Марионетка. Место под солнцем.

Глава 2.

Несколько раз за несколько дней, состав из вагонеток останавливался. Камилла и остальные дети раз за разом переживали процедуру кормления через шприц. За всё длительное время многие свыклись с тряской, шумом вагонеток и тьмой подземных тоннелей, и теперь, большинство осмелевших ребят бодрствовали и переговаривались друг с другом. Кто-то с любопытством выглядывал из вагонетки каждый раз, когда состав останавливался на одной из станций, кто-то сидел и тихо перешёптывался о чём-то с другими. Соня немного повеселела и не давала Камилле скучать. Она без умолку тараторила, а порой, сидела рядом с Милой, и, подражая ведущему футбольного матча, запись которого, она однажды мельком увидела по телевизору в общей гостиной, комментировала происходящее. - В вагончике под номером "два" происходит настоящая драма, - со всей своей харизмой произнесла девочка, в очередной раз прижимая невидимый микрофон к губам. - Робби и Бобби не поделили игрушку и поссорились, - она нахмурилась и прищурилась, - но приглядитесь-ка, неужели то, что стало причиной конфликта, на самом деле, обычный камень, каких в вагонетках предостаточно? Кто-то из детей заливисто рассмеялся над комментарием девочки, но тут же притих, как только тусклый свет фонаря где-то впереди ненадолго осветил их вагончики. Камилла приставила указательный палец к губам и тихонечко шикнула на ребят. - Мы что-то слишком расшумелись, - заметила она, и с опаской посмотрела на свет фонаря. - Не хотелось бы, чтобы к нам посадили кого-то, кто будет следить за нашей дисциплиной. Мила вздохнула. Общее поднятие духа несомненно её радовало, и девочке совсем не хотелось, чтобы что-то вновь омрачило атмосферу, царящую в её и близ идущих вагонетках. К тем детям, которые шумели особенно сильно, подсаживали чипов постарше или солдат. Камилла дважды за поездку видела, как высокие фигуры перебирались в передние вагонетки, как только состав останавливался на одной из станций. Соня замолчала и осев на дно вагонетки, поджала колени к груди и обняла их тонкими ручонками. - Я хочу домой, - прошептала девочка, уперев взгляд в никуда. Камилла прикусила губу. Каждый раз, когда она слышала это словосочетание, внутри у неё что-то болезненно скалывало настолько сильно, что становилось трудно дышать. - Теперь это наш дом, - буркнул кто-то из соседней вагонетки. Голос Миле показался знакомым, и она вытянула шею, разглядывая соседа. На неё в ответ, опираясь руками о стенку впереди идущей вагонетки, уставился мальчишка лет тринадцати. Такой-же тощий и бледный, как большинство детей здесь. Камилла даже в темноте узнала взлохмаченные каштановые волосы, опадающие чуть ли не к плечам и полные вселенской тоски и злобы серые, совсем блёклые глаза. Девочка поморщила курносый носик и фыркнула. - А тебя никто не спрашивал, Тэнан, - с вызовом ответила она. - Ну-ну, не зарывайся, - тут же огрызнулся мальчишка и зло прищурился, - защитничка вашего, девчонки, теперь-то и нет. Камилла вспыхнула, как только он упомянул Асту, и подскочила на ноги, сжав руки в кулаки. Соня прижалась к её ноге, удерживая, чтобы та не упала, и показала Тэнану язык, тут же спрятав лицо в ткани подола ночнушки подруги, словно неприятель мог прямо сейчас дотянуться и щёлкнуть её по носу. - Противные девчонки,- гнусаво протянул Тэнан, и, всё ещё придерживаясь руками за края своей вагонетки, тоже встал на ноги, поравнявшись с Камилой. - Противный Тэнан, - парировала Камилла, стараясь сохранить равновесие. Ещё в приюте, Тэнан - самый противный мальчишка в Городке, по мнению Камиллы, вечно задирал практически всех девчонок: забирал у них хлеб с маслом, воровал кукол и изрисовывал им лица маркером, а с некоторыми, например, с Милой, даже пытался подраться несколько раз. Камиллу всегда оберегал Астари, и предотвращал любые драки между Сверчком и Тэнаном. Хотя, признаться, когда девочка стала