Результат — положительный...

      Куро сидел на коврике в ванной комнате, обхватив голову руками и прислонившись спиной к плитке. Очки поблескивали на раковине, как, впрочем, и висящее над умывальником зеркало. Хотелось разнести все помещение, к чертовой матери поразбивать все, что можно разбить, сломать все, что позволят сломать сила и материал, — но Треф сидел и крупно дрожал, впервые боясь за результат. Чувства пепельноволосый король испытывал очень двоякие. Боролись страх на грани паники и ледяное, почти бездушное спокойствие. Но любопытство было сильнее всех, и поэтому Костя схватил тест и, щурясь, присмотрелся. Две полоски… Рука сама собой сжалась в кулак, а сероглазый закрыл глаза, поднял голову, упираясь макушкой в ванну, и слабо улыбнулся.       «Пусть только придут, — придушу обоих…» — подумал Куромаку, чувствуя, как от глаза по виску катится слеза. Была эта слеза счастья или горького огорчения, непонятно, — но второй клон больше склонялся к первому варианту. У них будет ребенок… Тут сознание больно кольнул вопрос: у них?.. Маку широко распахнул глаза, а левая рука непроизвольно легла на пока плоский живот. «Надо сказать им…» — эта мысль немного отрезвила очкарика, и он встал, чтобы взять очки и телефон, который тоже лежал на раковине. Найдя их общий чат, Константин опустился на край ванны. А что писать? Решив сильно не заморачиваться, парень взял положительный тест, положил его на ладонь и сфотографировал, после чего отправил с одним коротким «Кто?». Оба оффлайн, но оно и понятно, что Пик, что Данте — оба на работе. Это Кура начальник почти заставил взять больничный, ибо слишком уж плохо выглядел Треф.       Документы — редкостная нудятина, и Данил искренне не понимал, как трефовый король может сидеть над ними буквально часами. Хотя, у них просто разный характер, и в усидчивости Маку на сто шагов обгоняет Данте. Заполнив очередную бумагу, Доломцев посмотрел на стопку оставшегося и, застонав, решил сделать себе чашечку чая, а лишь затем продолжить. Хоть не так тоскливо будет. Пока бубновый возился с чайником, телефон коротко пиликнул, оповещая хозяина о новом сообщении, на что Даня улыбнулся — интуиция говорила, что сообщение от кого-то из его любимых…       Громкая музыка уже начинала знатно действовать Пику на нервы, поэтому он сообщил напарнику, что отойдет, и вышел в тупичок, куда заезжала машина с продуктами и алкоголем для этого клуба. Закурив, Павел вытащил телефон и, потягивая сигарету, стал просматривать новостные ленты соцсетей, в которых обычно сидел. В какой-то момент наверху появилась строка о сообщении, а телефон слегка завибрировал. Фиол выпустил дым и, слегка улыбнувшись, нажал, чтобы просмотреть. Ещё шире улыбка растеклась по лицу, когда он увидел, что онлайн все трое, но, как только Пепелов увидел присланную фотографию, мужчина выронил недокуренную сигарету, а уголки губ обалдело поползли вниз. «Чего?..»       У Куромаку дрожали руки. Все онлайн, сообщение прочитано, но почему же отвечать никто не спешит? На нижних веках набухли слезы и стали мешать нормально видеть экран. Трефовый король промокнул глаза и заметил, что и Пик, и Данте записывают голосовые сообщения. Маку прикусил губу и исподлобья глянул на потолок. Тихий хлюп пришедшего голосового заставил Куроградца быстро опустить взгляд и нажать на кнопку, дабы прослушать.       [Сиди дома и не вздумай никуда идти! Я скоро приеду!] — два любимых, таких родных для пепельноволосого го́лоса сказали одну и ту же фразу, как под копирку.       — Хорошо, — севшим от нервов шепотом произнес средний и, забрав все свое, пошел в их общую комнату, где свернулся на кровати калачиком.       