Дайте совет

      Честно говоря, Крис устал после приключений в кибер мире. И мягко говоря, он хотел закрыться ото всех на недели так две. Мягко говоря.       Город-замок пополнился новыми поселенцами, а оттого стало ой как шумно, и что важно, ой как веселее… Но не для Криса. С чего бы ему веселиться? Есть мир светлых, есть мир темных. Это работа такая — закрывать фонтаны. На этом всё. Проще простого.       Он себя в этом убеждал. Что всё до бесящего просто. Что переживать не о чем. А ведь у него есть все основания начать паниковать и задаваться вопросами — как же он так мог низко пасть, что с ним происходит, что он чувствует, что ему делать!       А по итогу что? Он знал, что его эмоции ничего не поменяют, бесполезны и вредны, а потому он их просто складывал пополам, как ненужную бумажку, и клал в мысленный кармашек с названием «выбросить при удобном случае».       А как там справится он, да-да, он, имя которого Крис произносил с горем пополам?.. Человека этот вопрос не тревожил. Думал только о себе, ибо ещё и о нем переживать было выше его сил.       Свет в домишках города-замка и звезды, больше похожие на кристаллы, своей яркостью раздражали уставшего паренька. В это же время, принц из тьмы только ими и успокаивал душу, что-то бормоча себе под нос про долг и терпение.       Устал ли он? Конечно. Даже больше, чем герой из легенды. Но надо ходить и мило улыбаться, потому что он итак много чего себе позволил в их недавнем приключении. За свою честность он заплатил сполна. Его честность привела к новым плохим воспоминаниям. Его честность напомнила о старом.       Ужасный мир был порожден в душе принца. Такой же ужасный, как и мир в его рассказе о Тёмной Правде.       И всё же!       Сьюзи и Лансер разыгрывали Королеву, Рудинны спорили с дворецкими об уборке замка, Рулс Каард изо всех сил пытался произвести впечатление на музыкальное трио из кибер-поля, один из Маусов забрался на Блоксёра и категорически отказывался слезать, Плагбой влюбился в Хэад Хати и что-то бормотал ей, а она кивала да кивала. А все вместе они порождали какофонию.       Как будто и не было ничего.       Крис гулял меж них и выслушивал, подслушивал, прислушивался, не выражая никаких эмоций. Крис шел по обочине городка и с безучастным видом смотрел, подсматривал, наблюдал, не чувствуя ничего. Крис медленной походкой направился к замку, повесив голову.       — Что-то ты совсем невесел…       В этот момент парень пожалел, что ни слеп, ни глух, а со здоровьем у него всё так хорошо.       — Устал. — он отвернулся от темного, нахмурившись — Тяжелая была битва.       — Ох, вот оно что… — принц смущенно улыбнулся, опустив взгляд и сжал краешек шарфа — Пожалуй, стоит нам всем отдохнуть. Тебе — в своем мире, а мне — здесь, друг. — он заложил руки за спину и выдавил из себя с какой-то уже болезненной полуулыбкой — Я знаю, как ты устал.       Крис поджал губы.       Он не хотел смотреть в глаза Ральзея, он вообще не хотел вспоминать, что тот, как концепция, существует. Где угодно. Просто существует. Это бесило.       В свою же очередь, козлёнок отпущения хотел накричать на друга (статус друга уже был под вопросом), но просто не мог себе позволить такое поведение.       Вот они и стояли так на фоне замка и бьющего из него фонтана, сжавшись, смотря в разные стороны с таким болезненным, мучительным выражением лица.       — Твоё поведение там, в лодке… — Ральзей запнулся и потерянно огляделся по сторонам, встревоженный свежими воспоминаниями — Было странным. — странным? Да это мягко сказано. Крис сдавлено фыркнул. Его друг спокойным, ровным голосом, прямо-таки как у врача, прибавил, смотря сквозь него с невеселой полуулыбкой — Но я всё понимаю и зла не держу. Я понимаю… Твою усталость.       