extinct secrets

another night 너와 이어진

어느 밤 주인이 없던

taemin — mystery lover

`

в округе в принципе не принято бегать куда-то затемно, в полнолуние собираться большими шумными компаниями, а ещё есть свои запреты: нельзя, например, ухаживать за замужней девушкой, купаться в близжайшей реке и ложиться спать после заката. нашлись герои, которые пытались присвоить себе прекрасных дам, но одни были лишены головы, другие — души, а третьи — рассудка. вообще, это легенды, в которые верят все. кроме куна. все его знакомые не могут придумать ни одной истории, что могла бы впечатлить или напугать его. вокруг одни только знакомые. кун не считает, что в его деревушке живут люди, к которым он может проникнуться доверием. и, может, это даже из-за того, что все живут в холодных каменных стенах, а он — в кибитке, укрывшись стогом тёплого сена. говорят, что он странный. но тогда и все в округе точно такие же, они же верят в сказки. верят в то, что по ночам им рассказывают матери, пока они не могут заснуть из-за мыслей, в которых некое огромное голодное чудовище прячется под их милой кроваткой. кун не любит жить с людьми. они слишком навязчивые, бессердечные и полные тупицы. чего, конечно же, он не скажет про себя. деревушка была не сильно отдалена от больших городов, здесь была своя промышленность и какие-никакие училища. но ни в одном из этих мест цянь никогда не бывал. обычно здесь редко шли дожди, но небо часто бывало мутно-серым. очень редко когда можно было увидеть белые облака, плывущие по голубому океану. ещё здесь рано холодает. осень нынче холодная. все боятся, что урожай замёрзнет, а зимой они будут голодать и умрут в снегу, не успеют дойти до своей работы или своего крова. деревенские ребята, практически одного возраста с цянем, часто вертятся вокруг его лошади и высокими голосами всё жужжат на ухо: «кун-гэ? кун-гэ!» — да так, что и у проходящих мимо людей начинает болеть голова. сегодня они спорили о ведьмах: остались ли они в живых? где они прячутся? чего боятся? уже как несколько лет жителей не мучают дымы из леса, неожиданные кражи и обглотанные кости. и кун очень рад этому. мало того, ему не хочется делить свою вкусную картошку с кем-то, так тут ещё и его кровь будут не против выпить. кун часто замерзал, поэтому мальчишки таскали из своих домов шерстяные одеяла для него, чтобы он во сне укрывался ими или вешал на стенки кибитки, а ещё часто приглашали на горячий чай с тёплым домашним хлебом. но кун не особо любил такие светские посиделки, хотя дети действительно были милы с ним. в домах всё было для него некомфортным. начиная с окон, на которых зимой появлялись волшебные рисунки и к которым прилипали надоевшие снежинки, заканчивая тем, что цянь в них не чувствует связи с природой. один мальчишка, обычно всё время молчавший, закатал рукава своей рубахи и начал рассказывать свою историю. и говорил так, будто всё на самом деле так и происходило, словно он был главным героем рассказа: стоял за кустами, выслеживал нечисть, а потом плавал в озере. дело было в том, что некие девушки не с их поселения каждый год собирались небольшой группой и отправлялись на реку, чтобы водить там хороводы и петь песни. — а потом они прыгали в воду и превращались в русалок! — воскликнул юноша, закончив свою историю, ожидая испуганные и удивлённые возгласы товарищей. но его друг заявил, что знает кое-что намного страшнее, правда кун так и не смог послушать. соседская женщина прогнала своих детей от парня. цянь мог почувствовать, как она сверлит взглядом его спину, мысленно осуждая за его собственную судьбу, за выбор и мысли. цянь же лишь просто жил и выращивал для себя еду, не имея какого-то там воспитательного просвещения и высокого титула среди народа. ему и так было хорошо. и сегодня, впервые ночью, состоялось собрание тех соседских мальчиков и опять около кибитки куна. по деревне ходили разные легенды и поверья, и никто так не решался их проверить. но, если кун правильно понял, группа ребят как раз и собиралась наведать русалок. выбрав день всех мёртвых, то есть сегодняшний день. цянь лишь покачал головой, разглядывая их всех с ног до головы, оценивая общую готовность: порванная во многих местах одежда, несколько масляных фонариков и один острый нож в руках самого младшего из них. — и так вы собираетесь их убить? — спросил кун, когда компания начала просить гэ-гэ пойти с ними. глупая затея, очень безрассудная. — не то чтобы я верю в ваши сказки.. но знаете, как это опасно? образумить ровесников явно было невозможно: их глаза буквально горели от острых ощущений, предвкушая риск. дорога не заняла слишком много времени. скорее вся вина была на куне, который долго колебался, но отпускать одних их он не собирался: если что-то с ними случится, по голове будет стучать совесть, а их мать ему и шею скрутит. кто-то подвесит верх ногами за ветку дерева и будет бить тяжёлой палкой. какие там ещё знаменитые виды наказаний есть? да ещё кун спотыкался о каждый камень, шарахался от любой ветки. может, он и самый старший, но перевешивает остальных только на несколько месяцев. фонарь плохо освещал путь. цянь постоянно поглядывал на парней в надежде, что те передумают и пойдут обратно домой. сегодня явно не его день. они зашли уже в давно сгоревший сад феи. о том, что это раньше было прекрасным и красивым местом, гуляют лишь сказки. после пожара это место отделили невысоким каменным забором. — говорят, что здесь до сих пор бродит нечисть, — шепчет один из ребят, перешагивая через булыжники, ведя себя храбро и одновременно безрассудно. кун тихо вздыхает, следуя за всеми в самом конце, стараясь не отставать. уничтоженный сад, наверное, был восхитителен. от домика остались только одни обугленные развалины. цело осталось только озеро, виднеющееся благодаря яркой луне. здесь нет даже ни одного куста, хотя и прошло сколько лет, но ничего так и не выросло. — вы серьёзно будете смотреть в воду, ожидая, что к вам кто-нибудь выплывет? — кун так и не понял, кто это спросил, пока он зачарованно разглядывал блики луны. — я вам отвечаю, они точно покажутся, — подал голос парень, стоящий чуть правее. и тогда цянь вышел вперёд с заявлением, которое на мгновение напугало даже его: — я докажу вам, что их не существует, — и подходит ближе, далее рассматривая водную гладь. кун не носил обувь, поэтому он просто сразу же шагнул босыми ногами в воду, удивляясь, что там оказывается глубоко — пара шагов и до пояса парень уже намок. вода тёплая, даже греет от прохладного ночного ветра. приходится встать на камень, который, к счастью, оказался на его пути. обернувшись, чтобы показать, что с ним всё в порядке, кун замечает напуганные лица сверстников. в чём дело? он стоит всего в паре метров от ребят, но если и случилось бы что с ним, то дети бы не полезли на смерть ради него. внизу показывается лицо, отчего у цяня замирает сердце, и он не может пошевелиться. перед ним во всей красе появился кошмар. кун видел своё отражение только когда мылся или брал воду, чтобы наполнить запасы из озёр или рек ближних с деревней. он не мог сказать, что выглядит красиво или чем-то отличается внешне от других жителей. но вот человек, чья голова выплыла в секунду после слов цяня, выглядел просто очаровательно. от неожиданности парень чуть не свалился с камня. — кун-гэ, кто это там с тобой? гэгэ! ты в порядке? — кричали обеспокоенные голоса с берега. нет, он не в порядке. кун утонул в красоте этой нечисти: аккуратные черты лица, чуть полные губы, небольшие тёмные глаза, бледная кожа и коварная улыбка. луна ярче любого солнца осветила это существо. его околдовали или он сам очень сильно влип — не понятно. в следующую секунду русал вытягивает свои руки и ледяными пальцами обхватывает парня за лодыжку, таща за собой в воду. позади слышатся приглушённые крики мальчишек, разбежавшихся от страха — и они ведь серьёзно думали, что смогут противостоять кому-то. вот кун не думал, что на вид такое хрупкое существо так сильно вцепится в него и с лёгкостью потянет за собой. тёмные волосы со светлыми локонами незнакомца пышно вились под водой. на это зрелище можно было смотреть вечно, если существовала бы такая приятная возможность. не сразу кун понимает, что задыхается то ли от нехватки кислорода, то ли от того, что его накрывает этой нечистью, а ногти всё ещё царапают и без того его сухую потрескавшуюся кожу.