немного старше, страх перед мальчиком, превратился в неисправимое желание оставить пару фингалов на его лице. Чтоб не повадно было. Аста всегда её сдерживал. Потому что знал, что провокации задиры - всего лишь провокации, чтобы вывести порой вспыльчивую девочку из себя. - Он тебя спровоцирует, а потом наябедничает, - всегда назидательно говорил Астари, - не ведись, будь выше этого. А затем мальчик делил с Камиллой свой хлеб с маслом или шёл отмывать разрисованных Тэнаном кукол. Сейчас Асты не было рядом. Только Соня, которая, как и Мила была преисполнена боевым настроем. - Посмотрите - ка, - фыркнул Тэнан, - Сверчок застрекотал в ночи, - он тихо и противно рассмеялся. Прямо как щенок гиены. - Ещё слово, и я выкину тебя из твоего вагончика, - зло ответила Камилла. Она в тот же момент поняла, что соблазн поквитаться наконец с заносчивым мальчишкой был слишком велик. Соня и остальные дети в соседних вагонетках замерли, в ожидании того, что же будет дальше. В это же время лицо Тэнана скривилось в противной гримасе, словно его сейчас вырвет. Камилла даже не сразу поняла, что мальчик таким образом изобразил сильный "испуг". - Боюсь - боюсь, - кривляясь произнёс он, а затем, скопив как можно больше слюны во рту, плюнул прямо в Камиллу. Девочка тут же взвизгнула, сделав шаг назад, вагонетка, где сидели она и Соня, опасно качнулась, и Мила упала на дно, тут же утираясь подолом платья и сдерживая рвотный комок, подступивший к горлу. - Мерзкий, противный мальчишка! - тут же заступилась за подругу Соня, - это подло и не культурно! - Что, тоже хочешь получить? - Тэнан рассмеялся и во всю длину высунул язык. Соня в ответ погрозила ему кулаком. Внезапно, вагоны встряхнуло, и всех троих ослепила яркая вспышка света. Тэнан потерял равновесие и также, как и Камилла, с грохотом упал на дно своей вагонетки. Девочка торжествующе улыбнулась. Она была уверена, что услышала, как Тэнан обиженно всхлипнул и разревелся. Станция, где остановился состав, ничем не отличалась от других таких же станций, что видела Камилла ранее. Всё такая же бетонная платформа и большой квадратный дом с не большим количеством окон. Только на большом знаке с табличкой была другая надпись. Всё потому что каждая станция называлась по-разному. За всё время пути, Камилла успела прочитать и запомнить около трёх названий. - Станция "Дубак" - громко объявили где-то в начале состава. А затем, кто-то из проходящих мимо солдат гаркнул, с нотками издёвки в голосе. - Самое время пожрать, детвора! Остальные взрослые тут же разхохотались. Соня и Камилла переглянулись. Обе девочки прекрасно помнили, каким образом им предстояло подкрепиться. Кормёжка представляла из себя неприятную, а для некоторых детей со слабыми венами - болезненную процедуру. Ребят подпитывали жидкой глюкозой через шприц. Мила поёжилась, когда вновь увидела вышедших из квадратного здания людей в халатах с большими сумками через плечо. - Не хочу, чтобы это вошло в привычку, - пробубнила Соня, сгибая локоть, когда всё закончилось. Мила лишь покачала головой в ответ, сев рядом с ней. Внезапно, кто-то с лёгкостью запрыгнул к ним в тележку. Камилла и Соня вздрогнули и синхронно подняли головы на пришедшего. Это был молодой мужчина, лет двадцати пяти, облачённый в солдатскую форму. Он непринуждённо раскинул ноги и растянулся на дне вагонетки. Заметив испуганных Соню и Камилу, солдат игриво им подмигнул. - Вы сильно шумели, - пояснил он с будничным тоном в голосе, а затем улыбнулся. Эта улыбка совсем не понравилась Камилле. Девочка напряглась, когда уголки губ их нового соседа скривились и улыбка превратилась в злую усмешку. Солдат ледяным, пронизывающим взглядом теперь смотрел на девчонок. - Будете шуметь, пристрелю, - одними губами произнёс он, огладив странную длинную палку на его плече, а затем, увидев испуганные взгляды Камиллы и Сони, вдруг расхохотался, - ишь как шугнулись! Страшно