Звёздные войны: История воскресшего ордена

      Возвращение на Кальцедонию было неизбежным для двух озорников Тано. Обсудив всё, что стоило, попросив друзей держаться стойко и храбро, Джек направился домой, размышляя над будущими действиями, чувствуя постепенный рост повстанческого движения.

Кальцедония. Храм.

— Мамочка…! — пролепетали озорные тогруты, накинувшись на встречающую их перепуганную Асоку. — Мальчики… — она прижала их к себе, наконец успокоив всполошённое сердце, дрожащее от страха потерять ещё совсем неокрепших сыновей. — С вами всё хорошо? — она обеспокоенно их оглядела, боясь, что те встретились с непредвиденными обстоятельствами. — Это было так весело! — зарезвился Эйл, махая руками. — Мы были в космосе! А потом… А потом на Татуине и Альдераане… — Там было столько всего интересного… — закивал радостный Син, подначенный братом. — Мы видели лес! — И горы… И даже пустыню! — захохотал Эйл, сверкая радостной улыбкой. Они совсем не понимали, какой опасности могли подвергнуться, ведомые более детскими и непринуждёнными мыслями. — Мальчики… — вздохнула Асока, вновь прижав к себе малышей, качая головой. — Прошу, никогда больше так не делайте… Я себе места найти не могла… Парочка тот час угомонилась, забеспокоившись о маме, понимая, что поступили плохо, когда без спросу удрали из дому. — Мы больше так не будем… — понурив голову, пообещал Эйл. — Да… Не будем. — кивнул Син, повторяя за братом. Позади стоял молчаливый Джек, не желающий мешать Асоке поучать малышей, зная, что у неё это выйдет лучше. Через некоторое время, отправив мальчиков к Куну и Алекс, парочка направилась к Совету, где Джек должен был подвести итоги прошедшей миссии, дав ордену новый ориентир. Конечно, новость о всполошившемся Инквизитории не радовала, заставляя вдумчивей делать последующие шаги, но одарённые не унывали, услышав и о продвижении повстанческих ячеек. Всё шло медленно, но именно тем путём, который Джек ознаменовал ещё девять лет назад, заставляя воспрять духом. Их надежда не угасла, лишь перестала искрить, став приглушённей и тише, будто затаившись в засаде. Сейчас им оставалось лишь одно — ждать нужного момента. — М…? — протянул Черин, когда Джек выловил его из всей толпы покидающих зал заседания мастеров и рыцарей, утянув в сторону. — Что это? — он забрал небольшой голопроектор, рассматривая. — Небольшой презент от Райю. — Ты виделся с ней?! — всполошился Черин, ведь уже как несколько лет не был на родине, увлечённый наставничеством и секретными миссиями ордена, за которыми у него просто не оставалось времени на вылазки к жене и дочери. — Как она? Как Ками? Джек невольно улыбнулся, понимая оживлённость друга, не смея его упрекать в любви к близким. — Они в порядке. — он одобрительно кивнул, вспомнив образ смелого сенатора Панторы, что даже несмотря на материнство продолжила оберегать свой мир, а также Галактику от страшного врага. — И, вроде как, им ничего не угрожает… — Отрадно слышать… — Прайз радостно улыбался, сжимая в кулаке голопроектор, примерно догадываясь, что на нём находится. — А Ками…? — Она подросла… — подметил Джек, направившись в сторону тренировочных площадок, не забывая про тренировки с учениками. — В будущем, будет такой же красавицей, как и её мать. — Это да… — блаженно протянул Черин, прикрыв глаза. — Они у меня красивые до безумия. — Будешь смеяться, но она сладилась с Сатином. — хохотнул Джек, вспоминая весьма милое расставание сына и юной наследницы Панторы. — Хэ-э… Честно, не удивлён… — Да ну? — удивился Квинс. — Если я правильно понял характер своей малышки, Син, наверное, тот единственный человек, что для неё будет идеальным собеседником и другом. Он спокойный, но весёлый, умеет поддержать разговор, увлекая за собой. Моя малышка немного труслива, и ей сложно идти на первый шаг. — он говорил с очень умным и знающим видом, прекрасно зная свою малышку, хоть и ужасно редко с ней видясь. — Пожалуй…

8 ДБЯ.

