Отпуск без билета обратно.

      После первого рабочего дня у парней — было и осталось — прекрасное настроение, причём у всех троих. Сударю в кои-то веке не было скучно на работе, хоть периодически и мешали разговорами, на которые он не мог не ответить, из-за чего зачастую ошибался с заказами. Эмиль и Артём на столько сдружились, что если бы не смена работе, просто ходили бы друг за другом, рассказывая всякие мелочи, и постоянно подшучивали над альфой, что глаз с них не спускал.       Ребята провели день просто превосходно, а после еще и прогулялись по городу, зайдя в пару магазинчиков и прикупив разных мелочей, по типу колец и цепочек, которые им были «критически необходимы». Следом они проводили Чернеца до дома, ведь, как выразился старший: «Омеге не положено ходить по тёмным улицам поздно ночью», — и не важно, что время только 8 вечера и сейчас август.       По окончанию прогулки Иманов сразу понял, что к чему. Никита не спускал со студента своего взгляда, пока они гуляют и идут до дома парня, а как только Артём скрывается из виду, тот ещё какое-то время пялится в одну точку, а уже идя обратно в сторону дома, Никита не сказал Эмилю ни одного слова в течение 15 минут, пока младший сам не начал разговор.       — Он тебе понравился? — невинно спрашивает он.       Сударь переводит на него задумчивый, но такой довольный взгляд с дурацкой улыбкой, и только после пары секунд понимает значение заданного вопроса.       — Нет, Милька, — отвечает Сударь, поднимая взгляд к небу, — он мой истинный.       Так, я в итоге тупой или нет? — думает Иманов, потому что из коротенького предложения не понял ровным счётом ничего, а вслух произносит: — Ис. ис… кто?       Никита поворачивается к нему, глядя своим влюблённым взглядом в глаза Эмилю, и понимает, что не объяснил пацану про истинность.       — Ну, — пытается начать альфа, — в мире есть пара, которая идеально подходит друг другу. Они заполняют недостатки в паре, будто инь и янь. Альфа и омега, что могут прожить в мире и согласии всю жизнь. Так вот проблема этой истинности в том, что пара может находиться в другом городе или даже на другом конце света, поэтому свою вторую половинку найти очень сложно. В принципе, можно прожить и без истинного, но если ты встретишь его, то вряд-ли уйдешь. Вообще, мало кто отказывается от истинного, но это уже дело каждого.       Эмиль внимательно слушает эту огромную триаду друга, который рассказывает очень даже романтично, кивая почти каждому слову, только вот он понял то, что где-то в этом мире у него есть ахуенный соул. Вот вроде человек распинается, рассказывая всё в красках и достаточно подробно, а такие, как Иманов, нихера не понимают и в итоге делают свои выводы противоречащие истине.       Парень несколько минут переваривает сказанное другом, обдумывая каждую мелочь, только всё также приходит одному и тому-же выводу, то есть к своему. Нет ну как ещё что-то такое понять, если в своем мире вообще отдельная история. Не то чтобы он прям совсем не понял, но все здесь кажется совсем другим, из-за чего мозг не хочет совмещать две реальности. У себя в родном мире парень четко знает, что есть девушки и парни, которые могут создавать семью с кем угодно, не выделяя какого-то конкретного человека, а тем более не ждущего его совсем с другого континента. Они просто любят живущего с ним человека. А еще есть соулмейт, или, как называют более старшее поколение, родственная душа, которая понимает с полу-слова. Это название дали самым близким друзьям, лишь делая небольшое обозначение важности у него в жизни, давая понять, что он ценит этого человека, а тут какие-то истинные, которые похожи на соулмейтов, но сильно отличаются. Ужас.        Копаясь в своих мыслях, омега не понимает, как выходит ближе к трассе и совсем не замечает едущую прямо на него машину, будто Эмиль вывалился из реальности и выполняет движения на автомате. Сударь тоже не сильно обращал внимание на него, всё также представляя, как это маленькое чудо — Артем — будет сидеть рядом с ним, нежась в объятьях изредка притягивая его для поцелуя.       Миль выходит не совсем на середину, но проезжающая мимо машина, которая его ещё и объехала, подав громкий гудок, всё равно его напугала на столько, что тот впал в ступор, думая, что и этот раз познает перемещение в другой мир, молясь лишь бы это было не в средневековье.       — Эмиль, ёбаный в рот, — материться Сударь понимая, что и в этот раз парень накосячил сам, а не водитель пьян.       Тот и не пытался что-то ответить, а лишь продолжает пялиться в одну точку, всё также думая о своём, будто ничего не произошло. После он резко поворачивается к Сударю, здорово его напугав, и спрашивает:       — У меня тоже будет истинный?       Альфа сначала не понимает вопроса омеги, думая, что у него просто шок, но в итоге осознаёт, что ему тоже хочется надеяться на то, что у него будет самый родной в его жизни человек, который не смотря ни на что начнёт любить его больше всего на свете, после чего Никита просто начинает улыбаться, сгребая Эмиля в крепкие объятия.       — Будет, — шепчет Сударь, не отпуская омегу, на что тот обнимает в ответ, — у тебя будет самый лучший истинный, я обещаю.       

