Неправильный художник

Новенькие красные конверсы несут своего владельца в давно излюбленное место во всём городе. Парень неспеша достаёт из кармана толстовки пачку Винстона и, достав сигарету, поджигает её, неспеша затягиваясь. Лёгкие наполняет густой сигаретный дым, который, несмотря на весь свой вред, помогает исправить в лучшую сторону моральное состояние, но, к сожалению, ненадолго. Впереди видится недостроенное, но уже заброшенное четырёхэтажное здание с обшарпанными серыми стенами, которые уже начали покрываться мхом от сырости. Это здание стоит, кажется, чуть ли не с рождения самого парня, но его всё никак не снесут. Глава города не хочет выделить деньги на перестройку. Вот и Антон, как бегал с самого детства на эту заброшенную стройку с ребятами, так и сейчас, словом, ничего не изменилось. Только время меняет круг общения и у парня совсем никого не осталось, кроме самого себя. Да, он наивно верит, что вывезет все сложности жизни в одиночку и ему никто не нужен. По крайней мере, он убедился, что доверять и рассчитывать можно только на себя любимого. Он у него один. Поднимаясь по бетонной лестнице, он пнул жестяную банку, не очень удачно стоявшую на краю бетонного изделия, а та, в свою очередь, полетела в довольно узкое отверстие между ступеней, ведущее к самому первому уровню здания, растворилась между пролётами этажей. – На месте этой банки мог быть я... – парень нервно сглотнул. – Так, отставить суицид! Тебе завтра сдавать вступительные экзамены, соберись. Антон был уверен, что поступит в Питерский художественный колледж без проблем, ведь он неплохо, на удивление, смог сдать ОГЭ и чуть ли не с пелёнок рисует. Когда его мама была жива, она старалась привить сыну любовь к краскам и у неё это получилось, а позже, она отдала парня на курсы рисования. Антон благодарен матери за те лучики солнца, что радовали его детство, а сейчас и память. Она всё ещё оставалась самым лучшим и любимым человеком для парня, его поддержкой и опорой в трудные минуты. Пускай он её не видел, но чувствовал, что она рядом. Сидя на крыше, зеленоглазый много думал. Думал о завтрашнем творческом испытании, о своей судьбе и о том, какие последствия будут после того, как он вернётся домой. Парень не любил называть то место, где он живёт "домом". Дом там, где комфортно, где ощущаешь себя в безопасности, тебе в радость туда приходить, потому что ты знаешь, что тебя ждут. А Антона никто не ждал. Он жил с отцом, который норовил избить парня при малейшем случае. Его не интересовала жизнь парня, он обходился с ним как ему заблагорассудится. Бывало такое, что он не пускал Антона в квартиру просто из принципа. Ну ещё и из-за того, что был бухой в стельку. Каждые выходные дня для парня были настоящим испытанием, потому что так называемый отец приводил домой свору своих дружков, что бухали денно и ночно, а некоторые ещё старались доебаться до Антона, поэтому он старался не появляться дома до понедельника. Чаще всего он появлялся на заброшенной стройке, ему нравилась атмосфера. Стены защищают от солнца, ветра, есть даже парочка сухих мест, которые Антон облюбовал, притащив с мусорки старое, но сохранившееся кресло, которое теперь стояло на третьем этаже и несколько стульев. Да и к тому же, можно спокойно покурить и избежать косых взглядов. Ведь курить в 16 нельзя и всё такое. Притронулся к сигаретам парень, когда погибла его мама, а именно 3 года назад. Да, 13 лет очень юный возраст, но ему предложили электронку, а он повёлся на байки о том, что не будет никакой зависимости и вообще, электроннные сигареты - это не опасно. А полтора года назад он перешёл на сигареты – белый Винстон. Парень, решив посмотреть на телефонные часы, немножечко ахуел, так как время двигалось ближе к 10 вечеру. – 21:42, сука – тихо выругавшись, он двинул обратно к лестнице. Не то чтобы это время для него было слишком позднее, просто он хотел зайти в читай город за парой карандашей, и, возможно, посмотреть