What a traumatized child

Мужчина прошёл в комнату, тяжело опустился в кресло и вздохнул. Полумрак наполнял помещение, застыв в воздухе и давя на разум. Нарушать его светом не хотелось, сил на это уже не осталось. Прикрыв глаза, Ода вслушался в тишину. Её периодически нарушали шум машин и редкие голоса людей с улицы. Они по-своему успокаивали и медленно вводили в сон, словно гипноз. Однако внезапно один звук оказался очень близко. Несколько шагов оказались у двери и остановились. Хозяин квартиры в тот же миг привычно внимательно прислушался. Он не ждал гостей в это позднее время, а горький опыт не позволил оставаться абсолютно беспечным. Пусть это кажется мелочью, каждый работник Портовой мафии знает, чего она может стоить. Раздался звонок в дверь, и он посмотрел в глазок. Пришедшим оказался мужчина средних лет в официальном костюме, а в руке он держал на уровне лица визитную карточку организации, в которой находился и сам Сакуноске. Решать рабочие вопросы ему определённо хотелось в последнюю очередь, но он открыл дверь. Как было видно теперь, нежданный гость был не один, он держал за руку мальчика, которого нельзя было заметить раньше. На вид ему было лет пять. Маленький и худой, он был в такой же одежде, как и его спутник. Ребёнок с узкими глазами недоверчиво глядел на Оду. Их взгляды встретились, и мужчина отметил уж очень сильную схожесть со своим другом. Как подозрительно. — Добрый вечер, — произнёс пришедший. — Вам поручено новое задание. Вы должны присмотреть за ним и обеспечить его безопасность. Это Дазай-сан, на которого воздействовал эспер. Судя по всему, изменилось не только его тело, но и разум, однако это ещё предстоит исследовать. Все подробности и средства для задания ожидайте завтра, — лаконично доложил коллега. Кратко ответив на эти слова согласием, Ода проследил взглядом за мальчиком, осторожно входящим внутрь. Дверь закрылась, оставляя их наедине. Мужчина поспешил включить свет и отойти на несколько шагов, чтобы дать гостю личное пространство. Осаму с сомнением осматривал всё, что мог увидеть, то и дело резко возвращаясь взглядом ко взрослому, словно он вот-вот должен что-то сделать, но избегая смотреть ему в глаза. Теперь перед Одой стоял маленький человечек, с какими-то очень непривычными для него эмоциями мешкая и не зная, что делать. Надо признаться, мужчина несильно отличался этим от него. Дазай напряжён и напуган. Похоже, работа будет не из лёгких.