62. Сателлит

      Игорь ныряет в ближайшую арку и, встряхнувшись "по-собачьи", смотрит по сторонам. Наверное, он какой-то неправильный, раз, живя здесь, никак не может полюбить дожди и ощущение сырой одежды липнущей к телу. Льёт так, что ботинки сырые насквозь, а шарф превратился в тряпку. Опять обещали хорошую погоду, забыв отметить, что хорошая она не для людей. Но это всё-таки не так плохо, потому что дождь и раздражение позволили отвлечься от тревожности в связи с тем, что предстоит. Нет, не боится, это здоровый, трезвый взгляд на вещи и бояться - совершенно рациональное поведение сейчас. Если бы не боялся, не был бы так осторожен. Но всё-таки доля волнения от этого есть и неслабая. «В-преступления» рассматриваются, как особо тяжкие и досматриваются с пристрастием, поэтому они держат себя в руках. Причём успешно, так что даже Игорь сталкивается с таким делом впервые. Он даже не сказал никому, чтобы раскопать самому. Наверное вот из-за таких дел он и пошёл в полицию, хотя, самому себе в этом признаться духу пока ещё не хватило.       Весь день опять искал информацию, а когда посмотрел на часы понял, что уже поздно чем-то заниматься, но тянуть нельзя. Он должен разобраться с этим сегодня. Идиот, нужно было ещё вчера, а лучше позавчера, но его опять отвлекли и пару раз чуть не убили, потому что "Чё это ты тут вынюхиваешь" и "Больно рожа у тебя ментовская". Завтра второй восход – время, когда твари просыпаются. Нет, конечно, прошло уже слишком много лет и это всё осталось в веках, как "Хэллоуин", но один на миллион, решивший действовать не по совести, видимо, хочет возродить старую ветхую традицию. Традицию именно во время второго восхода находить и убивать людей. Такие иногда встречаются. Слишком редко, чтобы это стоило упоминать. Так же редко, как коренные шаманы или потомственные гейши. Вампиры, что охотятся на людей в ночь второго восхода. Убивают столько, чтобы крови хватило на целый месяц. Это Игорь и вынюхивал и пару раз чуть даже не попался, но его очень умные коллеги просто усмехнулись, глядя, как он в очередной раз копается в "детских страшилках".       А вынюхивает он потому что близ этой самой башни начали пропадать люди. Такие, пропажи которых никто, кроме Игоря бы и не заметил – бомжи, наркоманы и проститутки. Те самые, что, между прочим, для полиции – бесценные источники информации, готовые за бутылку или шаверму рассказать, что угодно. Конечно, никто даже дело не стал бы возбуждать – подумаешь бомжи пропадают? Август, холодно, может давно друг друга поубивали, а может съели.       Нет, не то, чтобы никто раскрываемость повысить не хочет, просто ведут себя иногда, как в детском саду. Над Димой, например, всё ещё подшучивают "Рыцарь холодильников", что же скажут о том, кто расследует мало того, что пропажу бездомных, так ещё и убийство оных вампиром? Но Игорю всё равно. Он искал целую неделю, потому что Разумовский личность очень и очень не медийная, даром, что основатель соцсети. Не появляется на выставках и встречах, не фотографируется и отправляет лишь своего секретаря, к которому Игорь даже подбираться не стал, потому что видно издалека – "секретарь" скрутит его так быстро, что он это почувствует неделю назад. Лучше этих двоих не шугать. Лучше действовать осторожнее.       Даже просто понять, что замешан Разумовский было слишком сложно. Он рассказал только Прокопенко и тот с Игоря сразу чуть шкуру не содрал. Надо было видеть, как он орёт, стараясь не орать, чтобы никто не заметил, что он орёт. Всё припомнил и холодильники, и отца, и неприятный казус полгода назад, когда Гром оттаскал за уши известного блогера. Сказал, что даже если раскроет дело, Игорь может не возвращаться в участок, потому что оскорбить сейчас такого, как Разумовский, тем более вампира, всё равно, что оскорбить Папу Римского и любая ошибка может стоить погон всему отделу. Но Игорь время не просто так тратил - перекопал столько информации, сколько никогда, наверное, не перекапывал. Даже наведался к паре бабок, которых считают безумными. Чего он только не наслушался и во всём этом обилии информации раскопать истину очень трудно. Кто-то