Маскировка

      — Назвать свое логово «Дом Блаженства»! Какое коварство, — изводил себя Цинсюань, прячась с командой позади одного демонического ларька. После Игорного дома им нельзя снова облажаться, привлекая лишнее внимание.       Хотя сложно назвать командой троих человек, не связанных общей целью. Даже так: цель была, а ее исполнение каждый видел по-своему. Лань Цяньцю пришел к выводу, что ввязываться в каждую драку и грубить любому неугодному — прямой путь к успешному завершению миссии. Се Лянь очевидно действовал наоборот. Зачем огрызаться с демонами, если можно напрямую очаровать их? Ши Цинсюань думал, где восстановить нервные клетки.       — На этот раз кровавый дождь знает о нашем присутствии, нужно действовать последовательно.       Лань Цяньцю первым вызвался с идеей:       — Да. Ворвемся и честно сразимся с ним!       По закатываемым глазам Цинсюаня и неловкой улыбке Се Ляня стало ясно что они думают об этом варианте. Надо быть хитрее, чем раньше, и действовать так, как от них этого не ожидают. Но заставить Се Ляня атаковать, а Цяньцю просить прощения было невозможно даже небесам. Поэтому оставалось прибегнуть к нейтральному соглашению.       — Ваше Высочество, я могу доверить вам сложную миссию? Вам нужно будет отвлекать Князя демонов, пока мы проберемся внутрь и исследуем всё вокруг, — Цинсюань счел не слишком обязательным объяснять, почему на эту роль выбрал Се Ляня. Можно было догадаться, кому сойдет с рук подобный обман, если его рассекретят.       Инь Юй на площади Призрачного города тревожно передернул плечами, потеряв из поля зрения Наследного принца и его друзей. И черт с ними, с друзьями, еще одну потерю принца градоначальник ему не простит. А если он не передаст приглашение, то спрятаться не получится ни в одном из трех миров.

***

      Се Лянь хотел предложить самостоятельно войти в Дом Блаженства, но это грозило вызвать сильные подозрения. План Повелителя Ветров звучал не так плохо, как нападение, Наследный принц согласился, еще не слишком представляя, как ему предстоит отвлекать. Спрашивать надо заранее, а не когда пути назад уже нет. Пробираясь к черному входу, отсутствие любого рода охраны показалось странным, будто им специально прокладывали дорогу в западню. Так размышлял Цинсюань, и готовился в любой момент достать свой веер. В углу уходящего во тьму коридора осталось завершить последние приготовления.       — Ваше Высочество, позвольте взглянуть на ваш гардероб, — предложил внезапно Цинсюань, от чего себя по лбу хлопнул Лань Цяньцю.       — Самое время хвастаться тряпками!       Се Лянь немного опешил от просьбы напарника, и даже не знал, как ее выполнить, точнее, к какому результату они должны прийти при таком раскладе. Показывать-то нечего, когда располагаешь тремя одинаковыми по цвету и фасону ханьфу. Се Лянь помял свисающую под поясом ткань, приподнял за уголки, демонстрируя как то, что у него имеется. Ши Цинсюань вполне понял, что наследный принц имеет в виду. Следовало брать всё в свои умелые прекрасные руки:       — Ох, положитесь на меня!       Распоряжаться чужим телом невозможно даже при всем желании Цинсюаня увидеть женский облик Его Высочества, лишь небольшой поток духовных сил осел как прозрачный шелк на его кожу, растворил прежнее белое ханьфу служащего храма, проявляя иной наряд. Белый в восточных мотивах костюм для танцев. Серебряные браслеты и множество цепочек, выдающих славный звон при каждом движении, на лице красная расшитая вуаль и длинный, схожий с фатой, шлейф.       — Что и следовало ожидать, — загордился Цинсюань своей работой. — Даже не нужно перевоплощаться в женское обличие, никто в этом не разглядит в тебе парня. Такой красивый, аж завидно!       Его энтузиазм не разделял разве что Лань Цяньцю, возмущенный устроенным бесстыдством. Он бы никогда не позволил себе так унижаться.       Се Лянь неловко осмотрел подаренную маскировку, прятавшую разве что только четверть тела. Потрогал оголенный живот. Открытых участков коснулась прохлада этого помещения. Не холод, а свежий воздух, смешанный с запахом благовоний и каких-то экзотических сладостей.       — Мне кажется Хуа Чэн сразу узнает меня даже в такой несвойственной одежде.       