`

смотреть на рассвет неописуемо незабываемо. вот перед самым носом бегут мелкие насекомые по камням, а сзади кончики пальцев ног мокнут в прохладе. всё вокруг плывёт, а голова трещит. кун пытается вспомнить все недавние события, когда он был ещё в сознании. и начинает молиться, чтобы это был один страшный сон. — ты в порядке? — чей-то мягкий тихий голос отвлекает его от раздумий. — как ты здесь оказался? — новый вопрос, на который у куна не поворачивается язык ответить. на него смотрит парень, кажется, чуть младше его. — гэ-гэ?! я тебя не обижу! — восклицает он, освобождая своё тело от следов водорослей. кун внимательно его рассматривает: волосы мокрые, щёки залиты румянцем. он словно живой, а не мёртвый. — тебе нужно уходить, — снова говорит незнакомец, но уже с явным волнением в голосе. цянь будет называть его водяным. одежда ужасно неприятно прилипает к телу, а глаза закрываются от первых лучей солнца. он не умер? воспоминания, перегружая мозг, возвращаются. — кто ты? — спрашивает кун, поднимаясь и очищая себя от грязи и редких водорослей. не получив ответ, он оборачивается в сторону озера. вода сильно колышется рядом, покрываясь кругами ряби, а чья-то чёрная тень скрывается в глубине озера.

