Идёт снег

"Происшествие в канто"— заголовок всех газет в японии, кто-то относился к этому как к очередному побоищу самопровозгалашённы королей Токио, некоторые сочувствовали погибшим, ведь это могли быть чьи-то дети, друзья, возлюбленные. Место, где происходила драка было обмотано вдоль и поперек, предупреждающей лентой. Фигура стоящая на грузовых контейнерах, там где когда-то он стоял не один. Хлопья снега ударяли его по лицу, жгучая боль пронзала. Какучо бродил по-заснеженному Токио, в попытке найти хоть какие-то его следы. Такси летящие по дороге были не заинтересованы в парне на тротуаре. Они пролетали прямо перед его ногами. Длинные гудки, это всё что слышал Хитто. Даже если бы он услышал голос на другом конце, парень бы даже не знал что говорить, просьбу вернуться? Или может признание в "любви"? Красный нос был полон соплей, глаза из которых капали теплые слёзы, он ничего не видел. Скорее всего у парня был жар, но оставаться дома было невозможно. Там всё напоминало о нём. Поднятая к небу голова встречалась с обрушившимся на неё шквалом снега, но теперь это ощущался по-особенному. Он уже не холодный. Чувствовалась лишь его мягкость. Будто чьи-то руки гладили его по щекам. Дорога по которой шёл Какучо вела в место где они впервые встретились, ноги сами вели его в это направление. Заглядывая в окна он видел там семьи полные любви, детей рисовавших на окнах, кошек смотрящих на окружающий их мир, но уже не такой, как раньше. Он и сам уже был не таким как раньше, теперь всё изменилось. Его восприятие реальности было совершенно другим, снеговик появившийся совершенно недавно, стоял неподвижно, ведь ему никуда не надо было, Какучо теперь тоже никуда не надо, ведь его никто не ждёт. Он теперь совершенно один в этом прогнившем мире, конфликт в его голове был невыносим. Сворачивая в неосвещённый переулок он жаждал увидеть худощавую фигуру, но видел там только мусорные баки и скуренные сигареты. Пара кошек забилась в угол под картонные коробки и грели друг друга своими телами, для них это был единственный способ выжить этой ночью. Но Хитто совершенно не обращал внимания, он заходил чуть дальше в переулок, где теперь можно было наблюдать за стаей ворон которые доедали не успевшего найти себе убежище кота. Какучо был прямо как этот мертвый, обглоданный кот, жизненных сил в нём было столько же. Блестящая побрякушка в его руках была связана с самыми теплыми воспоминаниями. Однако, теперь эти воспоминания были холодны, как и человек, которому принадлежала эта серьга. Сидя на коленях он голыми руками собирал снег в одном месте, руки не чувствовались из-за холода. Маленькая кучка была собрана. Серьга из его руки переместилась в холодную темницу. Было ли это попыткой прощания с самым дорогим человеком? Этого никто никогда узнать не сможет, ведь Хитто уже похоронил в себе эту тайну. Уходящая от того места фигура слегка покачивалась из стороны в сторону, явно не имею возможности твёрдо стоять на своих ногах. Красное от слез или холода лицо было искривлено в гримасе страха, он парализовал все его лицевые мышцы. Слепой на один глаз парень трясся, но не от холода, окружающим не было до него никакого дела, иногда лишь дети шарахались от его вида, им тоже было страшно. Похороненные в памяти воспоминания, с каждым годом закапывались всё дальше в пучину терзаний и ненависти. Ничего не могло это изменить. Каждый год он звонил ему и когда автоответчик просил записать сообщение, он рассказывал о своей жизни, о том как скучает. Клятва верности была самым последним, что он говорил каждый год, уже на протяжении десяти лет.