Соблазняя Еву

Ева почти сразу же позвонила подруге и рассказала о том, кем оказался вчерашний «ходячий секс». Оксана заорала в трубку так, что у Евы чуть не выпал из рук телефон: — Ааа! Ахаха! Ну это судьба! — Не судьба, а глупое стечение обстоятельств, — с обидой ответила девушка. — Еще скажи, что тебя оно не устраивает. — Конечно нет! — Ой, мне-то не пизди! Ты на него вчера ещё запала. — Нет! И вообще… это неважно. У нас могут быть только рабочие отношения. Он сам чётко дал понять. — Ага, он высокий, красивый, с чувством юмора и далеко не дурак. И вы каждый день будете по несколько часов проводить вместе. Посмотрела бы я на ваши «рабочие отношения». — она сделала паузу, что-то кому-то сказав, прикрыв трубку ладонью, — Ладно, мне пора. А то мои дебилы опять там что-то учудили. — Давай, пока. — Звони завтра, — сказала Оксана и отключилась. *** Всю ночь Ева мучилась бессонницей. Ситуация с редактором была неоднозначная, и её это жутко бесило. Проваливаясь в сон, она то и дело видела его улыбающееся лицо. Проснулась она в пять утра совершенно разбитая. Контрастный душ помог немного прийти в себя, но от предстоящей встречи её буквально знобило. «Ну что он может сделать? Домогаться он не будет. Просто даст замечания по тексту… Почему я так переживаю?» — девушка пыталась разобраться в собственных мыслях, но получалось плохо. Одежду она выбирала долго, благо время позволяло. «Как на свидание собираюсь. О чем я вообще думаю?» — рассуждала Ева, откладывая кожаную юбку, которая выглядела вполне прилично, но для рабочих встреч была слегка коротковата. Замешкавшись на мгновение, она вдруг подумала: «А почему, собственно, я одна должна смущаться?» И надела именно её. В офис Ева приехала в десять минут восьмого. «Ну класс, буду как дура целый час под дверью стоять», — подумала она и постучала без особой надежды на успех. — Входи, — послышалось из-за белого куска ДСП, разделявшего её прошлое и будущее. Пытаясь унять дрожь в руках, девушка повернула ручку. «Да чтоб тебя! Это будет нелегко», — подумал Алекс, увидев вошедшую девушку. Её короткая юбка вызывала навязчивое желание задрать её ещё выше и прямо здесь стянуть трусики с этой маленькой заносчивой занозы. Да, она была привлекательна и сексуальна. Миленькое личико, большие глаза янтарного цвета, каштановые волосы до плеч, миниатюрная. И будь она чуть более легкомысленна, тем вечером он увёз бы её на съемную квартиру, провел бы с ней сказочную ночь и забыл на утро. «Но она отказала и теперь меня гложет чувство незавершенности. Да и, черт возьми, она же правда хороша как автор. Было бы нечестно лишить её возможности на успех, отказавшись с ней работать. А пришлось бы, если бы она мне тогда отдалась.» Вчера, когда Ева вошла в переговорную, Алекс тоже сильно удивился. Увидел, как забавно она покраснела, и это было так мило, что ему захотелось смущать её снова и снова. Но профессионализм заставил его собраться, и он решил смотреть на неё исключительно как на коллегу. И вот она пришла в этой короткой юбке и всё полетело к чертям. «Нужно взять себя в руки. Это просто женщина. Ничего особенного. Просто автор. Да.» «Твою мать! Это будет нелегко», — подумала Ева, увидев сидящего за столом Алекса. Редактор выглядел расслабленным. Пиджак висел на спинке кресла, рубашка расстегнута, волосы растрепаны. «Ну почему ты такой горячий?» — мысленно спросила девушка, в своём воображении расстегивая ещё пару пуговиц на его вороте. Его взгляд, брошенный на вошедшую Еву, остановился на её голых ногах чуть дольше, чем позволяли приличия. И ей показалось, что он немного смутился, что заставило её мысленно возликовать и слегка успокоиться. Наконец, Алекс моргнул и сказал, улыбнувшись: — А ты ранняя пташка, да? — Я же сказала, я никогда не опаздываю. — И тебе повезло, что я тот самый