говорит, что вампиры боятся чеснока; кто-то говорит, что боятся серебра; кто-то говорит, что кроме крови ничего не едят; кто-то говорит, что есть вегетарианцы; кто-то, что гипнотизируют; кто-то что не пахнут; в зеркалах не отражаются (можно бы подумать, что и камерой их не снять, потому и фото Разумовского нигде нет) и обращаются в летучих мышей, но последнее совершенно откровенная чушь, как и их трудные отношения с гравитацией. Кое-что известно точно - солнце на них действует, как на людей серная кислота и что способов их убить очень мало. И кое-что, что, как информацию, можно было бы продать очень дорого, потому что это из записей старой охотницы, но Игорь оставит это при себе.       Сателлит проступает на небе всё отчётливее и уже завтра, если Игорь не поторопится, снова начнут пропадать люди, поэтому он затягивает на шее шарф чуть потуже и воровато озирается по сторонам. Даже удивительно, что башня Vmeste не оцеплена по периметру охраной, но, может, владелец и не рассчитывает на то, что кто-то вдруг заметит и, тем более, станет расследовать пропажу этих людей.       Не желая рисковать, Игорь быстро огибает здание и легко справляется с замком пожарного входа. Это не трудно. Иногда, и в этот раз именно так, – как он узнал от правильных неправильных людей, сложная система безопасности на пожарных выходах не предусмотрена и открываются эти двери только изнутри. Правда, не для тех, кто как раз пару лет назад тренировался их открывать снаружи. А планы эвакуации для Игоря, считай, карта сокровищ, так что каких-то двадцать минут спустя, отдуваясь и восстанавливая дыханье, он уже поднимается на верхний этаж башни. Нет, надо бы заняться своим здоровьем. Вот уже и по лестнице не может пробежать пару десятков этажей.       В целом, располагать свой офис на самом верху это логично и должно быть очень круто, но и небезопасно, особенно если, как Разумовский, хочешь скрываться от людей. И солнца... Разумеется, в официальных источниках этого не скажут. Это "затрут" и спрячут. Об этом будут знать лишь те, кого считают безумными, слишком уж ценна эта информация, особенно если речь о таком человеке, как этот. Но Игорю эта "тайна" на один укус: Даниэль Разумовский - вампир и имя у него вымышленное. По понятным, конечно же, причинам. Разумнее для него, было бы разместить свой офис где-нибудь, где искать не станут, чтобы было время спрятаться, в случае облавы, но вот и он. Большое тёмное помещение со скульптурами и панорамным остеклением, которое сейчас снаружи щедро поливает дождём. Должно быть днём он здесь не работает. В интернете можно найти фотографии этого офиса и других на этажах здания, но они лишь для самых любопытных, потому что личность владельца - тайна покрытая мраком. Якобы человек так сильно беспокоится о своих деньгах, что предпочитает скрывать свою внешность. Даже в детском доме, где он числился, никто ничего "не знал" (читай: скрывал) и расколоть Игорю удалось только давно вышедшего на пенсию и спивающегося охранника. И то не на многое.       Он осматривается по сторонам и осторожно, чтобы не выдавало дыханье, ступает по полу. Хотя, если верить тому, что он слышал о вампирах, это бессмысленно и если чудовище здесь - услышит его в любом случае. Нужно всего пару улик и всё то, что накопал, чтобы было достаточно обвинить и привлечь его. И удержаться от попыток справиться с ним самостоятельно, потому что, скорее всего, он не справится, сколько бы ни тренировался в боксе. Ладно, в случае чего, с собой есть серебро – крестик кого-то из почившей родни. Намотан на запястье. Ещё хотел взять чеснок, но вот это уже полная чушь, как подумал уже перед выходом.       Он проходит чуть вперёд по тёмному прохладному помещению, как вдруг окликают откуда-то из темноты просторного офиса. Он даже вздрагивает - настолько привык к тишине внутри. — Эй! Здесь кто-то есть?       Игорь даже застывает на месте и тянется было за крестиком, но здравый смысл подсказывает, что тварь скорее всего схватила бы его внезапно, не дав времени одуматься, а не стала бы окликать. — Я здесь. Помогите мне, пожалуйста! – Снова доносится напуганный голос, так что Игорь, поразмыслив, движется в сторону звука и даже дыханье сдавливает от того, что предстаёт перед глазами.       