Решительный натиск, затяжная осада

      Скрип двери и звуки осторожных шагов процарапываются сквозь слабость и блаженное забытье. Северус открывает глаза, и на фоне бледно-голубой больничной стены проступает силуэт посетительницы.       — Здравствуйте, профессор! — встрепенувшись, здоровается Грейнджер. — Как вы себя чувствуете?       — Чудесно, — хрипит профессор. "Хотя бывало и лучше. Например, минуту назад".       — Ну тогда... — Ему решительно не нравится и этот тон, и то, что девчонка кусает губы. Грейнджер перехватывает взгляд, вздыхает и лезет в сумочку. — Тогда я сделаю то, ради чего пришла, сэр.       "Палочка?"       — Силенсио. Простите, сэр, — ну просто само раскаяние, — боюсь, иначе вы не дадите сказать, а мне нужно...       "Очаровательно! Ей нужно — будь добр слушать".       — Это очень важно... Для меня...       "Спасибо, что не для меня".       — Дело в том, что... — она набирает в грудь воздуха, — я люблю вас, сэр!       "Час от часу..."       — Вероятно, уже давно. Не понимала только... — она несет еще какую-то чушь, из которой ясно одно: девчонке досталось во время битвы. — Это все, что я хотела сказать.       Взмах палочки возвращает Северусу способность говорить.       — Посетите врача, мисс Грейнджер.       — Что ж, я ожидала чего-то подобного, — горько усмехается она. — Не волнуйтесь, профессор, навязываться не стану, — и, опустив плечи, торопится скрыться с глаз.       Еще мгновение он глядит в закрытую дверь, затем пожимает плечами и проваливается в сон, вынырнув из которого, не знает, был визит бывшей ученицы реальностью или приснился.

* * *

      Магическая Британия празднует годовщину победы. Бывший двойной шпион, а ныне чертов Мерлинов орденоносец позволил затащить себя на торжества и теперь с чувством глухого раздражения наблюдает за чужим весельем. Натыкается взглядом на Поттера, тот по-идиотски широко улыбается и машет рукой.       Нехотя кивнув в ответ, Северус отводит глаза и видит его подружку. Ее лицо на мгновение озаряется радостью, но потом она смущенно проводит рукой по волосам, и взгляд ее становится странным: упрямым и беззащитным. Спонтанные и бестолковые гляделки длятся примерно с полминуты, пока на Грейнджер не налетают Лонгботтом и Лавгуд, ошалело-веселые и очевидно нетрезвые.       К Снейпу же подкатывается Скиттер. Он отплевывается ядом, но у Риты иммунитет — приходится менять дислокацию. Коллега Слагхорн удачно подворачивается на роль щита. Из моржовых объятий даже Рита не сразу вырвется, но и с Северуса всего этого точно хватит. Он круто разворачивается к выходу и цепляет кого-то локтем.       — Прошу прощения, — скупо сцеживает он, зачем-то гадая, как Грейнджер оказалась вдруг в гордом одиночестве.       — О, нет, нет! Не стоит. Это я неудачно встала... — тараторит она, запинается. — Я хотела спросить: вы видели мою статью в "Вестнике зельевара"?       — Да, — лаконично отвечает он и не уходит.       — И что вы о ней думаете?       — Идея поглотителя следов темной магии интересна, — он закладывает руки за спину и глядит поверх ее головы, — но, как я понял, вы зашли в тупик из-за несовместимости двух основных компонентов.       — К сожалению, да, — признает она, бросает взгляд в сторону и открывает рот, чтобы сказать что-то еще, но Снейп опережает:       — А обратиться за помощью к своему бывшему преподавателю не позволяет гордость, верно?       Она теряется, и это даже трогательно:       — Я?.. Нет... Но я же обещала не навязываться!       — Бросьте, мисс Грейнджер, — снисходительно тянет бывший Ужас подземелий, — мы же оба прекрасно понимаем, что в те дни все в той или иной мере переживали посттравматический синдром. Нет нужды оглядываться на сказанное в не совсем вменяемом состоянии.       Она суетливо поправляет прическу (с той все в порядке), хватает с подноса проходящего мимо официанта фужер шампанского и, поднеся его к губам, бомочет:       — Ну, в моем случае это неизлечимо.       — Что? — тупо переспрашивает Снейп.       — Я говорю, что в моем случае болезнь, похоже, неизлечима, профессор, — с грустной улыбкой повторяет Гермиона, и он решительно забирает у нее фужер.       — Кажется, вам достаточно.       Вручив шампанское другому официанту, он наконец уходит. Но, когда на следующий день сова приносит письмо с просьбой о помощи, не отказывает.

* * *

      С Грейнджер они теперь видятся часто. Она повзрослела: научилась слушать, стала меньше козырять энциклопедическими знаниями и больше — думать. И мысли у нее бывают весьма дельные. С ней интересно. Спокойно. И Северус сам не замечает, как она становится для него Гермионой.       Все идет хорошо, но однажды она приходит в лабораторию с напряженно прямой спиной, сосредоточенно сведенными бровями и тонкой папкой в руках.       — Что это?       — Брачный договор, — она рассеянно смотрит на шкафы с ингредиентами, — Кингсли сделал мне предложение.       — Вот как? — Снейп насмешливо поднимает бровь, но закашливается из-за сухости в горле. — Не знал, что вы пара...       — Мы не пара, — пожимает она плечами, перекладывая на столе вчерашние записи. — И это больше деловой проект.       — Что ж, партия выгодная.       — Вы находите? — Гермиона резко оборачивается. — В таком случае, я, пожалуй, соглашусь!       — Да, не теряйтесь! Не каждый день сватается министр Магии.       — Ответственный, благородный и смелый человек!       — Отличная протекция в карьере.       Щеки Гермионы пунцовеют, внезапно она сравнивает профессора с младшим Уизли. Разговор превращается в перепалку, перепалка — в ссору. И в разгар ссоры он неожиданно закрывает ей рот поцелуем. А опомнившись, самым бессовестным тоном замечает:       — Совсем стыд потеряли, мисс Грейнджер, — и ждет заслуженную пощечину, но вместо этого слышит смех, настолько светлый и жизнерадостный, что невольно смеется сам.       Искрящиеся карие глаза говорят: "Ты влип, Северус!"       Он понятия не имеет, как его угораздило и не придется ли впоследствии пожалеть, но пока что он просто счастлив.