цвет

на часах около семи утра. стив всю ночь не мог уснуть, моментами пытаясь хотя бы подремать. хоть они и победили, те твари из изнанки все ещё приследовали его во снах, как и остальных ребят. за веслой улыбкой стива скрывались бессонные ночи, кошмары, в которых эти летучие твари векны все таки смогли сожрать его, перед этим удушив своим склизким хвостом. каждый раз парень вскакивает с кровати в холодом поту, пытаясь понять, где он. харрингтон встал с кровати, ища свои спортивки. все таки найдя их и успешно надев, парень направился в ванную, дабы смыть весь этот ужас со своего лица холодной проточной водой. за угрюмым взглядом билли были скрыты галлюцинации во время вождения. как он едет по заросшим дорогам изнанки, пытаясь спрятаться от тварей, бегущим за ним. как его снова утаскивают в глубину темноты, не обращая внимания на его мольбы и крики. как он снова не может уснуть, смотря в потолок и даже если это удается, что очень редко, то эти твари догоняют его во сне, заставляя оставить на лице мокрые соленые дорожки после пробуждения. полотенце неудачно приземлилось на пол, а дверь в ванную была не до конца закрыта. утро всегда было самым спокойным, но и в тоже время ужасным временем для харрингтона. он в полном одиночестве, но в полной тишине и безопасности своего дома. та самая, очень глупая, но родная для всех улыбка эдди. после всего случившегося его спасала только музыка и времяпровождение с детьми и вообще всей их компашкой. ночами боль в ребрах ударяет эдди по разуму, заставляя проснуться его и вспомнить момент, как его пожирали те твари. как он слышал крик дастина. как он умирал на руках дастина под его всхлипы. как он ощущал кожей лица его слезы. на часах десять утра. обычно, в это время стив колесит по городу или заезжает к робин, дабы разбудить ее и попить чая, а может пива. что предложат, то и выпьет. сегодня все было так же. робин все так же мирно спала. стив все так же будит ее, а позже выпивает с ней чашку чая. он едет с ней за тем самым дешёвым пивом для вечера, который был вроде бы мальчишником. робин понимала, что стиву нужно жёстко набухаться, а потом на утро выблювать весь ужас из своего желудка, слушая нотации и смех бакли. робин понимала, что это нужно всем им, поэтому решила, что ей, нэнси и детям лучше отпраздновать победу позже, когда стиву и другим парням полегчает. — вроде бы все... тебя отвезти обратно? — стив поднял взгляд на робин, которая все это время нахмуренно смотрела на него. — харрингтон, я прошу тебя — рука бакли оказалась на плече парня — набухайся в этот вечер, а на утро я приеду к тебе и буду ржать над вами, блюющими. — э... хорошо? — стив неловко улыбнулся, кладя свою руку на руку девушки. — отдохни от всего говна, что происходило с нами, идиот — обязательно. шесть часов вечера. стив собирается, допивая чашку кофе. обещание заехать за байерсом было в силе, поэтому он решил это сделать пораньше, дабы потом не в одиночку ожидать ещё двоих. стив заводит машину, вспоминая слова робин. отдохни от этого говна, что происходило с нами. для стива эти слова были чем-то вроде разрешения мамы попробовать совсем немного пива в шестнадцать лет. дом байерса. как стив и ожидал, на пороге никого нет, поэтому он подходит к двери и стучит в нее, нервно слушая переговоры джойс с уиллом на счёт его нового рисунка и шорох тапочек, а за ними мужской голос. джонатан явно не собрался, ведь на часах всего шесть с чем-то. — стив? мы же вроде в семь договаривались? — джонатан явно озадачен таким ранним визитом харрингтона. — да, я помню. решил заехать пораньше. не хочу сидеть там один. ты не против? — нет, конечно нет. я сейчас оденусь и выйду. — парень уже собирался закрыть дверь, как вдруг вспомнил про то, что они на улице — иди в машину, стив. там будет удобнее — джонатан улыбнулся и указал кивком стиву на его же машину. как послушный мальчик, стив отправился к своей машине, позже сев в нее ожидать байерса. он, на радость харрингтона, был не как нэнси и собрался относительно быстро. — мне... куда мне сесть? — что? куда хочешь, мне без разницы. не стесняйся — стив улыбнулся, дабы не нагнетать