Больше они эту тему не затрагивали, стараясь никому виду не подать, что что-то не так. Они оба неспешно направились к замку с таким миролюбивым видом, но только они знали, что вовсе не спокойны.       Человек с какой-то внезапно пробужденной в нем заботой сунул принцу в руки купленные у Сима печенья. Тот ошарашенно посмотрел на него, но восклицать не стал, принявшись медленно откусывать лакомство.       Он хотел было поблагодарить, но слова так и застряли в горле.       — Смотрите, добрый мальчонок и любитель мха!!! — Лансер бросился к ним, по пути чуть было не столкнув Королеву, которая только охнуть и успела — Дайте!!! Печенья — вот тема!!!       — Лансер Мальчик Мой Помедли Ещё Не Было Ужи… Боже Мой Поверить Не Могу Delicious Cookies       Крис отдал недоеденное печенье напополам Королеве и Лансеру, бросив грозный взгляд на Ральзея, который тоже собирался было поделиться и даже было разделил печенье. Он только пугливо отвел взгляд, обиженно нахмурившись.       — Эй, Крис… — Сьюзи проводила взглядом убегающих глупышей к магазину Сима, и наклонилась к уху друга, прошептав вопрос — Вы что, поссорились? — она метнула короткий взгляд на принца тьмы, который ушел в глубокие раздумья, так и держа раскрошенное печенье — Никогда не видела вас двоих… Такими. Вы обычно обнимаетесь.       Человеческий паренек не был в восторге от внимательности его монстра-друга. Он только буркнул, что всё хорошо.       Радостная жизнь в городе-замке продолжилась, несмотря ни на что.       Ральзею было грустно прощаться с друзьями, особенно когда один весел и счастливо улыбается, а второй даже смотреть на тебя не хочет.       И это ещё после всего того, что тот натворил.       …Что делать, если у тебя так много-много алых царапинок, но… Не на теле, а на душе? Как их лечить? Да и можно ли от них избавиться, или они навсегда с тобой? Зачем? Почему? Или ты сам им позволяешь быть с тобой?       Вот этими вопросами задавался человеческий паренек, лежа в уличной одежде на кровати с помятым одеялом и сверля взглядом однотонный потолок. Старые воспоминания перемешались с новыми, как прошлогодние буро-серые листья перемешиваются с только что опавшими желтыми листочками. Разницы между ними нету, потому что окуная в них руку, будто в бездонное озеро, ты почувствуешь, как по коже поползут мерзкие личинки. Личинки, чья матушка — твоя совесть, а отче — твоя тоска.       Стук в дверь.       — А зайти можно? — показалась мордочка Сьюзи. Спустя минуту, так и не услышав отрицательный ответ, она прислонилась к проему двери и проговорила — Черт, Крис, да твоя ма во как крепко спит! Я что-то на кухне уронила, а она даже не всполошилась…       — Дай… Дай совет, Сьюзи.       Серьезный тон в голосе заставил монстра сразу же нахмуриться. Он подошел вплотную к кровати человека, молча ожидая его вопросов.       — Что делать… Если вспоминаешь слишком много? Слишком много плохого.       — Ого… Спрашиваешь такое… — девушка покачала головой, приложив руку к затылку — Хм… Знаешь, что я делаю? Строю из себя крутую, чел. — она громко гаркнула, высокомерно задрав голову, но тут же в панике затараторила — Хотя не-не-не-не! Ты не так меня понял! Я крутая и сама это знаю. — после этих слов она плюхнулась на край кровати и произнесла необычайно для неё грустно — Просто убеждать других в этом — вот что мне помогает.       Крис присел, сгорбившись. Он заметил странное выражение лица подруги, то самое выражение лица, когда она что-то подлое удумала. Не успел он что-либо произнести, как та метнулась во вторую половину комнаты, опустилась на колени и начала активно шарить рукой под кроватью в поисках чего-нибудь интересного.       — Да там точно порнушка есть… Ну ведь интересно, какая она, не осуждай, Крис, это спортивный интерес… — мурлыкала она себе под нос, как вдруг опешила. Через минуту, кряхтя и ругаясь, она вытащила находку и в восторге воскликнула — Да ладно вам, приставка! В хорошем виде! Крис, Крис! — она поманила его лапой к себе — Я на раз-два весь Dragon Blazers II пройду!       Человек без особого энтузиазма касаемо прохождения присел рядом с монстром.       — Слушай, Крис… — Сьюзи нажала на X, и меню пропало. Девушка собиралась с мыслями, сощурив глаза. Когда же она решила, что именно хочет сказать, то уверенно ухмыльнулась — Что бы там ни было между тобой и Зубнопастым любителем домашки, вы точно помиритесь.       Крис хотел верить в это. Он только кивнул.       Возможно, после этого разговора человеческому пареньку стало легче… Или он себя в этом убедил. В любом случае, он и Сьюзи уснули как убитые, скорчившись в неудобные позы на полу. Монстр тихо посапывал, видя десятый сон о детстве.       Крису же ничего не снилось.       …Одно мгновение — и вот он широко распахнул глаза, чувствуя, что задыхается. Каждое его утро с этого и начиналось, не привыкать. Оклемавшись, он присел.       Сьюзи всё так же лежала и посапывала, свернувшись калачиком. Не многим довелось бы её такой увидеть. Часы показывали ровно семь. Чересчур назойливые лучи солнца проникали через толстое оконное стекло, выхватывая клубы пыли. Вторая половина комнаты, принадлежавшая Азриэлю, как всегда была броской и яркой, особенно в свете раннего утра. Парень фыркнул.       Вот бы увидеть Ральзея в свете ярких солнечных лучей. Светилась бы его шерстка? А его глаза, наверное, показались бы кварцем.       Готовил бы на завтрак что-нибудь по-глупому простое, как яичница.       Крис сжал до боли волосы на затылке, поджав ноги к себе.       В тишине собственной комнаты особенно неприятно страдать. Надо было уйти.       В наушниках играла музыка из меню старой игры про жуков, шарканье Криса раздавалось в надтреснутой тишине городка. Вид уходящего юношества, а эту картину не передать никак, и не поймешь о чем речь, если только не довелось её уловить в безмятежных прогулках с утра пораньше. Усталый вздох не раздаться эхом, никто не пожалеет или осудит, только ты, дома, словно опустевшие, твои шаги да асфальтовая дорожка.       Осенние листья то и дело норовились застрять в волосах парня, но ему было плевать на внешний вид, о чем намекали растрепанные волосы и то, что футболка была помятая и грязная.       Это Ноэль с удивлением и заметила, не меньше удивившись тому, что они вот так встретились.       — Д… доброе утро! — вымученно поздоровалась она, подойдя к другу детства и чувствуя себя неуверенно. Давнее опасение сбылось — о её ранних прогулках всё же кто-то из класса таки прознал — А я вот в библиотеку иду… — к слову, ложью это не было — П-проект же, ну, подучиться… — а вот это уже была ложь. Девушка просто хотела побыть где угодно, только бы не одна в большом пустом доме. Ей ещё нужно было обдумать тот странный, но до удивления приятный сон.       Крис же не думал об их встречи в подобном ключе. Ему всё равно было, что его таким разбитым увидели, но его бесило собственное назойливое любопытство, которое он хотел удовлетворить, и поскорее.       — Что ты делаешь, чтобы… Не думать о плохом?       Девушка не ожидала такого вопроса.       — Ну, думаю… Стараюсь изо всех сил каждый день. — она кротко улыбнулась, прижав руку к груди — Шаг за шагом к хорошей жизни…       Парень ничего не произнес на это откровение.       Они с неуклюжестью, свойственной подобным им людям и монстрам, разошлись. Ноэль подумала, что может Крису стало чуток лучше от их столь короткого разговора, потому что сама она почувствовала некоторое облегчение.       