Часть 15
7 октября 2022 г., 21:12
«А вдруг наши чувства — это тоже неисправность, просто сбой в механизме, который можно починить? И тогда у всех будет…
всё в порядке?..
Следующее утро. — Эй, друг по несчастью, подъем, — Антон сквозь сон услышал тихий шёпот и почувствовал лёгкие прикосновения к плечу. — Тебя уже все потеряли. Ты либо ответь, либо звук выключи. Бесит. Когда Шастун окончательно проснулся девушки, которую он не смог вспомнить, как ни пытался, уже не было в комнате. Парень протер глаза, пытаясь открыть их полностью, но они постоянно закрывались обратно. По ощущениям импровизатору казалось, что по нему проехался поезд, следом автобус, машина и завершил всю процессию мальчик на самокате. Во рту будто нассали сотни кошек, а на глаза повешали тяжелый груз. Благо шторы в комнате были заботливо задернуты, и солнечный свет не бросался в глаза. Только Антон не понимал, день сейчас или ночь, и есть ли вообще солнце. Уж слишком плотными были шторы. Встав с кровати, парень осмотрелся. Богатая мебель, смесь золотого и черных цветов придавало мебели дорогой вид. Да и сама по себе комната выглядела шикарно. Антон попытался вспомнить, как он оказался в таком роскошном доме и кто его хозяин. Решив испытать судьбу, он вышел из комнаты и попал в длинный коридор, где с другого конца играла приглушенная музыка, будто кто-то боялся его разбудить и специально сделал тише. Антон тут же направился туда. Музыка играла из кухни, на которой, пританцовывая, что-то готовила приятная на вид девушка, в милой розовой пижаме с зайчиками. Шастун вспомнил эту девушку, с которой он вчера напился, и которая видимо забрала его к себе. Но имя собутыльницы вылетело из головы, хотя Антон помнил, что она представлялась. — О, ты уже проснулся, — перевернув оладьи, девушка с улыбкой повернулась к Антону, и парень увидел, что на столе уже стоял завтрак. — Прошу за стол. Не стесняйся, чувствуй себя как дома. Хотя вчера ты прекрасно с этим справился. Я уверена, ты даже и помнишь как меня зовут и как ты тут оказался. Напоминаю, я Соня. Мы встретились в клубе, ты напился в хламину, и я отвезла тебя к себе домой. По той простой причине, что не знала куда тебя везти. Воспоминания постепенно возвращались в голову Антона. Вспомнил он и свой повод напиться до потери пульса, и то что в отеле остались друзья, которые волновались о его состоянии. Но как признался сам себе парень, ему было на это абсолютно плевать. — Твой телефон на зарядке в комнате. Он в ноль разрядился, — проговорила девушка, закончив с готовкой, и села напротив Шастуна, размешивая в кружке чай. — Там миллион пропущенных, и чуть больше сообщений. Я смотрю, ты любишь нервы потрепать своим друзьям. — Они мне тоже, — буркнул Антон, с хмурым лицом осматривая завтрак, понимая, что возможно он вернется, не дойдя до желудка. — Ну, тогда вы квиты, — пожала плечами Соня. Неожиданно на кухню влетел чёрный вихрь, сметая всё со своего пути. Антон рассмотрел и увидел, что это маленький чёрный щенок, который несся к хозяйке, виляя хвостом. — О, — протянула София, с радостью подняла щенка на руки, и тут же чмокнула того в мокрый нос. — Ты ж моя хорошая. Знакомься, это новый друг твоей мамочки — Антон. Антон, это Джоли, самая прекрасная девочка на свете. — Как Анджелина что-ли? — спросил парень, принимая собаку из рук девушки. Джоли тут же начала обнюхивать нового человека и уже через секунду, стала вылизать лицо Антона, чем вызвала его смех. — Как ты догадался? — наигранно удивилась девушка и пояснила почему именно так назвала собаку. — Я просто обожаю Анжелину Джоли. Все фильмы с ней пересмотрела. Наигравшись с щенком, Антон заинтересовался тем, как после такой ночи, Соня выглядит так, будто прекрасно выспалась и с таким же настроением приготовила себе и Шастуну завтрак. Этот вопрос он и озвучил. — Пострадала денёк и хватит, — бросила девушка, с шумом отхлебнув из кружки своё кофе. Шастун ещё раз осмотрел новую знакомую, и удивленно