White tattoo

      Рюджин устало оглядывает рабочее помещение. Ее взгляд останавливается на часах, а телефон, лежащий рядом, вибрирует. На экране всплывает новое сообщение от клиентки, что задерживается. Шин лишь хмыкает про себя, бурча под нос о том, что она и так это заметила.       От скуки девушка листает блокнот с записями на сеансы, представляя ближайший объем работы. Ее часто смешили те самые клиенты, что, приходя к ней, набивали стандартные татуировки. Ту самую заезженную тему: змеи, львы в короне с часами, пионы и прочие полисадники, что расползаются по чужим предплечьям, переползая к плечу.       — Рюджин, клиент! — Оповещает Черён, что стоит за столом, подрабатывая администратором. Шин кивает. Она поворачивается на стуле к зеркалу. Ей нравилось рассматривать себя, каждый раз добавляя к своему образу что-то новое. Она сидела в привычных черных джоггерах и такого же цвета футболке с принтом из фильма. На голове был небольшой хаос, состоящий из коротких синих локонов. В ушах привычная куча украшений, которые красиво переливаются при свете. Левая рука украшена рукавом, который она забила сразу после того, как стала тату мастером. А на правом предплечье была большая татуировка, обхватывающая его и чуть расползающаяся на кисть и локоть.       В студию входит высокая девушка. Рюджин мельком оглядывает ее, пытаясь понять с кем придется иметь дело. Что бы люди не говорили, но зачастую по их внешнему виду и одежде легко понять характер.       Клиентка была довольно приятной наружности, и навряд ли старше самой Рюджин. Она растерянно остановилась, хлопая длинными ресницами, что увенчивали кошачьи глаза. Пепельные волосы спадали на ее лицо, а потому она поспешила убрать их тонкой рукой, заводя пряди за ухо.       — Проходите, присаживайтесь. Вы Хван Йеджи на 13:20? — Уточняет Рюджин, заглядывая в блокнот, и вновь переводя темные глаза на клиентку. Та кивает, крепко сжимая светлую сумочку в руках. Она присаживается на специальную кушетку, прикусывая нижнюю губу.       Она волнуется, это понятно. Белая футболка оголяет ее чистые руки без единого тату. А судя по испуганно бегающим глазам, она в таком месте впервые. Короткие черные шорты и летние кеды дополняют образ той самой «милашки». Рюджин надеется, что она не вырубится после начала. Возиться с нашатырем не самая любимая часть ее работы. Хотя возиться с «всезнайками» еще хуже.       Особенно, когда те начитаются всякого в интернете и сидят указывают. Как смешать краску, какую иглу взять, как обработать. Они выводили из себя, но приходилось держаться. Иногда она брала перерыв, чтобы выйти покурить, но и тут могли последовать комментарии по поводу ее работы. Рён всегда лишь поддерживающе улыбалась, обещая навести ей огромную кружку кофе, если Шин не убьет клиента.       — И так, что бы вы хотели? — Отбросив мысли в сторону и переходя в рабочее состояние, спрашивает Рюджин. Она видит панику в глазах напротив, но никак не реагирует.       — Я… Не определилась, хотелось бы что-то интересное, — неуверенно произносит девушка. А вот это уже настораживает. Ведь тату - важный этап и подходить к нему так — не лучшая идея. Но радует хотя бы то, что она пришла не для того, чтобы запечатлеть на своей светлой коже имя какого-нибудь козла.       — Где именно? — Интересуется Шин. Йеджи мнется, после чего, показывает на свое предплечье. Она чуть вздрагивает, когда пальцы мастера касаются кожи, ощупывая и внимательно рассматривая. Шрамов или каких-либо родинок замечено не было, а значит, это заметно упрощает работу.       — А тут больно? — Девушке явно страшно. Она, словно щеночек, смотрит в глаза, и Рюджин лишь неопределенно пожимает плечами. Все же эта девушка кажется ей странной.       — У кого как. Зависит от чувствительности, руки мастера, состояния клиента. Различные факторы. Обычно клиентам больно на ребрах, в интимной зоне, возле груди у девушек, у многих спина еще слабое место. — Рюджин достает папку с портфолио, собираясь показать варианты работ, что можно, и что уже набивали ее клиенты.       — А если сделать что-то большое на ребрах? — Интересуется Хван. Рюджин лишь вздыхает. Какая-то мазохистка, а по виду так и не скажешь. Чуть приблизившись к ней, Шин с разрешения приподнимает футболку. Видимо пальцы прохладные, потому как Йеджи вновь вздрагивает.       — Ну, мне все равно. Ваше тату. Но здесь можно разместить различные рисунки. Учитывая, что у вас подтянутое тело, многие эскизы хорошо здесь лягут. — Кивает себе Рюджин, вновь проводя по чужим ребрам. Кожа у Хван была и впрямь приятной на ощупь.       — Тогда, давайте что-то большое на ребрах. — Ответ звучит без особой уверенности. Они долго подыскивали что-то интересное и, наконец, наткнулись на стилизованную кошку. Рюджин внимательно рассматривает рисунок, прикладывая его к телу девушки. Та явно не только боится, но и смущается.       — Вам придется снять футболку, — оповещает Рюджин и видит краснеющие щеки. — Не волнуйтесь, сегодня здесь работаю лишь я, а зайти может разве что наш администратор. Вы ее наверняка видели, приветливая девушка за стойкой. — Ровным голосом произносит Шин. Она открывает ящик с одноразовыми станками, поворачиваясь к девушке. Та сидит на кушетке, свесив с нее ноги. Руки сложены на груди, видимо пытаясь прикрыть. Это немного смешит, но тем не менее, Рюджин старается сохранить спокойное лицо. Включив на фон музыку из своего плейлиста, синеволосая чуть покачивается в такт, тихо подпевая себе под нос.       — А зачем бритва? — Не понимает Йеджи. Уже привыкшая к такому вопросу, Рюджин рассказывает о необходимости данного действия, чтобы убрать остатки уже мертвой кожи или небольшие волоски.       — Вы уверены, что хотите набить тату? — Не выдерживает напряжения Шин. Она уже натягивает черные перчатки на руки, поставив рядом нужные тюбики для перевода картинки на тело. Йеджи неуверенно кивает. — Спор?       — Нет, это… — она молчит, пожимая губы. Рюджин про себя понимает, что сегодня работы у нее не будет. — Просто, я хочу доказать своим подругам, что я не такая уж и правильная. — Йеджи не смотрит в глаза, предпочитая пялится в пол.       Шин устало вздыхает, выключая большую лампу, оставляя обычный свет. Встает со стула, быстрыми шагами добираясь до двери. Хван все еще испуганно сидит на кушетке, внимательно следя за ее движениями.       — Рён, будь добра, принеси мне кружку кофе и… Ты пьешь кофе? — Йеджи отрицательно мотает головой. — А молочные коктейли? — Тут уже ответ утвердительный. — И один клубничный коктейль.       Вернувшись на место, Рюджин снимает перчатки, уставившись на девушку. Та непонимающе смотрит, все же натягивая футболку. Проходит 5 длительных минут, как Шин сверлит глазом то часы, то девушку перед ней. Рён стучится, после чего вносит напитки, раздавая.       — Оплата наличными или по карте? — Спрашивает она у Йеджи, но вместо ее ответа, Рюджин быстро достает свою карту из кармана, отдав подруге. Та хоть и удивляется, но берет, кивая.       — Не стоило, — смущенно произносит Хван, помешивая трубочкой розовое нечто в стакане. Шин лишь фыркает, делая глоток черного крепкого кофе и смакуя.       — Ну и что ты докажешь своим, якобы подругам, когда набьешь тату? Свою тупость? — Честно спрашивает Рюджин. Пепельноволосая сутулится, отводя взгляд. — Потратишь свои деньги, переживешь сеанс боли, а то и два, ради того, чтобы ненавидеть этот рисунок и потом сводить за сумасшедшие деньги?       — Вам легко говорить, вряд ли вас дразнили паинькой, — хмыкает Йеджи, все же поднимая взор. Рюджин вздыхает, зная к чему приведет этот разговор.       — Можем перейти на «ты»? — Интересуется мастер и, получив в ответ кивок, делает глоток. Кофе бодрит, отдаваясь приятной горечью на языке. — До старшей школы я и впрямь была образцом для подражания. А потом мне надоело. И вот к чему меня это привело, — Рюджин указывает на себя. — Но я не жалуюсь, зарплата у меня хорошая, покупать и проходить курсы намного лучше, чем просиживать свою задницу на нудных парах. У меня есть жилье и транспорт, и я чувствую себя прекрасно.       — И выглядишь тоже, — вклинивается девушка, краснея и вновь отводя глаза. Рюджин смеется, довольно улыбаясь.       — Спасибо, но тоже я могу сказать и о тебе. — Шин подмигивает, вгоняя в краску Йеджи. — Я, конечно, не эксперт, но нормальные друзья не будут тебя гнобить за что-то. Даже если ты зубрила и не вылазишь из книжек, дотошная и до жути душная. Нормальный друг будет все равно рядом. Несносный характер — не лучшая вещь, спроси у Рён. Она терпит меня со средней школы, — смеется Рюджин. Заметив заинтересованный взгляд на своих руках, синеволосая приподнимает свободную руку, протягивая ее Йеджи. — Можешь потрогать, — улыбается, стараясь выглядеть как можно приветливей. И Хван осторожно, словно боясь ее как-то испортить, легко касается предплечья пальцами. Внимательно оглядывает каждую линию, выведенную на теле, приглядываясь и ведя по ним. Судя по ее лицу, ей и правда нравится.       Рюджин довольно наблюдает за этой картиной. После, меняя руку, подставив уже забитый рукав. Длинные пальцы скользят от запястья до локтя, внимательно вглядываясь в изображения. Заметив силуэт двух кошек, она вопросительно поднимает глаза.       — Это мои питомцы Бель и Даль. Они занимают отдельное место в моем сердце, не могла не запечатлеть их. А это подпись моей сестры, корявым английским почерком. — Указывает она на небольшую надпись огибающую предплечье: «Сумасшедшая сестренка».       — Это тату для тебя многое значит, я права? — Йеджи вновь скользит пальцами по коже, заставляя кожу покрываться мурашками. Шин кивает, позволяя приподнять рукав своей футболки. Там есть небольшой черный пробел, по которому проходятся подушечки пальцев. — Неправильный черный квадрат?       — Место для особого человека в моей жизни. — Смеется мастер. — Не думаю, что когда-то набью здесь чью-то фразу, но тем не менее. Набивала я это два года назад именно с этой мыслью. Были, конечно, поползновения, особенно, когда носишь эти дурацкие розовые очки. Благо, я быстро снимала их, понимала, что это не тот человек. Ведь белая краска вбивается уже на черную, это довольно неприятно. А потому, место займет лишь один человек, что действительно станет для меня моим миром.       — Так мило, — губы Йеджи расплываются в улыбке. Она замечает продолжение татуировки. — Ого, там продолжение?       — Да, — Рюджин оттягивает ворот футболки, оголяя плечо. — Эта тату обошлось мне чертовски дорого, — от касаний Хван становится так спокойно, что Шин забывается где они. Забывает и о стоящей кружке с кофе рядом.       — Это было больно? — Рюджин неопределенно качает головой. — Ты такая сильная, выдержать все это, — указывает на руки Йеджи. Она мнется, осторожно спускаясь по забитой руке вниз. — Я бы не смогла.       — Ты себя недооцениваешь. Кстати, насчет тату, хочешь обмануть своих подруг? Это же тоже, «неправильный» поступок. — Рюджин подмигивает. Хван словно расцветает, активно кивая. — Я могу нарисовать это тату кистью, а потом, когда подсохнет, заклеить все пленкой. Будет выглядеть, словно настоящее. Но я надеюсь, ты все же порвешь с ними общение. — Признается мастер, подготавливая хну и кисть, что хранились в нижнем ящике. Обычно она рисовала такими инструментами лишь детям и подросткам, но здесь можно сделать исключение.       Йеджи вновь снимает футболку, видимо, немного привыкнув, а потому, сидит спокойно, не зажимаясь. Рюджин просит ее лечь на кушетку, после чего, переводит на ребра трансфер того самого рисунка.       Поставив баночку с хной поближе, Рюджин подцепила кистью немного черного материала. После чего начинает выводить узор на ребрах. Йеджи немного возится, видимо ей щекотно.       — Эй, я сейчас этой кошке на спине сделаю изгиб куда больше, чем нужно, терпи! — Смеется Рюджин, сосредоточенная на вырисовывании мелких деталей. Она осторожно натягивала кожу, проводя кистью по ней.       — Щекотно! — Жалуется Йеджи, все еще ерзая. Рюджин смеется, продолжая свою работу. Пришлось потратить около 20 минут, чтобы завершить картинку и накрыть ее специальной пленкой. — Сколько с меня?       — Один поход в ресторан со мной, — довольно улыбаясь, произносит Шин. Она подает белую футболку девушке, чьи щеки сейчас напоминают небольшие помидорки. Йеджи согласно кивает. Раздается звонок на телефоне клиентки и Хван тут же поднимает его к уху.       — Да? — Она оглядывается на Рюджин, которая убирает баночки с краской. — Да, я сделала тату. Да, у этого мастера. — Шин настораживается, внимательно слушая. Она подходит ближе, замечая как начинает полыхать лицо Йеджи. — Н-нет. Сама бери если надо! — Было видно, что девушка не умеет отказывать. Пепельноволосая убирает телефон от уха, глядя на Шин.       — Что случилось? — Видя почти плачущее лицо, спрашивает Рюджин. Она осторожно поглаживает пальцем по щеке, позволяя себе лишнее. Но Йеджи не отстраняется, лишь осторожно улыбаясь.       — Моя подруга тобой заинтересовалась, — девушка вновь закусывает губу. Прикрыв свои кошачьи глаза, она позволяет продолжать гладить себя по щеке.       — А я заинтересовалась тобой, — смеется Рюджин. Она убирает руку, глядя в темные глаза напротив. — Встретимся завтра?       — У меня в 4 часа заканчиваются пары, можем сразу после них пойти. — Предлагает Йеджи. Шин кивает, улыбаясь шире. Обменявшись номерами, синеволосая провожает ее до выхода.       — Я заберу тебя завтра, — произносит Рюджин, указывая головой на мотоцикл, что припаркован на стоянке.       — Буду ждать, — Йеджи смущенно улыбается, чуть дергается вперед, но видимо не решается. Отворачивается, делает шаг. Вновь передумывает, сжав кулаки и подойдя ближе, быстро целует в щеку, после чего, не говоря ни слова, удаляется.       Рюджин остается стоять на ступеньках, удивленно прикладывая ладонь к щеке и улыбаясь. Кажется, намечается новый этап в ее жизни.       Черён долго подкалывает ее, иронизируя и шутя, чем заставляет старшую вечно чертыхаться, закатывая глаза.       На следующий день у Рюджин всего два клиента и оба на миниатюрки. Она ловко забивает кисть девушки, рисуя на ней маленького дракончика. Парню на шее делает знак из какой-то популярной игры. Он краснеет, напрягаясь, но не издает ни звука. Наконец закончив с ним и получив оплату, Рюджин встает с места, выходя со студии. После нее сегодня здесь работает другой мастер, у которого есть свои клиенты. Попрощавшись с Черён, Шин садится на мотоцикл, заводя его и срываясь с места. С собой у нее есть второй шлем, который она припасла специально для Хван.       Остановившись в тени огромного забора, что ограждал высокое здание университета. Оттуда выходили многие учащиеся, идя группами или парами. Шин скучающе зажгла сигарету, облокачиваясь на мотоцикл. Она всматривалась в лица девушек, что шли по аллее. Увы, пепельных волос она все еще не замечала. Судя по смс Йеджи, она уже вышла из здания.       Вскоре в небольшой кучке девушек мелькает знакомая макушка. Какая-то миниатюрная девушка с каре толкает локтем Йеджи, взглядом намекая повернуть голову правее. Рюджин улыбается, подмигивая. Но вместо Хван, к ней идет та самая незнакомка. Она довольно лыбится, гордо вышагивая по асфальту на шпильках. Но даже на них, эта девушка была ниже Йеджи.       Пепельноволосая идет следом, робко оглядываясь на друзей. Судя по всему, она сама не ожидала от подруги такой выходки. Рюджин же стряхивает пепел с сигареты, делая еще одну тяжку.       — Привет, не думала, что Йеджи не только возьмет твой номер, но и сделает мне такой сюрприз. — Девушка улыбается. На ее лице, наверное, тонна различной косметики, но особенно ярко бросается алая помада. Признаться, именно это старит ее.       — Я без понятия кто ты, но выглядишь, как моя бабушка, — смеется Шин, ставя девушку в неловкое положение. Йеджи тоже замирает. — Я приехала не к тебе, — сигарета падает на асфальт, и девушка давит ее подошвой. — Принцесса, кажется вы немного затормозили, — смеется синеволосая. Она делает шаг вперед, протягивая руку Йеджи. Ощутив как теплая ладошка ложится в ее, она сжимает и тянет к себе. — Ну, шлем немного не королевский, но думаю, спасти вас сможет. — Произносит довольная Рюджин, протягивая шлем. Она помогает застегнуть нужные ремешки, поправляя защиту.       — У тебя совсем нет вкуса! Она же скучная, а ты еще пожалеешь, что выбрала ее! — Обижается девушка рядом. Ее лицо покраснело от неловкости, ведь за ними явно наблюдала та толпа. Шин садится на мотоцикл, дожидаясь когда Йеджи повторит ее движения. Хван обхватывает ее талию, прижимаясь ближе.       — Это у тебя нет вкуса, раз ты мажешь себе на лицо тонну штукатурки. У меня в квартире ее на стенах и то меньше. — Опуская забрало, произносит Рюджин. Она уверенно газует, после чего, разворачивает мотоцикл и, наконец, уезжает, оставляя за собой только пыльное облачко в воздухе.       С того случая уже прошло больше двух лет. Ничего особо и не поменялось. Рюджин все также сидела на своем стуле в мастерской, крутясь и ожидая, когда время истечет. Она уже подготовила все для завтрашних работ, а с сегодняшними закончила.       На соседнем месте работает ее друг. Он доделывает рукав высокому парню. Правда, этот клиент падал в обморок более 2-х раз, но это не суть. Главное, сейчас он, хоть и измотан, но явно доволен тем, что появилось на его руке спустя пару часов.       — Не хотите здесь белым осветлить? — Предлагает мастер, и Рюджин смеется со своего места, привлекая к себе внимание. — Что?       — Ты его убить хочешь? Дай парню продохнуть. Это ты ему руку ковыряешь, а у него вся плоть горит и болит. Вспомни как ты себе спину забивал, — смеется Рюджин. Она-то помнит этот день отлично. Парнишка тогда извивался, как уж на раскаленной плите, моля о прекращении пытки.       — Да ладно тебе, сама же использовала на себе белую краску. — Фыркает парень, тыкая себе пальцем в место чуть ниже плеча. Шин поднимает рукав, глядя на темный участок, который наконец был заполнен. Белый красивый шрифт гласил: «Буду любить тебя больше, чем вечность».       — Извините, — раздается стук, и в дверной проем заглядывает Йеджи. Она улыбается, встречаясь глазами с Рюджин. Шин подходит к двери, выходя и закрывая за собой. Рён куда-то отлучилась, а потому, младшая позволяет себе притянуть Хван поближе. Она целует ее, мягко сминая чужие губы. — М-м, ты курила, — Морщится старшая. Сейчас у нее уже каштановые волосы, и Рюджин довольно проводит по ним рукой. Играть с прядями Йеджи — отдельная любовь.       — Я ждала тебя, можем ехать? — Получив утвердительный кивок, Рюджин улыбается. Она видит, как пальцы Йеджи осторожно приподнимают ее рукав. И это навевает воспоминаниями о их первой встрече в этом салоне.       — Боже, мне кажется, у меня нелепый почерк, — оглядывая белые буквы, жалуется Йеджи. Ее первая реакция была бесценна. Они съехались спустя 3 месяца отношений. Конечно за почти 2 года, Хван выучила каждый изгиб и ответвление в татуировках своей девушки. Именно поэтому, 2 месяца назад, когда Рюджин все же решилась на тату, Йеджи это заметила. Старшая вернулась с занятий, недовольно ворча об усталости. Бель и Даль тут же принялись тереться о ее ноги, громко мурча. Хван любила их, а потому, почесав обоих, довольно улыбнулась, слыша мурчание. А потом зашла на кухню, где Рюджин, стоя в майке, готовила ужин.       В тот день Йеджи напугала младшую своим вскриком. Принявшись разглядывать залепленную пленкой надпись. А поняв, что это ее почерк, который Шин перевела с одного из листов, что девушка писала ей по утрам, то и вовсе разрыдалась. Она прижималась к Рюджин всем телом, громко всхлипывая, и это были слезы радости. Шатенка помнила, что это небольшое тату значило для ее девушки. И это было большой честью.       — Эй! Не смей оскорблять почерк моей любимой девушки! Она у меня лучшая, как и ее почерк, — в шутку грозит Рюджин и вновь утягивает старшую в поцелуй.       — Да что ты? Моя девушка, между прочим, очень талантливая, а еще она горячая, — Хван подмигивает, держа младшую в своих объятиях. Шин закатывает глаза.       — Тогда дома готовь огнетушитель, думаю, он пригодится, — Рюджин быстро забирает свои вещи из студии, после чего, взяв девушку за руку, направляется в машину.       Иногда малейшая случайность может перевернуть всю вашу жизнь. А самое главное, даже плохие вещи, могут нести за собой множество приятных сюрпризов.