Говори мне

Трудно дышать. С каждым новым вздохом, десятки удушающих осколков болезненно впивались всё глубже в нежную кожу парня. А он старался уловить хоть малейший шанс, чтобы остановить этот ужасающий кошмар. Отчаянно драть собственную шею, от чего боль ещё сильнее впивались в тело своими острыми, словно лезвия, шипами. Хотелось кричать. Разрыдаться прямо на месте, чтобы хоть кто-то помог. Но кроме парнишки никого тут нет, абсолютно. Робко, ожидая подходящего момента, подкралась и паника, окутывая белокурого со всех сторон. Ещё немного и он не выдержит. В этой пугающей пустоте, словно в бездонной коробке, стример до конца надеется услышать в ней ответ. Но так тихо... Парень резко подорвался с кровати. Неприятные ощущения в виде воспоминаний, что снилось ему каждую ночь заставляли грудную клетку пылать. В горле появилось неприятное ощущения кома, а по спине прошёлся ряд мурашек. Юноша сжал простынь в кулак и осмотрелся вокруг. В комнате не было темно, фонари с улицы и свет от мелькающих фар проезжающих мимо машин предавали очертания практически всем предметам, что заставило Дениса прийти в себя. Безжизненный взор вникает в мрачную, серую стену. Все мечты и желания, что, как казалось, были сотканы из мягких клубов сахарной ваты, как облака, больше не спасут от этой бездны. Пустота всегда и везде остается пустотой. Рваными дырами в груди, она выжирает всё живое из тела и души, оставляя после себя лишь отчаяние, что без конца пытается слепить глаза. Грудь мальчишки вздымается медленным ритмом вверх-вниз, и так поочерёдно, пока тот не придет в себя полностью от кошмара, который приснился ему в очередной раз. Мучают они его с недавних пор, когда началась вся эта тема с переездом, с прибытием в новую квартиру Коломиец чувствовал себя странно, начал ощущать некую панику и тревогу, разрастающую в нем с каждым божьим днем вдвойне, и привело это к тому, что у бедного парня панические атаки появились, отсутствие желание что-либо делать, отказ от нормальной еды и сна, и когда стример пропал из социальных сетей подписчики начали волноваться, но Денис объяснил в своём телеграм канале это тем, что в его жизни появилось много проблем с переездом и самой квартирой, потому и нет возможности для стриминга, и, на удивление, зрители поверили. Каждый день, проживая в тумане из собственных мыслей и непонятых чувств всё сводилось к одному и тому же вопросу, что мучал юношу долгое время: почему я один? Ребёнком, в надежде узреть чудо, он отчаянно верил, вдруг что-то изменится. Но сколько бы он не пытался всё тщетно. Его выбрасывали, как надоевшую игрушку, у которой нет ни имени, ни души. В ушах пепельноволосого стоял звон, челюсть непроизвольно сжимается, а в горле образуется неприятный ком. Он хватается за живот в обыденном припадке и с широко распахнутыми глазами побежал в туалет, склоняясь над унитазом. Тело дрожало. Руки судорожно, не имея возможности отцепиться, держались за белый мрамор. Его вырвало. Снова, снова и снова. Он уже настолько заебался, что привык к этим действиям. Он аккуратно склоняется вниз на пол, присаживается рядом с унитазом в обнимку и одну ногу в колене складывает, пока в попытках дыхание переводит, дабы не вызвать очередную паническую атаку, и таблетки, которые кое-как спасали начали заканчиваться, а для добавки требовалась новая бумажка рецепта. И кто, блядь, придумал рецепты в аптеки? — Коломиец взял бы, да сам сходил за ними. Бездействие сидящего парня на кафельном полу прерывает скрежет в коридоре, шум чужих ключей и звук открытия входной двери в дом, а стример даже не напрягается, даже если в его квартиру проникли бандиты, он остаётся все так же сидеть в ванной комнате в полной тишине до тех пор, пока не слышит скрип шкафа, где входящий человек, судя по всему, раздевается, да еще и обувь на полку ставит. Кое-как, но Коломиец находит в себе частички силы подняться с холодного кафеля и спустить всю нужду в унитазе, прежде чем покинуть ванную комнату на встречу к судьбе, которая поджидала его в коридоре. — Илья? — пытается в свете мрака разглядеть лицо присутствующего перед собой и благодаря лучей луны он обнаруживает знакомые болотные глаза, по которым он, по секрету, соскучился. Гость мимолётно улыбается, что кажется, даже сам Денис заметил чужую улыбку, делает пару шагов до своего друга и несдержанно хихикает, завлекая младшего в долгожданные объятия, по которым они оба скучали изо дня в день. — мы с Антохой прилетели первым рейсом в Питер. Я сразу к тебе, так как по секрету мне рассказали, что ты в тильт впал, — спустя минутных объятий прерывает комфортное для обоих молчание Илья, заглядывая нагло в чужие голубые глаза, пытаясь найти там другой ответ, но по отвратительному внешнему виду парня в голову приходит сознание, что ему всё-таки не напиздели. — я приехал поддержать тебя. Так что давай, рассказывай нахуй, что за хуйня с тобой происходит, — Илья берет за руку Дениса и начинает вести на новенькую кухню, которую блондин успел для себя обустроить, и заводя туда младшего, Мазеллов включает на первые попавшееся глаза светодиодные лампы под шкафчиками, и настраивая их на любимый