Виноградная жвачка

Бебе хакнула систему отношений «дети-родители» и смогла уговорить последних свалить на два дня к дальней родственнице, тем самым освобождая дом для вечеринок, которые, как известно, у Стивенс проходили с размахом. Может дело в постоянном спонсорстве Блэка или у Бебе и правда были деньги на счету, но именно ее вечеринки запоминались всем, как «стоящие посещения». Поэтому Тестабургер поставила себе твердую цель затащить на таковую Стэна, где они оба не только отдохнут от учебной суеты, но и, наконец, выяснят отношения. То, что у обоих есть проблемы, видно невооруженным глазом: сложно не заметить, когда они пренебрегают друг другом, проводя свободное время с друзьями, а, когда нужен кто-то, кто носит статус «вторая половинка», Марш летит за цветами, пока Венди красится для их свидания и поцелуев напоказ. В такие моменты Стивенс просто закатывает глаза, помогая Тестабургер с укладкой, а Кайл молча одалживает Маршу футболку получше. Ему не жалко, вот только Стэн потом будет мучиться, думая, как его отблагодарить. — Кайл, я честно не могу взять у тебя рубашку, которую я сам подарил тебе на день рождения. Это нелогично. — Я ее ни разу не надел с тех пор. — Как бы невзначай замечает он. Стэну становится обидно, но только ради шутки он говорит: — Ты берег ее для меня, как мило с твоей стороны. — Да, — бормочет Кайл, — берег, чтобы ты надел ее на свидание с Венди. Марш мгновенно затыкается. Брофловски явно не хотел, чтобы это прозвучало так… как это прозвучало, но слов обратно не вернешь, и Марш просто продолжил стоять и смотреть на Кайла, сжимая в руках несчастную рубашку в светло-зеленую клетку. На вечеринку, за руку с Венди, он все-таки пошел, и рубашку не снимал ни на минуту, оставляя на ней несколько пятен от напитков и запах своего тела. Сам Кайл на вечеринки не ходил, что очень удивляло его друзей, в особенности Кенни, который периодически донимал его вопросами. — Да брось, Кайл, что может быть лучше тусовки у Бебе, где есть еда, напитки и музыка на любой вкус? — Даже не знаю, может вечер за сериалом и учебником по геометрии? — Ты зануда. — Констатировал Маккормик, затыкаясь с этим вопросом на ближайшие несколько дней. Стэн же в это время просто смотрел на своего друга и задавался тем же вопросом: когда Кайл последний раз отрывался на танцполе или мастерски делал мохито и другие коктейли, рецепты которых надежно хранил в подкорке сознания? За последний год, наверное, ни разу. Этот факт Марша огорчал сильнее, чем очередная ссора с Венди, которая по негласному закону у них случалась каждые две недели. — У Бебе вечеринка в пятницу! — Кенни, как обычно, залетает в класс, пихая ногой дверь, даже не извиняясь перед пацаном, которого этой дверью случайно пришиб, — Знаете, что это значит? — Знаю, — Марш улыбается уголком губ, ловя прищуренный взгляд Брофловски, — Кайл идет с нами. — Не иду. — Парень сложил руки на груди в знак протеста. — Почему? — Не хочу. — Ответ неверный, — Кенни шутливо потянулся потрепать его по волосам, за что был наказан ударом учебника по голове, — в любом случае, тебе надо развеяться. — Я развеюсь, когда меня кремируют. — С этими словами он положил голову на парту, показывая, что не собирается больше спорить, а Маккормик, смирившись, сел за свою парту. На уроке он передал Маршу записку со следующим посланием: «Дорогой Мистер Марш, если вы не хотите, чтобы ваш друг-еврей откинул копыта за месяц до экзаменов, в ваших драных интересах вытащить его на тусу. Кайл может выскочить в окно, держу в курсе» Стэн не мог не согласится с Кенни по поводу его последних слов, вот только осуществить задуманное было не столько легко, сколько невозможно. Или ему только так кажется? Переживаниями по этому поводу он поделился с Венди. — Так ты хочешь позвать Кайла на вечеринку? — Да. — А он не хочет идти? — Да. Венди замолчала, продолжая наматывать на палец прядь волос. Вот так обычно проходят все их разговоры, и Марш не надеялся на продолжение, пока девушка неожиданно не сказала: — Хочешь, я его позову? Марш догружал инфу в свой мозг некоторое время, пока Венди не догадалась, что послание нужно расшифровать. — Я имею в виду, если его позовет