Где мой чай?

Хорнет опасливым взглядом смотрит на женщину перед собой. С таким молодым лицом она выглядит, как девушка, однако у нее... Слишком взрослое тело для возраста подростка. Не то, чтобы она сама соответствовала возрасту. Черт, блять, Хорнет пролежала в заморозке хер пойми сколько и потенциально была старше этого нового мира. — Да так и есть, — говорит логика в ее голове. Месяц назад она очнулась не пойми где и не пойми в чем. Хорнет чудом выбралась из какой-то заброшенной лаборатории, работающей вовсе не исправно, и поняла, что вчера видела тусклые жухлые кусты разве что изредка, а тут лозы на каждой стене. Все полуразрушенное, и угловатые закорючки на мониторах, работающих от аварийного питания, совсем не понятны ей. Потом она задумалась, что вообще здесь делает. Относительно недавно она занималась своими делами, и — все. Целое ничего. Пустота между воспоминаниями, и то: Хорнет понимает, что эта пустота есть, потому что обрывочные воспоминания совсем не вяжутся между собой. Нет, серьезно. Час назад она пила чай, а через другой час уже выдергивала из себя провода, отключаясь от визжащей системы и рискуя заработать серьезные травмы. Хорнет тогда нашла рядом роботов. Буквально, какое-то поселение, и все они воспроизводили скрипящие звуки с помехами и отображали на своих экранах вместо лиц те самые иероглифы. — Ага, это язык, — догадливость в то время помогла не тратить время зря и Хорнет умудрилась примитивно общаться с андроидами с помощью жестов. Очень примитивно. Ее сначала чуть вообще не прибили. Посчитали за мутанта — это она потом поняла. Таких, как она, уже почти не было. Перед Хорнет жилец нового мира. Этот жилец — киборг, а перед киборгом — попытка сохранить частичку давно умершей эпохи. Задохнувшейся. Но попытка удачная, пускай и пошла точно где-то не так. Хорнет действительно необычна в это время. У нее шерсть вместо металла, вытянутая морда и тело, словно эволюция выбрала не обезьяну, а кошачьих. В ее мире некоторые животные действительно смогли настолько сильно развиться. Хотя было кое-что одно общее. Между ними, стоящими друг перед другом. И этот киборг, и эта кошка — были искусственными. Хорнет вообще гибрид. У нее окрас на половину окрашен в теплый оранжевый. Обычные животные давно вымерли из-за нехватки воздуха и тяжёлых токсичных новых элементов. У Хорнет вообще много вопросов, и даже нет смысла их произносить. — Это Ия, — говорят сбоку. Внешне — обычный человек, только темные линии выдают в существе сапиенса с имплантами. У него она взяла задание, — если добровольно-принудительное участие во всем этом дерьме можно так назвать, — только Хорнет не думала, что ей дадут кого-то в напарники. Как его... О, Томас, точно. Томас сказал, что Хорнет без путеводителя не разобраться в каких-то там руинах, потому что туда вообще никто не ходит и карт не составлено. Хорнет думает, так пускай бы Ия все сама и сделала, раз знает руины как свои пять пальцев. Все это вообще выглядит подозрительно, но Хорнет может за себя постоять. Или как минимум оперативно съебаться. — Ия означает «фиалка», — странно откликается киборг. Приятный голос, мелодичный, тихий и ровный. У нее глаза и правда фиолетовые. Насыщенный такой цвет, глубокий — из всей гаммы черно-красно-белого выделяется, как солнце на небе. Хотя партнёрша сама по себе... Выглядит очень контрастно, и при этом как-то ещё и гармонично. В каком-то своем кибер-стиле. Хорнет вот предпочитает менее приметную раскраску, несмотря на то, что сама состоит из почти противоположных цветов. Хорнет присматривается к Ие получше, потому что её смущает челка, за которой полускрыт правый глаз, но такого же фиолетового цвета не видит. Снова красный. — Она у нас универсальная боевая единица, — начинает рассказывать Томас. — Но вступает в бой только при необходимости и предпочитает занимать роль снайпера. Не думаю, что в такой дыре, как руины, ей придется это делать. Хорнет думает о том, что Ие вообще ничего не придется делать, но благоразумно молчит. На самом деле, довольно опасно направо и налево хвастаться своей силой, а то ещё примут не за технологии и утащат куда-нибудь. Извольте — проще от этого робота свалить прежде, чем придется драться. Пускай за нее дерутся, а она и будет делать вид, которым ее и видят: беспомощная и хрупкая девушка, которая не может и пистолета удержать. Бластеры она впервые видит. И вместо патрон у них какая-то батарея, но работает куда проще. Привычный огнестрел не то, чтобы сложным был в управлении, Хорнет вообще многого