— Кх… — Алекс заблокировала умелый удар отца. — О-о… Неплохо… — Джек сделал широкий шаг назад, уходя от деревянного клинка, отмечая возросшие навыки дочери. Каким-то образом, Алекс умудрялась создавать симбиозы стилей разных джедаев, что позволяло ей становиться очень опасным противником, подстраивающимся под любого оппонента. За долгие годы плодотворных тренировок с мастерами, Александра стала прекрасной фехтовальщицей, уступая лишь небольшому количеству падаванов, способная дать отпор даже умелым рыцарям. Единственное, с Силой дела обстояли чуть сложнее. Девочка была одарена очень большим запасом мидихлориан, отчего ей требовался больший контроль, которого пока Квинс-младшая достигнуть не могла, но всячески пыталась. Подсечка, удар, уворот, ещё одна подсечка. И вроде, прекрасное владение как мечом, так и телом, но умелый Джек, что и обучал большинству хитростей дочку, прекрасно читал её движения, заставляя думать далеко наперёд. — Думаю, на этом остановимся. — предложил блондин, опуская клинок, подмечая, что малышка устала. Алекс молча опустила меч, не забывая про поклон, только после него расслабившись, официально завершив бой. Она отложила меч к остальным, решив немного отдохнуть, сев на татами, дожидаясь, когда отец сделает то же самое. — Что-то не так? — уточнил он, заглядывая в прекрасные синие глаза, что с годами сияли всё ярче. У многих они вызывали чувство ностальгии, ведь Алекс жутко напоминала отца в былые годы. И если в более маленьком возрасте одарённые его не застали, вынужденные сравнивать лишь с Асокой, то вот когда возраст девочки перевалил за восемь, в храме поголовно стали говорить, что старшая из наследников знаменитых рыцарей пошла именно в отца. — Недавно, я помогала Баррис в медкрыле… — она говорила тихо, смотря куда-то вперёд. В юной головушке витали самые разнообразные мысли, да вот только многих из них окружающие не понимали, ведомые более зрелым и устаревшим видением. Джек выжидающе молчал, помня слова мастера Йоды, что так же, как когда-то Ти, отмечал совсем иной склад ума одарённой, смотрящей на мир под другим углом. Скорее всего, сказывалась урождённая любознательность и привитые черты родителей, в частности отца, с которым Алекс проводила очень много времени. Примерно столько же, сколько её братья с мамой. — Из последней экспедиции вернулось столько раненных… — она печально понурила голову, вспоминая еле живых рыцарей, что чудом смогли оторваться от вражеского флагмана, преследующего их с самой Кореллии. — А сколько погибло…? — она нахмурилась, боясь представить трупы некогда знакомых ей одарённых. — Алекс… — протянул Джек, приобняв малышку, понимая, что она слишком рано столкнулась с реалиями их мира. — Тебе не стоило туда ходить… Ей эти слова не понравились, заставив оторваться от заботливого отца, с недовольством посмотрев в синие глаза. — Почему? — Джек замялся. — Потому что мне всего одиннадцать? Но, я уже гожусь в падаваны. Я понимаю, что такое смерть… Но не понимаю, почему нас убивают? Что мы сделали этим людям? Джек молчал, пытаясь правильно отреагировать на эмоции дочери, зная, как легко может её ранить, сбив с пути. — Убивают, потому что боятся… — вздохнул Джек, зная, чего боится Сидиус — силы света, которой мало кто из его предшественников мог противостоять. — И мы боимся… — озадачилась девчушка, хмурясь. — Но, ведь мы не убиваем келпи, захватывая их мир… Мы не уничтожаем всё, только бы унять страх… — Ситхи иные, Алекс… — Но, разве страх не должен делать их сильнее? — Джек удивился такому вопросу, никогда не смотря на этой с подобной стороны. — Мастер Йода говорил, что страх к Тёмной Стороне ведёт… А раз они уже на Тёмной Стороне, он должен делать их сильнее, но, при этом, всё равно является их главной слабостью… Она посмотрела на задумчивого отца, обычно всегда находя у него ответы на подобные вопросы, правда в этот раз, видимо, вновь заведя его в тупик. — Парадокс, не смешно ли? — хмыкнул Джек, отклонившись назад, смотря куда-то вверх, где сияли яркие лучи, храбро пробирающиеся сквозь водную гладь. — К сожалению, нам не так много известно о ситхах и их учениях, чтобы правильно судить этих одарённых. — Но, ты весьма уверенно о них высказываешься… — подметила Алекс, оглядывая отца. Он погладил её по коротким смоляным волосам, улыбаясь. — Наверно, никто никогда не рассказывал, но до того, как стать частью ордена, я был в плену у графа Дуку, вынужденный почти год изучать тёмные искусства. — он говорил