девушка, он ведь не сможет отказать? Тем более мне. Стэн так и не понял, что означает это ее «Тем более мне», поэтому ответил коротко: — Можешь попробовать. Конечно, он не ожидал, что она, вот прям сейчас, встанет с места и пойдет в сторону Брофловски, который сидел на самой ближней к выходу скамье в спортзале. Она двигалась легко и непринужденно, осторожно вторгаясь в личное пространство, привлекая внимание парней из футбольной команды своей короткой юбкой и все же заставляя Кайла поднять голову от телефона. Стэн внимательно наблюдал, как его девушка (если ее еще можно было так называть после всех ссор и расставаний, и воссоединений между ними) садится на скамью напротив и начинает что-то говорить. Услышать ее слова с противоположной стороны зала было невозможно, поэтому Марш решил следить за реакцией Кайла, который в данный момент нахмурил брови. Они у него, кстати, такие же рыжие, как и волосы, а еще строго очерченные и яркие, будто зажигалкой чиркнули у лица. И сейчас они опустились, возвращая Кайлу спокойно-сосредоточенное выражение лица, что очень сложно сделать, когда с тобой разговаривает Тестабургер. «Он ни за что не согласится.… Это же Кайл». — Марш не верил, что это действительно сработает с кем-то вроде Брофловски. Венди еще болтала с ним некоторое время, а Стэн не отрывал взгляда от них обоих, потому что Кайл неожиданно отложил телефон, полностью погружаясь в диалог с Венди, хитро сощурив глаза, будто они обговаривали условия самой выгодной для них сделки. А, может, это так и было, потому что, когда девушка встала, они, пожав руку, не отпускали друг друга несколько секунд, еще что-то обговаривая. Очень подозрительно. — Что он сказал? — Стэн даже подвинул свой рюкзак, чтобы Тестабургер могла сесть рядом. — Сказал ждать его к десяти. Она весело заболтала ногами, смахивая несуществующие пылинки с плеча Марша, пока он пребывал в прострации.

***

Кайл явился за две минуты до назначенного времени, встречаемый ободряющими приветствиями от его одноклассников. — Гляньте, кто пришел! — Брофловски! — Мозги пришел проветрить? Последние слова принадлежали Такеру, который оказался рядом с двумя полными стаканами чего-то, чего парень еще явно не пробовал. — Будешь? — Это кола и виски? — Скорее виски с колой. Я сделал для Токена, но он может и сам себе налить. — Стакан сразу оказался в руках у Кайла, который не побоялся сделать глоток для старта, о чем пожалел в следующую секунду. Горло обожгло, дышать стало невозможно. Такер понимающе передал стакан людям, придерживая согнувшегося Кайла за плечо. — Сори, чел, Токену такое норм. Тебе, видимо, нет. — Просто кошмар. — Все, что Брофловски смог из себя выдавить. Во рту появился странный привкус, который очень раздражал. Нужно было добраться до еды, но Крэйг опередил его, доставая из кармана упаковку жвачки. — Держи. Компенсация за ущерб. Кислота винограда неплохо перекрывала привкус некачественного алкоголя, и Кайл, в целом, остался доволен. Вечер обещал быть интересным. — Кто пустил сюда этого еврея? Ну какая же вечеринка без Картмана, которого никто никогда не приглашает, но на всех тусах он почему-то есть. Эрик в поле зрения Брофловски успел провести только три секунды, и Кайл уже хочет набить ему морду. — Заткнись, жиртрест, тебя здесь вообще не должно быть. — Крэйг решил ответить за него, потому что, во-первых, Кайл был занят последствиями от напитка, а во-вторых, Картман бесил всех априори. — Сам завали, Такер, геям слово не давали. Глядя на поджатые губы Крэйга, Кайл сообразил, что сейчас лучше либо уйти, либо гордо вступить в драку и лечить ссадины всю оставшуюся ночь. Они не дети, конец старшей школы, как никак, и если Такер будет бить, то не сдерживаясь, что уж говорить о Брофловски, который мечтал свернуть Эрику шею с четвертого класса. Эх, а вечеринка так хорошо начиналась! — Девочки, не ссорьтесь! — объявился Кенни, спасая ситуацию и пока что целую челюсть Картмана, — Эрик, спорим на бутылку Мартини, что ты не перетанцуешь меня сегодня. — Тебе конец, нищеброд, пошли, можешь молить о пощаде заранее! Они еще перекидывались оскорблениями некоторое время, и Кайл поспешил свалить на кухню, где обнаружил