Бонус. «Не накручивайте себя»
2 сентября 2022 г., 14:52
Впервые Джирайя сидел в баре и пил просто так. Не потому что встретил знакомого, не потому что хотел подцепить кого-то или что-то такое. В голове было так много мыслей и вопросов, но не было ни одного ответа.
Сегодня они с Наруто и Ичиро отправились на источники. Они давно не проводили время вместе и, в принципе, редко отдыхают. И все бы ничего. Когда его сын раздевался, мужчина взглянул на него, потому что тот о чем-то рассказывал. И его внимание привлекло нечто другое, потому он невольно опустил взгляд. Его шея, плечи и ключицы были усыпаны многочисленными засосами. Ичиро заметил изучающий взгляд отца и, видимо, засмущался, потому что начал неловко потирать шею и опускать голову ближе к плечу. Джирайя довольно улыбнулся и отвернулся и продолжил слушать Ичиро.
Мужчина долгое время испытывал чувство радости и гордости и пару раз даже заводил разговор о девушках. Все разговоры Наруто, в итоге, указывали на Сакуру. Ичиро же лишь сказал, что для него идеальная девушка та, которая не будет выносить ему мозги, много болтать и не прочь поваляться с ним в постели лишний часик. Великий саннин начал уже представлять себе, как же выглядит идеальная девушка его сына, до тех пор, пока не увидел на его ногах и боках синяки.
«Да ладно, он же ниндзя, это нормально, что у него есть синяки на теле» — была первая мысль Джирайи и на пару секунд он даже успокоился.
«Но почему синяки маленькие, точечно и в таких необычных местах?» — последовала вторая мысль, которая заставила мужчина на какое-то время замереть. Было много мыслей, но ни одна из них не могла указать, почему синяки были именно такими и в таких местах. Кроме одной.
Синяки были похожи на следы от пальцев. Вряд ли девушка смогла бы оставить их. И противник это не мог быть. Уж что-то, а синяками он не отделался бы. Когда-то за эти же места Джирайя брался и за девушек. Могло бы это значит, что его сын спал с мужчиной и в добавок ко всему был снизу? Саннин даже не знал, какая из этих двух мыслей бесила его больше.
Допивая уже вторую бутылку, мужчина оплатил счет и направился в отель, где они остановились. Наруто и Ичиро уже спят, так что он поговорит с сыном завтра утром, а когда они вернутся в деревню поговорит с Какаши. Тот наблюдал за парнем, пока Джирайи не было в Конохе, может что-то видел или знает. Да и в принципе, если подумать, все те засосы кажутся большими и их так много. Действительно ли их могла оставить милая и скромная девушка, как светловолосый сегодня описывал?
***
— Синяки и засосы, говорите, — задумчиво в своей привычной манере произнес Какаши, продолжая читать книгу. Вернее, делать вид. Хатаке является тем самым человеком, который каждый день осыпает шею и плечи парня бордовыми отметинами, а на бедрах и талии оставляет синяки, когда особенно глубоко и жестко входит. Но вот уж кому-кому, а Джирайе точно нельзя знать об этом. — И что я должен сделать? — Ты долгое время наблюдал за ним. Может, знаешь что-то? Какаши не то, что знает, он принимает активное участие в жизни Ичиро. Шумно выдохнув, мужчина закрыл книгу и сложи руки на груди, серьезно смотря на великого саннина, а сердце, тем временем, забилось в бешенном темпе. Джирайя, наверное, придет в ярость, если узнает, что его сын гей, а его партнером является никто иной, как Какаши. И проверять это он, конечно же, не хочет. Постояв так еще немного, копирующий ниндзя таки сказал. — Нет, этого я уже не знаю. По крайней мере, ничего такого необычного не видел. В любом случае, если у него есть девушка, почему вы думаете, что она не могла оставить засосы? А по поводу синяков, — на мгновение мужчина задумался, потому что, и вправду, тяжело на тренировках или во время боя оставить такие синяки, но выкручиваться как-то надо, — все может быть. Он мог неудачно упасть или его схватил кто-то таким образом. Не накручивайте себя. И все-таки Джирайе было не спокойно. Он уже думал обо всем, что только что сказал Какаши, но как-то не вяжется. — А вы сами спрашивали его об этом? Джирайя кивнул. Он действительно, как и планировал, поговорил с сыном утром один на один. Но тот тоже заверял отца, что все нормально, что синяки остались после тренировок, а все остальные попытки расспроса он обрубал на корню, каждый раз отвлекаясь на что-то или переводя тему. И это-то и заставило мужчину забеспокоиться. Выглядело так, будто он скрывал что-то. — Просто продолжай наблюдать за ним, по возможности поговори, — сказал напоследок и, попрощавшись, мужчины разошлись. Оставшись один, Какаши шумно выдохнул. Сейчас он смог все скрыть, как и Ичиро на источниках, но получится ли у них это делать постоянно? Не теряя больше ни минуты, мужчина отправился домой, где его уже должен был ждать Ичиро. Этот мальчишка делает его чуточку счастливее и заставляет больше улыбаться, но в то же время, иногда он доставляет неприятности. Как он и думал, парень уже лежал на кровати и провалился в дремоту. И стоило Какаши сесть на край кровати и положить руку поверх ладони парня, тот тут же проснулся и, увидев перед собой лицо возлюбленного, улыбнулся. — Вы долго сегодня, сенсей, — как обычно начал в своей шуточной манере