Уютные моменты

Знойная жара, покачивающаяся на волнах лодка и похмелье от выпитого ночью с Рэймссом пива были спутниками Эвы на западный берег Нила. И ещё один, благо, об этом спутнике она не помнила ввиду отвратительного самочувствия. Издевки Исмана лишь ещё больше злили Эву. Нет бы посочувствовать. Ну, выпила. С кем не бывает. Поэтому на берег она ступила совсем в скверном настроении. Ей хотелось, чтобы этот день поскорее закончился и она оказалась в мягкой постели. И стоило этой мысли сформироваться в сознании, как Эва вспомнила. Ей снова снился сон… Просторная спальня. Она стоит у окна, наблюдая, как заходит за горизонт солнце. Закат невероятно красив. Оранжево-алые блики раскрасили ясное небо. И Эве так хорошо. Она жмурится от удовольствия. Сзади её обнимает мужчина. Его лица она не видит, да и не нужно ей это. Она глубоко вдыхает, чувствуя его запах. Пряный шафран, душистая малина и немного древесной терпкости. Мужчина тихо смеётся, заметив её действия. Его дыхание щекочет нежную кожу на шее. Эва невольно вздрагивает в его объятиях. Мужчина целует её в обнажённое плечо, поднимаясь дорожкой влажных поцелуев выше. С губ Эвы срывается первый тихий стон. Она прикрывает глаза, откинув голову ему на плечо. И полностью расслабляется, отдавшись во власть этого момента нежности. Руки мужчины начинают плавно скользить по её телу, спускаясь от талии ниже. Его губы, такие мягкие и чувственные уже добрались до скулы. Спиной Эва чувствует широкую мускулистую грудь мужчины. А в следующее мгновение громко ахает, когда его сильные, но нежные руки прижимают её к себе. И она ощущает возбуждение мужчины. На этом сон был прерван Рэймссом. И в быстрых сборах в дорогу Эва благополучно забыла о нём. Но сейчас вспомнила каждую деталь и яркие эмоции, что ощутила. Эвтида затрясла головой, чтобы избавится от всплывшего в памяти сна. О чём тут же сильно пожалела. Зато резкая головная боль быстро привела её в чувства. Хоть её щёки по-прежнему пылали от вспомнившихся картин. Кем был тот мужчина? Почему ей снова приснился сон? Да ещё и такого характера. Она же шезму! Такого быть не должно! Хотя с ней всё чаще и чаще случается. Эва вынырнула из своих размышлений, лишь когда их группа остановилась и послышался властный голос Амена. Она обратилась в слух, злить эпистата ей совсем не хотелось. Того и гляди прибьёт её. И будет на её саркафаге выгравирована надпись: «Умерла от рук эпистата, но не потому, что шезму, а потому что достала его своим поведением». Эва быстро осмотрелась. Поселение Сет-Маат ничего особенного из себя не представляло. Обычная деревня ремесленников, коих много по обе стороны Нила. Многие дома пустовали. Из жилых построек выходили местные жители, с интересом рассматривая вновь прибывших. Амен повёл всех дальше за собой, пока на его дороге не встретился мужчина. Всем своим видом он словно говорил «я владелец этих улиц». Руки его были скрещены на груди, а во взгляде читалась уверенность в себе и мужество. Эвтида задержала взгляд на его запястьях, прежде чем хорошо рассмотреть лицо. И ей стало труднее дышать. Яркая вспышка из сна заставила сердце биться быстрее. Именно эти руки обнимали и ласкали её. Щёки вспыхнули алым, и Эве очень повезло, что день был поистине жарким и сей факт можно было списать на это. Когда она разглядела обладателя «тех самых рук», чудом удержалась, чтобы не ахнуть. Это был горе-любовник Феонии. И ошибки быть не могло. Эва отлично запомнила его. Однако в мыслях её мучал лишь один вопрос: почему ей приснился пикантный сон с ним, если они даже не виделись в реальности до сегодняшнего момента? Он представился как Ливий — главный лекарь. И осмотрел