Beomgyu’s star

Длинноволосый парень стоит у зеркала, старательно расчёсывая черные пряди, кривя лицо, когда расчёска отказывается свободно проходить сквозь концы волос из-за маленьких колтунов. - Я обрежу вас, к черту, - ругается Гю и с силой дёргает вниз. Он не успевает вновь завести руку за голову, как его останавливает, появившийся позади Ёнджун. - Дай я попробую, - он берет расчёску в руку и начинает колдовать над прической своего любимого парня. - Я не позволю тебе избавиться от этой красоты. Парень аккуратно проводит по длине волос, останавливаясь перед комочками, разбирая их пальцами. Свободной рукой Ён поглаживает младшего по плечу, заставляя того успокоиться. - Сегодня важный день, я не хочу, чтобы он начинался так, - тихонько говорит старший, заканчивая процедуру. - Наша с тобой первая годовщина. Бомгю разворачивается и благодарно прижимается к телу напротив. В последнее время на него навалилось слишком много всего, но Ёнджун, как спасательный круг, заставляет оставаться на плаву. Старший прекрасно понимает Бомгю, так как сам проходил этот жизненный период в болезненном одиночестве, и он ни в коем случае не хочет, чтобы младший погряз в этой пучине страха перед взрослой жизнью и самостоятельным будущим. Ёнджун запускает руку в только что расчесанные волосы и носом утыкается в макушку Гю. Им обоим сейчас так хорошо, просто быть рядом, чувствовать тепло родного тела. Бомгю не хватит слов, чтобы в полной мере выразить благодарность старшему за последние месяцы проведенные плечом к плечу. Они живут вместе уже полгода и научились справляться с бытовыми трудностями, по большей части благодаря старшему. Он намного более зрелый, в отличие от Гю, но ни разу и подумать не мог о том, чтобы заставить младшего повзрослеть раньше времени. - Давай наденем парные свитера сегодня? - шепчет младший не отлипая от Ёна. И пусть на улице июль, и новогодние свитера будут выглядеть абсолютно нелепо, старшему плевать, ведь это их с Бомгю особенный день. - Как пожелаешь, - отвечает старший и, целуя, отстраняется, дабы наконец-то начать собираться. Он заходит в коридор, открывая высокий шкаф-купе. С самой верхней полки достаёт отложенные на зиму свитера. Довольный младший убегает в спальню, надевая любимые черные скинни и как всегда втихаря (хотя старший обо всём давно знает) пшикается парфюмом своего хёна, блаженно прикрывая глаза. - Гю-я, твой свитер на кресле, прибегай скорее. Младший уже на всех парах мчится в коридор и, видя Ёна в новогоднем свитере, в его груди возникает безумно теплое чувство. Они купили их в первое рождество, проведенное вместе и, кажется, не снимали все зимние каникулы, бесконечно смотря фильмы в обнимку. Бомгю натягивает свой свитер, а после садится, чтобы обуть кеды. Сердце так трепещет, что хочется скорее действовать, так что младший торопливо вскакивает, наплевав на шнурки. Парни выходят из квартиры, спускаясь по лестнице с четвёртого этажа. Ёнджун о чём-то рассказывает, а Гю просто наслаждается пребыванием в этом моменте, с самым дорогим и единственным человеком в его жизни. На улице стоит знойная погода, шкала термометра достигает тридцати градусов. Ткань тут же начинает прилипать к спине, на лбу выступают капли пота. Но обоим на это всё равно, они есть друг у друга и это самое ценное, что только может быть. Проходя двор, парни выходят на оживленную улицу останавливаясь у светофора. До зелёного света ещё 15 секунд. Бомгю решает, что это подходящий момент для того, чтобы всё таки завязать мешающиеся шнурки. Он присаживается и пытается расправить образовавшийся узел, но как назло пальцы не слушаются. Он успокаивается и пробует снова. Один шнурок побеждён, остаётся ещё один. Но кажется он уже не будет завязан. Люди с криками расступаются в стороны, громкий звук бьет по ушам и, Бомгю клянётся, лучше бы он навсегда ослеп и никогда бы не поднял свою чёртову голову, лишь бы не видеть открывшуюся картину, которая будет посещать его кошмары каждую последующую ночь: Его Ёнджун лежит в луже собственной крови в нескольких метрах от пешеходного перехода. Конечности ужасающе выгнуты в разные стороны и, самое прекрасное лицо на всём белом свете навсегда замерло в немом крике.

***

С того дня, Бомгю больше никогда не носил обувь на шнурках и этот уродливый свитер с оленями. Жизнь заставила взглянуть смерти в глаза крошечного, когда-то такого любимого Ёнджуном ребёнка. Конечно, он и сейчас любит своего Бомгю, только оттуда, сверху, каждую ночь сверкая в окошко младшего одинокой звёздочкой.