А вот парень не знал, что должен испытывать.       Он знал, что все в городе скажут своё. Что у каждого найдется свой ответ.       Патрулировавшая улицы Андайн ответила, что надирает задницы плохим парням, чтобы снять стресс, да вот только в этом городке их совсем нет, к её огромному сожалению. Продавец-скелет по имени Санс заявил, что вообще не грустит, ведь причин для этого быть и не может, когда у тебя есть собственный автомат с хот-догами и с хот-кэтами (он настойчиво пытался их продать, и когда его попытка наконец увенчалась успехом, начал напевать себе под нос до боли знакомую мелодию, правда человек всё не мог вспомнить, где он её слышал), Пиццапентс заявил, что надо много чикс иметь (в каком смысле, Крис уточнять не стал), чтобы не грустить, и помолчав минуту-две, громко разрыдался.       Крис находил каждый произнесенный совет глупым и жалким. Но ему хотелось услышать мнение одного конкретного существа.       Он направился в нужную сторону. Вот, показалась «Библиотебка», а рядом с ней стояли Ноэль и, как бы то ни было странно, Бердли. Они о чем-то горячо спорили, что он и завидел, решив не показываться и притаиться у стены библиотеки.       — Говорю же, это был просто сон, Ноэль. Ты переутомилась. Но не переживай! Я, Бёрдли, настоящий тупица, не считаю тебя глупой за сказанное.       — Да, просто сон, который почему-то видели мы оба!!! — бедная олениха вскипела от злости, как маленький миленький чайник. Топнув ножкой, она осадила монстра — И хватит себя глупым называть, вовсе ты не глупый.       — Быть глупым практичнее. — он сложил крылья у груди и горделиво запрокинул голову — Сама подумай! Ну разве после таких головокружительных событий… Может всё вот так просто продолжаться, как ни в чем не бывало?.. — в его голосе послышались нотки честной озадаченности и непонимания. Он как-то нервно дернул плечом и продолжил в своей излюбленной манере всезнайки — А ведь всё как всегда. Вот и мы должны делать вид, будто ничего и не было. Подумаешь, общий сон.       Ну, разве после таких головокружительных событий… Может всё вот так просто продолжаться, как ни в чем не бывало?.. А ведь всё как всегда.       Криса чуть было не стошнило от этих слов. Он вспомнил всеобщее веселье в городе-замке и раздраженный, болезненный вид принца тьмы, потерянного в этом чуждом ему потоке радости.       Человек не придал никакого значения тому, что оба монстра ушли, не заметив его. Он просто сидел, спиной прижавшись к стене библиотеки, не зная, дышит ли. Оставшийся путь он шел будто израненный — шатаясь из стороны в сторону, не смотря, куда идет.       Он хотел спросить конкретно одного миленького паренька, что делать с царапинками на душе.       Ральзей впервые после возвращения из кибер-мира правдиво улыбнулся. Мысль о фестивале на утесе по-настоящему его радовала.       Мерзкие ощущения после недавних событий он сложил как грязное белье куда-то в сторону в стопочку.       Он прислушался. Ни единого звука не доносилось до его чуткого слуха. Повисла тяжелая как смог тишина. Вздохнув, принц тьмы прикрыл глаза — и образ Криса тут как тут возник в его сознании.       А потом послышались тяжелые шаги.       Чьи они даже догадываться не нужно. Поступь и лязг железа говорили сами за себя. Тёмный обернулся.       — Крис, что ты тут делаешь?.. — принц произнес этот вопрос не шевеля губами — Ты пришел поговорить?..       Парень подошел к принцу вплотную, но тот твердо стоял на своем месте, показывая, что не напуган. Только вот, плечи у него смешно дрожали.       