Посреди помещения прочное офисное кресло, на котором сидит молодой мужчина, привязанный к нему цепями прямо как в каких-то дурных кино. Белая рубашка, длинные рыжие волосы, тонкая шея и каменное от страха выражение лица. А позади та самая репродукция Боттичелли, которую Игорь уже видел на фотографиях. Настоящее логово злодея, если подумать. Как в винтажных боевиках. Странно притягательный пейзаж: подёрнутый прохладным светом Сателлита длинный офис и на фоне огромного полотна, привязанный к креслу человек в белой рубашке. Похоже, хозяин здания любит красивые кадры. Может занимается живописью между убийствами, в качестве хобби?       Игорь замирает на пару секунд, чтобы полюбоваться и осторожно подходит к пленнику, будто к драгоценному экспонату искусства XIV века. Он напуган и на уголках губ следы от верёвки, которую ему, видимо, удалось ослабить и теперь она висит у него на шее. В целом, не удивительно, что его избрали жертвой, он даже соответствует романтике готических романов – этакий красавец в беде, вот только до сих пор пропадали только бродяги без паспортов, а этот явно не из их числа. — Чшш. - Игорь смотрит в голубые глаза и прикладывает к губам палец. - Тише. — Вы поможете мне? – Обеспокоенно переспрашивает пленник шёпотом и, крутнувшись показывает, что руки за спиной тоже связаны. — Где он? - Спрашивает Игорь и внимательно осматривается. Нехорошо. Он не ожидал найти здесь пленника. Разве охота начинается не со вторым восходом? — Я не знаю, он ушёл и оставил меня здесь. — Давно ушёл? – уточняет, внутренне чувствуя, будто жалобные нотки в голосе этого парня что-то оттаивают в душе. Бедняга, видимо попался под горячую руку и оказался здесь. Да, такие вот милашки с шелковистыми волосами и тонкими запястьями – самое то для того, чтобы млеть от страха в лапах страшного вампира на обложке бульварного романа. Ну и показушник этот Разумовский. — Минут десять назад. Вы успеете меня развязать, я думаю. – Говорит встревоженно и, переведя взгляд снова в его глаза, Игорь нащупывает в кармане перочинный нож, который носит с собой просто на всякий случай, и явно не для того, чтобы спасать пленников. Почему вообще Разумовский решил привести пленника именно в свой офис, если удобнее "забивать" их где-нибудь на нижних этажах. Ладно, не важно – свидетель это даже лучше. — Я освобожу вас, только осторожнее. – Бормочет Игорь и преклонив колено, быстро распиливает на руках верёвку. Невольно потягивает носом. От этого парня довольно приятно пахнет. Что-то похожее на имбирное печенье. Надо же - идеальная жертва усмехается Игорь внутренне. Будь он вампиром наверное тоже таких бы выбирал... Если прокусить бедренную артерию кровь будет идти лучше и умирать человек будет дольше. Раздвинуть его ноги и укусить, глядя, как жизнь покидает взгляд, подёрнутый пеленой похоти. - Задумывается и сразу будто стряхивает с себя эту мысль. - Чего придумал-то? На работе о всяких парнях и их бёдрах думать. — Из...извините, а мы с вами случайно не встречались? – Спрашивает дрожащим шёпотом парень, от чего Игорь неловко ухмыляется, перейдя к раскрыванию замка на цепи с помощью булавки и снова бросает краткий взгляд на лицо пленника. Не ожидал, что кто-то снова посмотрит на него с такой кроткой благодарностью, будто он и правда супергерой. — Может, в новостях видели, я в полиции работаю. - Ухмыляется Игорь украдкой. И не стал бы болтать, только почему-то разница между холодной и сырой улицей и этим тёплым помещением кожей ощущается так остро и эта неожиданно приятная компания имбирного пленника вдруг так размягчают. Да, пожалуй, совсем не плохо время от времени чувствовать себя спасителем, чтобы иногда, может быть, рассчитывать хотя бы на такой краткий, но воодушевляющий флирт со спасённым. — Ой... Полицейский... Вы пришли его ловить? – Переспрашивает с какими-то случайно восторженными нотками. – Из..вините, я наверное, как дурак себя веду, просто я очень испугался. — Всё хорошо, я понимаю. Вы теперь в безопасности. - Улыбается Игорь, наконец справившись с цепью. Да, даже неловко за себя. Не удержался. Слышит это «Полицейский» и хочется перед ним "поиграть мускулами".       