Нимфоманка

Монома, оказывается, куда сильнее, чем кажется. Его удары остаются стремительно синеющими синяками на коже, а иногда, когда он особенно зол, кровавым царапинами. Денки всегда знал, что Нейто бьёт сильно и больно, но никогда не думал, что настолько. А так же, никогда не думал, что испытает это на себе. Его репутация и так с не самого высокого уровня упала на дно. Если, конечно, не пробила его. Он слишком слаб. Он уже устал бесконечно молить о пощаде, зная, что это без успешно. -Может, тебе просто нравится, м, Денки? Нравится, когда тебя бьют? — Монома хотел слышать, как Каминари просит остановится — Отвечай, шлюха. -Не смей звать меня так. — Денки прокашлялся, отворачиваясь в сторону. Школа опустела, и даже если кто то, ни с того ни с сего, решит сунуться в это богом забытое крыло, в котором проводятся какие то совещания раз в две недели и хранится инвентарь уборщиков, то у входа всегда стоит Сэро, что сможет предупредить, если вдруг это понадобится. -Ты не в том положении, что бы говорить таким тоном. — Нейто схватил подбородок Денки, поворачивая на себя. — Если я выебу тебя прямо здесь, как ты будешь потом смотреть мне в глаза? Как потом будешь жить? -Так нравится, когда на тебя смотрят посторонние? -Киришима уже не посторонний, можешь не переживать. — Ещё раз ударив Денки, Монома потянулся к пуговицам на его рубашке. Эйджиро стоял у самой двери в кабинет, запертой на ключ. Ему самому было не менее страшно. Он никогда не был за насилие, но к своему сожалению наблюдал за тем, как с осознавшего всю серьёзность ситуации, сопротивляющегося Денки стягивали рубашку, завязывая ей же руки. Как Монома укусил его за плечо, шепча тихое: «Шлюха» парню куда то в область шеи. Глубоко внутри себя, Эйджиро молился, что бы всё это скорее кончилось. Он не мог помочь, нет, боялся помочь. Боялся оказаться на месте Каминари, и с усилием отворачивался, ловля на себе умоляющий взгляд. Он нервно дёргал рукав своего худи, игнорируя борьбу между парнями, пока его внимание не привлёк слишком громкий звук. Обернувшись, он увидел явно напуганного своим же действием Денки, и лежащего на полу, держащегося за голову Нейто. -Хватай его, Эйджиро… — слова отдались эхом в голове, и Монома болезненно зашипел. Каминари подлетел к двери, истерично дёргая ручку. Сейчас, когда самый опасный человек в этой комнате лежит на полу, скорчившись от боли (пнул он всё же удачно), его главной задачей было просто сбежать. -Стой же! — не то злобно, не то раздражённо шепчет Киришима, перехватывая дрожащие руки парня одной рукой, а второй поворачивая ключ в замке — Беги. Быстрее, пока он не очухался. И Денки послушался. Рванул, сам не зная куда, лишь бы отсюда, попутно набрасывая рубашку на всё ещё дрожащие плечи. Правда пришедший в себя Монома тоже не заставил себя долго ждать, сразу же кидаясь за парнем, в сторону которого указал Киришима. Каминари ничего не оставалось, кроме как бежать. И с каких пор это крыло такое огромное? Заворачивая куда то в очередной раз, Каминари встретился с тупиком. И дверью. Дверью, в какую-нибудь малюсенькую кладовку. Выбора у парня не было, и резко дёрнув дверь на себя, он вбежал внутрь. За дверью было не большое помещение с тряпками, вёдрами, швабрами, и с другим инвентарём, который, обычно, используют для уборки. Как только Денки закрыл дверь, он потянул руку к защёлке, которая обычно есть в таких помещениях, но был неприятно удивлён. -Чёрт… Надо подпереть дверь. -Блять, а как я сам до этого не додумался? Голос за спиной был явно не