Се Лянь нервно посмеялся, надеясь вразумить, что весь этот маскарад ярче огромного фонаря с надписью, что они здесь. И нужно быть честным, Се Лянь жутко не хотел быть увиденным в этом. Есть разница между переодеванием в невесту ради спасения жизни невинных девушек и притворством демонической танцовщицей для развлечения Князя демонов. И как ему после этого объясниться Сань Лану?       — Но он будет полностью сбит с толку! — Повелитель Ветров не видел в плане изъянов.       — Скорее всего шокирован, — Лань Цяньцю все это время больше ни разу не взглянул на Се Ляня из какой-то мужской солидарности.       Се Лянь глубоко вздохнул:       — Хорошо. Сделайте все как можно быстрее. Не знаю, как долго я смогу всех обманывать.       Задача выражена очень легко: держать Князя демонов в поле зрения и постараться, чтобы он оставался на одном месте. Выполнить гораздо труднее. Се Лянь шагал по устланному алому ковру вглубь резиденции, без обуви каждый шаг становился чувствительным к покрытию. Лишь бы не заставили танцевать на углях. Конечно, Се Лянь зарабатывал некоторое время танцами, что опыта у него в этом достаточно. Но то были заводные и больше впечатляющие движения с мечом, нежели чем соблазнение. Может у демонов свои традиции и ему не придется демонстрировать неподобающую гибкость?       А его путь самосовершенствования разрешает подобное?       Всё это мучило Се Ляня до прохода в главный зал. Представлен из себя как арка с красными занавесками и переплетенными бусинами. За ней виднелась крупная кушетка, на которой сложно не разглядеть одного единственного хозяина не только дома, но и всего города.       Хотелось рассмотреть поближе. Бойся своих желаний, Се Ляня тут же подтолкнули подоспевшие демоницы с игривым смехом и чарующим шепотом.       — Где это ты достала такой наряд, сестра? — мило обратилась прелестная одноглазая танцовщица. На ней же была бесформенная желтая ткань, сильно уступающая шикарному образу.       — Продай что-нибудь и вложись в более важный элемент, — пышногрудая девушка соблазнительно провела по своим изгибам, намекая на некоторую грубоватость телосложения Се Ляня.       Наследный принц скромно кивнул, стараясь обращать внимание только в сторону градоначальника. Они плавно шли в одной колонне в нескольких метрах от кушетки, каждая демонесса по-своему вела танец и, к счастью, никакая синхронность и особенность движений не требовалась. Се Лянь лишь танцевал так, как ему было удобнее, чтобы не задеть уважаемых дам и быть прикованным взглядом к Сань Лану.       — Влюбилась? — подобралась одна из любопытных уж больно близко к Его Высочеству. — Не волнуйся, Градоначальник никогда не посмотрит на такую уродину.       Она улыбнулась так, будто сделала большущий комплимент, но чем бы это ни было, Се Лянь никак не отреагировал. Его интересовало, что как бы не кружились здесь девушки, Хуа Чэн не удостоил их ни единым взглядом. И как ему отвлекать внимание, которое сначала придется завоевать?       Еще одна фигура объявила себя, подходя непосредственно к градоначальнику. Похоже, один из служащих. Он неслышно доложил то, что отразилось на лице Хуа Чэна по-настоящему пронизывающей злостью, даже воздух покрылся леденящей сталью от поменявшегося настроения, и Се Ляню стало не по себе. Некогда было задумываться о живой атмосфере, зависящей от состояния Князя демонов, ведь после новости он тут же поднялся со своего места.       «Нет-нет-нет!» сразу пронеслось в мыслях Принца. Это противоречило плану и нужно было что-то быстро придумать, пока вся эта затея с переодеванием не стала бесполезной.       Ничего лучше Се Ляню не пришло в голову, кроме как отбиться от общей группы демониц, заняв центр зала. Он прошагал в легком танце, звон от множественных цепочек не остался незамеченным, да и «сестры» уж больно громко завозмущались, тем сильнее оказали помощь в остановке Хуа Чэна.       