цвет, своего друга он усаживает за стол, а сам наливает в чайник воды и ставит кипятиться на плиту. — Ден, — разворачивается корпусом и смотрит на Коломийца взволнованно, Денис тихо замирает сидя на месте, наблюдая за переменными эмоциями на лице старшего, в ожидании следующего, — все, что на твоей душе, молю, говори мне. — Илюх, — у Дениса сердце на куски разрывается, пульс учащается и ритм сердцебиения едва не падает, кажется, будто у него остановка, но на самом деле он просто шокирован подобным вбросом. Непонятно зачем говорит имя возлюбленного, делает долгую паузу для обоих и растерянно бегло рассматривает обеспокоенного Илью, не зная, что говорить или с чего начать, лишь бы осуждение в ответ не получил, но перед ним никто другой, как Мазеллов — он человек другой, несмотря на его ебанутость, он хороший, добрый и справедливый, если плохо — обязательно найдёт свободное время и поддержит. Друг он отличный, Коломиец даже порой в период тильта задумывался, заслуживает ли он такого товарища, как Илья? — я, — снова молчание. Кажется, тот пытается собраться с мыслями и думает, с чего начать, что будет правильным, и Мазеллов словно без слов понимает, садится ближе да за руку бледную берет в свои теплые и согревает, кажется, не только их, но и разбитое на мельчайшие детали сердце Дениса. Нежно поглаживает собственными пальцами, проходясь по чужим, иногда сгибая в своих, либо скрещивания в маленький замочек, крепко сжав руки между собой. — я не знаю, заслуживаю ли я такого друга, как ты, Илюх, но я пиздецки благодарен, что имею такого замечательного товарища, — говорит после минутного перерыва времени он, из-за чего Мазеллов свойственно хихикает, стараясь беспрекословно вникнуть в смысл, к чему клонит этот любимый чудик. — ну, это еще кто кого имеет, — не в силах не пошутить над этим, сообщает брюнет, в силах вызвать у младшего мимолётную ухмылку на своём, кажется, обезжизненным лице, из-за чего становится даже легче на душе. — я не могу сказать о том, что меня беспокоит — это лишь вопрос времени, но я хочу сказать, что я тебя люблю, — собираясь, с уверенностью говорит Денис, всматриваясь в болотные глаза напротив, выражающие одно недопонимание. Коломиец готовится к отказу, к тому, что ему плюнут в лицо и уйдут, прискорбно унизив, да ударят с такой силой, ведь Денис знал о внутренней гомофобии своего друга, но не зная зачем, решил признаться в том, в чем не мог уже два года, и не в силах что-либо сделать, он собирается извиниться, но зрительный контакт с Ильёй обрывается тогда, когда один из них впивается в чужие губы, инициатором которого был не Денис. Коломиец почувствовал это прикосновение. Оно мигом взорвало его сознание. Как горячая искра, отлетевшая от пылающих углей коснулась губ, а вместе с тем появилось чувство неожиданности и желание продлить это навечно. Страх ушел, его место заняло ожидание и предвкушение. Его губы такие горячие и страстные. Денису хотелось их прикосновений ещё и ещё. Что Илья и почувствовал состояние парня и понял, что ушел испуг младшего вначале. Вкус нежных, желанных губ, робкое, но такое долгожданное ожидание сбылось, наполняя сознание новизной ощущений. Он, как мучимый жаждой путник в пустыне, смаковал по капле, впитывая этот вкус. — это значит «прощай»? — Тело пронзает мелкая, еле заметная дрожь. Сложно выражать свои мысли. Давление резко подскакивает, кровь начинает бурлить в жилах. Предательская пелена перед глазами и звон в ушах не позволяли сосредоточиться. Тяжесть в солнечном сплетении дарило невероятный дискомфорт. Колени покрылись тремором, а странное волнение охватывало парня всякий раз, когда он смотрел на него. Сердце надрывается, и внезапно на душе стало тяжело от собственного вопроса. Хочется прижать Мазеллова к себе и никуда не отпускать, так и говоря: «люблю, люблю, люблю!». Его огромные глаза смотрели на темноволосого немигающим взглядом, губы кусали друг друга, но слова застревали в горле, не желая слетать с губ. — ты ебанько, что ли? — усмехается Илья, пока Денис вне понимания слов, слетевших с уст парня, задумчиво заглядывает в чужие зелёные глаза, но, кажется, такими родными. А, кстати, говорят, что зелёные глаза — это признак колдунов и ведьм. Это, как раз тот случай, когда взглянув в болотную глубину таких глаз, забываешь про все на свете, но только до поры, до времени. Как правило, очнувшись, человек старается оказаться, где-нибудь подальше. Не зря говорят: — у беды глаза зелёные! Но и у очарования они тоже такого же изумрудного цвета! Трудно находиться под влиянием таких глаз, особенно, когда перед тобой Мазеллов, обладатель этих прекрасных глаз, словно изумруд... — это значит, что, я, типа, тебя тоже люблю, Дрейк, — наконец поясняет старший, укладывая тёплую ладонь, как и сам Илья, на щеку блондина, который, как кажется, замер на секунду, будто обдумывая ответ Мазеллова, который, в буквальном смысле, поразил Дениса, что тот на секунду дар речи потерял, хотя, может, это и к лучшему, или на эмоциях Коломиец мог что угодно сказать, не подумав даже заранее, что ему стоить будет это, но удача, видимо, на этот раз была не у Парадеевича, а у Дениса.