но не стал показывать своих сомнений колдуну, что с интересом хищника наблюдал за ним все это время. — Я хотел поговорить с Вами об одной из девушек, что числится среди Ваших подопечных. А именно о Юне. У меня есть записи, подтверждающие, что она нарушила тройственный закон. Колдун с серьезным видом покивал и попросил показать ему записи, попутно отдавая помощнице приказ найти Юну и отдать ее под канвой охранника, что недавно покинул стены кабинета. Девушка тут же скрылась, сверкнув в сторону Мина темным взглядом. Просмотр записи и дальнейшая беседа заняла не более получаса. Мужчины легко со всем разобрались. Хосок пообещал наказать нарушительницу порядка, а Юнги заверил, что дальше офиса эта ситуация не уйдет, промолчав о том, что Намджун также о ней осведомлен. Вставая, Чон уронил с колен перчатки и наклонился за ними, быстро глянув под стол. Заметив затаившегося рыжего волка и ощутив его мощную сопротивляющуюся ауру, он ухмыльнулся. «Нашел, — подумал маг, выпрямляясь и пожимая Юнги руку. — Так вот, кто решил спрятать от меня мою драгоценную жертву. Занятно…»