отметил, что та выглядела так, будто накануне ей не изменяли и она не выпивала вчера с Антона, делясь своими любовными терзаниями. На языке парня долго вертелся один вопрос, который он не решался озвучить. Но видимо Соня была со способностями экстрасенса, и ответила на этот вопрос, сама того не подозревая. — Удивлен, что проснулся в царских апартаментах? Но не переживай, тебя не вызовут на аудиенцию к королю. Ты всего лишь в питерской двушке, заботливо обустроенной моими обожаемыми родителями. Не понимаю правда, за какие такие заслуги, отгрохать такую хату, такой непутевой доченьке, — задумчиво проговорила София, намазывая на оладушек сгущенку. Долгое время наблюдая за девушкой, Антон отметил, что она довольно милая и добрая, пусть и с небольшим списочком странностей, которые успел отметить импровизатор за всё время общения с ней. Пару раз Соня, продолжала разговаривать сама с собой, не обращая внимания на Антона, но при этом рассказ предназначался ему. На неприятных моментах, девушка смешно морщила нос и хмурила брови. Да и вообще, у Софии была оживленная жестикуляция. Она много и сильно махала руками, и пару раз чуть не снесла кружку, которая стояла рядом с ней. Но всё равно девушка была довольно милой и интересной. Светлые волосы, заплетенные в две аккуратные косички, но некоторые пряди всё равно порывались вылезти из прически. Светло-голубые глаза постоянно посматривали на Антона, наблюдая за его состоянием и настроением, а большое количество родинок, усыпало её мягкие черты лица. — И всё-таки, я считаю, что тебя нужно ответить хотя бы на сообщения. Волнуются ведь. Напиши им, что не на лавочке в парке спал, и не объедками завтракал, а наивкуснейшими оладушками, приготовленные самой талантливой девушкой в твоей жизни. И завтракал в компании той самой девушки. Вообщем, ты в раю, друг мой. В конце своего монолога, София сложила руки на груди и выразительно посмотрела на Антона, а взгляд её даже не принимал противоречий. Ведь всё это правда. Шастун на секунду завис, осмысливая то, что сказала Соня, а после вдруг засмеялся. — А ты прикольная, — проговорил он, забыв головной боли, и поднялся, чтобы вернуться в комнату за телефоном. — А мы, Янковские, все прикольные. Ты бы вписался в наш сумасшедший дом. Но увы и ах, ты не в моём вкусе. Но тебе даже повезло. Ты хотя бы не встретишься с моей звезданутой маменькой. Вот она действительно не в своём уме, — девушка покрутила пальцем у виска, и продолжила пить кофе, отвернувшись от Антона. Парень, посмеявшись, вернулся в комнату. Телефон и вправду стоял на зарядке, и Шастун недолго думая его разблокировал. Пятнадцать пропущенных от Серёжи, тридцать два от Димы, и почти столько же сообщений. Десять пропущенных от Стаса и столько же от Окси. Даже Арс написал пару сообщений, о том, как они волнуются и просьба о том, чтобы Антон хотя бы сообщил где находится. Отвечать на сообщение Попова совершенно не хотелось, но Антон и сам не знал ответа на его вопрос. Единственное, что он знал, это то, что он находится в Питере. Но и это уже радовало. Несколько раз пролистав уведомления, Шастун не увидел ни одного сообщения об Орловой. Но оно и понятно. После вчерашнего он и знать не хочет о своей бывшей. Пусть его и спать уложили, и завтраком накормили, но пора и честь знать. Больше пользоваться гостеприимностью Янковской не хотелось, поэтому Антон решил позвонить кому-то из своих друзей, с просьбой забрать его. Дима и Стас сразу же отпадали, импровизатору не хотелось выслушивать нотации всю дорогу. Оксану беспокоить не хотелось. Об Арсе и Даше он слышать вообще не хотел. Остаётся Серёжа. Ему Шастун и позвонил. — Шастунишка, блять. Ты хоть понимаешь как мы переживали за тебя. Не понятно куда свалил, непонятно с кем. Ты вообще где? За тобой приехать? Ты в курсе, что нам скоро на концерт ехать? — шквал вопросов и нравоучений свалился на Антона, стоило Серёже взять трубку. — Серёг, давай всё потом, — потерев лицо