знакомым. Это не кто то из дружков Мономы или же преподавателей. Каминари медленно обернулся. В глубине кладовки стоял мужчина, со светлыми волосами, на пару голов выше Денки. Он явно не нервничал, даже несмотря на то, что рядом с ним, на не большом столике лежал пистолет. -Я… -Не якай. — за пару шагов мужчина подошёл к Денки, впечатывая его в ближайшую стену, одну руку ставя на уровне его головы, а второй слегка сжимая шею — Что ты тут забыл, хуйло мелкое? Разве не знал, что по закрытым территориям лучше не шляться, особенно в одиночку, м? -П-прошу, за мной гонятся, позвольте мне… — Денки сглотнул ком в горле — спрятаться здесь. Я не доставлю проблем. -Ты уже доставил мне проблем. — неизвестный сжал руку на горле чуть сильнее — С твоим умением искать приключения на задницу, не удивительно, что за тобой кто то гонится. -Я ничего никому не скажу, ни про оружие, ни про то что вообще видел вас. Пожалуйста, помогите мне. -Ты ещё и имеешь наглость просить у меня помощи? Ты, мелкий ублюдок, хоть знаешь… — блондин резко замолк, обрываясь на полу слове — Ладно. Только если спросят, ты меня не видел. -Д-да, обещаю. За дверью послышались шаги, сначала тихие и отдалённые, но с каждой секундой они становились лишь громче. В итоге, идущий остановился прямо на против двери. -Не стоило тебе убегать. — через интонацию Мономы можно было понять, что он ухмыляется — Сам себя загнал в тупик. Ручка двери медленно повернулась, и Нейто заглянул внутрь. -Ты серьёзно думал… — он заткнулся, увидев какого то мужчину, вместо, предполагаемо, Денки — Стоп, ты не Денки… -Тебя не учили вежливости, сосунок? — мужчина развернул голову в сторону двери — Закрой дверь и уходи. Если, конечно, не хочешь получить пиздюлей. -Кто вы вообще такой, что имеете наглость разговаривать так? -Я — ваш новый профессор. А теперь, съебись, пока я добрый. Нейто замолк, беззвучно открывая рот, а после, с силой захлопнув дверь, он ушёл, в явном замешательстве. -Спасибо вам… — Каминари даже показалось, что он сейчас заплачет. -Он меня уже не спасёт*. Таких ублюдков надо наказывать. Он не успел ничего тебе сделать? -Нет. Я просто испугался. -Ну знаешь, кровь на твоём плече так не думает. Посмотрев на правое плечо, Денки увидел кровавые следы на белой рубашке. Нейто, ублюдок… А если шрамы останутся? Его же с работы выпрут. -Всё правда в порядке. Спасибо. — Каминари неловко улыбнулся. Светловолосый отпустил парня, вновь подходя к своему оружию: -Как хоть тебя зовут? -Каминари Денки. -Бакуго Кацуки. А теперь, слушай меня внимательно, Каминари. — Бакуго повертел в руках пушку, после чего, протянул её Денки — если ещё раз прикопаются, просто направь на них дуло. Стрелять не обязательно. -Н-но мне же только семнадцать… и вообще, что? Какое оружие? Зачем? -Бери, кому говорят. Денки, дрожащей рукой принял оружие у Кацуки, недоумённо смотря на мужчину. -Так ты точно не проболтаешься, на нём теперь и твои отпечатки. — Бакуго разжал руку, оставляя ствол лежать в ладони Каминари — Будь аккуратнее, там всего два патрона. Каминари с неким ужасом смотрел на ствол в своей руке. Нет. Он никогда не будет стрелять. Он не будет похож на него. На человека, сломавшего его жизнь. -Заберите! Я слишком слабонервный для огнестрела! -Считай, что это контракт. Мне нельзя никому доверять, а так, если решишь сдать меня, для тебя это тоже хорошим не кончится. Денки не отрывал от пистолета изумлённого взгляда, сжимая его в дрожащих руках. -Почему именно я? — этот вопрос был адресован, скорее, самому себе, чем