А что, если бы меня не стало?

Вот он, известный закон подлости. Когда я желала поскорее очнуться, то пребывала в состоянии комы. А вчера, когда захотела немного подумать обо всем, все резко оборвалось. А началось все с того, что утром я проснулась в своем теле. Голова ужасно раскалывалась. Сказывалось недавнее сотрясение. Сбоку слышалось пиканье приборов и слабые голоса. - Она просыпается, - это, кажется, голос мамы. Ко мне тут же подошел врач и стал светить в глаза фонариком. Изверги, и так голова раскалывается. Сильно тянуло в сон. «Странно. И так вроде бы несколько дней проспала», - съязвило подсознание. Проспав до самого вечера, я определенно почувствовала себя лучше. Вечером, ко мне снова пришли родители. Они успели в самый последний час посещения. - Ты как, милая? - Хорошо. Только домой уже охота, - пожаловалась я. - Врач сказал, что если такими темпами, то тебя уже через пару дней можно будет забирать домой. Я радостно улыбнулась. На следующий день ко мне пришел человек, которого я меньше всего ожидала увидеть. Да и желания не было. Ира. С собой она принесла яблоки. Я чуть было не хмыкнула. Практически все в моем окружении, даже малознакомые люди, знали, что у меня жуткая аллергия на яблоки. Один фрукт – и меня придется откачивать. - Ой, прости. Не знала, - она по-глупому заулыбалась и, взяв яблоко, принялась его жевать. Следующие полчаса я слушала ее беспрерывную болтовню о том, какие она купила себе туфли на днях, о сломанном ногте и ее новом парне, который подарил ей новый телефон. Бедный Костя в пролете, похоже. Не было абсолютно никакого злорадства с моей стороны, просто было смешно за ней наблюдать. Через час у меня окончательно разболелась голова от ее болтовни, и я не выдержала: - Слушай, Ир. Можешь, уйти? Мне не очень хорошо. Она посмотрела на меня, как на врага народа и, не сказав ни слова, вышла из палаты, захватив сумку. Тишина. Я уже и забыла, как она звучит. Через два дня меня выписали. Ни Марина, ни Кирилл за это время ко мне ни разу не пришли. В день выписки, сразу же по приезду домой, мама принялась откармливать меня домашней пищей. Даже брат оторвался от приставки и ходил за мной по пятам. Приятно. Перед сном я зашла на почту, но ничего нового не увидела. Разве что сменила «Влюблена в Константина Самойлова» на пустое место. И как можно было быть такой глупой еще несколько дней назад, чтобы такое делать? Бред. Завтра предстоял не менее тяжелый день в школе. Пора уже, наконец, расставить все точки над «i»». На следующий день, я первый раз за последнее время шла в школу с какими-то непонятными чувствами. В классе все сразу же бросились ко мне с приветствиями. Только Кирилл с Мариной ограничились одним «привет». Ира же сидела на своем месте и читала «Космо». Оторвавшись от него, она посмотрела на меня: - Привет, подружка. Я подумала, и решила, что прощаю тебя. О чем это она? О том, как я «выгнала» ее из палаты? - Привет. Не стоит такой щедрости. Обойдусь, пожалуй. - То есть как? - А вот так. И ты мне не подружка. И никогда ею не была. - Да не больно-то и хотелось. Мне даже стало легче. Я будто избавилась от какого-то морального груза. Но еще не всё. Костю я увидела только после третьего урока. Мы как раз сидели в классе, готовясь к алгебре, как он зашел в класс. - Родная, я так рад, что ты вернулась, - сказал он и попытался меня поцеловать. Я отклонилась от него в сторону. - Да? И даже не нашел времени навестить меня? - Не начинай. Ты же знаешь, у меня тренировки. - Ну, да. Зато на клубы время находил. - Не выноси мне мозг, Алиса. Мне не нужна девушка-зануда. - А у тебя ее и нет. - Что ты имеешь в виду? - Только то, что сказала. Мы больше не пара. Я тебя не люблю. На его лице заходили желваки. Он за руку вытащил меня из класса. - То есть не любишь? А я тебя люблю. - Ну, конечно. С Ирой на пару? - Она сама мне на шею вешалась, - спасибо, что хоть не отнекивается. - А ты и рад. Да ладно, мне неинтересно. И я уверена, что ты быстро найдешь себе новую девушку, - я похлопала его по плечу. На физре когда большинство девчонок вышли из раздевалки, я подошла к Марине. - Марин.. Прости меня, что я была такой дурой и обижалась на вас. Я такая дура, - голос срывался. Я едва не плакала. Она смотрела на меня удивленно. - Лис, ты чего? Все в порядке. Каждый вправе сам делать свой выбор. - Это не выбор, - я покачала головой. – Просто мне в какой-то момент показалось, что я вам не нужна. У вас и без меня все хорошо. Мне было больно чувствовать себя лишней..., - я больше не могла говорить и замолчала. Она обняла меня и заговорила сама: - Ты и, правда, дура. Мне жаль, что тебе так казалось. Ты никогда не была лишней и не будешь. Ты моя лучшая подруга, не смотря ни на что, и я люблю тебя. - Я тебя тоже, - улыбнулась я. Прозвенел звонок, и наш поток нежностей прервали. После уроков, Маринка срочно убежала домой. А я решила сегодня же поговорить и с Кириллом. Он уже почти ушел, как я догнала его. - Кир, стой. - Да? - он обернулся и скользнул по мне удивленным взглядом. В классе мы остались совершенно одни. - Я.. В общем, я была неправа. Я думала, что не нужна вам и перестала с вами общаться. Я думала, что если я сама буду игнорировать вас, то мне будет легче, чем тогда, когда вы оставите меня, - разговор давался мне тяжелее, чем с подругой. Гораздо тяжелее. - И ты так просто все оставила. Даже не поговорила с нами, а вычеркнула из своей жизни? - Я не хотела. Прости, - совсем тихо прошептала я, смотря в пол. - Алис, я до сих пор тебя не забыл. И я любил тебя тогда. Но все очень сложно. Я так не могу. Прости, - он покачал головой и ушел. Я осталась одна. В пустом кабинете. По щекам потекли слезы. Любил тебя. Тогда. В прошлом. Правильно. Сама виновата. Теперь ты осталась за бортом его жизни, в которой тебе уже нет места. И ты лишь со стороны будешь наблюдать за тем, как твой единственный любимый человек строит отношения с другими девушками. Ведь он самый лучший.