Звук торможения машины и визг шин мотоцикла раздался во дворе с разницей буквально в считанные секунды. Встретившись во дворе, бубновый переглянулся с пиковым, оба нахмурились и быстрым шагом направились искать Куро. Впрочем, искать его не пришлось, ведь короли встретили по пути Феликса, который сообщил старшим о том, что Куроградец в их комнате. В итоге, когда Пепелов и Доломцев оказались в нужной спальне, они сразу увидели Трефа, который лежал в позе эмбриона и что-то обнимал, едва заметно дрожа. Оба сели на кровать за спиной парня, положили ладони на плечо и бок, и Данте негромко произнес:       — Ку-у-уро… — трефовый снова вздрогнул, после чего резко сел, скинув с себя руки. Глаза были красные и подпухшими, нос и раскрасневшийся щеки блестели от влаги; Паша обнял Костю и погладил по голове. Немного подождав, пока сероглазый успокоится, второму устроили допрос.       — Куро, что это? — Данил показал старшему фото положительного теста. Маку облизнул пересохшие губы и потупил взгляд, тем самым будто стараясь уйти от ответа. — Куро, — уже с некоторым нажимом произнес красноволосый.       — Тумбочка, первый ящик… Там сверху лежит, — прошептал очкарик и низко-низко опустил глаза, вцепившись руками в перекрещенные ноги. Третий и восьмой снова перекинулись взглядами, и последний, подойдя ближе к изголовью кровати, открыл нужный шкафчик, откуда извлёк предмет с двумя яркими красными полосками. Пик как сомнамбула показал тест Данте и пробормотал:       — Да, дела…       — У нас будет ребенок, — алоглазый произнес это так, будто пробовал фразу на вкус. — Маленький…       — Да, и я пойму, если… — начал было Константин, но Павел его перебил.       — Как думаешь, срок большой?       — Не знаю, — ладони трудоголика легли на живот, и молодой человек машинально прищурился, чувствуя, как глаза опять начинает пощипывать соль слёз. — Думаю, около четырёх недель…       — Значит времени еще полно, — задумчиво протянул философ и пустым взглядом посмотрел на трефового, а тот шмыгнул носом, напрягаясь внутренне все больше и больше. — Что ж, кажется, мне придется повременить с отпуском, — Треф поднял голову и непонимающе нахмурился, в одно мгновение запутавшись в ситуации. Пиковый король ухмыльнулся и добавил.       — А я, пожалуй, буду периодически оставаться в ночную смену, за нее доплачивают хорошо       — Я не понимаю… — пролепетал Кур, растерянно поглядывая на фиола и алоглазого.       — А что непонятно? Насколько я знаю, маленьким детям много чего надо,— приподнял бровь восьмой, третий же улыбнулся и кивнул. А Маку не мог поверить в то, что услышал, и, кажется, забыл как дышать. Крупные соленые капли все же покатились по щекам, а сердце в груди будто выстукивало «Нужен! Нужен!».       — Спасибо, ребята… — тут трефа затошнило, и он, обалдело распахнув глаза, буквально выскочил из комнаты. Пик и Данте какое-то время молчали, а затем, не сговариваясь, крепко обнялись. И оба отчего-то рассмеялись, пустив слезу; Пашка подхватил Доломцева и закружил того в воздухе, восклицая что-то про будущего малыша. И никого особо не парило то, что это могут услышать, — слишком велика была радость. Когда же Костя вернулся, он увидел, как бубновый сидит на руках пикового, а последний заливается хохотом и кружится вместе с ним.       — Вы что творите? — улыбнулся Куро. Пепелов же повалил Даньку на кровать и, подойдя, поднял на руки младшего так, чтобы держать его достаточно хорошо и иметь возможность уткнуться носом ему под грудину. Сероглазый обхватил руками голову фиола и пискнул:       — Да-а-анте, он меня сейчас уронит! — красный улыбнулся, встал с кровати и обнял старшего со спины, упираясь щекой в слегка выступающий позвоночник.       — Не бойся, мы свое счастье не уроним...