`

кун размышлял всё время: когда ел, работал или просто отдыхал. теперь он не отрицает, что нечисть существует. вот только мальчишкам в этом не сознается. чтобы не встретить их, он сразу же, когда вернулся, переместил свою кибитку прямо в лес, практически рядом со сгоревшим садом. искушение посетить его убивало куна. прохладные воды так и тянули заглянуть, посмотреть, выяснить, какие там умершие секреты. это место так и не смогло зарасти травянистой растительностью после пожара, почва давно испортилась. как же хорошо, что её не удобряли кровью и плотью - иначе она бы поглатила всё человечество, не оставляя ни единой косточки. на закате каждый день что-то выплывало из воды. но кун терпеливо отсиживался, пытаясь угомонить своё быстро бьющееся сердце. так и прошла неделя. в совершенном одиночестве и в собственном страхе. из деревни за ним всё ещё никто не пришёл. он забился в угол своей пещеры, забаррикадировав вход, но через узкие щёлки впрочем выглядывал понаблюдать. каждой ночью брызги воды были всё громче и слышнее. а около кибитки кто-то топтался босыми мокрыми ногами, на утро оставляя впалые следы на траве. однажды кто-то даже постучал по деревянным колёсам, но кун был слишком пуглив, чтобы проверить кто.

`

было приятно гулять поздним вечером, глотая чистый лесной воздух. вода так и манила к себе. не сдержавшись, цянь побрёл по голой земле, где в некоторых местах была видна мёртвая вода. в паре метров от него показалась сидящая на камне длинноволосая девица, что плела венок из не растущих здесь цветков полыни. кун думал окликнуть её, но тут прямо из воды вышла ещё одна такая же бледная девушка, не прикрывавшая свои части тела. — как твои дела, гэ-гэ? кун вздрогнул от неожиданности и обернулся на голос. это был тот самый мальчишка-русал. в бликах закатного солнца он выглядел потрясающе. на мягких волосах красовался сплетённый венок из ромашек. пухлые губы были приоткрыты, обнажая белый ровный ряд зубов. — я нормально.. — затуманено ответил цянь, чуть отводя взгляд и краем глаза замечая на чужом лице яркую улыбку. водяной оделся в белую длинную просторную рубашку, что очень мило висела на нём, а сам кун был в потрёпанных серых одеждах. — меня зовут ренджун, — наконец представился русал, протягивая свою бледную чуть влажную руку в приветствии. этот жест очень смутил куна, но, собравшись, он пожал руку, представился и улыбнулся в ответ. тем временем солнце окончательно скрылось с края неба, теперь её функцию выполняли ночные светлячки, неизвестно откуда появившиеся. около озера только росли камыши, квакали лягушки и бродили жуки-плавунцы по камням. — это место не умерло. правда, удивительно? — прошептал ренджун, подходя сзади и пугая этим куна. цянь согласился с этим. каким-то чудом сад сохранил этот живой уголок. жаль, что здесь не видны звёзды. — не хочешь присоединиться? — интересуется водяной, отвлекая от мыслей. тот оглядывается вокруг, замечая что все русалки столпились около озера, заглядывая за его тёмную поверхность. девушки и парни тоже нашли себе такие же белые рубашки, а на их головах были абсолютно разные венки из всех цветов, что они только смогли найти. — а что они делают? — спрашивает кун, когда они подходят ближе к остальным. — это наш местный праздник: собираем венки и узнаём свою судьбу. например, у одной русалки сейчас на голове венок из полыни, означающей неудачную судьбу, если он утонет — всё так и будет, — грустно закончил водяной, снимая с головы своё творение. — звучит интересно, но я по большей части не верю в это.. — а что означают ромашки? — почти прерывает его кун, говоря в предвкушении и наблюдая, как чужие пальцы аккуратно перебирают лепестки цветков. ренджун удивлённо охает, но прежде, чем ответить, кладёт венок на водную гладь, вместе со всеми. — я думаю, что чистоту и непорочность, — шепчет он, — идём проследим за ним! они хватаются за руки, следуя по течению, куда ведёт оно ромашки. по кончикам пальцев текут лёгкие приятные ощущения, кружащие голову. они обегают озеро вокруг, так и не найдя скрывшийся единственный венок из ромашек. куну становится печально, что он смог стать свидетелем такого момента, а ренджун наоборот — восхищён своей удачей. русалки совсем похожи на людей, исключением является лишь хвост, появляющийся в воде. ренджун признался, что тот у него ярко-зелёного цвета. кун наблюдает за задевающим край водоёма хороводом девушек, поющих незнакомую ему песню. всё это было очень захватывающе. этот вид забрал сердце куна сразу же: танцующие при луне девушки, восхищённые парни и ренджун.. такой близкий и радостный. в душе разливалось спокойствие и умиротворение, а луна такая красивая и далёкая. после хоровода все начали бродить по саду, и дальше — по лесу. кун присел рядом со своим знакомым около берега. — не хотел бы покинуть это место? цянь сначала не понял вопроса, словно он был задан на другом языке. но а после, сообразив, кивнул. покинуть место — возможно, с ренджуном — тем более. кажется, он потерял рассудок.

