Зелье Доверия

      — Ты точно уверен Северус? — В который раз спросила директор, наливая огневиски на дно бокала. Голос Минервы был похож на шуршание листьев.       — Других вариантов просто нет. — Тихо ответил Снейп, делая глоток и чувствуя как напиток обжигает горло. Сейчас привычный ритуал не помогал от слова совсем.       — Что собираешься делать? — единственное в чем она была абсолютно уверена, что он не успокоится пока не перепробует все.       — Работать. Хотя с каждой минутой поисков ситуация кажется все более безнадежной.       Их разговор прервал стук в окно и Макгонагалл, взмахнув рукой запустила в кабинет ещё одну, восьмую за прошедшее время, сову. Прочитав написанное в письме Снейп лишь криво усмехнулся и протянул пустой бокал директору вновь.       — Глухо.       — …Скольким ты написал? — аккуратно поинтересовалась она, разглядывая янтарную жидкость.       — Многим, Мини, многим. Послал запросы во все библиотеки Англии и зарубежья, написал в гильдию зельеваров для допуска в библиотеку. Допуск то мне дали, но сразу предупредили особенно не надеяться. Направил несколько писем частным коллекционерам и должникам. Глухо.       Северус вздохнул и отпил ещё немного.       — Я пойду. Урок скоро закончится, Поттер должен будет подойти к лаборатории, возьму у него крови, может что пойму.       — Удачи, Северус.       Снейп лишь кивнул.       — Спасибо, Минерва. Она обязательно пригодится.

***

      — Профессор, сэр, домовик… — произнес Гарри, поднимаясь с каменного пола, на котором сидел около дверей лаборатории.       Снейп лишь взмахнул рукой, велев замолчать и не произнеся ни слова прошел во внутрь.       Личная лаборатория зельевара была огромной, но при этом не имела ни клочка свободного пространства. Все поверхности столов были заставлены разнообразными бутылками, ретортами и приспособлениями, о назначении которых Гарри даже не пытался догадаться.       — Для начала сядьте, пока ничего мне не снесли, — произнес зельевар, указывая на практически затерявшуюся между столами кушетку и скидывая мантию, оставаясь в одном сюртуке.       — Далее… Вот, зелье Сна Без Сновидений.       — Простите сэр но нет. Я-       — Поттер! — Прервал его Снейп, практически рыча. — Вы думаете что вы самый умный? Да, не факт что зелье подействует, но отрицательный результат тоже результат и он несомненно важен, и-       — Я закончил пропивать курс неделю назад. — В ответ перебил его Гарри, кое-как вставляя слова в тираду. — Мне нельзя касаться этого зелья еще четыре месяца если не хочу вызвать привыкание. Так сказал целитель.       — Какой целитель. — Медленно спросил Снейп, не поворачиваясь, но Гарри видел как напряглась его спина.       — В Мунго. Я же лежал там… после.- Тихо произнес Поттер, не глядя в глаза обернувшегося зельевара и сжимая руки в кулаки.       — Вы можете вспомнить точно когда это было? Хотя, курс закончился неделю назад, значит…       Снейп неожиданно рыкнул и вскинув палочку вызвал патронуса.       — Поппи, можешь смело брать перо и писать жалобу на Мунго, адресуй лично Гиппократу. Эти идиоты прописали Поттеру СБС из своих запасов, несмотря на переданные тобой замечания.       Слушая наговариваемый профессором патронусу текст, Гарри понимал происходящее все меньше и меньше. Лишь когда Снейп закончил и серебристая лань ускакала сквозь стены, он решил уточнить.       — Сэр, простите, а что не так с запасами Мунго?       — А подумать? — Уже более спокойно произнес слизеринец, закатывая рукава рубашки и собирая волосы в хвост. — Хотя кого я прошу… Вы пропили весь курс зря. В школе всеми зельями для вас занимаюсь я так, как из-за бродящих в вашей крови слез феникса и яда василиска больше половины средств на вас не действуют — они просто нейтрализуется составом вашей крови, поэтому как только вы угодили в Мунго, Поппи направила туда ваши карточки и карточки остальных учеников, переведенных в связи с тяжелым состоянием. А я, после того как… проснулся, подтвердил некоторые диагнозы, которые вызвали сомнения у медиков, но как видите они посчитали себя умнее всех! — под конец мужчина казалось шипел.       — Подтвердили? А вы разве медик? — недоуменно спросил Гарри, внимательно наблюдая за действиями профессора, что продолжал разжигать пламя под котлами, одновременно призывая какие-то ингредиенты из кладовой.       — Чтоб вы знали, Поттер, для получения мастерства в зельеварении нужно сдать тест на хотя-бы минимальные знания по колдомедицине, но у меня — повышенная степень. Из-за того, что мне часто приходилось работать с лекарствами для детей, я даже брал несколько дополнительных — начал Снейп, но вдруг замолчал, пытаясь понять, какого чёрта он тут начал рассказывать о себе.       — Это зелье, профессор? — Неуверенно произнес Поттер, тоже осознавая сюрреализм данной ситуации.       Снейп нахмурился.       — Ни в одном из источников не указывалось, что он действует не только во время сна, — неуверенно произнес он, поглаживая лезвие серебряного ножа, которым уже начал резать какое-то растение.       — Поттер, — вдруг неожиданно спросил Снейп, оборачиваясь, и Гарри чуть подпрыгнул от резкого движения мужчины, сжимая руки в кулаки, чтобы даже случайно не показать, что почти схватился за палочку. — Почему вам прописали СБС? Курс не прописывают из-за простых кошмаров.       — Я был бы рад если бы это были просто кошмары, — хмурясь произнес Гарри, палочка в его руках порхала восьмерками. — Колдомедик Ридс говорит у меня ПТСР, и что такое нормально, но я не чувствую себя нормальным от слова совсем. Я… я вижу их везде — мертвых, что кричат о моей виновности, и живых, мечтающих меня убить… Я — тут Гарри нахмурился и потряс головой, переводя взгляд на внимательно наблюдающего за ним профессора.       — Будем считать, что квиты.       — Я вообще-то рассказал вам больше. — Произнес Поттер, стараясь плотнее завернуться в свою мантию. Он не говорил о происходящем ни с кем, ни с выделенным психотерапевтом, ни с друзьями. Друзей не хотелось беспокоить, а врач — не вызывал абсолютно никакого доверия. И вдруг, так просто…       — Дабы не провоцировать ситуацию, — произнес Снейп, что-то помешивая в котле и протягивая Гарри серебряный нож.- Предлагаю вам закончить с тем, зачем вы сюда вообще пришли и разойтись, пока каждый из нас не наговорил того, чего совершенно не хочет.       — Полностью с вами согласен, сэр.       Серебряный нож в руке нагонял старые воспоминания.