какую-нибудь книгу. У Антона из скопленных денег оставалось 500 рублей и мелочью, которые он решил потратить в собственное удовольствие - купить книгу. Да, у него были удовольствия помимо сигарет. Антон любил читать, но, к сожалению, делал это не так часто, как хотелось бы. Он часто ходил в библиотеку и проводил свободное время там. Но всё же, он предпочитал запах свежих книг. Иногда Антон мог себе позволить купить что-то новенькое, но это случалось крайне редко. Он привык довольствоваться малым. Выйдя с территории стройки, Шастун быстрым шагом направился в книжный, находившийся несколькими улицами дальше его местонахождения. Парень боялся не успеть до закрытия в магазин, а ему хотелось приобрести хотя бы карандаши. – 21:51, успеваю. – озвучил мысли Шаст, достав телефон из толстовки. За всё время проведённое с самим собой, а то есть в одиночестве, у парня выработалась привычка озвучивать свои размышления, что не всегда шло в пользу. Зайдя в сам магазин, он сразу направился к полкам скарандашами, чтобы если закрываясь, его будут выгонять, он успел оплатить необходимую пару карандашей. Найдя взглядом карандашики цвета охры, на которых было выведено небольшими буквами "HB", что означало мягкость грифля, он двинулся к полкам с эксклюзивной классикой. Не найдя ничего для себя интересного, он окинул взглядом книги с печатной подписью "русская классика". По своим меркам, он достаточно долго выискивал книгу для души, но вот его взгляд остановился на сборнике Антона Павловича Чехова "Вишнёвый сад". Схватив с полки книгу одновременно с воплями продавщицы, оповещавшей, что до закрытия остаётся всего пара минут, он направился в сторону кассы. Оплатив покупку, Антон обнаружил, что у него осталось ещё примерно 200 рублей, а это ого-го. В приподнятом настроении, он отправился в то место, которое многие называют домом, а он, к сожалению, мог назвать это местом жительства, и то временным. Он надеялся перебраться в общагу при поступлении. И вот, с неохотой дойдя до подъезда, Шастун открыл давно сломанную, оттого и не закрывающююся как положено, дверь. Та со скрипом отворилась, пропуская его в подъезд, пропахшем сыростью и затхлостью. Поднявшись на второй этаж, Антон остановился, предвкушая пиздец, который накрывает его каждый раз, как он показывается в квартире. Из приоткрытой двери ударил запах перегара, из-за него любого человека потянуло бы очистить желудок от всего содержимого, но Антон слишком привык к такой обстановке, поэтому он лишь поморозил нос, на кончике которого красовалась небольшая бледная родинка, и хотел было прошмыгнуть из коридора в свою комнату, как на его плечо приземлилась тяжёлая рука. Шастун вздрогнул, гадая, какого размера прилетел этот самый пиздец. – Антошенька, – прозвучал знакомый голос над ухом парня. – ну раз ты пришёл, нехорошо сразу прятаться, а как же проявить внимание к уважаемым гостям? Это был один из дружков отца, приходивший каждые выходные на очередной бухич. – Отъебись, – парень резко дёрнул плечом и ощутил, как пьяный мужчина отшатнулся от него. – Уйди с прохода говорю. – Олеж, забей на говнюка, пошли по рюмочке, – прозвучал голос уже принадлежащий отцу мальчика, – Явился? – отец показался в дверях кухни и окинул затуманенным взглядом сынка. – Съеби, чтобы я тебя не видел нахуй. – сказал Максим и снова скрылся на кухне. Олег не стал спорить и последовал за другом, перед этим кинув пьяный взгляд в сторону Антона. "Странно, даже пиздюлей не отхватил" подумал Антон, и, решив, что так даже в разы лучше, прошмыгнул в комнату. Закрывшись на щеколду, которую он своими силами приделал к двери года два назад, мальчик начал собирать вещи на экзамен по живописи, который пройдёт завтра с утра. Он собрал вещи, стянув с себя одежду и  решив пока не притрагиваться к книге, улёгся на кровать. Шаст быстро провалился в сон, перед этим думая и наивно надеясь, что завтра решится его судьба и жизнь пойдёт на лад.