`

кун совсем позабыл, как закончился вчерашний день. очнулся он на влажной траве, морща нос от яркого запаха цветов вокруг, прикрывая глаза от яркого света. он лежал в самых камышах, отрезающих его от внешнего мира. поднявшись, он направляется сквозь растения, ища проход к озеру. чтобы убедиться, что вчерашний день не был сном. и действительно в воде плескался уже родной водяной. кун подошёл ближе. в первый день при их знакомстве он не очень-то и обратил внимание на хвост. сейчас же стало видно, что он был вдвое больше остальных частей тела вместе взятых. у ренджуна он, наверное, очень тяжёлый. сам русал плещется в озере как ребёнок, вызывая улыбку на лице. он выбирается на берег, подхватывая хвост, но оставляя небольшую часть его в воде. заметив задержанные на себе взгляды, спрашивает: — ты когда-нибудь прикасался к чешуе рыбы? цянь сначала теряется, а затем, поднимая голову, видит заинтересованное лицо собеседника. сердце пропускает удар. вот так вот, ни доброго утра, ни спокойной ночи. — нет.. — а жаль, у нас чешуя чем-то похожа. хочешь потрогать? — такое предложение явно вызвало тону смущения, что чисто выразилось на лице куна. ренджун подвигается ближе, действительно разрешая это сделать. юноша думает, что хвост для русалок может быть одним и тем же, что и ноги для людей. чешуя оказывается гладкой и очень мокрой. пальцы аккуратно водят по ней. но, замечая покрасневшие уши жэньцзюня, кун резко отдёргивает руку. водяной лишь плотно сжимает губы. солнце светит тускло, предупреждая о будущих холодных днях, а на сердце почему-то тепло. они сидят рядом, прижавшись друг к дружке, говоря ни о чём, но и одновременно о многом. ренджун пахнет водорослями, немного даже рыбой, что никак не отталкивает куна. по словам русала, сам цянь ассоциируется с людским хлебом и холодными руками, но, кажется, тёплым сердцем. так и хочется сказать: а сердца у меня нет.. ты его забрал. взял и вытащил из грудной клетки, до этого мягко разрезав кожу, поглаживая по волосам на прощание. только хуан ренджун начинает смеяться, как только крохотная бабочка усаживается на его ладонь. слова любви так и застряли в горле. так они и сидят сутками. но однажды всему приходит конец. вот и ушёл ренджун. куда уплыл или же пошёл пешком — неизвестно. руки немеют от недопонимания. хуана нет на протяжении нескольких недель. пустует озеро, и ни одна русалка не выглядывает на сушу. в саду тишина и пустота. как было раньше. в сердце куна что-то громко разбилось, разлетаясь на кусочки. всё пропало, исчезло и растворилось. от одиночества он оказался окружён своими гиблыми мыслями. ренджун поселится в его голове и под кожей, а его имя течёт по венам. это сводит с ума. его появляющийся иногда облик сильно ранит. режет без кинжала, задерживая воздух в лёгких. так дни стали пустыми, слишком рутинными и похожими. уже пошёл первый снег. кун перестал верить в чудо. пока однажды не слышит хруст и чей-то знакомый голос: — скучал, гэгэ? это действительно оказывается ренджун: уставший, но наполненный неизвестными куну эмоциями. — слишком много всего мешает быть собой. давай сбежим? — туманно говорит хуан, обнимая радостного старого друга. кун соглашается, ему всё равно нечего терять. только если ренджуна, который оказывается в сильном предвкушении от того, что покинет проклятый сад феи. — кун-гэ, давай всегда будем вместе? и он соглашается. они отправляются на закате, лошадь ведёт кибитку. где-то там в будущем они обязательно расскажут друг другу свои секреты любви, пока они окончательно не исчезли.