Apocalypse Dreams

***

Обычно Неро выходил на охоту с последним лучом солнца или же ранним утром — в это время многие сидели по домам или спали, поэтому потенциальных свидетелей становилось меньше, а высматривать жертв было проще. Проходя обитаемые районы города, можно было встретить по пути людей, медленно умирающих прямо на земле или уже мёртвых. Улицы чистили: если не городские службы, то по крайней мере местные жители, но сколько Ризотто себя помнил, трупы никогда не переводились. Имелись и те, кто менее подвержен болезням. Как правило, это были молодые люди. Их органы особенно высоко ценились, потому что служили значительно дольше. Новые поколения, как и заложено механизмами природы, были лучше приспособлены к царившим на планете условиям, а зрелая часть населения, в попытках ухватиться за жизнь, искала спасение за счёт их более совершенных тел. Однако и сама молодёжь не могла полностью избежать незавидной участи. На первых порах мужчина потрошил всех без разбора, в поисках подходящего материала полагаясь только на случай. Теперь же Ризотто обладал достаточным опытом и знаниями, чтобы определять характерные признаки на глаз: по общему состоянию, по виду кожи, белков, по походке. Всегда была закономерность в том, кого стоит обойти стороной, а кто определённо принесёт выгоду. Однако тут вставал уже другой вопрос: был ли он готов отобрать жизнь у человека, которому судьба подарила шанс прожить дольше? Чаще всего ответ был положительным. Ему тоже нужно было как-то выживать. В последнее время хорошие образцы не попадались, и в этот раз Ризотто также не повезло. Но он не мог позволить себе вернуться с пустыми руками. Осмотревшись, Неро прихватил недавно упавшего от слабости человека за ворот и затащил в неприметную прореху между домами. Окончательно вырубив бедолагу, отработанными движениями он сдёрнул одежду и сделал надрез вдоль туловища. Стенд очень помогал ему в работе: любые необходимые инструменты всегда находились под рукой, и не нужно было носить их с собой, привлекая лишнее внимание. Ещё до того, как приступить к делу, мужчина знал, что человек безнадёжен. Предположения подтвердились, стоило ему взглянуть на поражённые ткани. Он даже сослужит бедняге службу, прекратив его страдания сейчас. Оценив ситуацию, Ризотто вырезал наиболее сносные части, чтобы выручить хоть какие-то деньги, после чего без сожалений отбросил чужое тело в угол — всё равно тому уже нет никакой разницы. Упаковав трофеи, как положено, темноволосый покинул закоулок. Качество таких органов было весьма сомнительным, но они ещё могли принести небольшую пользу тем, у кого не было денег на товар получше. Продаст по дешёвке кому-нибудь, кто хочет протянуть хотя бы полгода.

***

Каждая ночь в жизни Доппио — очередная борьба за выживание. У него никого и ничего не было, а главной задачей всех последующих ночей всегда оставалось: раздобыть пропитание и найти по возможности комфортный ночлег ещё на один день вперёд. Винегар проследил за последним лучом, что скрылся за горизонтом, и забрался на крышу обрушенной, покосившейся высотки. Здание стояло аккурат на границе аварийной зоны, где город давно затопило, а бо́льшая часть построек развалилась под натиском лет и погодных условий. Парень любил проводить тут время, потому что отсюда можно было увидеть поглотившее дома бескрайнее море. Когда не получалось заработать на пристойный кров, он также ночевал в стенах этого разрушенного здания, как вышло и в этот раз. Но днём здесь часто бывало невыносимо жарко, да и, если честно, становилось не по себе от мысли, что он, как в западне, окружённый беспощадным солнечным светом, был абсолютно один на километры вокруг. Доппио вздохнул. Пора было выходить. Но прежде он хотел немного полюбоваться растянувшимся по небу рыжевато-синим градиентом.