это с такой простотой, не давая понять, какие шрамы скрываются на его теле и сердце. — Правда…? — удивилась девчушка, оглядывая беззаботного отца. — А по тебе и не скажешь… — Много воды утекло… Я вырос, стал рыцарем… Прошёл, может, не самый лёгкий, но весьма поучительный путь, что позволил мне стать тем, кем я являюсь сейчас. Девучка задумалась, прижав колени к груди, смешно хмуря бровки. Джек не спешил её отвлекать, наблюдая за думами, считая это весьма весёлым занятием. — Но, как ты попал к ситхам? — Меня выкрали с родной планеты в возрасте семи лет. После продержали год на Мадрипуре, а потом меня нашла Шаак Ти с остальными рыцарями, увезя на Корусант. — прикрыв глаза, вспоминая прошлое, рассказал Джек. — Родной планеты…? — задумалась Алекс, ведь никогда не задумывалась, а какие у неё корни. — А где ты родился? — Есть предположения? — ухмыльнулся Джек, посмотрев на сбитую с толку дочурку. Та задумалась, припоминая рассказы знакомых рыцарей и все те планеты, на которых отец гипотетически мог родиться. — Может… Альдераан? Ты ведь очень близок с господином Органой. — Хорошее предположение, но мимо… — хохотнул Джек, дав ей ещё попытку. — Тогда… — она нахмурилась. — Может, Набу? От упоминания такой близкой сердцу планеты Джек невольно вздрогнул, посмотрев на малышку. — Я бы с радостью родился набуанцем, но к сожалению, и этот ответ не правильный… — он вздохнул, погладив брюнетку по волосам. — Ну, не знаю… В Галактике столько миров, обжитых человеческой расой, что подобные предположения, словно поиски иголки в стоге сена. — Ладно-ладно… Упрощу тебе жизнь. — улыбнулся Джек, сев прямей. — Я родился на небольшой, очень далёкой планете в Солнечной системе под названием Терра. Алекс задумалась, ведь впервые слышала это название. — Что это за мир? — Небольшой, весьма отсталый по своим взглядам и соображениям, от чего давно вычеркнутый из списка Галактических миров. Найти Терру на картах, наверное, ещё сложнее, чем Кальцедонию. Да и путь до неё не близкий… В общем, захолустье ещё то. — он хохотнул, вспоминая родной мир, что не сильно отличался от тех, что были населены человеческими расами и озеленены. Алекс задумалась, создавая недолгую паузу. — Тётушка говорила, ты был очень странным рыцарем, что всегда делал так, как считал нужным, несмотря на упрёки взрослых… — она посмотрела на отца, поражаясь тому, каким разным он бывает. То мудрый и расчётливый стратег, то тихий и всеми любимый магистр, то требовательный наставник, не жалеющий учеников, то вообще ребёнок в теле взрослого. Он был таким разным, но при этом не создавалось ощущения двуличия, скорее, всё это как-то мирно уживалось в Джеке, создавая очень странного, но по истине великого человека. — Ты давно не интересовалась моим прошлым… — задумался Джек, оглядывая спокойную дочь. — Просто, стало интересно… Джек вздохнул. — Ну, не буду отрицать, я и правда в твои годы, да и старше, уже будучи рыцарем, старался делать так, как кажется лучшим мне. Порой, это не совпадало с видением мастеров, но успешно оканчивая операции, им просто не к чему было придраться. — Тогда… Почему ты ушёл из ордена? — спросила девчушка, озадачив этим вопросом отца. Джек нахмурился, пытаясь понять, откуда та знает о таких подробностях, ведь ни он, ни Асока не рассказывали малышам о том промежутке своей жизни, не желая загружать их весьма сложными вещами. — Тебе Ти сказала? — Это так важно? — Тц… Моя девочка… — он погладил её по волосам, улыбнувшись. — Ушёл, потому что посчитал нужным. — вздохнул он, нехотя вспоминая о прошлом. — Тогда были очень сложные времена, Алекс… Понимаю, тебе интересно, но прошу, не забивай себе подобным голову, это не то, что должно тебя волновать в данный момент. Девочка несогласно сдвинула брови, ведь придерживалась обратного мнения. — Я просто хочу понять всё то, что привело орден к тому, что мы видим сегодня… — Ты у меня такая любопытная… Прошу, не бери на себя слишком многое. Это ничем хорошим не закончится, поверь… — хоть он и говорил с доброй улыбкой, в холодных глазах читалась ужасающая боль и печаль, которой Алекс знала лишь частичное оправдание. Она была наслышана о потерях в период геноцида джедаев, но не знала конкретных имён и обстоятельств, ведь для каждого взрослого рыцаря эта тема была очень болезненной. Она пыталась расспрашивать Зетта и остальных ребят, но те говорили мало, высказываясь примерно так же, как и отец. «Но, кто-то ведь должен взять на себя эту ношу…» — пронеслось в её голове.