Ролевые игры

      Она демонстративно захлопнула входную дверь, и та с грохотом на весь подъезд захлопнулась аккурат перед ним. Влад отступил назад — не успей он и ему бы расквасило нос. Мужчина тут же схватился за ручку, распахивая дверь вслед за супругой, но закрывая ее тише, даже в гневе не забывая о том, что бабушки-соседки потом вынесут ему все мозги за то, что на ночь глядя хлопают дверьми. И так на Марка постоянно жалуются за громкую музыку, хоть колонки у него забирай.       Хорошо его к матери наконец отправили… — Прекрати истерить, — фыркнул он, снимая ботинки. — Я не истерю, — едва не рыча ответила уже из спальни Арина. — Просто твоя мама… — Не смей ничего говорить про мою маму, — оборвал он ее на середине фразы. — Просто твоя мама, — женщина выглянула в дверной проем со спущенным на половину платьем и расстегнутым лифчиком. — Совершенно невыносимая! — Моя мама ничего такого не сказала. Она просто хочет приобщить Марка к искусству… — Может кто-нибудь спросит Марка, чего он хочет? Или может хотя бы мы будем решать, в какой бесполезный кружок сплавить наши деньги на «общее развитие» очевидного будущего врача? — С чего ты решила, что он будет врачом? — Да потому что твоя семейка ему не позволит выбрать другой ВУЗ кроме меда. А на мое и его мнение как всегда все наплюют! — она на ходу надела халат, проходя мимо него на кухню. — Достали вы меня все… — Ну раз мы тебя так достали, что же ты нас терпишь? — сорвался Влад, метнувшись следом за супругой. — Раз мы тебе так опостылили, давай… — Ну давай! Давай, скажи это, — она залпом осушила стакан с успокоительным. — Уж больно тебе в последнее время нравится эта фраза. Не удивлюсь, если и ее тебе матушка внушила! Ведь Женечка с работы намного лучше меня, правда? Она и умнее, и в форме себя держит, и каким делом занимается, не то что я со своими рисульками, да? — Арина, такого никто не говорит… — Дуру из меня не делай, — женщина поставила стакан на столешницу с такой силой, что Влад зажмурился от громкого звука и с облегчением выдохнул, когда обнаружил, что стакан из подаренного матерью на тридцатилетний юбилей набора, все-таки цел. — Я прекрасно знаю, какого твоя мама обо мне мнения. — Арин, ну хватит тебе, — он выдохнул.       Нельзя было на нее злиться, да и не хотелось. Родственники и впрямь сегодня перегнули палку. Они, кажется, забыли, что Марк все-таки его и Арины сын, и пока что если кому-то за него и решать, то им, его родителям. Он и сам разделял идею о том, что его стоит отдать именно в музыкальную школу, но Арина, наверное, тоже была права: прежде стоило бы спросить у ребенка, чего он вообще хочет…       Но Владу все еще сложно было спорить с матерью открыто, он предпочитал просто слушать, кивать, а потом ничего не делать, и, вероятно, поэтому ей и удавалось в итоге проворачивать большинство задуманного, ведь в итоге он и не противодействовал ей никак. Это не могло не раздражать Арину, ведь чаще всего они были отнюдь не согласны.       Жена скрылась в ванной. Влад подошел к двери и прильнул к ней ухом, пытаясь услышать, не раздаются ли сквозь звуки льющейся воды всхлипы. — Ну, Ариша… Ну какая Женя, господи, на кой черт она мне сдалась? Я же тебя люблю, — он уткнулся в дверь лбом и простоял так несколько продолжительных мгновений.       Не дождавшись ответа, он ушел в спальню. Мужчина снял пиджак и завалился на кровать прямо в брюках и рубашке. Сил на то, чтобы раздеться, не было. Его и самого порядком вымотал этот семейный вечер. Да уж, семейный… хороша семья, в который каждый пытается подмять каждого под себя… С другой стороны, они все-таки родня, не рвать же с ними все связи теперь.       