навидалась. Хорнет пожимает плечами. Ей без разницы — Томасу надо ее сопроводить, вот он и дал аж целого киборга в прямое распоряжение. Только это и настораживает — какого хуя ее сопровождает эта машина смерти? Тут эту Ию в бою видеть не надо, чтобы понять, что она не просто какой-то там профессиональный боец. Это прямым текстом сказали. Нет, не прямо, конечно, но подумаешь: всего-то киборг, который может все и со всем. Томас сказал, Хорнет надо передать накопитель в виде объемного прямоугольника, узкого, почти пластина. Ее убедили, что такое не переломать просто так, а руины — потому что путь самый короткий. Тактика, все дела. Хорнет слушала в пол уха — Ия все равно запомнит; хотя сама Хорнет думала о том, чем бы ее таким отвлечь. Дело, конечно, нечистое, но и убивать разумное существо из-за своих подозрений не хотелось. Она не убийца, но и убить себя не позволит. И во всю эту муть не верит, потому что: «А правда, почему Ия и не принесет, больше проку же?». Что означало, что нужна была сама Хорнет. И Хорнет не хотела знать, для чего она нужна. Если это все проделки Джи, она его точно прибьет, хотя в его стиле объявиться лично. Где этот клоун вообще находится? Нет, Хорнет не любила общество своего... Создателя, но его отсутствие и вся эта история казались страннее чем вся затея Томаса. Джи положил своей проект в капсулу, а себя забыл? Ну, умер и умер, чего бубнить. Но Хорнет знает, что такие живут о-о-очень долго. Сколько вообще живут такие, как он? Не считая того, что он мог своей магией продлить себе жизнь, пересадить себе сознание в какое-нибудь вечное тело... Или что-то в таком духе. — И много таких? — невзначай интересуется Хорнет. — Много, — Томас кивает с важным видом, — раньше выпускали киборгов целыми сериями. Кто-то стал по своей инициативе, в одно время было популярно заменять себе части тела или дополнять него. К тому же, после войны осталось много инвалидов. ...видимо, киборгов производили до и во время войны. Потом перестали. Видимо, тогда мир и изменился: где-то Хорнет слышала о том, что во многих местах выжившим пришлось укрыться в бункерах и образовать целые подземные города. Отдельная цивилизация... Наверху очень опасно. И наверху вообще есть только те, кто может позволить себе это: неважно, деньги или сила. Наверху много мутантов, ловушек, и вообще каждый дом может на тебя рухнуть. Негостеприимно, неуютно и неприятно. Отвратительно. Поэтому большая часть всё ещё сидела внизу, ожидая, пока вышестоящие обустроят чудом восстановившуюся землю. Уберут там осколки огромных металлических плит, дома там снесут... Хорнет не верила в то, что её заставляют работать во благо. Это не так работает. Она знала. — И как часто киборги попадаются? Отчасти тон ее насторожен. Потому что, ну, встреть подобную хрень, но, например, запрограммированную на прямой контакт, или просто более опасную, то будет весьма больно обрабатывать раны. — Больше разобрали на запчасти, чем осталось, — задумчиво ей отвечают, — и у киборгов больше шансов окончательно отключиться, им банально негде получить помощь. Даже если ИИ вышел за рамки программы, киборгов у нас не любят. Это... Немного успокаивает. Но, наверное, киборги сейчас просто занимаются своими делами и скрываются одновременно. Хотя она вообще не знает, как они устроены: у Ии вообще какая-то выступающая трубка с фиолетовой жидкостью в спине вместо хребта и трубки, подключенные к объемному устройству на шее. Какая-то закрытая система. ...а с другой стороны, ебнут ее приятельницу — и все. Ничего Хорнет сделать не сможет. Но, в прочем, это ведь на лапу ей, так? Выберется и сама — сначала так и сделала же ведь. А диск этот... Про него не забудут, и Хорнет будут искать, если она не придет. Поэтому раз итог не меняется, она хоть посмотрит, из-за чего влипла во все это. Хорнет не видела киборгов до этой минуты, однако думает, что им впору водиться и в руинах. Вдали от всех и лишь изредка выходить за тем, что нужно. По крайней мере, она бы так и поступила, но, опять же — устройство киборгов было ей непонятно. У них же ведь смысл жизни — сражаться. Кто-то, может, хочет попробовать мирную жизнь. Искусственный, но интеллект же... Хотя Ия была «живым» киборгом. Со своей головой и мозгом. Такие участвовали в войне? Или все скопом. Хорнет мысленно вздыхает и встряхивает головой. Слишком сложно все это, будто раньше легко было. Она столько натерпелась, а тут ещё дерьмо намечается. Ещё и язык новый изучать. Ладно, ей не впервой выпутываться из откровенно странных ситуаций.