Кацуки. -Ты мне кого то напоминаешь. Не могу понять кого, но явно кого то довольно хорошего. Поэтому я и буду благосклонен к тебе. Это все вопросы? -Наверное… -Если захочешь поговорить, приходи. Я в кабинете истории. И Бакуго вышел, оставляя младшего со своими мыслями. Денки осел на пол, спускаясь спиной по стене. Кацуки не выглядел знакомым, но и не пугал как большинство людей. Мог ли он видеть Каминари в клубе? Хотя, в таком случае, он скорее всего бы сказал напрямую, что знает его. Сложно разобраться в человеке, который защитил тебя от обидчиков, при этом несколько секунд назад изъявляя желание тебя убить. Поняв, что копаться в мыслях Бакуго бесполезно, Каминари вышел из кладовки, направляясь домой. -Эй, вы что, с цепи сорвались? Ужин готов, бегом есть, поганцы! -Не смей так с нами разговаривать, ублюдок! И они снова сцепились. Почему они такие вспыльчивые? Почему же нельзя просто решить всё мирно, и не вступать в конфликты лишний раз? Каминари зажмурил глаза, с силой закрывая руками уши. Так его учил делать его личный пример для подражания и жизненная опора. Хотя сам он никогда так не делал. Пусть Шигараки Томура был ему родным старшим братом лишь со стороны отца, но если бы выбор стоял между ним и родителями, то Денки бы не задумываясь выбрал бы его. Для своих шестнадцати Томура был худощавым, не особенно высоким парнем. Но несмотря на это, он, будучи воспитанным улицами неплохо дрался как и на ножах, так и голыми руками. Но конечно, с опытом такого человека как Иори Денки ему не сравниться. Отец Каминари — великий криминальный авторитет, имя которого внушало страх и ужас, заставляя дрожать не только простых мирных жителей, а ещё и многих больших шишек. Убить человека для него — дело пяти минут, а если этот человек ещё и просто уличный оборванец, то всё становится ещё проще. Поэтому он стреляет. Всегда в одно и тоже место, поэтому Шигараки спокойно уклоняется и уходит, предварительно забрав Денки-младшего с собой. Иори нет смысла их убивать. Наверное. -Томура, он не ранил тебя? Пуля была так близко… Я так испугался за тебя! –Каминари хныкал, прижимаясь к своему старшему брату. Он, несмотря на то, что ему буквально недавно исполнилось десять, успел увидеть много смертей, в том числе и близких ему людей, и потерять ещё и Томуру было для него чем то крайним и немыслимым. -Всё хорошо, на мне ни царапины. — Шигараки, как мог, тепло улыбнулся, и положил руку Денки на спину, успокаивая. Айано была ни чуть не лучше своего мужа. Она не пользовалась оружием, но как жена криминального авторитета, она могла постоять за себя. Жёны у Иори менялись постоянно. Мужчина, как и его семья вечно находились в опасности. Их могли взять в заложники, убить, или использовать как слабое место Иори. Он это прекрасно осознавал, но должной безопасности у его детей никогда не было. У Айано всегда была охрана, возможность скрыться, и главное — неприкосновенность, как у некой «собственности». А дети были лишь случайными последствиями, до которых дела не было настолько, что об их смети даже вряд ли станет известно. Не смотря на всю защиту, что предоставлялась жене «короля» преступного мира, свою родную мать Шигараки почти не помнил. Она покончила с собой, когда ему было три года. Он запомнил только то, что у них был один цвет глаз, и что она застрелилась в главном зале из любимого пистолета Иори. Следующим его воспоминанием стал приход в их с отцом жизнь Айано, а потом и рождение его младшего брата. На самом деле, с начала Каминари был для Томуры проблемой, так