вам, Чипы? Камилла, прижимая к себе Соню дрожащими от страха руками, медленно отползла в угол вагонетки, как можно дальше от разговорчивого солдата. - Тьфу на вас, прошмандовки! - Усмехнулся мужчина. Последнее слово, что он произнёс Камилла не встречала ни в одной из книг, но оно, заведомо, ей ужасно не понравилось. Девочки сидели не живые, ни мёртвые, боясь даже дышать. Состав тем временем тронулся и вновь помчался по подземному железнодорожному пути, стуча колёсами. Из-за солдата, что теперь следил за порядком, в ближайших вагонетках, дети совсем поутихли и практически не высовывались. Даже Тэнан, этот противный мальчишка со скверным характером задиры, пожалел о том, что ввязался в конфликт. - Какие вы скучные, - постоянно подзуживал солдат с издёвкой, - ещё не стали чипами, а уже такие же не разговорчивые. Он зевнул, широко раскрыв рот и пару раз чавкнул губами. Затем, мужчина выудил из большого кармана в жилетке какой-то маленький свёрток. Он тут же зашуршал обёрткой, чем привлёк внимание многих детей. Даже Камилла с опаской и интересом повернула голову в его сторону, что не укрылось от глаз её нового соседа. - Хочешь жрать, малявка? - Усмехнулся он и вынул из обертки что-то похожее на хлеб с маслом. Такой же детям давали в городке строго по воскресеньям. Камилла сглотнула подступившую, вязкую слюну, жадным взглядом зацепившись за бутерброд. Соня, казалось тоже чуть подалась вперёд, голодно наблюдая за тем, что же будет дальше. Солдат расплылся в умильной улыбочке, заметив их взгляды. - Бедные маленькие девочки, - запричитал он, продолжая шуршать обёрткой, - я и забыл, что вы давненько не ели нормальной еды. Камилла снова сглотнула и постаралась отвести взгляд. Девочка сгребла Соню в охапку и вновь забилась в угол. - Ну-ну, не обижайся, малышка, - их охранник тихо рассмеялся. Казалось, он находил ситуацию весьма забавной. - Хочешь поделюсь с тобой? - Он вдруг протянул руку и шершавыми, мозолистыми пальцами грубо взял испуганную Камиллу за подбородок, - милая девочка, скажи "а-а-а". Солдат мерзко захихикал, и, откусив кусок от бутерброда и, зажав его зубами, стал приближаться к её лицу. Камилла широко распахнула глаза и стиснула руку Сони в своей ладони. На глаза выступили Слёзы, и девочка попыталась высвободиться, усиленно мотая головой и упираясь в щёку мужчины свободной рукой. Вся жизнь пролетела перед глазами. - Отпусти Сверчка! - вдруг заверещала Соня, и, вскочив, вцепилась зубами в руку охранника, что так крепко держала подбородок Камиллы. Мужчина вскрикнул. Он, оставив подбородок Милы в покое, замотал рукой, с лёгкостью отшвыривая Соню обратно в объятия её подруги. В этот же момент, кусочек хлеба с маслом проскочил в горло солдата и тот поперхнулся, закашлявшись. Камилла со страхом во взгляде наблюдала за тем, как лицо охранника, то-ли от злости, то-ли из-за хлебной крошки, вставшей поперёк горла, приобретает пунцово красный оттенок. - Прошмандовки! - Хрипло выругался он, - я буду надеяться, что вы сдохнете как можно раньше! Солдат гневно швырнул обертку от хлеба в девочек, но та, не долетев, была подхвачена сквозняком, улетая за пределы вагонетки. Мужчина вздохнул. - Я надеюсь, что вас убьют самым изощрённым способом, - продолжал охранник уже более спокойным тоном, как ни в чём не бывало вновь раскинувшись на дне вагонетки. Он, прокашлявшись окончательно, взял бутерброд и демонстративно доел его на глазах у Сони и Камиллы. Тщательно пережёвывая и смакуя каждый кусочек, мужчина с интересом наблюдал за тем, как меняется взгляд Камиллы из испуганного в обиженно-злой, с дикой ненавистью. - Мне знаком этот взгляд, детка, - довольно улыбнулся солдат, облизывая перепачканные маслом пальцы. Он задумался, и, словно сделав какие-то выводы, усмехнулся. - Взгляд, как у бойцовской псины, выкормленной на псарне, - протянул мужчина, - полный ненависти и желания убивать. Так обычно и смотрят на людей Чипы.