Разве не в этом заключался смысл «Дома Блаженства», чтобы разносортные по демоническим меркам красавицы развлекали Градоначальника и были на самом виду. Но стоило Се Ляню выделиться, он заметил отродясь не любопытство, а ярость, держащую в страхе и демонов, и небеса. В самом страшном сне Се Лянь бы не смог представить Сань Лана таким. Так странно потянуло в груди, как разлился на сердце свинец. И от неожиданности Принц уже не видел сменяющийся коктейль эмоций в зрачке Князя демонов: удивление, сожаление, страх, очарование, настороженность и злость. Он безмолвно повернулся к Инь Юю, распознанный приказ оказался сразу выполнен. Все демоницы распущены как можно дальше от зала, а главные ворота запечатаны не только замком, но и магическим барьером. Последнее требование было исчезнуть самому и последить за парой гостей. Просто чтобы совались куда подальше и не смели заявиться в зал.       Хуа Чэн расслабленно опустился на прежнее место, подвинув ближе пиалу с фруктами. На миг Се Ляню показалось, что он стоит не в нескольких метрах, а совсем близко, где до него можно дотянуться и съесть также, как эти фрукты. Рука в серебряном браслете с резными бабочками указала продолжать, чему Се Лянь не мог противиться. Сам же выбежал.       Он плавно повел руками, все серебряные украшения тут же сопроводили это собственной музыкой. Если раннее он не сводил взгляд с Хуа Чэна, то сейчас пристально следили за ним, когда Его Высочество старался смотреть куда угодно, лишь бы не в сторону Князя демонов. Он был сосредоточен и смущен, а еще в догадках, узнали ли его или поощрили наглость демонической девицы. Чем дольше он плыл под мотив инструментов-артефактов, тем сильнее чувствовал это жадное желание в воздухе. Демоническая ци распознавалась совсем иначе. Ревностная аура сжимала в горле, но пропадала сразу, как Наследный принц разворачивался лицом к лицу.       Игра заколдованных инструментов действительно завораживала, и Се Лянь всё больше терял бдительность, а его так и не просили остановиться. Наоборот в какой-то момент Сань Лан поднялся с излюбленной кушетки, направляясь прямо к нему. Се Лянь сделал изворотливый шаг, увеличивая расстояние. И подавал это как особенность танца, а не попытку избежать близкого контакта. Снова и снова, как игра, Наследный принц отходил и уворачивался, думая над тем, что делать, когда его Князю демонов надоест это баловство.       — Вы меня боитесь, Ваше Высочество? — Сань Лан наконец раскрыл карты, что маскировка работала разве что, пока не была видна.       — Не найдется Небожителя, который не трясется от упоминания Собирателя цветов под кровавым дождем, — мягко ответил Се Лянь, не выходя из своего образа.       — Правильно делают. Но к вам это не относится.       — Иначе почему Сань Лан притворился незнакомцем в игорном доме?       Хуа Чэн пристально следил за каждым шагом вокруг него, и страшно хотел снять скрывающую лицо вуаль.       — Это могло доставить неприятности гэгэ, пока его друзья находились рядом. Я ни в коем случае не хотел оскорбить. Если гэгэ хочет, я могу объявить его своим близким человеком на весь Призрачный город.       Се Лянь сглотнул, совсем не это имея в виду. Он должен был остаться незамеченным при посещении города демонов, а не стать знакомым именем для каждой пары или четверти ушей.       — Это совсем необязательно.       Хуа Чэн излучал уж больно довольную улыбку, пока она медленно не опустилась, и от хорошего настроения не осталось и следа.       — Наверное гэгэ хочет присоединиться к своим друзьям. Я не буду задерживать.       Се Лянь было хотел бездумно сказать, что они справятся и без него, а остаться на пару минут ему никак не помешает. Но задание есть задание, и давать повод напарникам решить, что что-то пошло не так — опасно. Выручать придут негуманным способом. Се Лянь вежливо поклонился в знак прощания и извинений за ситуацию, проникновение, внешний вид, обман. Когда он развернулся к скрытой под красными шторками арке, Сань Лан вдруг спохватился:       — Гэгэ, остановись.       Ожидая все же какого-либо рода наказания за все доставленные неприятности, Се Лянь задержался. Тут же его окутало приятное чувство тепла, и десяток бабочек покрыли его, сменяя неприличный наряд роскошным одеянием. Вставки золотых нитей и красного шелка разбавляли его белизну, а по подолу раскинулся узор из призрачных бабочек. Не выразить, как Наследному принцу шел этот наряд.       — Спасибо большое, Сань Лан! Я обязательно верну!       Очень спешно поблагодарил Се Лянь, пропуская в словах нотки волнения. Его провожал довольный собой и чужим видом Хуа Чэн, получивший от Инь Юя информацию, куда совали свой нос два непрошенных гостя.       — Возвращайся скорее, гэгэ.