Меньше - лучше

Список вещей, которые Ахане ни в жизнь бы не сделал, что вполне очевидно, рос вместе с ним с раннего детства. С трёх лет он зарёкся подставлять щёки родительским знакомым с накрашенными губами, с пяти — терпеть свои завивающиеся на концах волосы, с которыми он довольно жёстко расправился кухонными ножницами, с семи — спускать неприятные комментарии сверстников, с десяти — вписываться в чужие ожидания, с двенадцати — показывать людям лицо, а с четырнадцати — признавать, что он пользуется подводкой. С появлением в его жизни Ханмы, Чоджи к чёрту зарёкся признавать истинную причину по которой он систематически не мог пропускать уроки по четвергам аж до обеденного перерыва. *** – Так, значит, говоришь, невероятно вкусный обед по четвергам? Аханэ нашёл в себе достаточно хладнокровия, чтобы кивнуть, не обращая ни малейшего внимания на ранее прозвучавшее урчание в животе, щедро списывая то на урчание байков, взъерошенного уличного кота, звуковые галлюцинации самого Шуджи – что угодно. – Мхм. – Настолько, что пропустил его? На чужую подколку Чоджи поджал губы, чего заметно не было, и опустил голову на нормальный уровень, не задирая ту ради простого разговора с Ханмой до натяжения нежной кожи шеи, что уже не заметить было невозможно, отчего в усмешке Ханмы мелькнули поганые нотки. – Думаешь, как поправдоподобнее напиздеть? – Думаю, насколько неуважительно будет сказать, что если не заткнётесь, то я сожру вас вместо обеда, лидер. – Чертовски. – Хорошо, что я этого не сказал. Под заливистый смех Ханмы было чертовски легко следовать в новом направлении и не ёршиться от большой ладони на плече, пока они выбирали булки в одном из небольших перекрёстных ларьков, тихо шикая забираться повыше по пожарной лестнице, прячась от всего мира так, как будто они собирались прыгать с крыши ну, или как минимум колоться, а не сидеть бок о бок, разворачивая булки из целлофана, а Чоджи из маски, чтобы в ответ на чужое своеволие кусать не татуированную руку, а край чужой булки, равноценно подставляя под укус свою, а затем, не под совсем укус – замаранные бобовой пастой губы, чтобы под конец, когда ладонь Ханмы привычно уже поправит маску обратно, уже самому кусать припухшие и погорячевшие губы, привычно хмуро глядя на наполняющую их логово вакханалию. Пожалуй о том, почему по четвергам он стабильно задерживается, Чоджи признается не раньше, чем расскажет о любимой марке подводки. Не раньше, чем всё же сможет нарисовать все эти разделённые на двоих моменты.