Стэна, Венди и еще пару людей, которых видел впервые. — Ты серьезно? Чел, я думал, она шутит. — Марш жестом указал на Тестабургер, которая, как всегда, мило улыбалась. — Чудеса случаются! — Кайл мог только пожать плечами. — Блеснешь умениями? Стэн, дурачась, подал, как меч, на двух руках с поклоном, большой заточенный нож, и парень приступил к делу, которому кропотливо учился у Такера весь прошлый год, — приготовлению коктейлей. Он знал немного: достаточно, чтобы не отравиться и, конечно, выпендриться перед другом. Людей на кухне поубавилось — Венди пригласила всех в просторную гостиную, где девочки оборудовали танцпол. Оставшись с Кайлом наедине, Стэн не мог не спросить: — И как это понимать? — Что? — Брофловски не поворачивал на друга головы, увлеченно нарезая цитрусовые для своего будущего шедевра. — Значит, на наши с Кенни просьбы ты плевать хотел, но стоило Венди перекинуться с тобой парой слов, и ты уже здесь? Кайл ухмыльнулся, как бы уклоняясь от ответа, параллельно рыская в поисках подходящего стакана. — Что ты можешь сказать в свое оправдание? — Подай стакан с верхней полки. Прямо за тобой. Упрямства Маршу не занимать — он не просто не помог, он еще и начал шантаж. — Мне нужен ответ. — А мне нужен стакан. Подвинься. На самом деле, Стэну абсолютно все равно, чего такого Венди наплела Кайлу и почему он не хочет об этом говорить. Парень здесь, на вечеринке — это главное. И Стэн не мог выкинуть из головы мысль о том, что он пришел в той самой рубашке, в которой Марш недавно приходил сюда под руку с Венди. — Она просто очень вежливо попросила. — И все? Он не поверил, но за стаканом провернулся. — Это не тот. — Какая разница? Бухло не вытекает и на этом спасибо. — Правильному алкоголю полагается правильная форма, — Кайл добрался таки до нужной стекляшки и сейчас выкладывал кубики льда, поливая их смесью, пахнущей мятой и еще чем-то сладким, — а по твоей логике, ты не против выпить и из цветочного горшка. — Ну, если это поднимет тебе настроение… — Скорее вгонит меня в депрессию. — Не драматизируй. — А ты не провоцируй. На, зацени. Кайл передал стакан, едва ощутимо проводя пальцами по пальцам, и замер в ожидании оценки. Стэн сделал глоток, делая вид, что пытается что-то распробовать, и, в итоге, одобрительно кивнул. Кайл просиял. Таких коктейлей с ликером было несколько. Ребята, наконец, попали на танцпол, где играло что-то достаточно бодрое, чтобы заставить два, если не три, десятка человек так неистово выплескивать свою энергию. Танцевали все, кто мог стоять. Кто не мог — притопывал ногой, сидя на диване. Девчонки в углу столпились для группового селфи, кто-то бросил в них разноцветный серпантин и теперь убегал от разъяренной толпы через весь зал. За танцами и коктейлями пролетело часа два, и Брофловски успел порядком устать. Он отлучился на кухню перехватить себе остатки от бутербродов и может еще немного колы со льдом, и вернулся к началу медляка. Марш не врал, когда назвал Кайла любителем драматизировать. Поэтому, когда послышались первые аккорды самой грустной и сопливой песни для безнадежно влюбленных, он поспешил убраться подальше, чтобы заглушить что-то внутри, что просило свободы, слез и еще алкоголя. Возможно, еще тепла зажигалки с примесью уличной прохлады, но Кайл не курит, а вот дверь на улицу открыта и на ступеньках вроде никого нет. По крайней мере, на первый взгляд. — Бебе? Я думал, ты танцуешь с… Брофловски некоторое время моргал, стоя в дверях и вспоминая, когда еще одна пара его друзей успела порвать. Не вспомнил. — А, это ты… Бебе выглядела неважно. С помятой прической, растертым макияжем, она сидела прямо на ступенях, сжимая в руке телефон с темным экраном. — Не важно, забей. — Она махнула рукой, но вместо того, чтобы закрыть тему, продолжила: — Клайд кидалово. Я предложила ему блестки для лица, а он сказал, что это слишком по-гейски. — Ну, — Кайл не был знатоком в этой теме, и ни одного совета дать не мог, — может быть. — Но они будут круто блестеть! Я специально купила разные цвета для дискотеки. — Она сделала паузу и потом выдала совершенно неожиданное: — Давай я тебе намажу немного? — Что? — Ну, блестки, — она порылась в карманах