У Криса было мрачное выражение лица и сталь во взгляде. Он смотрел на Ральзея сверху-вниз, и понять, что человек думал, казалось невозможным. Словно он не давал такой возможности никому никогда. Но какая-то смущенная грусть была в уголках губ.       — Что делать, если тебе… Плохо?       Последнее слово было прошёптано. У тёмного пошли мурашки по всему телу. Будто ток вдарил по всей длине позвоночника.       — Это я должен тебя спросить, Крис. — грустно произнес он, потупив взгляд — Мне очень-очень плохо от твоих действий там…       Крис наклонил голову набок и саркастично вскинул бровь.       — Так ты меня не простил? — спросил он ехидно, оскалившись.       — Ты меня не так понял… — замешкался с ответом Ральзей, и всё же наконец оступился на шаг. Больше он этого давления не выдерживал. Человек же пошел на него, причем выражение его лица стало не к месту умиротворенным — Ты всё ещё мой друг, Крис, именно поэтому… — он всё отступал и отступал назад, как поверженный монарх, пока на него надвигался человек, чье всё существование стало одной большой угрозой — Я хочу разобраться в том что ты… — руки задрожали у обоих — Почему ты тогда распустил руки! Полез туда, куда не надо! К-касался тех мест, я!..       И вот спина уперлась в стену, а человек угрожающе навис над тёмным, не давая надежды на побег.       — Представляешь, я один такой человечек на весь город, странный к тому же. — пролепетал Крис надрывным голосом, широко распахнув глаза — А тут ещё встречаю такого хорошенького паренька, да вот только… Плохо, что я от него хочу большего, чем просто дружбу. — он медленно приблизил своё лицо к напуганному «хорошенькому пареньку» — Что-то не так со мной, с моей душой и с моими желаниями. Меня от меня же так тошнит. Я сорвался на тебя, дружок.       Повисла пауза.       Принц тьмы нахмурился.       — …Сделай одолжение и прекрати так себя вести. Извинись передо мной и возвращайся домой, где тебя любят.       Что толку от того, что тебя любят, когда ты знаешь так хорошо самого себя?       Крис отступил назад, освобождая тёмного от страшного плена.       — …Так что делать, Ральзей, чтобы не чувствовать боль?       Принц выдавил из себя улыбку, но искренне с добротой произнес:       — Создавать новые, приятные воспоминания. Крис, ради них я тебя давно простил.       Человек безумно улыбнулся. Слова тёмного были такими бестолковыми, что больше он не мог сдерживать лихорадочной любви в стеклянных, безжизненных глазах.       Казалась, будто не Крис схватил за шиворот принца, который нервно дернулся, но не смог вырваться. Казалось, будто не Крис с едкой улыбкой провел языком по выпирающему клычку Ральзея, отчего тот в растерянности и страхе застыл. Будто это всё совершил настоящий Крис, а не та болванка, которая угрюмо молчит и не показывает эмоции. Настоящий Крис в шаге от бездны отчаянья, а тот Крис, который попадает в странные приключения с новыми друзьями, всего лишь верхушка айсберга.       Ральзей мог сказать и про самого себя то же самое. Что настоящий он не так прекрасен и мил.       А потому он опустил руки вдоль тела и позволил человеку лобызать его лицо как тому угодно. Кусать, рвать мех и вызывать сносящую голову бурю боли.       Чувство омерзения с каждой секундой увеличивалось, как снежный ком, как ком, который подступает к горлу.       — Спасибо за совет…       Человек ушел молча. Принц спрятался во дворце и никому не хотел показываться.       — Крис, вот ты где! — Ториэль приветливо улыбнулась — А то мы со Сьюзи переживали, где же ты. На столе твой любимый пирог, присаживайся.       Крис улыбался.       — Чего довольный такой? — шепнула подруга вопрос, присев поближе и сама ухмыльнулась.       — Просто я наконец услышал дельный мне совет. — произнес человек и откусил кусочек пирога.

День был тогда отличный.