Слишком 𝓼𝓵𝓲𝓼𝓱𝓴𝓸𝓶

— Малыш, ну покажи, — Феликс насупив нос лишь коленкой со стороны в сторону качает, чтобы скинуть настойчивую ладонь Хвана с ноги. Хёнджин же сдержит себя чтобы руками к голове Феликса не потянуться и не стянуть капюшон кофты и шапку под тканью не стянуть, ведь младший под капельницей лежит, а лишний раз рукой шевелить в попытке убрать любопытные руки старшего от головы не стоит. — Коротких волос что-ли никогда не видел? — Парень кутается в большую для него кофту и вновь смотрит на блестящие глаза перед ним. Ёнбок впервые ждёт когда время посещения закончиться, ведь не смотря на то что он сам принял решение лишиться маллета и походить достаточно с короткой причёской в его жизни, показываться в таком виде перед парнем, не горит желанием. Спустя какое-то время сменить внешний вид показалось решением сделанное на эмоциях. — Покажи, — Хёнджин видел младшего в последний раз когда Феликс только-только лёг в больницу, уже тогда корни прилично отрасли. Конопатый иногда неприлично долго смотрел в зеркало перебирая волосы пальцами. Осветление шевелюры же было делом домашним, сходить в салон на его мизерную зарплату бухгалтера в каком-то захудалом продуктовом которой в притык на бытовые растраты хватало — не было возможности. Легче осветитель купить. Конечно когда волосы обламывались или выпадали Енбок каждый раз твердил что сэкономит и сходит к мастеру и так из месяца в месяц. А в больнице заняться нечем, зеркало прямо напротив палаты, сиди и рассматривай себя. Тогда Хенджин фотографию с блондинистыми локонами в совке получил, в кадр коленки Феликса попали на которых так же волосы лежали. Не трудно догадаться чьи это волосы веником собирали. Молоденькая медсестра только осветлённую длину состригала, была бы какая-нибудь постарше, без заморочек просто бы сбрила. Конопатый на себя бы в зеркало не смотрел, что там говорить про любопытного Хёнджина, а так с условием того что на голове хотя бы сантиметров пять точно есть, на едине с собой шапку можно было снимать.

«Австралийское солнышко» в сети

Открыть фотографию. — У меня бессонница..из-за этого так поздно. — Я короче по новой решил…ну ты понял. 03:11 — Теперь у меня будет густой хвостик, как у тебя¿ — Позвони как проснешься.^^ 03:12 Хван тогда находился в командировке по повышению квалификации, так у старшего сон пропал когда на телефон пять смс подряд в три часа ночи пришло, а когда фотографию увидел то совсем проснулся. — У меня голова грязная, — Старший лишь недовольно закатывает глаза и встаёт со стула чтобы медсестре сообщить что в капельнице больше нет глюкозы. Феликс решил, раз он взялся за своё здоровье, почему бы не не взяться за проблему которая беспокоила его возле зеркала.

***

— Моя ты сладость, — Конопатый довольно расплываясь в улыбке, пережёвывает пасту которую старший сварил перед его приходом. Хенджин рад что Феликс ест, что Феликс в последнее время говорит что он голоден и не может ли он на скорую руку что-нибудь сварганить на его кухне, что Феликс больше не отворачивает голову в сторону, когда Хенджина может неожиданно придти с кухни в зал и плюхнуться рядом на диван с тарелкой еды, тыкая ложкой с супом перед носом со словами «Время кушать». — Ты же знал что ты умничка? — И Хван отставляя пустую тарелку на журнальный столик сначала по-детски тыкается губами в чужие, а потом игриво чмокает. Казалось что после всех диетологов, терапевтов, психиатров и психологов Феликс будет поддерживать свой рацион. Как же Хёнджин ошибался когда вновь начал задерживаться в детской поликлинике до поздна, где нарабатывал свой опыт после двухмесячной давности выпускного в институте. — Малыш хочет чтобы папочка его покормил, — Хван слышит ласковый голос с трубки и лишь облокачивается о спинку стула, в попытке расслабить напряженные мышцы спины. Обеденный перерыв. Хёнджин хочет пригласить младшего, но понимает что под вечер будет выжат насухо как физически, морально и эмоционально. Самому бы как-нибудь в рот первое попавшее закинуть, и до кровати доползти. — Папочка зарабатывает денежку, на выходных я обязательно тебя покормлю, — Расстроенный выдох и в ответ «Хорошо, папочка, я буду ждать».

***

Чёлка настойчиво падает на глаза, а Феликс цепляется за перила. Снова так плохо. Конопатому страшно сейчас на ступеньку оступиться, знает что голову расшибёт если по лестничной площадке подъезда полетит. — Здравствуйте, — Перед ним то ли мальчик, то ли парень стоит. Со стороны видно что что-то не так с твоим соседом, когда он дрожит, вцепившись перила. Только вот и бегает испуганными глазами, словно оставшиеся пять ступеней считает и дышит часто будто перед ним обрыв. — Давайте я помогу, — Феликсу руку тянут, только конопатый оступается, успевай ловить. Потом снова белый свет в глаза, палата и знакомая медсестра которая рядом крутиться «Три месяца прошло, и ты снова здесь», а к горлу желчь так и подступает, у него уже в печёнках этот запах медикаментов стоит. Не поднимая глаз, парень видит катетер, а к руке жидкость по прозрачной трубке идёт. Глюкоза. В больнице тихо до того момента пока не слышно как к его палате по коридору шаги тянуться. Хёнджина медсестра только и успевает поймать — Сейчас капельница, витамины, а потом домой возобновлять рацион. — Феликс прищуром наблюдает как на него старший взгляд кидает, а на нём рубашка мятая, расстёгнутая на две пуговицы и джинсы черные, так до работы не дошёл в свой захудалый магазин, только по всей видимости его с работы выдернули звонком из больницы. В медицинской карте давно зачёркнут номер бабушки, теперь сверху номер Хёнджина написан в случае кого оповещать при попадании в больницу. — Почему ты опять не ешь? Ты же на поправку пошёл, я же не могу из-за тебя вечно выходные и прогулы брать за свой счёт. Не всё же вокруг тебя крутиться, ты хотя бы совесть имеешь? Мы столько денег на этих врачей, таблетки потратили. Только слушай их рекомендации и ешь в нужный час. Ты эгоист, слышишь? А еще ты легкомысленный идиот. — Голос старшего похож на крик, но он не кричит. Говорит серьёзно, без доли ласки — ругает. Конопатый лишь зажмурено сидит, пока Хёнджин на его ноги кроссовки натягивает. Хвану нужно какое-то время чтобы отпустить гнев и простить по его мнению человека который провинился. Феликс отнекивался когда брюнет затащил его к себе домой жить, со словами что пусть его не будет целый день дома, но с приходом он будет кормить — мало не покажется. Хёнджину понадобилась неделя чтобы его гнев пропал до конца, Феликсу тоже хватило этого времени чтобы решить для себя важный вопрос. — Хён, — Тихо зовёт Феликс, убирая длинные волосы старшего с лица открывая вид на зажмуренные глаза, которые избегали солнечного света который лучами упал на их кровать. — М? — Хван приоткрывает глаза и видит напротив такого же лохматого младшего у которого чёлка умилительно падает на лоб. — Давай расстанемся?