и выудила несколько маленьких пакетиков, — смотри, вся радуга здесь! Совсем чуть-чуть, в уголок глаза, это с первого взгляда даже незаметно. Пожалуйста… Брофловски либо перепил, либо сошел с ума. Скорее всего к этому добавился эффект от грустной песни, а Кайл зависим от музыки и настроения, которое она создает. И сейчас ему и вправду хотелось блесток под глазами, рук вокруг своих плеч и легких покачиваний из стороны в сторону. Он еще немного помедлил, и, выплюнув жвачку на траву, спросил: — Зеленые есть? — В трех оттенках. — Давай. Она усадила его на ступени и нависла сверху, щекоча лицо парня кончиками спадающих волос. Кайл не знал, что ему нравилось больше: теплые пальцы Стивенс, которые аккуратно распределяли блискучки под его глазами или ее дыхание совсем близко, и Брофловски мог точно сказать, что она пила Маргариту. Может не одну. — Оно смоется? — Тебя это волнует? — Девушка посмеялась, роняя блестки ему на рубашку, — Теперь ты сияешь. — Спасибо. Он неловко приобнял Бебе за талию, потому что не знал, как еще действовать, когда тебе измазали лицо мелкой блестящей пылью. Из зала послышался следующий трек. Что-то заводное, быстрое. Что-то, что нравится Стивенс. — Пошли внутрь. Такер сделает нам коктейли. Кайл хотел сказать, что он и сам не прочь занять руки делом, а еще ему не хотелось, чтобы Крэйг видел его в блестках, но Бебе так чарующе захлопала ресницами, двигаясь в такт песне, что он просто не мог сопротивляться. Девушки такие милые. — Ладно. Крэйга пришлось долго искать в толпе танцующих, потом оказалось, что его там не было и все время он тусовался на лестнице с Токеном и Клайдом. — Я так и знал, что ты найдешь себе другую жертву, — Донован передал другу стакан пива, — идем зажигать? Стивенс кинула на Брофловски вопросительный взгляд, на который он ответил кратко: — Я принесу. Можешь идти. — Спасибо еще раз. Она ласково похлопала его по плечу и исчезла, уводя с собой своего парня и его друга. Такер с ними не пошел. Кайл поднял на него взгляд, чтобы озвучить просьбу Бебе, но Крэйг заговорил первым: — Тебе идет. — Спасибо, Бебе старалась. — Выглядишь как фрик. Молчаливый укор в его сторону и один смех на двоих. — Ты просто завидуешь. — Может быть. Врал он или нет — не важно, но Кайлу можно позавидовать во многом: хорошист, почти отличник, любитель баскетбола и спокойных компаний, обладатель кудрявых рыжих волос и контрастных зеленых глаз. И блески никак не портили эту картину. — Мы можем быть фриками вместе. — Кайл просто предложил, но, судя по тому, как загорелись у Такера глаза, он попал в цель. — Можем. Такое простое слово, а Брофловски уже готов целовать ему руки. От радости, разумеется. — Три Маргариты и Бебе сделает, что угодно. — Прям все? — Игривость в голосе парня не смогла перекрыть даже выкрученная на всю громкость музыка, и Кайл просто не мог поверить, что Такер способен на такие шутки. — Крэйг! — Что? Я всего-то хочу заказать пиццу за ее счет. Брофловски захотелось ударить себя по лицу. А ему ведь казалось, что это Крэйг тут самый распущенный. — Просто пошли на кухню. Три Маргариты с клубникой были готовы за считанные секунды, причем две из них от Такера, и одна — от Кайла. — Я быстрее. — Зато я аккуратнее. То, что у парней разница в росте на полголовы, позволяло Крэйгу смотреть свысока во всех смыслах, и Кайлу это не нравилось. — Спустись с небес на землю, Такер. Не исключено, что он все это время не отрывал взгляда от чужих глаз или окружавших их блесток, что безумно отвлекает. — Ты похож на елку. — Выдает он, и Кайл держиться, чтобы не вылить все на него. — В твоих интересах отнести все три коктейля Бебе. Не пролей. Бокалы были благополучно водружены на поднос, который Крэйг вытащил непонятно откуда, и двое снова нырнули в толпу, где вскоре друг друга потеряли. Надеясь, что одноклассник успешно доставил заказ и получил награду, Кайл позволил себе прибиться к кругу танцующих знакомых. В этот самый момент из ниоткуда появилась Венди. Она потянула его в сторону, что-то пытаясь проорать в ухо, но вокруг было слишком громко, чтобы Брофловски что-либо разобрал. Только выйдя в коридор, он понял, к чему ведет дело его коллега по сделке.