каждого из присутствующих. На Эвтиде его взгляд задержался дольше, чем на остальных. И она первая отвернулась, понимая, что опять краснеет. «Да, что вообще происходит со мной! — сокрушалась она в мыслях. — Робею от взгляда незнакомца и ничего с этим поделать не могу!» И сей факт окончательно выбил Эву из колеи. Не в её характере было не выдержать чей-то взгляд. Она эпистату дерзила, когда пыталась отвоевать свою накидку. И даже наказания не испугалась, а тут. Эва решила больше не смотреть на Ливия, чтобы оставаться в ладах со своими мыслями и телом. Но судьба-злодейка, а точнее, Тизиан, определили её именно в команду к Ливию. Эва про себя выругалась, но спорить не стала. Не хватало ей в нынешнем, и так шатком, положении и состоянии привлекать к себе внимание руганью касаемо распределения. Ничего, она как-нибудь справится и с этим. Сможет держаться в тени, подальше от лекаря. Ливий намеревался показать им главный фиванский некрополь. И их группе пришлось вернуться к реке, чтобы пройти вдоль берега. По словам лекаря, так было безопаснее, хотя Эва с этим бы поспорила. Крокодилы, что могли прятаться в зарослях, казались ей не менее устрашающими, чем дикие кошки. И словно в подтверждение её мыслей зелень шевельнулась, а Тизиан скомандовал: — Медленно отходите назад. Это может быть крокодил! Эве дважды повторять было не нужно, она никогда не была бойцом и считала, что если есть вариант отступить, им всегда следует воспользоваться. Однако, ловкость подвела её. Резво ринувшись подальше от места предполагаемого нахождения хищника, Эва наступила себе на подол одежды и уже была близка встретиться лицом с землёй. Но Ливий не дал ей упасть, вовремя поймав. Она, недолго думая, спряталась за его спину. Лекарь попытался возразить её поступку, но, стоило ему взглянуть в испуганные глаза, как появилось лишь одно желание — защитить. Он прикрыл её рукой, едва касаясь. Но этого стало достаточно, чтобы Ливий ощутил мурашки, пробежавшие по телу. Тоже самое он почувствовал, когда впервые увидел её сегодня. Хотя в голове крутилось «а впервые ли?» Эва начала суетиться. Любопытство брало над ней верх, даже в опасной ситуации. Ливий не очень вежливо одернул её и попросил быть тихой. Эве это не понравилось, она закатила глаза, но повиновалась. Сейчас безопасность волновала её больше, чем собственная гордость. Лёгкий порыв ветра колыхнул волосы Ливия, и до обоняния Эвы донесся такой знакомый запах. Именно эти ароматы она чувствовала во сне. Повинуясь инстинктам, она склонилась чуть ближе к телу Ливия и вдохнула поглубже. Малина, шафран, древесные нотки — ошибки быть не может. Но как? Как такое возможно? Во сне почувствовать так точно запах другого человека? Эва совсем забылась, и лишь вопрос Ливия вернул её в реальность. — Ты что, принюхиваешься ко мне? Стало жутко неловко. Эва залилась румянцем. Повезло, что она стояла за спиной у Ливия и он не видел её лица. И именно этот фактор позволил ей не признаваться в содеянном и даже возмутиться в ответ: — Делать мне больше нечего! Он лишь скосил на неё взгляд, в котором отчетливо читалось «я тебе не верю». Но Эва выдержала этот зрительный контакт. Играть, так до конца. Тизиан объявил, что опасность миновала. И Эва отошла от Ливия. Только вот теперь она никогда не сможет выкинуть из головы, как пахнет Ливий. И каждых раз, когда в воздухе будут витать кисло-сладкие ягодные ноты, она будет вспоминать лекаря. Потому что его запах — малина. А ещё, потому что, кажется, он ей понравился, несмотря на свой вредный характер. И Эве стыдно признаться даже самой себе, но желание узнать, так же ли сладки его губы, как во сне, пустило прочные корни в её сердце.