как бросить его с этими не предохраняющимися чудовищами он не мог, как и таскать за собой. Но мальчик оказался очень сообразительным, быстро учился вещам, которые старший брат показывал ему, и не доставлял много неудобств. По этому, воспитание Денки-младшего Шигараки взял на себя. -Он поднимает руку, потому что по другому вы не понимаете! — Айано расхаживала по комнате, эмоционально размахивая руками — Если бы понимали, он никогда бы не ударил кого то из вас, вы же его дети! -Будь тише. — шикнул на неё Томура — Каминари только заснул. -Поимел бы уважение. Я твоя мать как-никак -Ты мне не мать. Женщина возмущённо раскрыла глаза, открыла рот что бы возмутиться, снова закрыла, и вышла, хлопнув дверью. -Иори! Эти дети! Они… они… Да что б они! — Кричала она уже за дверью, и нужные слова всё никак не приходили ей голову. Судя по крикам, она буквально задыхалась от злости. -Сегодня произойдёт что то плохое, я чувствую. — Шигараки провёл внешней стороной ладони по волосам Денки — Надеюсь, что ты будешь в порядке. Старший уставился в окно, наслаждаясь последними, уходящими за горизонт солнечными лучами. Ночью ему куда спокойнее, нежели днём. Тишина заполняет комнаты, чувства, особенно слух, обостряются, темнота служит тебе укрытием, помогает спрятать какие то вещи от посторонних глаз, и если нужно, то спрятаться самому. Она очень хороший слушатель, умеющий хранить секреты. Все тайны рассказанные темноте растворятся в месте с приходом дня, навсегда исчезая и угасая, что бы больше никогда не всплывать. У Шигараки и темноты тоже есть свои секреты, и он доверяет ей на все сто процентов. Он абсолютно не боится выпускать изо рта клубы сигаретного дыма, сидя на ступеньках крыльца на заднем дворе их дома. Но он не один делит свои тайны с темнотой, и он прекрасно это осознаёт. Поэтому он старается не напрягаться, когда к дому подъезжает странная, чёрная машина. Выйдя из неё, отец семейства сел на ступеньки рядом с сыном. Томура протянул ему сигарету, смотря при этом в пустоту. -Много увидел, мой дорогой друг? — Иори сделал затяжку, ослабляя давящий на горло галстук. -В своей жизни — достаточно. А сейчас, только то, что ты опять вернулся поздней ночью, с помадой на шее и пахнущий женским парфюмом. -Как же с тобой сложно, Томура. Зачем же ты оставил её фамилию? Я хотел, что бы ты был как я. Представь: деньги, слава, женщины — всё твоё. Поймав на себе презрительный взгляд сына, он добавил: -И что это за взгляд? Твоя мать была ужасной и мерзкой. Если бы ты не противился, то сейчас был бы велик, понимаешь? -Ты что, стебёшься надо мной?! Я сказал, нет. Я ни за что не буду таким как ты. Да я лучше останусь никем, чем возьму твоё имя и славу, урод! -Я дам тебе последний шанс согласиться, Томура. -Да ни за что! Чёрта с два я… А, вот оно как. — Шигараки замолк, сразу, как только почувствовал спиной дуло пистолета — Вот как теперь мы играем? Хорошо. Стреляй, чего же ты ждёшь? Пистолет медленно поднялся выше, с силой давя в висок: -Самый последний шанс. -Стреляй уже, заебал. Услышав выстрел, и Каминари, и Айано сразу прибежали на звук. Шок сменялся ужасом и обратно, заставляя руки и голос дрожать, а мозг отключаться, и работать в режиме ЧС. -Т-ты убил его? Убил моего брата? — Денки с ненавистью смотрел на Иори, нервно перебирая дрожащие пальцы. -Господи… У нас труп на заднем дворе… Труп, чёрт возьми! — Айано ходила из стороны в сторону, нервно что то бормоча себе под нос — Ладно, спокойствие, спокойствие… Я попрошу организовать похороны. Не успела женщина