обстановку ещё сильнее. — ладно... — джонатан открыл дверь и сел на переднее пассажирское, моментами поглядывая на харрингтона. за опущенным взглядом байерса скрывались ночные истерики, которые добавили к и так имевшимся синякам на лице байерса яркости. каждую ночь один и тот же сон — уилл. кровь. изнанка. склизкие твари. в каждом сне странный голос винит джонатана в этом и он верит. верит тому, что если бы он был рядом, уилл не пропал бы в тот день. — присаживайся, чувствуй себя как дома — кидая ключи на стол, стив кивнул в сторону дивана. — спасибо — сняв с себя кофту, джонатан уселся на диван, рассматривая краем глаза его окружение. — чай? кофе? пиво? вода? — стив открыл холодильник — сок? — что можно. я пить не собираюсь, сразу говорю — джонатан посмеялся и развел руками в сторону. — одну баночку ты точно выпьешь. харгроув заставит или зальёт его в тебя сам — харрингтон достал сок и слегка усмехнулся, наливая тот в стакан, а позже протягивая его байерсу. — как я понял, будут ещё билли и эдди? — взяв стакан, джонатан сделал один глоток и вытер губы ладонью, поворачиваясь к стиву. — да, все так на часах девять часов вечера. билли давно ходит по дому в майке и шортах стива, которые были даже билли большими, эдди что-то рассказывает джонатану и стиву, моментами делая глоток пива. — джонатан, ты у нас непорочная дева, которая не пьет? хотя бы один глоток, принцесса — харгроув плюхнулся рядом с байерсом и положил свою руку на спинку дивана за ним, сминая пальцами края футболки байерса. — нет, спасибо... я хочу проснуться от пения птиц или джойс, а не от головной боли — джонатан улыбнулся и помахал руками. — ты разбиваешь мне сердце — щелчек и усмешка. очередная банка опустошается и летит куда-то на пол. на часах пол двенадцатого ночи. стив зовёт джонатана в свою комнату, дабы дать уже спящим чуть ли не в обнимку мансону и харгроуву спокойный сон под пледом с банками пива вокруг. что-то странное движет стивом. все слова слышаться как под толщей воды. он видит, как джонатан смотрит на него из под волос и что-то неутолимо говорит, пока что держит его руку у стены. что-то странное движет стивом. он оттягивает ворот футболки джонатана, оглаживая рукой выпирающие ключицы, обтянутые тонкой бледной кожей. руки, которые он прижимал сейчас крепко вцепились в него, пытаясь утолить дрожь. — стив, ты...! подожди... — джонатан упирается стиву в грудь, дабы остановить все это, чего явно не планируется харрингтоном. губы скользят по ключице, прикусывая выпирающую кость, а потом оттягивают покрасневшую кожу зубами, позже целуя место, дабы попросить прощения за принесенный дискомфорт. шея байерса покрыта красными следами, а сам он сидит на кровати, оперевшись на стену. футболки давно нет, а язык и зубы стива гуляют по телу байерса, ища, кажется, золото. — харрингтон, а где байе... — билли открывает дверь и резко останавливается. в ту же секунду в него врезается эдди, глаза которого оказываются закрыты рукой кучерявого. — ебануться. эдди, ты ещё маленький для такого — эдди был развернут, а дверь плотно закрыта. кажется, двое парней на кровати сразу же забыли о незваных гостях. ну, лично стив позабыл в ту же секунду. — проснись и пой, харрингтон! — робин тыкает парню в бок, дабы тот проснулся. за все это время девушка успела разбудить билли вместе с эдди, а потом и бедного байерса, которого мучали всю ночь тем, что по словам билли, эдди не должен видеть. — ох... — ночка была бурная, я смотрю. — иди к черту — подушка летит в робин, пока та смеётся. — я, конечно, рада, что ты нашел себе замену нэнси, но сейчас нам важнее не отношения и поебушки с байерсом, а уборка в твоём доме и блюющий эдди — робин указала большим пальцем за себя. — да встаю я... — одеяло летит куда-то вниз, на пол, а сам стив медленно ищет футболку. — ты же после этого не кинешь его, да? — да иди к черту, бакли. уборка в доме прошла на ура, если не считать нытье харгроува каждую минуту о том, что он ужасно устал убираться и ужасно хочет спать. все удачно были доставлены по домам, кроме байерса. с ним предстоял серьезный разговор о давнейших чувствах харрингтона к нему.