рукой, проговорил Антон. — Я поэтому тебе и звоню. Сможешь забрать меня? — Да не проблема. Только скажи откуда. — А я и сам не знаю, — бросил Антон, и вышел из комнаты, чтобы узнать адрес у Софии. — Ты там с бабой что-ли? — сердито спросил Серёжа, думая, что друг в порыве злости переспал с кем-то. — Сказал же, потом всё объясню. Сообщив адрес, Шастун бросил трубку. И посмотрел на Соню, что в милом фартучке мыла посуду, напевая под нос известную лишь ей мелодию. — Уже уезжаешь? — спросила Янковская, заканчивая с посудой. — Да. Мне пора. Ты и так много для меня сделала, но работа есть работа. Да и друзьям нужно всё объяснить и показать, что я жив-здоров. — Ну насчёт здоров я бы поспорила. Но тут уже твоё дело, я же не держу тебя насильно в своей квартире. Но хочу сказать, что ты хороший, — Соня подошла ближе к парню и похлопала его по плечу. — И та твоя неверная девушка, целующаяся с твоими друзьями, на самом деле такая дура. Упустила такого классного парня. — Да и тот твой парень, изменивший тебе, такой мудак, — улыбнувшись проговорил Антон, и обнял девушку, что за такое короткое время успела столько сделать для парня. — Это ты ещё мягко сказал, — усмехнулась Янковская. — И кстати. Нужна будет помощь психолога, мой номер уже у тебя в телефоне. Антон хотел поинтересоваться откуда у него её номер, но и сам вспомнил, как просил его в клубе. Тогда девушка вроде бы и рассказала о своей работе. — Ты ещё и психолог что-ли? — удивился Антон, отстраняясь от Софии. — Могу диплом показать, — горделиво проговорила Соня, — красный на минуточку. Но сделать ей это не дал дверной звонок. Девушка тут же подскочила к двери, открывая её. На пороге стоял нервный Матвиенко, который тут же сердито посмотрел на девушку, ожидая на её месте какую-нибудь девушку легкого поведения. Но тут же расслабился, увидев на её месте очаровательную девушку, покорившую его с первого взгляда. — Здорова, Серёг. Я уже готов, можем ехать, — Антон схватил свой телефон с тумбочки и стал обуваться. — Привет, — проигнорировав друга, импровизатор помахал Софии, которая с легкой улыбкой рассматривала Матвиенко. — Пока. И спасибо, что не оставила в клубе, друг по несчастью, — улыбнулся Антон, и вытолкнув застывшего Серёжу, вышел сам. — Пока, друг по несчастью, — крикнула Янковская на весь подъезд, высунувшись из двери. — Пока, незнакомый мне друг, моего друга по несчастью. Уже в машине Матвиенко очнулся и был готов задать Шастуну такую встряску, но его опередил тот, кого Антон совсем не ожидал увидеть на заднем сидении машины друга. — Ебать тебя током, Шастун, — послышался недовольный голос Позова с заднего сидения. Испугавшись, Антон повернулся к другу, который не поднялся вместе с Серёжей в квартиру. — Я тебе всю ночь звонил и писал, а ты, еблан, с какой-то бабой спал. А мы переживали вообще-то, — продолжал ругаться Дима. — Ну там явно не баба, а девушка, — исправил его Серёжа, заводя машину. — Да и не спал я с ней. С Соней мы познакомились в клубе, а потом она меня пьяного отвезла к себе. Я сам утром еле вспомнил об этом, — проговорил Антон. Еще пару минут поорав на друга, Дима успокоился и отстал от Шастуна. Но всё же парень не смог расслабиться в дороге до отеля, из которого они должны были выехать в следующий город. К нему прицепился Серёжа, который стал расспрашивать его о Соне. Шастун понял, что девушка понравилась Матвиенко, но чисто из принципа сказал, что её номера у него нет. Он заметил как расстроился Серёжа, но тот виду не подал и махнув рукой продолжил следить за дорогой.***