***

Стэн не хотел играть в эту игру. Он пришел сюда, в свободную спальню со своей отдельной тусовкой, чисто по просьбе Венди, и потому что здесь еще была еда. Когда Тернер завязали глаза, и игра началась, ее тонкий палец указал именно на него. Маршу пришлось быстро чмокнуть ее в губы, как если бы он по-деловому целовал свою девушку, но, на удивление, Хайди угадала. — Стэнли! Парень поднял брови, но послушно взял в руки шарф. Пока он его завязывал, в голове у него была мысль о том, что Венди куда-то пропала примерно пару минут назад. Марш встал на середину, покружился, вскинул руку в рандомном направлении. Он ждал чего угодно, но не того, что следовало дальше. Он визуально помнил губы каждого, кто стоял в кругу, но эти… Стэн был в ступоре. Он замер еще в самом начале, когда почувствовал на своем лице чужое дыхание. Алкоголь, мята и что-то еще. Что-то химозное, как ароматизатор в дешевых леденцах, которые Венди страшно не любит. Чужие губы были теплыми и немного сухими, совсем как у Стэна, они прильнули к его собственным и Марш был готов расплавится от настойчивости, которой в поцелуе было более чем достаточно. Ни одна девушка еще не целовала его так — властно, с напором. Когда поцелуй оборвался, Стэн вспомнил о его причине. Кто в этой комнате мог его поцеловать? Сладкими коктейлями с мятой, как правило, пахнут девчонки. Вот только никто из них в голове Марша не подходил. Может кто-то из парней? Навряд ли, потому что присутствующие выглядели как самые настоящие гетеро, и, постояв рядом с ними, нельзя сказать, что они пахнут мятой. — Я сдаюсь. — Марш сорвал повязку, и его взору предстала самая прекрасная Тестабургер. — Как ты мог не угадать! — Я… — Стэн был в замешательстве. Это не может быть Венди, при всем уважении к своей девушке, Марш понимал, что она целоваться так и не научилась. И даже не это главное: при ее смехе Стэн не слышит сладкой мяты.

***

Кайл спустился на танцпол в приподнятом настроении. Ноги сами несли его в самый центр, где на припеве вся толпа скакала как бешеная, но через несколько секунд парень и сам был частью этой толпы. Он ловил взгляды девчонок, залипающих на его глаза, кайфовал от одной мысли, что он отрывается на вечеринке, поздно ночью, с далеко не одним коктейлем внутри и блестками на щеках. Если бы ему сказали об этом неделю назад, он бы не поверил. — Ты где пропал? — Такер неожиданно появился перед глазами. Без подноса, но с серебристым глиттером на скулах. — Тебе идет. Крэйг посмотрел на него как-то не как обычно, с подозрением и с улыбкой одновременно. — Ты будто под кайфом. Принял что-то? — Еще нет. — Еще? Кайл засмеялся. Ему было хорошо. Почему он раньше не приходил на вечеринки Стивенс? Здесь ему весело, тут он может делать, что хочет, и никто не осудит и не посмотрит криво, если вообще что-либо рассмотрит в полутьме. Здесь есть алкоголь, но никто еще не напился в стельку, не подрался и не наблевал на дорогой ковер. Брофловски сам чувствовал, что нетрезв, но вылилось это только в блестки и желание танцевать и творить глупости. Где-то послышался звон стекла, толпа загудела — первые потери из большого коктейльного сервиза Стивенс. Кайл смеялся вместе с остальными, бросая короткие взгляды в толпу. Венди все еще не появилась, зато появился Кенни к самому началу очередного медляка. Он просто вбежал в гущу людей, держа за руку какую-то девчонку, и поманил Кайла пальцем. — Стэн тебя ищет. — Сказал он, когда Брофловски подошел ближе. — Где он? — На лестнице. Кайл проследовал в указанном направлении. У перил он действительно нашел Стэна, спорящего с Венди. Девушка недовольно вскидывала руки, грозясь ненароком зашибить проходящих мимо людей. Едва Кайл появился в поле зрения, она сразу