Отпуск без билета обратно.

      Открывая глаза, Эмиль понимает, что лежит в постели, но уже не в той комнате, в которой проснулся в первый раз. Если фиолетовые цвета пестрили и заставляли проснуться окончательно, то тёмные оттенки будто успокаивали и заволакивали обратно в сон, потому что большая часть комнат у самого парня была именно в таком стиле. Иманов бы снова уснул, если бы не человек сидящий в том самом месте, где Эмиль совершенно точно принимался читать книгу.       Виднелся лишь силуэт, ведь, как понял парень, на улице уже было утро, и свет немного просачивался, не смотря на плотно задвинутые шторы. Единственное, что было хорошо заметно у присутствующего, так это ни одежда, и бледные руки мои лицо, ни тонкая линия губ, а глаза. Холодные, серые глаза, пронизывающие его насквозь. Это единственное, что выделялось из всего этого мрака, и казалось, что они светятся, только хорошего в этом нет, и нагоняет только испуг, что за ним пристально следят.       Невольно дернувшись под таким взглядом, Эмиль подскакивает и садится на кровать, облокотившись о подушку и спинку кровати позади него. Парень, сидящий в другом конце комнаты, также наблюдает за испугом в глазах напротив.       Неожиданно он встает и начинает медленно подходить к Иманову, нагоняя напряжение ещё больше из-за того, что за это время подкатывает чувство, что он идёт вечность. Затем встаёт у кровати и присваивается с левой стороны, заодно включая ночник, стоящий на тумбе у кровати.       Приглушенный свет, мягко озарил знакомые черты лица: темно-каштановые волосы, что также лежали в привычной для него укладке, аккуратный длинный нос и чуть пухлые губы, — будто человек и не менялся вовсе. Единственное, что кажется незнакомым, так это более выраженные скулы и крупное телосложение, которое он сразу заметил.       Иманов с облегчением вздыхает, увидя, а после и окончательно понимая, кто с ним сидит, но только его сейчас напрягает этот холодный взгляд направленный на него.       — Что ты забыл в моей комнате? — ровным голосом спрашивает мужчина.       — Всего лишь одежду взять, — пожимая плечами отвечает Эмиль, — Ну а что? Я не виноват, вся одежда в шкафу женская, так что не надо на меня так смотреть, — продолжает парень, замечая небольшую растерянность в глазах собеседника.       Эмиль молча следит за движениями и эмоциями Димы, хоть и ничего не получает от того, но он хотя-бы пытался.       — Иманов, это твоя одежда, не пудри мне мозги, — зло цедит сквозь зубы Масленников.       — Чё это? Никогда в жизни такое не носил, — в недоумении говорит Эмиль, немного испуганно кидая взгляд на друга (?), потому что никогда не помнил, чтобы он так зло обращался к нему без причины, — и вообще, давай заканчивай свой пранк, и поехали в аэропорт, надо Алию забрать.       Дмитрий усмехается, понимая, что был прав. Он встает с кровати и кидает презрительный взгляд на Иманова, направляясь к выходу из комнаты, и перед тем, как дверь захлопнулась, Эмиль услышал:       — Тебе принесут документы, подпиши их и свободен на все 4 стороны, омега.       Эмиль думает, что эти двое какие-то странные, да и прикол над ним совсем затянулся. Никогда в жизни парень не слышал о каких-то омега, и называют этим не в первый раз. Что вообще сейчас происходит?       Отбросив мысли об этом, он поднимается с кровати и заправляет ее, зная, что Дима любит порядок, особенно в своём личном пространстве, то бишь в комнате. Направляясь обратно по коридору, все же теряется, потому что это нереально пройти по помещению, в котором все двери и коридоры одинаковые, а различить их можно только открыв и проверив каждую, и то не факт.       Плутая по одинаковым коридорам, уходящим куда-то в разные стороны и пару раз натыкаясь на тупики, Эмиль все-таки находит лестницу и уже начинает радоваться спускаясь вниз, пока не слышит разговоры. По голосу было понятно, что это Сударь и Дима, которые обсуждали явно Иманова.       Не желая подслушивать, да и в принципе не желая знать о себе что-то из сплетен, просто спускается вниз в огромную гостиную совмещенную с холлом, где наткнулся на друзей, сидящих на большом диване посреди помещения. Один смотрит на него так зло, что даже не скрывает своего раздражения, а второй грустно улыбается, рассматривая парня.       — Миль ты проснулся, не хочешь позавтракать? — спрашивает Никита.       — Не-а, — быстро отвечает Иманов, — Дима сказал, что мы поедем домой. Ну он не сказал, но я надеюсь ты это и имел в виду, да? — спрашивает у Масленникова парень, получая в ответ лишь презрительный взгляд, — Ребят, ваш пранк удался, молодцы, можно мы уже поедем в офис, а? Я даже помогу вам снять видео, честно. Меня напрягает взгляд Димы, прекрати, а. — тихо говорил он, смотря то на одного, то на другого.       Старший лишь кидает на стоящий перед диваном столик документы, все также высокомерно и зло смотря на парнишку. А затем за документами летит и ручка, со словами:       — Подписывай.       Последний раз, когда Эмиль ослушался Диму в таком настроение, не закончился ничем хорошим, и общение прервалась на несколько недель, от слова совсем. Дима перестал обращать на Эмиля какое-либо внимание, не давал никакие поручения или дела, а разговаривал лишь через друзей. Поэтому сейчас тоже спорить не стал, вспоминая эту ситуацию и просто взял и подписал то, что было на столе.       Только после этого действия Дима мрачнеет ещё больше, и забирая эти бумаги, просто скрываясь из виду и оставляя удивлённого Эмиля и грустного Сударя наедине.       — Сколько с тобой дружу, а так жёстко накосячил ты первый раз, — устало вздыхает Никита, вставая с места, и беря парня под руку, — пойдём, горе ты моё луковое.       Эмиль не задаёт какие-либо вопросы и молча идет за ним, а старший не издает и звука.       Какие все странные.       Ребята выходят из дома, хотя скорее это следует назвать особняком, направляясь к воротам, где их уже ждёт такси. Сударь не проронил ни слова, а Эмиль понимает, что Никита неспроста молчит, но все равно ничего не говорит.       Как только они выходят с территории, ворота автоматически закрываются, и едва они услышали этот резкий звук за их спинами, Эмиль невольно поворачивается, заметив на себе взгляд, стоящего по ту сторону ворот, Димы. Тот не стал делать каких-либо движений, кинув на последок:       — Чтобы я вас больше не видел.       Эмиль нихрена не понимает из всего сказанного Масленниковым, и хотел было уже ответить, но Сударь его опередил.       — Ты пожалеешь об этом решении.       Дальше никаких диалогов не следует, и Никита просто усаживает друга в машину, залезая следом за ним, а потом приказывает водителю ехать по сказанному им адресу. Как только он разобрался с водителем, то замолчал, не издавая и звука.        День для него и в правду оказался довольно тяжёлым, — думает Иманов и замечая усталый взгляд и то, как мужчина потирает виски, поэтому не стал просто так тревожить друга, давая ему время перевести дух. Только вот Сударь явно не хотел тратить много времени и сразу после пары минут обращается к Иманов.       — Эмиль, что за дичь ты вытворяешь?       — Ты о чем? Если честно, я вообще нихрена не понимаю.       Сударь замолчал.       — Кто такой Дима Масленников? — задаёт странный вопрос он.       — Знаменитый видеоблогер с 15 миллионов подписчиков, снимающий Гост и лайфхаки. Ну ещё иногда проводящий челленджи, — не задумываясь ответил Эмиль.       — А омеги и альфы?       Парень задумался над этим, ведь слова знакомые, но он понятия не имеет, что они значат.       — А, вспомнил! — восклицает Иманов, — это извращение на фикбуке, которое пишут дети.       Никита ничего не отвечает и замолкает на пару минут. Он не знает, что сказать сидящему рядом человеку, ведь этот незнакомый для него. Друг, которого он знал, был временами с острым языком и немного высокомерным, но не проявляющий эту часть себя без причины, показывая себя милым и пушистым. Он знает идущего по чужим головам омегу, что для своего счастья не знает никаких запретов, и готовых ради этого даже убить. Он знает того, кто совершенно с равнодушным взглядом смотрит на всех, кроме близкого друга, которого знает с начальной школы, но не того, кто находиться здесь.       Тут сидит открытый, как книга мальчишка, излучающий свет и радость. На столько нежный и жизнерадостный, что кажется совсем святым и наивным. Он похож на одуванчик, которых может развеселить и взрослого, и ребенка, смотрящий своими большими шоколадным глазами излучающие добро и беспокойство.       — Кто ты такой? — в итоге спрашивает Сударь.       Эмиль не понимает этот вопрос, и на время тушуется, не зная, что ответить другу.       — Я — Иманов Эмиль Вюсалович, из города Иваново, приехавший в Москву, а после и вошедший в команду Димы.       Сударь не знает, что сказать, а Эмиль не в курсе что ответить. Неловкое и отстраненное молчание висело в машине всю дорогу, не решаясь разбить эту тишину даже банальным радио. Атмосфера была будто мертвая, сопровождая парней в течение всего времени.