В это же время. Отель. Не сомкнув глаз ночью, утром Орлова чувствовала себя ужасно. Всю ночь она не выпускала телефона из рук, порываясь написать или позвонить Антону, но после того как сообщение было готово к отправке, палец тянулся стереть его. Поэтому девушка перечитывала в сотый раз сообщения Шастуна, так и решившись ответить на них. Остальные импровизаторы и команда разошлись по своим номерам, но ни один из них не перестала думать о тот, что произошло на их глазах. Но Даша знала, что каждый звонил и писал Антону, но ни одному он не ответил. Утром, Стас пригласил всех к себе номер, с надеждой на спокойный разговор, дабы решить, что им всем делать дальше. — Ситуация у нас пиздец, — с этих слов Шеминов начал свою речь. — И какие ваши предложения, что нам делать дальше? Я спрашиваю у вас, граждане виноватые в этом пиздеце. Стас сердитым взглядом посмотрел на Дашу и Арса, что сели в разные углы номера, чтобы даже взглядами не пересекаться. Попов выглядел очень виноватым и тоже не спал практически всю ночь, но у него хватило смелости написать Антону пару сообщений. Ссутулившись Арс посмотрел на продюсера. Уже давно команда не видела его таким. — Я думаю мне лучше уехать, — первой проговорила Даша, избегая взгляда каждого в этой комнате, а особенно Димы, который очень злился на неё. Просто ещё не высказал ей ничего, что хотел. — И ты предлагаешь нам в каждом городе нанимать новых гримеров, — недовольно проговорил Стас. — Этот тур ты доработаешь с нами, а потом можешь делать, что хочешь. Антона мы постараемся к тебе близко не подпускать, но я всё равно считаю, что вам нужно поговорить. — Ага, особенно после того, как все узнали вашу с Поповым историю, — бросил Дима, сложив руки на груди. — Я вообще считаю, что об этом нужно было говорить сразу. А не скрывать всё до последнего. Скрыли, и вот итог. — Ладно тебе, Поз. Давай не будем лезть в любовные дела. Это дело только Антона, Даши и Арса, вот пусть они и решают всё сами, — прервал его Шеминов. — А здесь мы, чтобы решить рабочие вопросы. Хоть я и тоже хочу во всём разобраться. Прервал их разговор зазвонивший телефон Серёжи. Мужчина сразу же поделился, что это Антон, и первым делом наорал на друга и засыпал того вопросами. — Ты там с бабой что-ли? — раздался сердитый голос Матвиенко, что уже собранный стоял у двери, собираясь выезжать. Все тут же повернули голову на Серёжу, а Позов встал с места, схватив куртку и вышел вслед за другом. Новость о том, что Антон был в квартире какой-то «бабы», как выразился Матвиенко, шокировала всех. Мало кто ожидал, что Шастун сразу же пойдет во все тяжкие. Даша лишь кивнула сама себе, понимая, что пусть её и не приятно это услышать, но она сама заварила эту кашу. Её ей и расхлебывать. — Так, Шастун нашелся, вопрос более-менее решили. Можете все расходиться по номерам и собирать вещи. В три у нас выезд, — хлопнул в ладоши Стас и выгнал из номера Дашу и Арса, оставив только Оксану, чтобы обсудить рабочие моменты. Оказавшись в коридоре, Даша тут же рванула к себе в номер, не желая разговаривать с Арсом. После вчерашнего, на душе девушки скребли кошки от осознания того, что она наделала. И видеть после этого Попова не хотелось. В то время как Арс, хотел обсудить всю эту ситуацию, чтобы понять, как двигаться дальше. Но понимал, что Орловой не до этого. Да и сперва перед Антоном нужно было извиниться, здесь он знал точно, что услышать слова о прощении от Шастуна будет очень сложно. И возможно это случиться и не через год, и не через два. На телефон снова пришло уведомление, о том что его отметили под фоткой с Дашей. Попов даже не смотрел на эти фотки и не читал комментарии, хотя осознавал, что там творится самый настоящий ужас. И сегодняшний концерт все ожидали с нетерпением, а некоторые боялись, что он может отмениться. Но успокоило их то, что никто не сообщал об отмене концерта, а значит ему быть.***