утихомирилась. — Приветик, чего не танцуешь? — Она мило повела плечом, будто только что не злилась на своего бойфренда. — Кайл обещал мне Том Коллинз. — Стэн повернулся к Венди, — Солнце, я скоро вернусь, обещаю, и мы поговорим. Парень клюнул Тестабургер в щеку прежде, чем подтолкнуть друга в сторону кухни. — Проблемы? — Уже там Брофловски, не думая, взялся за ингредиенты для коктейля, хотя понимал, что делает его скорее себе, чем ему. — Типа того. Не заморачивайся. — Марш кивнул на стакан в руках Кайла и достал пиво из холодильника. Брофловски молчал, сосредоточенно мешая сироп и джин, наслаждаясь паузой от громкой музыки. На кухне не было никого, кроме них, и поэтому Кайл насторожился, когда Марш встал напротив, пристально разглядывая его лицо. — Что? — парень поднял голову, потому что невозможно сосредоточится, когда тебя буквально поедают взглядом. — Ничего. — Марш отпил еще пива, — Заночуешь у меня? Обычная фраза от Стэна, ведь друзья ещё с детства регулярно оставались друг у друга на ночь, вызвала тревожные мысли в голове Кайла. Он опасался, что Марш уже успел догадаться, кто поцеловал его наверху. И его реакцию предугадать невозможно, даже для Брофловски, который знал друга с пеленок. — Хорошо. — Кайл согласился, подавая готовый коктейль на стол между ними. Он очень хотел, чтобы их поцелуй остался для Стэна тайной, сбивающим с толку воспоминанием, загадкой, которую он будет разгадывать, пока Венди не скажет правды. — Скоро рассвет, — заметил Марш, — вернемся к четырем? Получив кивок от друга, он весело добавил: — Тогда жду в зале. И исчез в коридоре. Кайл проводил взглядом и его, и его странное поведение. Коктейль так и остался стоять на столе. Брофловски смотрел на него ровно пять секунд, после чего подхватил со стола наполовину пустую бутылку джина и приложился к горлышку. Он слишком трезв для трех ночи на вечеринке в чужом доме и для всего, что ждет его дальше. Людей в зале поубавилось — кто-то спал на втором этаже, а кто-то благоразумно покинул вечер на такси еще раньше. Кайлу самому немного захотелось домой, просто потому что голова уже побаливала, а музыка давила на уши. И почему это Марш такой бодрый? Кайл в который раз за ночь оказался на танцполе. Он не может найти Стэна, зато снова находит Крэйга, и, предполагая, что Марш снова выясняет отношения с Венди, решил остаться и составить Такеру компанию. Парень, видно, тоже устал, но собирался уйти последним — планировал заночевать здесь и утром помочь Бебе с уборкой. Опять гул и голоса окружили Брофловски со всех сторон. Новый приток людей со второго этажа заставил Кайла стать ближе к Такеру, но он был даже не против. Крэйг нахально смотрел сверху-вниз, притягивал ближе за шлевку джинсов, когда хотел проорать на ухо что-то совершенно не важное сейчас. Они танцевали, тратили последние силы, и, когда Такер наклоняется снова, и щеки пылают от его горячего шепота, Кайл опять замечает Стэна, вернувшегося с улицы. В который раз он приближался к нему, и Кайл решил пойти навстречу, предварительно посоветовав Такеру пойти прилечь. — Я вызвал Венди такси. — Объявил он, и Кайлу стало чуть легче. Значит они отложили намечающуюся ссору до следующего утра. — Тебя шатает. Ты как? — Превосходно. — Кайл подступает ближе, чтобы его услышали, и Стэна клинит. Этот химозный аромат. Не может быть. — Что случилось? — Кайл говорит одними губами, но Маршу абсолютно все равно. Он наклоняется еще ближе, стараясь уловить то, что, ему кажется, он уже чувствовал на своих губах. Брофловски в страхе пятится, и, хотя Стэн оказывается быстрее, он промахивается мимо губ. Парень чувствует чужое дыхание, и этого достаточно, чтобы в голове все стало на свои места. Мята, джин, аромат дешевых, безумно