Trying to Make Sense of Our Lives

— Это просто сводит с ума, дорогая, — вздохнул Клаус, подперев подбородок левой рукой и уставившись на экран своего компьютера. Белокурая красавица, с которой он разговаривал по скайпу, закатила глаза и полностью скопировала его позу. — Судя по всему. У тебя, возвращающиеся, фальшивые — ранее мертвые — члены семьи, а я вынуждена проводить время с Деленой 2.0, — пожаловалась Кэролайн. — Что не так плохо, но так же мучительно. — И эта блондинка-студентка-психолог продолжает пытаться изучать меня, — Клаус закатил глаза, думая о человеке, о котором шла речь. — Нет, Клаус, это нормально, что ты убил двадцать человек. Всему виной твоё тяжёлое детство. Насколько жалким нужно быть, чтобы таким способом пытаться привлечь к себе внимание? — Именно. — А потом она обняла меня. — Серьёзно? — Милая, клянусь тебе, это была самая неприятная вещь за всю мою жизнь. — Стоит ли мне повесить табличку с надписью «Собственность Кэролайн Форбс»? Потому что я сделаю это, когда приеду к тебе на весенних каникулах. — Не волнуйся, милая. У меня есть проблемы посерьёзнее, чем человек, который, вероятно, не доживёт до праздников. — Очень на это надеюсь, — проворчала она, посягание на Клауса для неё было словно красная тряпка для быка. — Однако было забавно, когда она подумала, что я доверил ей кол из белого дуба. Стал бы я на самом деле доверять какому-то мелкому человеку оригинал? — спрашивает он, ухмыляясь тому факту, что он смог обвести всех вокруг пальца. — Я не просто так смог прожить тысячу лет. — Эти люди такие глупые, — Кэролайн улыбнулась ему, отчаянно желая протянуть руку и коснуться его щеки. — Что насчёт всей этой истории с ребёнком? — Да, — снова вздохнул он, закатывая глаза. — Честное слово, этот ребёнок — бóльшая заноза в моей заднице, чем его мать. — Хейли снова раздражает? — спросила Кэролайн, разглядывая свои ногти. — Разве это не нормальное для неё состояние? Я зашёл к Элайдже, который снова пялился на фотографии Катерины, так что это снова повторяется, — Клаус съёжился, вспомнив, как прошлой ночью вошёл в спальню своего брата. — Фу, я даже не хочу знать, — Кэролайн скорчила гримасу, прежде чем хихикнуть. Клаус выдавил улыбку сияющей блондинке на экране, прежде чем наклонился вперёд. — Знаешь, милая, я сейчас один дома. И прошло много времени с тех пор, как… — он послал ей свою фирменную ухмылку, когда она соблазнительно прикусила губу в ответ. — Может быть, после того, как я закончу свой рассказ? — невинно предложила она, проводя рукой по своим кудрям. Клаус поднял брови, улыбка расплылась по его лицу. — Во что бы то ни стало, продолжай. — Хорошо, так на чём я остановилась? О! Итак, в какой долбаной вселенной Деймон Сальваторе возвращается из мёртвых, в то время как моя лучшая подруга застряла Бог знает где? — Та же вселенная, где у меня, по-видимому, есть волшебный гибридный ребёнок. — И теперь Делена 2.0 имеет дело с тем фактом, что у неё нет воспоминаний о том, что она была влюблена в него. Так что между ними много тяжёлых вздохов и долгих взглядов, — пожаловалась она, убирая прядь, которая потерялась во время ее разглагольствования, с глаз. — Что даже не имеет смысла, — снова начала Кэролайн, наблюдая, как Клаус откидывается в кресле. — Аларик больше не первородный, разве его принуждение не должно было исчезнуть? Так было, когда Элайджа «умер», а Кэтрин сбежала из гробницы. Боже, я чувствую себя так, словно нахожусь в эпизоде сериала «Так чья сейчас реплика?», где всё придумано и очки не имеют значения. — Я не понимаю этой отсылки. Но да, да, я согласен. — А Стефан ведёт себя как придурок. Я серьёзно отменяю его приглашение присоединиться ко мне на весенних каникулах. — Приведи этого парня Энзо, я уверен, что смог бы убедить Ребекку приехать навестить и оставить этого ребёнка с Хейли. Одному Богу известно, почему она всё ещё в Новом Орлеане, — предположил Клаус. — Из того, что ты мне рассказала, он и Ребекка поладили бы. — И мы могли бы получить очень необходимое время наедине, — Кэролайн изогнула брови и прикусила губу. Он облизнул губы в предвкушении, ничего так не желая, как оказаться с ней в её комнате в общежитии прямо в тот же момент. Кэролайн вздохнула, прежде чем посмотреть на дверь. — Мне, наверное, стоит принять душ, пока кто-нибудь не вернулся, — с сожалением сказала она. — А как насчёт того, что ты пообещал после своей истории? — Клаус надулся, наклонившись ближе к экрану. Она добродушно улыбнулась. — Я не говорила, что собираюсь сбрасывать звонок, не так ли? — застенчиво спросила она, наклоняясь вперёд, чтобы показать на экране намёк на декольте. Клаус тихо зарычал и снова облизнул губы. — Как пожелаешь, милая, — начал он. — Но, пожалуйста, запри за собой дверь. Эти братья Сальваторе не знают, что такое границы. — Расскажи мне об этом, они оба вечно врываются, когда я в одном полотенце. — Напомни мне добавить их в список людей, которых мне нужно заколоть, когда я увижу их в следующий раз, — сказал Клаус, вставая и беря свой ноутбук, направляясь в ванную. — Уже на листе у моей кровати, — небрежно ответила она, вставая и начиная расстегивать блузку на экране. — Милая? — Да? — она оторвала взгляд от своей рубашки и посмотрела на его лицо на экране. Он мягко улыбался ей, и вскоре выражение её лица стало зеркальным отражением его. — Я не могу дождаться весны. — Я тоже.