Редко, но всё-таки удаётся встретить кого-то, для кого его работа кажется чем-то романтично-восхитительным. Один раз спасённая девушка его даже поцеловала, прямо как в кино. Правда, обычно эта работа не похожа на кино. Либо это что-то для камерных кинотеатров на закрытых показах для любителей арт-хауса. Кладмэны или их клиенты, на трипе кого-то убившие, сумасшедшие или мелкая шпана. Кажется даже есть такой жанр - ничего кроме чёрной бытовухи. Скучно. Не то, что вампир, решивший возродить Средневековье. — У меня ещё в-вот... – Будто стесняясь, говорит парень и выдвигает вперёд ноги, тоже стянутые цепью и пока Игорь возится с новым замком, всё ощущает макушкой его тёплый взгляд полный благодарности. Это его смущение придаёт ситуации какой-то нехарактерно пикантный оттенок. Что такого? Я же просто освобождаю его... Зачем при этом думать о том, как интересно коснулся пальцем его щиколотки?.. - Размышляет и смотрит на дешёвые белые кроссовки. Должно быть, IT-шник. — Что случилось? - Спрашивает Игорь, больше чтобы отвлечь себя от длинных ног, чем чтобы узнать. — Я просто шёл с работы. Я здесь неподалёку работаю. Вдруг кто-то схватил сзади и как будто задушил, но не до конца... - Говорит, внутренне проклиная себя за то, что никак не получается оторвать взгляда от мокрой футболки этого полицейского, облепившей пресс. — Ясно, удушающие захваты... Либо сам служил, либо научился у того, кто служил... — Вы знаете кто он такой? – Спрашивает и передаётся Игорю в пальцы тонкой дрожью из щиколоток, так что он невольно снова поднимает взгляд. Голубые глаза, рыжие волосы, тонкие запястья, которые он сейчас растирает после верёвки, чёрные брюки и под ними длинные ноги, кончающиеся сейчас у Игоря в руках. Какой-то неожиданно интимный момент. Неожиданно привлекательный свидетель. — Даниэль Разумовский. Я навёл кое-какие справки. Он вампир. — Что? О, Господи! – Вздыхает парень и снова смотрит на Игоря с благодарностью и ужасом. – Так он, получается, собирался меня... — Да, скорее всего, но теперь вы в безопасности. – Отвечает и наконец снимает цепь с его ног, а человек не спешит подниматься, так же, как Игорь, утонув в случайно долгом зрительном контакте. — Меня... Я.. – Пленник протягивает руку и неожиданно смущается. – Хотите сходим куда-нибудь?..       Игорь смотрит на него и совсем теряется в мыслях. Пожимает руку. Тёплая ладонь кажущаяся в его довольно маленькой. Так неожиданно и приятно среди всех этих ужасов жизни Питерской преступности встретить привлекательного парня, который приглашает куда-нибудь сходить. Даже не хочется отпускать его руку. — После того, как посажу Разумовского, - кивает Игорь и, поднявшись с колена, проходит в сторону второй двери из помещения. – Он может быть где-то здесь, а вы пока убегайте.       Он оборачивается самую малость, чтобы убедиться, что с пленником всё в порядке, как вдруг тело наливается сталью. Колени будто примагничивает к полу и каждая кость в теле становится весом в тонну. Глаза округляются, но ничего сказать он не может, потому что зубы внезапно крепко-крепко смыкаются, так что едва не крошатся прямо в дёснах. Парень смотрит в глаза и медленно шагает к нему, а на лице уже ни капли от того ужаса, что блестел в голубых хрусталиках каких-то пару минут назад. — Из полиции, значит. - Разливается карамельным голосом по телу, вдруг снова продрогшему и сырому от дождя и пота. – Легавый.       