подняться и на второй этаж, как раздался второй выстрел, а после, громкий крик Денки, который абсолютно не понимал, зачем его отец пустил пулю себе в голову. Каминари вскочил, поднимая голову с парты. Осознание его места нахождение пришло не сразу, по этому он попытался дотянуться рукой до несуществующего на данный момент будильника. Он терпеть не может, когда ему снится прошлое. -Чёрт, я ведь даже не знаю, где их похоронили… -Кого? Голос за спиной заставил вздрогнуть и резко обернуться. Кто то из родителей всё-таки пожаловался на учительницу по истории, по этому её уволили в ближайшее время. Как учитель Кацуки очень даже не плох, но Денки просто не может спокойно его воспринимать, зная, что этот учитель хранит множество тайн. -Кого похоронили? Денки поднял всё ещё сонный взгляд на Бакуго. -Мой отец убил моего брата, а потом себя самого, когда мне было десять. — Каминари сам не понял, почему сказал Кацуки правду. Захотелось, а почему -он сказать не мог. -Оу… Я, знаешь ли, не мастер утешений. Кофе? -Пожалуй. — Денки потянулся, сразу после потирая сонные глаза. Который час? -Который час? — повторил вопрос который задал себе буквально пару секунд назад. -Четыре часа. Ты уснул на моём уроке, и я не стал тебя будить. -Ох. Мне на работу к шести. Я, пожалуй, пойду. -Тебя подвести? — Бакуго выключил чайник, который хотел вскипятить. -Нет, не стоит, спасибо. — боясь, что учитель начнёт настаивать, Каминари быстро вышел из кабинета, буквально убегая от расспросов. Майское солнце освещало идущего по дороге парня, но к сожалению, совсем не радовало его. Он несчастен. Его единственный луч света покинул его, без каких либо сожалений, гонясь за сохранностью собственного имиджа и репутации. Интересно, в клубе заметили отсутствие Шиозаки? А отсутствие самого Денки? Идти и узнавать абсолютно не хотелось. Но нужно было. Что-что, а увольнение ему было не нужно. У него и так теперь много проблем, а проблемы с работой добьют его окончательно. Он и так был не особенно и популярным, а с появлением этих слухов, он стал буквально изгоем не то что в классе, но и во всей школе. В добавок к статусу изгоя, он получил прозвище, разлетевшееся по школе быстрее всяких слухов. «Нимфоманка». Так прозвал его Монома после инцидента в полузаброшенном крыле, когда увидел его с учителем. Пусть предысторию Нейто рассказывать не стал, но вот прозвище дал, и в отличие от всей школы, Каминари оно ой как не нравилось. Единственный кто продолжал оставаться человеком — это Киришима, постоянно подкидывавший Каминари листочки с указаниями тех мест, куда ему лучше не соваться сегодня, ведь там его «будут ждать». И если честно, Денки был невероятно благодарен ему за это. За своими раздумьями, он не заметил, как подошёл к до боли знакомому зданию. Интуиция буквально кричала ему не входить туда, но выбора уже не было, и он аккуратно приоткрыл дверь. -Вы можете мне адекватно объяснить, чего вы от меня хотите?! -Увольнения. -Ни за что! Чисаки, злой, как неизвестно кто, спорил с какими то людьми, эмоционально размахивая руками. Заметив в дверном проёме слегка напуганного Денки, он сразу смягчился, тепло улыбаясь. -Проходи к девочкам, не бойся. Всё будет нормально, ты помнишь? Каминари неуверенно кивнул, и быстрым шагом прошёл мимо своего босса, направляясь в гримёрную. Комната встретила его шумом, суетой и какими то переговорами. Но как только его присутствие было замечено, все сразу умолкли, кроме Урараки. Она ругалась с кем то по телефону, покрывая оппонента трёхэтажным матом. -Привет