***

Сегодня звёзды благоволили Ризотто. Он приметил человека со свежим, здоровым на вид лицом. Утопая в растянутом старом свитере, заметно уступающий ему в размерах юноша тоскливо шагал в сторону ушедших под воду заброшенных улиц. Какая удача. Ни секунды не колеблясь, Неро последовал за ним с намерением сорвать долгожданный куш. Следовало отойти подальше от жилого района, поэтому Ризотто перешёл к действиям, только когда услышал звук хлюпающей под подошвами морской воды. Быстро поравнявшись с розоволосым, он собирался вырубить его одним ударом или хотя бы сбить с ног. Ранить наобум не стоило, а использовать железо из тела донора он не мог, это навредило бы органам. Однако мужчину ожидал сюрприз — парень владел стендом. Несмотря на то, что он застал его врасплох, юноша защитил себя, и надлежащий удар по затылку нанести не вышло. Иногда Ризотто сталкивался с подобными себе людьми, однако до сих пор ему удавалось выходить сухим из воды. Хотя Доппио хорошо знал свои возможности и раньше ему тоже уже доводилось сталкиваться с желающими разжиться его внутренностями, ни один из нападавших не обладал особенной силой. Теперь же ему бросил вызов некто, явно превосходящий его в опыте. Сменив тактику, Неро использовал отвлекающие манёвры: непонимание принципа чужих способностей заставляло парня нервничать, и это было его преимуществом. Несмотря на то, что последний оказывал активное сопротивление, мужчина всё же смог завалить его, надеясь, что удар об землю выбьет из него сознание, но тот успел прикрыть голову руками стенда. Тогда темноволосый уселся сверху, придавив юношу своим немалым весом, чем выиграл пару секунд, пока тот тщетно пытался освободиться, вцепившись в его плащ. Ризотто уже сформировал лезвие, и раз вырубить его заранее из соображений гуманности не получилось, он планировал по-быстрому вспороть пареньку живот. После этого тот уже не сможет ему противостоять. Он рывком задрал его свитер, но резко остановился. Юноша был идеален. Ни единого шва или шрама, гладкая, чистая кожа, нетронутая скальпелем. На нём не проводили ни одной операции. Мужчина ещё никогда не видел подобного, это была редкость даже для таких молодых лет. Невольно он замер, что-то сдерживало его. Рука не поднималась опорочить эту невинную красоту. Доппио тоже застыл, не сводя с него напряжённого взгляда, часто дыша от волнения и пережитой перепалки. Лёжа на земле, он уже весь промок в морской воде и неосознанно продолжал сжимать в руках полы чужого плаща — невооружённым глазом заметить что-то на чёрном было сложно, но пальцами он чувствовал, как хрустела засохшая кровь, ранее впитавшаяся в ткань. От воды она начала размокать, оставляя красные разводы на его ладонях. Пользуясь заминкой, Неро оглядел его более осознанно. Уделил больше внимания взволнованному лицу, ясным глазам, здоровым шелковистым волосам. На фоне тёмной и грязной затопленной улицы, их потрёпанной одежды, вид его безупречного тела, казалось, источал свет. Ризотто показательно отбросил лезвие в сторону, чтобы не испытывать чужие нервы, и потянулся к неискажённой болезнями и истощением фигуре. Винегар инстинктивно втянул живот, пытаясь избежать прикосновения, но мужчина всё равно дотронулся до него, слегка огладив рёбра и бока. Он долго не мог оторвать взгляд, всё никак не налюбуясь. Видя, как сильно переменились намерения незнакомца, юноша немного расслабился. — Эй, — позвал он вполголоса, желая услышать хоть какое-то объяснение происходящему. Опомнившись, Ризотто сильнее вдавил его в асфальт и угрожающе ответил: — Лучше умолкни, если хочешь жить, — Доппио смотрел на него несколько секунд, отметив кое-что для себя, но после паузы вдруг признался. — В таком мире жить не особо хочется, — звучало довольно смело, учитывая, что Неро мог прикончить его в любой момент. Но между строк отчётливо читалась его усталость и безысходность. Тем не менее парень почему-то до сих пор блуждал по этой земле. Не позволил так просто себя зарезать. Продолжал бороться. Ризотто скользнул по нему долгим задумчивым взглядом. — А в каком мире ты хотел бы жить? — мрачно спросил он, до горечи чётко осознавая, что выбора у них никогда не будет. Этот вопрос задел Доппио за живое. Он хотел бы жить в мире, где можно свободно гулять под лучами солнца, горячими, но не обжигающими. В мире, где у него была бы возможность бороздить океан. В мире, где не придётся каждый день смотреть, как умирают люди. Но это невозможно. Тогда, может, где будет место, куда он мог бы вернуться. Где кто-нибудь любил бы его. Однако даже самые простые вещи казались несбыточными мечтами. Розоволосый не озвучил ни слова из своих размышлений, но Ризотто, кажется, понял что-то по его глазам. В конце концов Доппио произнёс только одно: — В мире, где у меня хотя бы есть семья, — тихо поделился откровением парень. Он решил, что об этом можно сказать. Мужчина чем-то внушал доверие и, несмотря на то, что они находились в крайне неоднозначном положении, не производил впечатление плохого человека. Интуиция не подвела юношу. Уже начинало светать, когда Ризотто вдруг поднялся с него. Схватив парня за грудки, он поставил его на ноги, а потом оттолкнул от себя. — Проваливай. Если попадёшься снова, я не стану упускать свой шанс, — бросил он напоследок.

***