Улыбается теперь уже совсем не так ласково. Улыбается широко, обнажая зубы и на глазах Игоря его клыки вытягиваются на сантиметр превращаясь в острые орудия убийств. Гипноз... Он меня загипнотизировал... Подходит к Игорю, неспособному ни пошевелиться ни вскрикнуть, только стоять на коленях и смотреть перед собой. Надеяться лишь на то, что чудовище позволит ему дышать. — Олег был прав. Полиция... Удивительно, что только тебе, пришло в голову расследовать пропажу какого-то сброда... Как тебя зовут? - Спрашивает и приподнимет бровь. Лет двадцать назад маленький Гром на месте бы умер от этого жеста. — Н-ничего.. – Выдавливает Игорь, ощутив, как зубы разжались и челюстям вернулась подвижность. - Тебе не скажу. — Скажешь, скажешь. – Он подходит теперь вплотную и, осторожно проведя пальцами по голове, вдруг хватает за волосы. Резко оттягивает голову Игоря назад снова смотрит ему в глаза. Так близко, что видно текстуру голубых хрусталиков, которые будто начинают дрожать и выгорать по краям. Светлеют, насыщаются, загораются, будто пламенем крематориев. Распаляются, расширяются, обдают жаром лицо. Кузнечные угли, способные плавить металл и сейчас опаляющие на лице трёхдневную щетину. Засасывают в себя Игоря, его разум и тело, башню и весь город обымают пламенем. И больше не холодно. Всё теперь, что имеет значение это его взгляд и ужас. Хтонический, растущий будто из самих костей. Словно чудовище внутри тебя. Оно в твоих нервах и венах, оно в нейронных соединениях и чудовищем наполнена каждая клетка твоего тела. Всё, что ему нужно, он о тебе уже знает, поэтому остаётся только произнести, обжигаясь о пламя губами: — Игорь Гром. — Ой, как стр-р-рашно! Гром. Как всё серьёзно! – Он усмехается и отпускает его волосы, а Игорь продолжает сидеть в той же позе, пусто глядя на него, как мышь на лесной пожар. Нет, это не ужас. Это первородное и первопричинное знание. Будто маленькое соединение в его ДНК, отвечающее за служение этому существу. Как беременные крысы, способные растворить внутри себя плод, учуяв запах кошки, так и Игорь сейчас способен лишь делать то, что ему велено, чтобы чудовище не разорвало его изнутри. Неважно боится он или нет, отдаёт ли отчёт собственным действиям и понимает ли головой, что никакого чудовища внутри нет, его тело боится и дрожит перед его взглядом и клыками. — Расскажи-ка, Игорь Гром, майор полиции, 31 год, не женат, вторая положительная. Кто именно рассказал тебе о том, что я вампир? М-м? — Ничего не ск... — Игорь, не дурачься. – Он резко опускается на колени рядом, от чего Игорь едва подавляет в себе желание вскочить и убежать, и бежать и бежать, не глядя по сторонам, хоть в окно с пятидесятого этажа прыгнуть, лишь бы подальше от него. — Охранник Егор Дмитриевич. — Кто-кто? - Спрашивает чуть тише и вдруг наклоняется ближе, обдавая покрывшуюся мурашками кожу шеи прохладным дыханьем. От страха начинает тошнить. Кажется, он почти ощущает как это будет больно, холодно и быстро. Клыки вонзятся в него, как в яблоко и высосут до капли. — Охранник Егор Дмитриевич. – Повторяет, изо всех сил, борясь внутри себя с беспочвенным, безосновательным ужасом, лишь бы не выдать беззащитного старика, как вдруг чудовище невесомо, почти ласково проводит по его кадыку кончиком языка, так что Игорь хрипит через давление и слёзы, о которых даже не знает, потому что от естественной человеческой неспособности сопротивляться вампиру не замечает уже ничего: — Охранник... - Продолжает сопротивляться так, что в глазу лопается артерия и белок заливает кровью. Он не может соврать, не может не ответить, максимум, на что тело способно в попытках спасти невиновного - лишь повторять то, что из него уже выдавили. — Игорь... - чудовище прохладно втягивает носом его запах, после чего горячо выдыхает имя на кожу, так что Игорь больше не контролирует своей речи: — Бывший охранник "Радуги". — Ах, вот оно что. Ты и там побывал. Надо же, как нехорошо... Ведь они все подписывали документы о неразглашении личной информации. – Произносит и снова струится по шее языком, будто пробует Игоря на вкус, а рука его перемещается на колено и мягко поглаживает.       Сейчас Игорь умрёт. Ему страшно, от слёз сыро и беспомощно. Холодно и больно от стыда и вампирского давления. Он стоит на коленях с руками по швам и откинутой головой, и его ничто не удерживает, но пошевелить он не может даже глазами. В мыслях должны проноситься события из жизни и лица близких людей, но всё, о чём он может думать, так это невероятно эротичное ощущение ладони прямо на его ширинке и холод губ, прижимающихся к его шее, за которым почти не заметна боль крови, стремительно покидающей тело через шею, прокушенную зубами. Такая оскорбительно быстрая и приятная смерть.