✧ ✧ ✧

      — Господин, куда направляемся?       — Едем домой, я устал за сегодня, — отвечает Дима, скучающе глядя в окно.       Будто есть выбор ехать куда-то еще.       Он опять витает в облаках, а после работы, где он ни о чём кроме документов не думал, эти мысли сами собой въедаются в мозги. Он мечтает о посиделках в спальне за просмотрами какого-нибудь фильма. Мечтает об утре, где омега лежит под ухом и сладко сопит, а после разбудить этого маленького комочка поцелуем. Мечтает о совместных обедах. Мечтает о детях, что будут бегать по дому, крича самые обычные, греющие душу, фразы. Он мечтает… об обычной счастливой жизни.       Масленников, даже, когда женился на Иманове, мечтал о заботе и нежности со стороны омеги, а в голове всплывают фантазии перед свадьбой, где омега ранним утром целует в щеку пожелав доброго утра, как он уходит в офис, а Эмиль его провожает, о том, как оба стоят на кухне пытаясь что-то приготовить. Он просто не мог подумать о том, что такой комочек нежности сможет сделать что-то отвратительно, ведь на вид парень был создан из ласки и добра. Он думал, что желания этих людей совпадают, но как говориться, внешность бывает обманчива, ведь Эмиль — как и обычный человек — оказался меркантильной тварью. В итоге, парень, похожий на ангела, просто растоптал последнее доверие к омегам. Так почему его снова тянет этому чуду? Почему именно это ходячее бедствие, что разбило сердце на миллионы осколков?       Из мыслей мужчину вырывает резкий поворот и гудок машины, что так сильно звенит в ушах.       — Что произошло? — спрашивает альфа.       — Парень на дороге, — незамедлительно отвечает подчиненный.       — Останови, — приказывает водителю Масленников.       Он не понимает, зачем сказал это, просто почувствовал, что так надо. Его язык сказал фразу раньше, чем успел подумать, да и тело двигается само, ведь после этого он понимает, что уже стоит на улице глядя на стоящую парочку. За него говорил альфа внутри, пока сам Дима был на периферии сознания, и понимает это только, когда видит всю ситуацию со стороны.       Масленников видит стоящего к нему лицом Эмиля, с таким наивным выражением лица, говоря что-то Сударю.       Почему это именно они?       Эти две фигуры бизнесмен выучил наизусть, хоть и понимает, что в данный момент Иманов выглядит совсем другим: более усталым и худым, даже в такой мешковатой одежде это очень хорошо заметно. Он наблюдает за их действиями, пока Сударь не притягивает парня к себе для объятий, после чего омега обвивает друга своими руками и улыбается.       Он никогда мне не улыбался… Даже так…       Дима поворачивается к машине и раздражённо шагает в её сторону, понимая, что ему всё это время врали прямо в лицо. Он участвовал в этом спектакле, играя не самую последнюю роль.       «Вернись к нему.»             «Ты всё не так понял.»       «Он тебе нужен, не оставляй его.»       Внутренний альфа всё также разрывался от тоски, пытаясь заставать вернуться за этим милым жестоким мальчишкой, обнять, не смотря на его причуды и косяки, забрать с собой и никуда не отпускать, чтобы ни одна живая душа не видела его омегу и не смотрела так, как он смотрит на него. Не хочет видеть рядом с ним никого кроме себя.       «Забери его, он твой.»       Заткнись, ни ты, ни я ему не нужны, — мысленно пытается заглушить своего альфу Масленников.       «Это ложь.»       — Нет, это горькая правда… — уже вслух произносит Дима, после чего альфа обиженно замолкает, а мужчина всё-таки садиться в машину и уезжает с этого проклятого места, адрес которого запишет в черный список.