всем. — никто не ответил. Они лишь продолжали смотреть заинтересованным взглядом. Первая молчание нарушила Момо: -Кто то подал жалобу на клуб. — Она села на диван в центре комнаты — Что тут якобы работают не совершеннолетние. -Чёрт… Мне очень жаль. Я правда не хотел, что бы так получилось! Яойорозу перебила его объятьями. -Это не твоя вина. Мы знаем, что на самом деле произошло. Каминари стало ужасно стыдно. Откуда они знают? Сопротивляться Каминари не стал, просто позволил обнимать себя с начала одной Момо, а после, и всем остальным. -Я уволюсь. -Не смей этого делать. Чисаки появился неожиданно, так, как он умел. Войдя в комнату, он сел на диван, потирая виски. -Тебя вряд ли куда то возьмут, а жить где то тебе надо. -Я придумаю что то. Я не хочу, что бы из-за меня проблемы были у всех. -Каминари, послушай меня… -Дай мне документы. -Успокойойся и послушай, -Дай мне документы, Чисаки! Тишина наступила незамедлительно, наполняя собой комнату, не оставляя ни одного пустого места. Воздух потяжелел. -Хорошо. Мы будем держать за тебя кулаки. -Спасибо, я буду скучать. Они обнимались ещё долго. Подписав нужные бумаги Денки покинул здание клуба. До конца арендной платы осталось ещё примерно две недели, нужно что то придумать, пока не стало поздно думать о переезде. Что ему делать? -Каминари Денки. Парень открыл глаза, вздрогнув. Чёрт, пора перестать спать на уроках. -Задержись ненадолго после занятия. Монома мерзко захихикал, а несколько пар любопытных глаз уставились прямо ему в душу. -Что, даже учителя успел совратить? — Джиро засмеялась, а в горле Каминари застыл ком. Мерзко. -Заткнулись все. Продолжаем урок. Оставшееся до конца урока время Денки сидеть спокойно не мог. В него прилетали записки и ручки, его обсуждали и указывали на него пальцем. В принципе, он привык. Что Бакуго от него нужно? Возможно, у него по истории выходит низкий балл. Возможно. Он ведь и в правду её совсем не учит. Кацуки никому не добавляет баллов. Нет, он бы никогда не сделал бы ничего такого, да? Он не такой. Так ведь? -Хватит уже спать на моём уроке. От испуга Каминари аж подскочил. У Бакуго и правда была привычка подкрадываться и будить его. -И-извините. Я не хотел засыпать. Кацуки ни как не ответил, заходя в подсобку, зовя парня с собой. Она оказалась, на удивление уютной и милой. Небольшое помещение пахло пылью и книгами, и кажется, непосещалось уже довольно давно. Денки сел на диван, туда, куда ему показал учитель. Сам же Бакуго поставил чайник, а после, налил всем кофе. -Вы хотели о чём то поговорить? -Да. -И… О чём же? Кацуки достал из кармана немного потрёпанный конверт и положил его перед Каминари. Пальцы как то сами потянулись к нему. Разорвав конверт, Денки чуть сам не разорвался. -Откуда это у вас? -Это один вопрос. — Кацуки сделал глоток кофе, беря в руки одну из фотографий — А второй, что ты теперь будешь делать? На фотографиях был сам Денки. То, как он заходил в школу, как выходил из клуба, как сидел на его же крыше, как обнимался с Шиозаки, как танцевал… Что это такое? -Как, вы, блять, получили эти фотографии?! Денки вскочил с места, роняя стоящий на столе стакан с кофе. Тот разлетелся вдребезги, оставляя после себя лишь лужу кофе на полу. -Успокойся. — Бакуго также поднялся с места — Кай поделился. За тобой охотятся, ты понимаешь? Если сейчас же что то не сделать, то ты сдохнешь, или того хуже! Денки замер. Охота? Зачем? У него нет ничего из того, за чем можно было бы охотиться. -Зачем? -Ты единственный наследник Иори, Каминари. Ты