Даша видела каким Антон зашёл в отель. Он даже не смотрел в её сторону, а если и смотрел то с таким отвращением, от которого Орловой было ещё хуже. Почти таким же взглядом на неё смотрел и Дима. Который всё время пытался поддержать друга, но это у него мало получалось. Шастун стал всё чаще пропадать в клубах и возвращаться в отель в нетрезвом состоянии, но вытащить его из такого состояния, мог только она сам. Но похоже ему это было и не нужно. Поэтому импровизатор продолжал заливать боль алкоголем. Всю оставшеюся неделю тура, девушка пыталась поговорить с ним, но Шастун избегал её, либо же делал вид, что не видит её. И с каждым разом, Даша всё больше отчаивалась и всё меньше лезла к Антону с разговорами. Серёжа тоже пытался подтолкнуть друга к разговору, но обычно его игнорировали, а иногда и посылали куда подальше. Концерты проходили один за другим, Антон и Арсений делали вид, что всё прекрасно. А на сцене продолжали превосходно отыгрывать свои роли, но Стас старался сделать так, чтобы эти двое как можно меньше пересекались на сцене. Синяки Арса всё же удавалось замазать, да так, что и не скажешь что по его лицу прилетело тяжелой рукой Антона, увешанной кольцами. Так и прошла эта неделя, но самым тяжелым для Даши оказался тот момент, когда она, Антон и Арсений втроём ехали в лифте. Как так вышло, до сих пор не понимал никто. Оказавшись в одном лифте с двумя мужчинами, Орлова ещё сильнее ощутила то напряжение, сковавшее всю команду на протяжении всего тура. Казалось лифт стал теснее, чем был до этого. Каждый отводил взгляд, не желая смотреть друг на друга. Антону было обидно. Пусть злость и поутихла, но обида продолжала таиться в груди. И именно она не давала ему поговорить с Арсом и Дашей, пусть они и знали, что прощения не дождутся. И поэтому продолжал игнорировать обоих, общаясь с Поповым только на сцене. Шастун понимал, что этим делает больно другу и девушке, пусть и бывшим. Но желания выслушивать их оправдания не было. И сейчас, оставшись наедине с ними в замкнутом пространстве, Антон видел как больно было Даше, и как стыдно Арсу. Но ничего не хотел с этим делать. Если больно ему, тогда пусть будет больно и им. Арсений, как и Даша, несколько раз подходил к Шастуну, желая по-мужски обсудить их общую проблему. Попов не боялся ещё раз получить от парня по лицу или по другим частям тела, и каждый раз был готов к этому. Хотя бы потому что знал, что он это заслужил. Они оба понимали, что их дружба, пусть и не такая крепкая, разрушилась, стоило Орловой появится в их жизни. И за нее мужчина переживал не меньше. Он видел какой она стала, и боялся за неё, но как бы не хотел импровизатор поговорить, девушка избегала его, не давая возможности обсудить произошедшее. Ведь он понимал, что лучше всего в этой ситуации — просто поговорить. И рассказать как оно всё было, с самого начала. Даша, за эти дни, очень изменилась. Пропал тот самый огонек в её глазах, который часто замечали все друзья и коллеги. Сама девушка чувствовала себя ужасно, ей было стыдно находится рядом с импровизаторами. Поэтому чаще всего она отсиживалась в номере. Чемодан всё время был собран, казалось в любую минуту Орлова могла сорваться и уехать домой. Но что-то заставляло её оставаться и продолжать тур. Чем она поражала остальных. Глаза девушки каждый раз наполнялись слезами, стоило ей увидеть Антона, а после его игнора, она начинала плакать. Поэтому постоянно с ней находилась Оксана, которой было больно видеть, ранее счастливую и весёлую Дашу, такой, какой она стала сейчас. И когда лифт наконец-то спустился на первый этаж, Даша вылетела из него первой, не желая оставаться с мужчинами наедине ещё дольше. Эти несколько секунд, за которые лифт спустился на первый этаж, Орлова успела поседеть на несколько прядей. Казалось эти секунды длились часами. Несколько длинных и мучительных часов. Следом за ней вышли и Антон с Арсением. Не смотря друг другу в глаза, импровизаторы разошлись в разные стороны. Скоро тур подходил к концу, а Даша, Антон и Арсений так и не поговорили. Отношения одних продолжали быть напряженными, а других не понятными. Арсению хотелось, чтобы его надежды на общее будущее с Дашей сбылись. Но он понимал, что пока девушка не разберется сама с собой, он не дождется ответов на свои вопросы. Финита ля комедия, друзья. Занавес опускается. Актёры снимают маски. А дальше только тишина и сломленные души, оставшиеся за кулисами, в абсолютном одиночестве.