***

      — Как ты? — тихо спросила Гермиона, усаживаясь рядом. Ее темно-каштановые кудри в пламени камина казались растопленным шоколадом. Живот тут же скрутило от голода — уже в который раз за последнее время, но Гарри знал, что еда в нем надолго не задерживается, так что начинать не видел смысла.       — Нормально. — Пламя, гарцующее в камине, будто обезумевший кентавр, завораживало и позволяло полностью отвлечься от мыслей заполнивших голову.       Гермиона тихо вздохнула, и понимая, что не дождется ответа, тихонько погладила его по голове, а после накинула на плечи теплый клетчатый плед.       — Я понимаю, что все происходящее тебя не радует, поверь, но все же прошу, не задерживайся до утра. Тебе нужно хоть немного поспать.       Спать было самым последним, что ему сейчас хотелось.

***

      Слезы застилали глаза, а руки почти не слушались — пальцы были такими холодными, что вытирать ими слезы было буквально больно. Огромный мужской силуэт на фоне дверного проема не вызывал ничего кроме безудержного пожирающего ужаса, он постоянно что-то говорил, повторял одно и тоже, зло и колко, его крик буквально врезался в голову подобно буру, но при всем этом он не мог разобрать даже отдельных слов.       Он знал, надо просто потерпеть, и тогда на место чужих рук, сжимающих запястья до боли, придут другие — теплые и заботливые, они погладят по щеками, запутаются в волосах и обнимут его крепко-крепко.       Они почему-то не приходили.

***

      Гарри выпал из кошмара, будто выныривая со дна Черного озера, с хрипами и буквально захлебываясь воздухом. Горло, раздираемое судорожным дыханием, все еще ощущало стальную хватку, тело била нервная дрожь, и пальцы, безумно ледяные, едва слушались — огонь в камине давно прогорел, а мягкий плед валялся на полу рядом. Футболка, в которой он предпочитал спать, была липкой от холодного пота, но он старался не обращать на это внимания и дышать так, как говорил врач — тактами, четыре на вдох, четыре — на задержку дыхания и четыре — на выдох.       Как будто своих кошмаров ему было мало.       Просто волшебно.