это понимаешь? -Я никогда ничего не приму от этого уёбка, сдох и слава богу. -Да? А они так не думают. — Кацуки снова повертел в руках одну из фотографий. Каминари отвёл взгляд, задумчиво кусая губу. Вот чёрт, сдох, и всё равно доставляет кучу проблем. Почему он даже после смерти не может дать Денки спокойно пожить. -Хорошо. И что мне теперь делать? -Застрелиться, — Кацуки кивнул головой на сумку Денки — Или же принять мою помощь как телохранителя. -Будешь ходить за мной и закрывать от пуль? -Именно. И Каминари задумался. Может это не такая уж и плохая идея? Аренда скоро закончится, а работы у него, к сожалению, больше нет. Кстати о работе… -Откуда ты знаешь Чисаки? — Денки сел обратно, укладывая руки на стол. -Он мой коллега, — честно признался Бакуго — Только если я киллер, то он заправляет местной террористической группировкой. -Чего я ещё не знаю об этом городе? -Много чего. — поднявшись, Кацуки порылся в ящике своего стола, и найдя ключи, перебросил их Каминари — Меньше знаешь — крепче спишь. Это от моей квартиры, чтобы сегодня вечером ты был там. Каминари посмотрел на ключи в своей ладони. На кольце была небольшая бирка с адресом, сам ключ от квартиры и брелок с машинкой. Такие обычно дарят как сувенир. -С чего это тебе мне помогать? — Денки повертел ключи на пальце. -Знаешь, — Кацуки пожал плечами, направляясь к выходу из кабинета — Мне самому интересно. И вышел. -Сегодня в семь. -Сегодня в семь. — вторил ему Каминари, начинающий собирать свои вещи, оставленные в кабинете. Он представлял, что будучи наёмником, Кацуки будет жить на окраине города, дабы не бросаться в глаза. Но какого было удивление Денки, когда он подошёл к высокому многоэтажному дому, стоящему точно по указанному на ключах адресу. Поднявшись на нужный этаж, Каминари открыл дверь ключом. Было тихо. -Бакуго? Ты дома? — Денки прошёл внутрь, ставя на пол сумку со своими не многочисленными вещами. В гостиной, развалившись на диване, спокойно спал Кацуки, убрав руки за голову. -Хах, а ты смешной, когда не серьёзен. — Каминари не произвольно провёл рукой по его волосам. -Да? — Кацуки проснулся, приоткрывая глаза и не громко смеясь — Я и не знал. Денки мгновенно покраснел, отворачиваясь. Как он мог об этом не подумать! Он же наёмник, и наверняка очень чутко спит. -Да не парься ты, я сделаю вид что не заметил. — Бакуго сел и выпрямился, разминая затёкшие плечи и шею. — Есть будешь? -Хмм. Можно. Только чур я готовлю. -Без проблем. Зайдя на кухню, Каминари открыл холодильник. Мышь повесилась. -Ты хоть иногда еду покупаешь? -Я обычно заказываю доставку. — Кацуки материализовался за спиной Денки — Да и к тому же, я не умею готовить. Ещё некоторое время Денки смотрел на пустой холодильник, понятия не имея, что делать теперь. -Ладно. Я, наверное, схожу купить продуктов. -Давай лучше я. -Нет. Я и так теперь живу у тебя, значит буду помогать. — обойдя Бакуго, Денки вышел в коридор, надевая свою обувь. -Ты издеваешься? Это может быть опасно для тебя сейчас, ты понимаешь?! -Всё будет хорошо, Бакуго. Кацуки замер, раскрыл рот, закрыл его обратно, и махнул на Денки рукой со злобным рыком. -Ладно, иди. Только… Будь осторожен. -Спасибо, — Денки тепло улыбнулся, уже открывая входную дверь — Можешь за меня не переживать. -Тц, надеюсь. Выйдя из квартиры, а после и из подъезда, Каминари вдохнул тёплый, уже летний воздух. Последние лучи заходящего солнца отдавали своё тепло, заливая небо золотистым светом. Правильно. Ощущалось правильно. Нет никакой стрёмной работы (кстати, нужно