thiam lol

      Когда Лиам вытаскивает Тео из ада, тот выглядит иначе: больше нет самодовольного оскала, в глазах только страх и слепая ненависть ко всему вокруг. Рейкен притихает, понимая, что происходит, и Лиам чувствует, как он косится на него всю дорогу до дома Скотта.       Данбар крепче сжимает Рубин в своих руках. — Если Тео что-нибудь выкинет, сразу отправим его назад, — уверенно говорит Хейден, даже не оборачиваясь на самого Рейкена. — Ну, а пока... — Он вернётся сейчас! — перебивает её Скотт, проговаривая каждое слово по слогам. — Только вот меч у Лиама... — хрипло подаёт голос Тео, нерешительно приподнимая руку, будто спрашивая разрешения. — Заткнись! — рявкает вся стая.       Нос химеры разбит и по-прежнему не зажил, кровь растекается по губам, и Лиам видит, что глаза Рейкена блестят, наполняясь слезами.       «Это манипуляция», — убеждает себя Данбар, возвращая всё своё внимание к альфе. Лиаму плевать на то, что там чувствует Тео, он будет использовать химеру точно так же, как и тот когда-то использовал его. Рейкен не заслужил его сочувствия.

***

— Скотт был прав, — шипит Лиам, с отвращением глядя на химеру, — я ошибся.       Тео не смеет двинуться с места, не дышит, и зелёные глаза вновь блестят от слёз. — Я отправлю тебя обратно, — выплёвывает оборотень, крепче сжимая зубы.       Лиам не хочет верить его слезам, хоть и чувствует в воздухе даже не страх — животный ужас, который химера тщетно пытается скрыть.       Рейкен не говорит ни слова, рвано вздыхает, поджимая губы, и отводит взгляд в сторону. Данбар видит, как он сжимает руки в кулаки, напрягает плечи, и ему самому так мерзко от того, что он чувствует: Тео выглядит беззащитным, и Лиам всего на секунду жалеет о том, что сказал, но не понимает почему.

***

      Холодная жалость, которую оборотень испытывал по отношению к Рейкену, постепенно становится сочувствием, и Лиам разрешает себе его проявить, стараясь не задевать тему заточения в темнице Рубина, больше не попрекая Тео тем, что тот был убийцей.       Рейкен изменился — это бесспорно; он спас Лиама не один раз и без слов просил взамен лишь доверие. И он его заслужил, он доказал, что ему не плевать, забрав боль Гейба. — Куда ты теперь? — тихо спрашивает Данбар, оперевшись на капот чужого пикапа, где он дожидался Тео после битвы в больнице.       Рейкен задержался: скрылся в коридорах, бросив напоследок, что должен вытащить пули. Лиам не успел за ним, но должен был что-то сказать, потому что Тео поймал пули вместо него. — Куда-нибудь подальше, — хмурится Тео, сжимая и разжимая ладони, ещё чувствуя чужую боль в своих венах. — Как ты забрал боль у Гейба? — Данбар с места не двигается, прячет руки в карманы, коротко морщась от ночной прохлады. — Какая разница... — сипло отзывается химера, косится на дверь своего пикапа, которую загородил подросток.       Тео отчаянно хочет сбежать, и Лиам не понимает почему, ведь Рейкен так рвался заслужить доверие Скотта, может, даже попасть в стаю, а теперь бежит. — Большая, — перебивает его Данбар. — Почему ты вообще решил забрать его боль? — с нажимом спрашивает Лиам.       Химера упрямо молчит, хмурится. — Он похож на тебя, — оборотень говорит сам, видя, что Тео не решается даже рот открыть. — Ты сделал это, потому что тоже бы хотел, чтобы кто-то забрал твою боль тогда. — Может быть ты просто позволишь мне уйти, как вы все и хотели? — Рейкен скрипит зубами, прожигая его взглядом. — Сам же говорил, что мы можем испытывать лишь одну эмоцию за раз, — усмехается оборотень, делает шаг навстречу, а Тео не шевелится. — И сейчас ты злишься, потому что напуган.       Химера внимательно следит за тем, как Лиам тянется к нему, и не отстраняется, когда он касается его руки, сжимая в своей. — Эмоциональная боль, — объясняет оборотень, когда по его запястьям бегут чёрные паутинки вен, — её мы тоже можем забрать.       У Тео вырывает расслабленный выдох, он смотрит на Лиама и не может поверить, что тот действительно это делает. По телу растекается облегчение, приятно лёгкое и желанное, тёплое. — Спасибо, — Рейкен слабо хмурится, поднимая взгляд к голубым глазам. — Пожалуйста, — Лиам лишь приподнимает уголки губ, но Тео этого достаточно, чтобы почувствовать, что на него больше не злятся, что его простили. — До завтра, да? — он отпускает руку химеры, чувствуя лёгкую неловкость. — Да, — заторможенно кивает Рейкен.       Он стоит на месте, наблюдая за тем, как уходит Лиам; в груди больше не болит. Тео судорожно проводит тыльной стороной ладони по щекам, стирая слёзы и пытаясь подавить облегчённую улыбку: он впервые плачет не от боли.