Он почти уснул, когда почувствовал, как матрац рядом с ним прогнулся под чьим-то внушительным весом, и на него сели сверху, вжав в этот самый матрац. Сели определенно целенаправленно прямо на пах. Влад успел только сонно приподнять голову прежде, чем его накрыла подушка. Арина некрепко прижимала ее, и мужчина вцепился в пухлые запястья, сбрасывая жену с подушкой с себя, и оказывая на ней сверху. — О нет, — супруга прижала к себе подушку, прикрывая ею полную грудь. — Похоже мистер Маньяк, забравшийся в мой дом, и решивший уснуть на моей кровати, не дал мне себя обезвредить и поймал меня, — она подняла подушку выше, пряча лицо.       Влад беззвучно засмеялся, все так же нависая над супругой. — Да, я тебя поймал, противная девчонка, — он вырвал подушку из ее рук и отшвырнул куда-то назад. — И что же вы со мной сделаете? — она прикрыла губы ладонями. — Не уж то изнасилуете? — Какую замечательную идею ты мне подкинула.       Влад перевернул ее на живот. Арина хихикнула, глянув на него через плечо. — Смейся, пока еще можешь.       Он слегка шлепнул ее по ягодице, оставляя на чувствительной коже розовый след, тут же крепко сжимая, принимаясь мять такую податливую и мягкую плоть, целовать женщину в шею, упираясь твердеющим членом сквозь ткань брюк ей в бедро. Арина тихонько застонала, вздрогнув всем телом, когда он скользнул к ее промежности, уже влажной, принимаясь размазывать липкую смазку по всему ее нежному цветку.       Такая она была вся мягкая, нежная, теплая, что Владу хотелось стиснуть ее так крепко, как только он может, сладко прикусить за мочку уха, чтобы она так сладко игриво захихикала, как она всегда делала во время секса, как хитрая лисичка, понимающая, что он весь целиком и полностью в ее власти, что даже спустя столько лет он сделает все, что она попросит, только бы она позволила ему утолить эту животную жажду, это дикое желание обладать ею.       Он приподнялся, принимаясь расстегивать брюки. Арина потянулась рукой в сторону прикроватной тумбочки, открыла верхний ящик и принялась шарить там. Достав член, Влад навалился на нее, схватив за запястья и прижимая их некрепко к кровати, наваливаясь на нее всем телом и вжимая в матрац. — Стой, Влад… — женщина протяжно выдохнула, когда головка члена скользнула по ее промежности. — А през… — она прогнулась в спине на столько, насколько позволяло ее положение, стоило ему проникнуть в нее. — Ой, божечки… — Ты еще и богохульница, — рыкнул он ей в ухо, сразу беря быстрый темп, со звонкими шлепками и хлюпаньем входя в нее снова и снова, такую узкую и горячую, такую озабоченную и желающую, чтобы ее наполнили. — Как не стыдно. — Чувство стыда — твоя привелегия, — Арина издевательски улыбнулась. — Ах ты…       Влад не смог подобрать никаких слов, чувство удовольствия затуманивало разум. Он уткнулся лбом в плечо жены, слушая ее тихие стоны, похожие на скулеж, безжалостно имея дрожащее тело, и чувствуя, как внутри она сладко сокращается, достигнув пика. Но он не сбавлял темп, его дыхание становилось все более поверхностным и редким, а она все так же стонала, шептала его имя, выгибалась, такая сладкая и такая невозможная.       Он излился в нее. Влад мягко поцеловал жену в родинку на лопатке, выскальзывая из горячего лона под ее тихий, облегченный вздох. — Ай-яй-яй, — прошептала Арина. — Молодой человек, вы же доктор, должны знать, что если кончить в девушку, то внутри нее может завестись новая жизнь.       Он устало лег рядом, подумав о том, что он, может быть, этого и хотел, но не озвучивая мысль вслух. В конце концов, они не настолько везучие, чтобы с первого раза все получилось, вон, Марка пытались зачать только почти полтора года…