сладких леденцов. Это он. Марш еще никогда в жизни не был так уверен. — Что ты… — Кайл шокировано стоял на месте. Его попытка скрыть правду получает незачет. — Пошли. — Стэн хватает его за рукав и тянет в сторону. В планах Брофловски не было такого поворота, но он, больше из интереса, следует за другом, который отводит его к лестнице, где людей и громкости музыки намного меньше. — Так, значит, это был ты. — Стэн начинает сходу. Кайл честно не знает, что ответить. Он все еще немного растерян, потому что меньше минуты назад Стэнли Марш, его лучший друг, еще и парень Венди, попытался поцеловать его на вечеринке среди толпы людей. Плевать, что Кайл сделал это чуть ранее, он выполнял условия сделки, и Венди разрешила ему это сделать; их отношения и так летели под откос, для расставания просто нужна причина. Теперь, когда Стэн стопроцентно догадался, можно не медлить. Завтра Венди в любом случае устроит показную истерику и их отношениям придет конец. Правда, подружки Тестабургер спустят с Марша шкуру за такое отношение к ней, и парню следовало быть осторожней с действиями. Но пока не наступило утро, можно творить, что угодно, верно? И вот Стэн стоит перед ним, довольно улыбаясь и не испытывая ни капли раскаяния за свой поступок. Что ответить? Сказать да или кивнуть, или поцеловать так же резко и настойчиво, как и раньше? Наброситься, притянуть за ворот футболки, смять чужие губы своими, целовать, как хочется, трогать шею, касаться волос, скользить пальцами вниз и трогать, трогать и трогать без конца… Это алкоголь так дурманит голову? Пальцы Стэна все еще держат ткань рукава, и Кайл безотчетно касается ладонью чужой кожи, не разрывая зрительного контакта. Смотрит прямо в глаза, осоловело, без единой мысли в голове. Здесь и сейчас, только они вдвоем. Плевать на Венди, вечеринку Бебе, на то, что они оба, вроде как, не должны этого делать. Стэн отвечает на прикосновение, скользит вверх до запястья, а у Кайла сбивается дыхание от одной мысли, что это не сон. Кожа на руке горит, Стэн оказывается еще ближе, Брофловски приходится поднять голову, чтобы продолжать смотреть в глаза, в чем нет никакой необходимости — в полутьме все и так расплывается. Пальцы сами легли на чужое предплечье, провели по рисунку вен на внутренней стороне, и Кайл чуть прикрыл глаза от ощущения чужой кожи под пальцами. Они никогда еще не были так близко. Марш улыбается и Кайл не может оторваться от него. Слишком сильно хочется, чтобы все повторилось. — И как ты догадался? — Брофловски склоняет голову набок и Стэну нужно просто шагнуть вперед, чтобы дотянуться до его губ. — Ты пахнешь чем-то сладким. — Это виноград. — Я даже не понял вначале. Не похоже. Кайл молчит, потому что говорить не хочется. Марш тоже затыкается, тащит его куда-то под лестницу, подальше от всех. И Кайл просто идет, ведомый им, желанием, почти сбывшейся мечтой. И когда они точно одни, и Марш оказывается так близко, что картинка плывет перед глазами, Кайл готов грохнуться в обморок, потому что губы Стэна в считанных сантиметрах от его собственных. Он прикрывает глаза и поддается вперед и все повторяется. Сладкая мята и виноград. Джин и лед. Блестки и запах дешевого дезодоранта. Ладонь Кайла ложится поверх плеч, потому что держаться больше не за что, а пол стремительно уходит из-под ног. Тепло на талии — Марш обхватил его руками. Крепко, по-собственнически и Кайлу, черт возьми, нравится. Ему хорошо, ему достаточно, ему жарко. Он отстраняется, стараясь вернуть дыхание в норму, и Стэн смотрит на него, на его тяжело вздымающуюся грудь, на мутные глаза и спрашивает что-то ненужное, что-то, что читается во взгляде и языке тела: — Уходим сейчас? Кайл уже знает, что ответит. Он не медлит. — Да.