найти новою), решился вопрос жилья, учёба скоро подойдёт к концу, не придётся терпеть Моному с его глупыми выходками и в целом, жизнь медленно приходит в норму, правда не считая того, что покойный папаша даже на том свете продолжает его донимать. Ну и ладно. Он сильный, он справиться. Да и к тому же, он теперь не один. Рядом теперь есть крепкое плечо — Кацуки Бакуго. Человек, подаривший ему шанс на счастливую жизнь. Человек, который, кажется, нравится ему… -Стоп! — Каминари сам не понял, как выкрикнул это вслух. Что это за мысли такие! Осмотревшись по сторонам, он понял, что чуть не прошёл какой то маленький, уютный магазин. -Вот и отлично, — Каминари вошёл внутрь, осматриваясь — Добрый вечер! — Добрый, сынок. — за прилавком сидела бабушка. Она тепло улыбалась, брызгая на свой цветок из пульверизатора — Тебе что нибудь подсказать? -Нет, спасибо. — Денки тоже улыбнулся ей в ответ. Раздался звон колокольчика, и в магазин вошёл кто то ещё. -З-здравствуйте. — он подошёл к прилавку в плотную — Мне сигареты. Пожалуйста. -А лет то тебе сколько? — Бабушка. положила сигареты на прилавок перед парнем — Нерановато тебе? Незнакомец сглотнул, долго рылся в карманах, а после, сделал то, что заставило волосы на затылке Каминари встать дыбом. Он достал пистолет, направляя его вверх. -С-стоять! Это ограбление! -Хей, успокойся и опусти пистолет! Каминари сверлил глазами парня, парень сверлил глазами его. И тут до Денки дошло, у него же тоже… -Опусти пистолет. -Н-нет! Я должен довести д-дело до конца! Денки судорожно бегал глазами по комнате, а после, собрав всю свою волю в кулак, сам достал пистолет, стреляя куда то вверх. Он промахнулся, причём очень сильно, но парень, явно не готовый к ограблению, испугался на столько, что убежал со всех ног, выкинув оружие. Остался один патрон. -Ох, сынок, да ты герой! — старушка довольно захлопала в ладоши, улыбаясь. -Спасибо… Я п-пожалуй пойду… Не дослушав того, что ответит ему бабушка, Каминари вышел из магазина. Его затошнило, ноги стали ватными, а сам он еле шёл, с трудом делая каждый шаг. Его руки сильно дрожали, и он убрал оружие обратно. Он же обещал! Обещал не стрелять, не быть как его отец. Стало совсем плохо, и он ускорился. Нужно скорее идти домой, там станет лучше. Дверь медленно открылась, и Каминари прошёл в квартиру. Он скинул обувь, и сел на полу прямо в коридоре. Ему было плохо, очень плохо. Липкий, тягучий страх затягивал в свои объятья, заставляя тонуть и погружаться всё глубже. -Я никого не убил. Не убил ведь! — в истерике шептал Каминари сам себе. -А если бы убил? — спасибо, его накручивал собственный внутренний голос. -Я бы не убил никого! — сил терпеть уже не было, и вместе с громким криком у Денки из глаз полились слёзы. -Эй, ты чего тут… Разорался. — увидев Каминари на полу, Бакуго медленно подошёл к нему — Каминари? Денки поднял заплаканные глаза и вцепился в полы толстовки Бакуго, громко всхлипывая. -Не уходи, пожалуйста. -Хей, хорошо, я останусь. Он опустился на пол, обнимая Денки за плечи, прижимая его к себе. -Что там у тебя произошло? Денки всё рассказал. От начала до конца, от отца, до недо-грабителя, до того, что остался один патрон и он чуть не убил человека. -Всё хорошо, я рядом, ты можешь ничего не боятся. — Кацуки провёл рукой по спине Денки — У тебя триггер на пистолеты? -Есть немного. — На выдохе произнёс Каминари. -Всё хорошо, я буду рядом, и тебе никогда не придётся стрелять, хорошо? -Х-хорошо. — Денки судорожно выдохнул, проваливаясь в сон, оставляя себя в руки Кацуки.