человек, который приезжает в офис раньше всех. Он указал на соседний стол: — Садись. У меня есть вопросы к первой главе. — Какие? — Ева нарочито медленно прошла максимально близко к его столу и опустилась в кресло. Алекс опустил глаза. — Там всё написано. На мониторе она увидела открытый файл с её рукописью, который пестрил исправлениями и пометками, и принялась пристально изучать его. В основном там были небольшие лексические правки, которые действительно делали текст более читаемым, и пометки с вопросами, выявляющими логические несостыковки. Но один из них заставил её возмутиться. — Что это значит «Татуировка за один день? Неправдоподобно!»? Ещё как правдоподобно! — она бросила на Алекса яростный взгляд. Он медленно перевёл взгляд с монитора на неё. — Он у тебя цветную картину на всю спину за один сеанс по пьяни набивает. Ты правда думаешь, что это реально? — насмешливо спросил он. — Ну… — Ева слегка стушевалась, — у меня есть друзья, которые сказали, что это возможно. — Нет, — спокойно ответил Алекс и снова уткнулся в монитор. — Да что ты вообще в этом понимаешь? — вспылила она. Алекс вздохнул. Улыбнулся. Он медленно поднялся со своего места, обошёл свое рабочее место и приблизился к ней вплотную, присев прямо на её стол. Ева сглотнула. Парень и так был высокий, а сейчас прямо перед её глазами была пряжка его ремня. Он тем временем всё также неспешно расстегнул пуговицы на рукавах и стал закатывать левый, являя взору Евы красивую большую татуировку в виде цветка ириса. — Ну? — спросил он, глядя на неё сверху вниз. Она молчала. — Перепиши, хорошо? — сказал он неожиданно нежно, закатывая второй рукав. — Хорошо, — тихо прошептала Ева. Около часа они работали по большей части молча, лишь иногда перекидываясь парой фраз, что-то уточняя. Наконец Ева решилась: — А можно спросить? — Ммм…? — неопределённо промычал Алекс. — Она что-то значит? — Что? — он оторвался от монитора и внимательно посмотрел на неё. — Татуировка, — скромно уточнила Ева, — Просто цветок — не самый очевидный выбор для мачо. Алекс усмехнулся: — А я, по-твоему, мачо? — Без сомнений, — улыбнулась в ответ девушка. Он молчал, рассматривая её лицо. — Прости, если слишком личное, — смутилась Ева, уткнувшись обратно в монитор, — зря спросила. — Да, это слишком личное, — усмехнулся Алекс, глядя как она краснеет, уже открыв рот, чтобы снова извиниться, — это были любимые цветы моей матери. — Были? — выпалила девушка, мысленно ругая себя за то, что снова лезет в душу редактору. — Она умерла. Рак, — спокойно ответил он. — Извини, — снова смутилась Ева. — Это было давно, — он сделал паузу, — Но теперь… — он вдруг снова показал свою дьявольскую улыбку, — ты тоже должна рассказать мне что-то очень личное. «Вот гад! — мысленно ругнулась писательница, — всё в свою пользу обернешь!» — Ну… у меня тоже есть татуировка, — сказала она вслух, надеясь, что на этом он отвяжется. — Ты же понимаешь, что этого мало, да? — усмехнулся он, снова приблизившись к ней и присев на край стола, — мне нужны подробности. «Если он постоянно так будет сидеть возле меня, сосредоточиться будет очень тяжело», — подумала Ева и сглотнула. В горле вдруг внезапно пересохло. — На животе, — сказала она, дерзко посмотрев ему прямо в глаза, — папоротник. Люблю природу. Раз в год я на неделю езжу в горы. Голову проветрить. — она развернулась на стуле и встала, оказавшись к нему максимально близко, — Показать? Алекс почувствовал тёплое щекочущее дыхание девушки на своей шее. Ему вдруг снова захотелось сделать с ней что-то очень неприличное и совсем не профессиональное прямо на этом столе. Тяжело дыша, он взял себя в руки и сказал: — Не надо, работай. Он резко отвернулся и вернулся на место. Ева чуть слышно выдохнула. Но Алекс был готов поклясться, что в этом вздохе сквозило лёгкое разочарование.