Ичиро, смотря на мужчину и переплетая их пальцы в замок. Прикосновения — тоже любимая привычка юноши, потому Какаши часто старается, оставаясь с парнем один на один, снимать перчатки и больше касаться юного тела, чтобы ощущать это тепло. Но сейчас от всех этих мыслей и действий было не по себе. — Я встречался с твоим отцом. И ему ужасно интересно, что это у тебя за синяки на теле и кто оставил засосы. Ичиро цокнул язык и закатил глаза. Видимо, Джирайя не успокоится, пока не узнает все. Сев на кровати и положив одну ногу на ноги Какаши, он уперся подбородком в плечо партнера и прикрыл глаза, наслаждаясь. Парень получает удовольствие от каждого момента, проведенного рядом с этим мужчиной, от каждого его прикосновения и от каждого поцелуя. Слишком долго он просто молча наблюдал за ним и восхищался и ему до сих пор не верится, что теперь этот человек принадлежит ему. — Рано или поздно ему это надоест. Тем более, он наверняка скоро отправится в очередное путешествие и ему уже будет не до этого. Так что все нормально. Это не то, из-за чего мы сейчас должны переживать, — сказав все это, он открыл глаза и глянул на Какаши. Тот смотрел на Ичиро и рукой мягко поглаживал парня по внутренней стороне бедра через штаны. Юноша потянулся руками к маске мужчины и опустил ее, приблизившись лицом и целуя того в губы. И, как и обычно, он снял все напряжение.***
С того дня прошло уже несколько дней. Джирайя, который, на удивление, задержался в Конохе дольше обычного, сегодня уже собирался отправляться в путешествие, так и не выяснив, появился ли кто у его сына. И сегодня вечером он как раз собирался прийти к Ичиро в гости. Посидеть с ним чисто в домашней обстановке, поесть, немного даже выпить и поговорить. Совсем как отец и сын. У них действительно очень редко выпадают такие моменты. Но до вечера было далеко, а парень уже закончил убираться в квартире. Ичиро любил чистоту и порядок, он был, в некотором роде, перфекционистом. Так что перед приходом отца решил прибраться тщательнее. И чтобы не сидеть совсем без дела, парень решил прогуляться. И его радости не было предела, когда он встретил Какаши. На людях, конечно же, они вели себя как обычно, хотя иногда Ичиро ужасно хотелось обнять мужчину. Просто чтобы все знали и не лезли лишний раз к Хатаке. — Сенсей, а не хотите прийти ко мне в гости? Какаши удивленно глянул на парня. Тот вопросительно и вполне серьезно смотрел на мужчину. А ведь и вправду. За все время, Хатаке ни разу не был дома у парня. Он лишь знает, где тот живет. В то время как Ичиро, постепенно, казалось бы, поселяется в квартире Какаши. Так что, не долго думая, мужчина согласился и они сразу направились к дому, где жил парень. Они просто немного посидят, выпьют чай, как обычно будут целоваться, а потом Какаши уйдет. Ичиро рассказал ему уже о приходе отца, так что мешать он точно не намерен. Квартира у Ичиро, к слову, оказалась просторная и без лишних вещей. Всего было в меру, ни много, ни мало и, конечно же, было чисто. Так как Хатаке тут впервые, он осматривался и иногда что-то спрашивал или говорил. Но он шел так медленно, что светловолосому пришлось взять его за руку и потащить на кухню. Там они просидели достаточно долго, много болтали и шутили и совсем не уследили за временем. Ичиро, как обычно, закинул одну ногу на ногу Какаши, взял его за руку и они переплели пальцы в замок. Эта привычка ужасно умиляет мужчину. Он смотрит на парня, который увлеченно что-то рассказывает, и взглядом опускается на его шею. Некоторые засосы уже начинают проходить и появилось дикое желание оставить еще. А потом облизывать и целовать эти места, тем самым словно извиняясь. И только Какаши хотел незаметно стянуть маску, чтобы воплотить фантазии в реальность, как со стороны окна он услышал какой-то шум и донесся вполне знакомый голос: — Я освободился, можем… — предложение Джирайи оборвалось на середине, так как он застал Ичиро и Какаши в весьма недвусмысленной позе и все, кажется, встало на свои места. Эти засосы и странные синяки. Было сложно догадаться. На Какаши мужчина подумал бы в последнюю очередь, так как доверял ему. Великий саннин слез с подоконника и зашел в квартиру, хмуро глядя на этих двоих. Их ждет серьезный разговор…***
Как итог, Джирайя не смог смириться ни с тем, что его сын гей, ни с тем, что он встречается с Какаши и уже тем более ни с тем, что он является принимающей стороной. Тем вечером он неплохо напился и еще долго ругался на этих двоих. Хатаке, все-таки, ушел домой, и теперь быть с отцом один на один было очень неловко. Большую часть времени он молча сидел и слушал его. Наутро, когда мужчина уходил и прощался с Ичиро, было видно, что он был немного холоден с ним и был каким-то отстраненным. Но, как бы то ни было, он оставался его сыном. Хотя принять эти отношения для Джирайи казалось чем-то нереальным. Ему надо время, чтобы обдумать эту ситуацию как следует, и это путешествие как раз кстати. Одно ясно точно — мужчина против этих отношений и не принимает ориентацию сына, но, в то же время, он не говорил ничего за расставание или чтобы Ичиро, неважно как, но сменил ориентацию, пусть это и вряд ли возможно. А значит, есть какая-то надежда.
