More fantasies

— Ты моя прекрасная ошибка. Я совершил её, когда впервые лёг с тобой в постель. Касался твоего тела, зная, что за спиной меня ждёт другой человек. Знал, но целовал длинную сильную шею. Цеплялся пальцами за твоё существование в реальности, мечтал брать каждую ночь, вбиваясь в податливое тело, которое отзывалось на все мои мимолетные касания. Я не знаю никого, кто мог бы так просто вдыхать воздух, возбуждаясь от одного лишь взгляда. Глаза Бан Чана мечтательно прикрыты. Между пальцев тлеет сигарета. Он все ещё помнит из последнюю ночь, когда Чонин в последний раз протяжно застонал, выгибая спину в оргазме. Чонин слегка трясло, пухлые губы были приоткрыты в немом стоне. Наслаждение накрывало их обоих с головой. — Тебе нужно идти, — шёпот обжигает мочку уха, потому что даже сейчас возбуждение парня не утихло. Он уникален, секс — его способ выживать в этом мире. — Знаю… — Бан Чан снова в своих мыслях представляет ту картину, где Чонин касается его груди тонкими пальцами, перебирается на бёдра и опускается на член. Ему всегда будет мало. В этом его похотливая натура. Бан Чан шумно выдыхает, хочется уйти, хочется забыть, хочется просто жить дальше, но… Позади открывается входная дверь. На пороге стоит жена с сыном. Малыш появился уже после того, как Чонин исчез, оставив после себя лишь сладкие, но такие болезненные воспоминания. — Чан-и, забери Ни-ни, ему надо ручки помыть. Бан Чан улыбается, слыша знакомое имя. Имя того, которого никогда не забудет. — Уже иду.