***
В неких попытках остановить всё это сумасшествие, Станислав пробыл неделю, но в конечном итоге просто решил оставить все как оно есть. Не было никакого смысла что - либо предпринимать. Он не прописан в этом месте, прописка была чуть дальше, чем находилось их поместье. Это был маленьких кирпичный домик, основательная и одновременно уютная постройка, настоящее родовое гнездо. Для семьи там было ужасно мало места, но для одного человека подходило как раз. Построить частный дом – заветная мечта многих людей Алтая. Соседи Климовых вплотную приблизились к этой мечте или даже реализуют свой замысел рядом с их домом. Климовы не были бедными людьми, в их руках были огромные деньги, по крайней мере, раньше. Сейчас все по - другому. 17 августа 1998 года — в Алтайском крае случился один из самых жестких кризисов в нашей современной России. Он разрушил множество бизнесов, разорял семьи, но расчистил место под строительство более цивилизованного рынка и дал старт росту. Михаил Климов давно успел основать КСК, который приносил внушительный доход в продаже эксклюзивных пород лошадей. Но в конце августа и в сентябре в крае царила неразбериха и паника. Из-за роста курса доллара, рубль обесценился на глазах, все деньги которые были у отца за чемпионаты и олимпийские игры, по большей части ушли на пропитание семьи. Некоторых лошадей пришлось продать, почти за бесценок, чтобы урезать количество голодных ртов. Вспоминая об этом, Стас загорелая желанием сделать так, как хочет он, хоть в первые в жизни. Идея подразумевала собой съехать от родителей, работать, учится, жить своей жизнью. Сейчас начало лета, сессия закрыта, можно спокойно заниматься своими делами. «Сейчас или никогда» - подумал Станислав.ГЛАВА II
17 августа 2022 г., 11:09
Тёплый летний вечер с относительной прохладой развеялся через особняк Климовых, немного покачивая шторы. После поездки в КСК, который носил название «Конница Апогея», семья не говорила о лошадях, о прошлом, о том, что связывало с ними. Каждый из них предпочёл остаться в тишине и при своём мнении. Стаса привлекло странное обсуждение родителей о чем - то. Парень сел на диван, рядом с комодом, который стоял неподалёку. Ветер игрался со стопкой съехавших листков бумаги на комоде. Подняв глаза чуть выше, он заметил то, что на секунд тридцать затуманило его разум, и покачнуло его непоколебимость. Листы, лежавшие на комоде вовсе не были обычной бумагой, ценность этих листков можно было прочесть в первом абзаце: Оформление сделки о купле-продажи дома. Их дома. Сердце Стаса забилось сильнее, когда увидел продолжение документа. Второй листок лежал чуть съехавший, но часть с печатью было видно. Свидетельство о праве собственности - документы, подтверждающие, что отец является собственником дома. Все документы перекрывающие друг друга и шелестящие от ветра, приводили к одному логическому заключению. Это было то, о чем бодро обсуждали его родители.
Еле набравши воздуха в лёгкие, которые и так сжимались с безумной силой, Стас на выдохе выдал.
— Вы что собрались сделать с домом?
Отец перевёл взгляд на сына, пояснил.
— Да, сынок, мы с мамой хотим заявить о том, что эту землю мы хотим продать, — чуть не успевши закончить предложение, Стас перебил.
— Землю, где стоит наш дом? Вы с ума посходили? — Стас с рывком взял документы с комода и тыкнул пальцем в строку, — вы отдадите ее под снос??
За тем последовал ответ отца.
— Стас, на этом месте, где стоит наш особняк, влиятельная компания, которая выкупит нашу землю, хочет построить новый конноспортивный комплекс . — отец сделал паузу, после чего продолжил — там они планируют разводить и заниматься бизнесом на продаже породистых лошадей. Поля тут действительно неплохие, плодородные к тому же, вряд ли я продал бы этот дом под новостройки.
— Даже и если так, где вы собираетесь жить? — задался вопросом Станислав.
— Купим новый дом, но чуть меньше, без огромных полей и всего прочего.— ответила Ирина Климова, после через секунду молчания, добавила, — тебе 19 лет уже, должен понимать, знаешь, что твой отец больше не нуждается в пастбищах, у него нет для этого необходимости, больше он не жокей, ему хочется спокойной умеренной жизни, так же как и мне. Без всего этого бешеного ритма жизни с постоянными переживаниями о предстоящих состязаниях.
Станислав был очень рассержен. В душе затаилась сильная обида, сильнее, чем когда - либо. Его поведение сложно назвать капризным, парень демонстративно показывал всю свою неприязнь к их неудачной идее на счёт продажи поместья и земель. Оно максимально казалось парню неуместным, настолько, что это доходило почти до абсурда.
— Мам, пап, я не хочу с вами ссориться, но вы понимаете, что этот дом даёт начало всему. — с бегающими глазами Станислав искал какую - то поддержку хоть одного из родителей, вдруг они одумаются и у кого - то дрогнет остаток неравнодушия к собственному дому. — начало папиной карьеры, начало моего хобби и любви к лошадям. Это наш дом в конце - то концов ! — воскликнул парень.
Все что с ними связно, было здесь. Детство, юношество Станислава, всё оставалось тут. Тугой и мёртвой хваткой, за что хотел зацепиться Станислав, всё, даже это останется тут. У него просто отобрали эту возможность. Дали и отобрали. Возможность стать тем, кем он мечтал с самого детства – стать жокеем.
После долгого молчания обеих сторон пылающего между ними недопонимания, прервали, тишину, будто точным выстрелом 2 листка бумаги, которые окончательно съехали на пол, прям под ноги Станислава. Борясь с желанием наступить и порвать в клочки эти документы, через силу, парень переступил, и пошёл в свою комнату, очень громко захлопнув дверь так, будто весь дом, кажись, затрясся, без чьей - либо помощи. За него это сделал ветер.