Братские узы

Обычный майский день. На улице прохладно и солнечно, а оттого и в комнате царила приятная обстановка. Окно было прикрыто. Именно рядом с ним и пристроился Тамура. Он был одет в лёгкую рубашку и портки. На ногах красовались белые короткие носки, а волосы были собраны в хвост. В руках парня находилась книга в тёмной матовой обложке. Гвардеец сосредоточенно читал каждую строчку, пока в помещение не зашёл его младший брат. Голубоглазый тут же сделал вид, что увлечён историей, хотя на деле всё его внимание теперь было приковано к Итомэ. Гален-старший не сразу понял, что не так, но спустя некоторое время всё-таки осознал неполноту происходящего — его брат слишком спокоен. Он не влетел в комнату с криками о новой проделке или нахваливанием еды их отца, как это обычно происходило. Что-то не так. Тамура оторвал взгляд от белых страниц и перевёл его на младшего. Слегка испачканная в траве рубашка свободно сидела на парнишке, а лямки брюк небрежно свисали с пояса. Последний пристроился на стуле около рабочего места и очень растерянно озирался на брата. — Что случилось? — пытаясь изобразить безразличие, спросил брюнет. — Ничего... — неловко ответил Итомэ и тут же повернул голову куда-то в сторону, лишь бы не смотреть на Тамуру. — Не ври мне. Я знаю тебя шестнадцать лет, так что не надейся так легко меня обмануть. Гален-младший снова посмотрел на брата. В его сердце теплилась надежда, что гвардеец сам поймёт, чего же он хочет. Но Тамура не имел возможности читать мысли, поэтому Итомэ пришлось сказать это вслух. — Я.. Тебе нравлюсь? Сердце Тамуры пропустило удар. — Что ты имеешь ввиду? — Ну, ты задумывался обо мне, не только как о самом лучшем брате, но и как... О парне? Ещё один. — Почему ты вообще спрашиваешь об этом? — Я.. Не знаю. — голос синеволосого стал тише и неувереннее. — Пару месяцев назад я впервые ощутил это. Оно не похоже на то, что я чувствую к маме и папе. Сначала я был уверен, что это всего лишь трудности переходного возраста, но это, черт подери, не проходит! Я пытался заглушить этих бабочек в животе, но безуспешно. Даже напротив — каждый раз, когда я нахожусь рядом с тобой, оно усиливается. — Ясно. И что ты решил? — всё ещё пытаясь сохранить хладнокровие, сказал Тамура. — Думаю, я должен выяснить, что это такое. — И как ты планируешь это сделать? — с усмешкой произнёс брюнет. — Как-то так. Итомэ встал и приблизился к брату, а затем.. Поцеловал его, чёрт подери. Неумело и неаккуратно. На его губах Тамура почувствовал вкус гигиенички. Так это было спланировано!.. Поцелуй был недолгим, но очень запоминающимся для них обоих. — Что ты почувствовал? — Вкус маминой помады. — Я не про это! Гален-старший молчал. Ему было страшно говорить о том, что он ждал этот поцелуй всю свою жизнь и миллионы раз представлял, как это произойдёт. Он не мог поверить, что это действительно произошло. Что теперь делать? Ему двадцать два года, он взрослый и опытный человек, так почему подобное ввело его в ступор? — Прости. Я тебе противен, да? — Итомэ изо всех сил пытался сдержать слёзы. Почему это происходит? Почему он хочет плакать? Синеволосый развернулся и поспешил покинуть брата, но стоило ему приблизится к выходу, Тамура схватил его за руку. Крепко, но не настолько, чтобы причинить боль. Голубоглазый обогнал его и закрыл дверь на замок. Сейчас, в этот самый момент, он принял решение. И сейчас ему плевать на то, что будет потом.